Замысловатые спирали руны обвиваются вокруг неоновых светильников, некоторые части руны изящно изогнуты, в то время как другие участки прямые и заостренные.
— Проклятье, — шепчет Малия рядом со мной. — Это самая сложная руна, которую я когда-либо…
Я быстро касаюсь татуировки на шее, чтобы скрыть свою речь.
— Элитный демон издевается над нами, — незнакомец сказал, что демон умён, что он попытается заманить нас. Он также сказал, что мы не должны вступать в стычки на незнакомой территории, но это наша родная территория.
Я внимательно осматриваю остальную часть бара. Несмотря на появление руны на потолке, больше ничего примечательного нет. Стены не обвалились, демон не ворвался в дверь…
— Это послание, но нас не запугаешь, — говорю я.
— Смотри, — говорит Таня, тихим, но настойчивым шёпотом.
Руна тускнеет, багровые линии сливаются с грязной краской, пока потолок снова не приобретает свой обычный шероховатый вид.
Владелец всё это время не переставал извергать поток ругательств, но теперь он замолкает, долго смотрит в пустой потолок, а затем поворачивается и смотрит на нас, как злой старый ублюдок, каким он и является.
— Возвращайтесь к своей грёбаной работе, — рычит он.
Я сдерживаю обе растущие силы — моя альфа-волчица и демон хотят уничтожить его — и разворачиваюсь на каблуках, направляясь обратно в раздевалку к своим сёстрам. Мы быстро надеваем нашу скудную одежду, завязываем волосы в обязательные высокие и тугие хвостики, но не снимаем ботинок и возвращаемся в таверну, которая сейчас заполняется ранними пташками, некоторые из которых останутся на всю ночь, пока их не выгонят на рассвете.
Настроение подавленное, посетители угрюмы и стараются держаться подальше от своих углов. У многих из них тёмные круги под глазами, как будто они не выспались прошлой ночью. Они не разговаривают между собой, как обычно, так что это не помогает в сборе информации.
Во время работы я не могу удержаться и то и дело бросаю взгляды на потолок, размышляя о значении и предназначении руны. Наконец, я решаю, что мне следует перестать сомневаться в своем первоначальном инстинкте — это было тщательно продуманное предупреждение, не более того. Элитный демон знал моё имя, так что найти моё место работы не составило бы труда. Это ничего не доказывает, кроме того, что он сейчас издевается над нами.
Я несколько раз прохожу мимо ниши, где прошлой ночью стоял незнакомец, но он больше не появляется. К тому времени, как в полночь мы заканчиваем смену, нам почти ничего не удаётся узнать от посетителей бара.
Малия и Таня тоже притихли в раздевалке, пока мы готовимся ко второй половине нашего ночного патрулирования улиц. Даже мои демоны-волки притихли, их энергия по очереди касается меня, когда они проходят мимо меня к нашим мотоциклам.
В такие ночи, как эта, когда у нас нет прямого задания, мы сначала прочёсываем улицы вокруг полосы, а затем направляемся в более опасные районы города, стараясь при этом избегать границ территорий, контролируемых сверхъестественными существами. Это прекрасный баланс, но таким образом нам удаётся избежать прямой конфронтации. Часто мы пресекаем грабежи, угоны машин, нападения или что-то похуже, но сегодня вечером… на улицах тихо.
К тому времени, как мы возвращаемся домой, мы устали, и у нас нет никакой новой информации, кроме руны в баре. Эйс и Блиц отправляются охранять дом, а Темпл и Лука прижимаются к моим ногам, низко опустив головы.
Я удивляюсь, когда Мама встречает нас у двери, ведущей из гаража внутрь дома, её лицо становится более спокойным, и её глаза сияют ещё ярче, чем вчера. Я заключаю её в крепкие объятия, прежде чем она успевает поприветствовать меня, и всё моё разочарование улетучивается, когда она обнимает меня в ответ. Я напоминаю себе, что прямо сейчас она в безопасности, и мы в безопасности. Это самое главное.
— Сложная ночь, милая? — спрашивает она, её зелёные глаза изучают мои, когда она немного отстраняется, чтобы убрать волосы с моего лица.
— Чуть-чуть, — говорю я. — Но сейчас лучше.
Таня и Малия протискиваются в небольшое пространство коридора и обнимают нас обеих. Думаю, им тоже нужно было это объятие.
— Привет, Мамочка, — Малия целует Маму в лоб.
— Ты, случаем, не готовила блинчики снова? — спрашивает Таня с голодным блеском в глазах.
Мама издает тихий смешок, от которого у меня перехватывает дыхание. Не могу вспомнить, когда она смеялась в последний раз.
— Прости, милая, блинчиков нет, — говорит она Тане. — Но я сделала бургеры.
Таня удивленно моргает, а я вдруг ощущаю невероятный запах поджаренных булочек и сочных мясных котлет, доносящийся из кухни.
— Бургеры? Я официально на седьмом небе от счастья, — говорит Таня, ещё раз обнимая Маму.
Она тащит нас всех в сторону кухни, пока Лука и Темпл крадутся вокруг нас, и Мама протягивает руки к каждому из них, благодаря за то, что они благополучно доставили нас домой.
Через несколько минут мы готовим бургеры с начинками, которые приготовила мама, и садимся есть вместе с Мамой, которая откусывает краешек поджаренной булочки. К тому времени, как мы заканчиваем, мой уровень энергии повышается, и я чувствую, что тяжесть на моих плечах немного спала.
Я уже собираюсь встать и выйти из-за стола, когда звонит мой телефон.
Я замираю, встречая внезапные взгляды Малии и Тани, сидящих напротив, но, заметив настороженность Мамы, заставляю себя расслабиться.
— Должно быть, с работы, — говорю я непринужденным тоном.
Поворачиваясь на стуле, я лезу в сумку и достаю телефон, прежде чем он перестаёт звонить.
На дисплее высветился номер вызывающего абонента: Спортзал.
У Торпа нет причин звонить мне, если только что-то не так, но я не могу показать Маме, что меня это напрягает.
— Привет, Торп, — говорю я, сохраняя свой голос спокойным. — Что такое?
— Нова, — хрипловатый голос волка-оборотня звучит необычно напряженно. — Извини, что звоню тебе домой так рано, но я подумал, что ты должна знать, что происходит.
Я бросаю взгляд на Маму, с лица которой сползает улыбка. Иногда она, возможно, с трудом справляется со своими обязанностями, но её слух оборотня работает просто отлично. Я разрываюсь между желанием остаться на месте или выбежать из комнаты, но она только следит за тем, что происходит. Скрыть от неё этот разговор невозможно.
— Знать что? — спрашиваю я, пытаясь говорить не напряжённо или неуверенно.
— Магнат созвала собрание сверхъестественных, — говорит Торп. — Там будут альфы всех стай, а также мать-ведьма местного ковена, лидеры каждого клана и даже принцепс вампиров. Сегодня в 15:00 в загородном клубе, которым управляет Магнат.
У меня сжимается челюсть. Магнат — самое влиятельное в политическом плане сверхъестественное существо в Вегасе. Она достигла этого положения благодаря накоплению богатства и недвижимости, контролируя значительную часть земель на западной окраине города. Это её цитадель. Туда приглашают только избранных.
И снова, я пытаюсь заставить себя расслабиться. И снова я теплю неудачу.
— Зачем? В чём цель собрания?
Торп понижает голос.
— Насчёт демонических рун, которые появились по всему городу прошлой ночью.
По всему городу? Я бросаю взгляд на Малию и Таню. Мы видели только одну в баре. Мы подумали, что это прямое предупреждение для нас, но, возможно, это часть гораздо более крупного плана.
По другую сторону стола Мама покачивается на своём месте, хватаясь за край столешницы. Малия протягивает руку, чтобы поддержать её, пока она не упала.
Демонические руны — последние два слова, которые Мама хотела бы услышать.
— Думаю, вам следует присутствовать на собрании, — говорит Торп. — Они вас не пригласят, но вы имеете такое же право, как и любой другой, знать, что происходит.
Я сжимаю зубы до скрежета. Нам не рады на подобных собраниях. Особенно, когда они проводятся на земле Магната, но нам придётся найти способ обойти это, потому что это слишком важно, чтобы пропустить.
— Мы будем там. Спасибо, Торп.
Я завершаю вызов, кладу телефон и подхожу к Маме, опускаюсь на колени и беру её за руку, в то время как Малия поддерживает её, а Таня гладит по спине.
— Ты всё слышала? — спрашиваю я, понизив голос.
Её дыхание быстрое и прерывистое. Она в панике, на что у неё обычно не хватает сил.
— Он идет за тобой, — говорит она. — Это, должно быть, он.
Я поглаживаю её по руке.
— Всё в порядке, Мам. Я готова. Ты всегда говорила, что однажды мой отец…
— Нет, — Мама сжимает мою руку, снова удивляя меня. Тем более, когда её взгляд встречается с моим, и она очень сосредоточена. — Нет, Нова. Если бы я думала, что это твой отец, я бы расстроилась, но не испугалась, — её голос звучит сдавленно. — Нет. Это…
— Мама, помедленнее. О чём ты говоришь? Ты говорила, мой отец однажды вернётся за мной. А теперь ты говоришь мне… что?
Её голос понижается до шёпота.
— Это Мастер Демонических Рун, — выдыхает она. — Он один из старейших и могущественнейших в своём роде. Он — создатель рун, которые составляют нашу магию сегодня. Он единственный, кто мог контролировать и создавать подобные руны.
Темпл и Лука, стоящие под окном, навострили уши. Они скулят и внезапно бросаются ко мне.
Малия, сидящая по другую сторону от мамы, прижимает руку к груди.
— Я слышала об этом демоне, — говорит она. — Я проводила небольшое исследование о лучших рунах для нашего… — она замолкает. Прокашливается и начинает снова. — Лучших рунах дружбы для наших запястий. Я нашла несколько упоминаний о Мастере — демоне, который был создателем первоначальных рун, из которых развились всё остальные, — она качает головой и вздрагивает. — Это страшные истории. В средние века он окрасил мир в красный цвет, когда кто-то причинил ему зло — в истории говорилось, что это был волк-оборотень.
— Зачем отцу Новы понадобилось отправлять именно этого демона? — медленно и осторожно спрашивает Таня. Она всё ещё гладит Маму по спине, но в её голосе появляются резкие нотки, которые говорят о том, что она волнуется.
Теперь Мама знает о демонических рунах, разбросанных по городу, но она не знает, что мы уже столкнулись с элитным демоном. Он был настолько силён, что мог манипулировать нашими эмоциями так, как я никогда не видела ни у одного демона, и он оставил горящий символ прямо перед нами.
Мама качает головой, её глаза остекленели. Теперь у нас будет с ней всего несколько мгновений, прежде чем мы снова потеряем её во тьме.
— Не могу поверить, что он послал Мастера… Не могу поверить, что он мог так поступить с тобой… Со мной… — она тянется к моей руке, но её хватка быстро ослабевает. — Нова, пожалуйста… будь осторожна.
Она сдавленно всхлипывает, и, когда я встречаюсь взглядом с Малией поверх волос цвета воронова крыла моей матери, я киваю.
— Я заберу её, — говорю я. — Потом мы разберёмся с остальным.
Мама постоянно дрожит, когда я помогаю ей подняться и поддерживаю в коридоре. Я так много хочу у неё спросить, так много мне нужно знать, но я поняла, что Маму нужно защищать, а не давить на неё. Она не намеренно что-то скрывает от меня. Всякий раз, когда она начинает вспоминать, снова наступает тьма.
Уложив её в постель, я провожу рукой по её лбу.
— Всё будет хорошо, Мам, — шепчу я. — Я обещаю, что не позволю никакому демону причинить нам боль. Никогда больше.
Даже какому-то грёбаному Мастеру Демонических Рун.
Её хныканье разбивает мне сердце, но у меня сейчас нет времени расстраиваться.
Малия, Таня и я должны быть на этой встрече сегодня днём. Нам нужна информация и, что не менее важно, нам нужно знать, что собирается делать Магнат.
Лука тихо подходит к краю её кровати и садится на корточки, не сводя с Мамы пристального взгляда своих фиалковых глаз. Обычно, выходя из дома, я беру с собой всех своих демонов-волков, но внезапно понимаю, что больше не могу этого делать. Элитный демон нашёл моё место работы, о котором, конечно, известно больше, чем о моём домашнем адресе, но для моего собственного спокойствия мне нужно убедиться, что один из моих волков всегда будет рядом с ней. Элитный демон, возможно, и взял над ними верх в первый раз, но, если я хоть что-то знаю о своих волках, будет не так-то просто, если он появится снова.
По крайней мере, я надеюсь, что так и будет. Как минимум, присутствие хотя бы одного из них здесь поможет выиграть немного времени до нашего возвращения домой.
Опустившись на колени рядом с Лукой, я беру его морду в ладони.
— Мне нужна твоя помощь, — говорю я. — Маму сейчас нельзя оставлять одну в доме. Ты побудешь с ней сегодня днём?
Лука тут же утыкается носом мне в грудь, и я наклоняюсь вперед, чтобы обнять его за плечи.
— Спасибо тебе, друг.
Он скулит, и я прижимаю его к себе ещё крепче.
— Ладно, — говорю я, отстраняясь и откашливаясь. — Давай вернёмся к Малии и Тане.
Таня встречает меня у входа в столовую, но я слышу, как Малия ходит по другому концу дома.
— Мы ведь идём на встречу, верно? — требовательно спрашивает Таня, как только я появляюсь.
— Абсолютно, — подтверждаю я.
Я осознаю, что Мама не спит в соседней комнате и всё ещё слышит нас, даже если её на самом деле нет рядом. Я прижимаю руну к своему уху.
— Теперь у нас есть имя этого демона. Это больше, чём у нас было до сих пор.
Малия возвращается с планшетом в руке. Бывали и лучшие времена — мы не очень-то хорошо зарабатываем, работая официантками, и тратим деньги на самое необходимое, но работа кипит. Она сосредоточенно хмурится, и в её взгляде читается разочарование.
— Я пытаюсь разузнать о нём в сверхъестественной тёмной сети.
Я качаю головой и протягиваю руку.
— Передай его, сестра. Ты же знаешь, я справлюсь в десять раз быстрее.
Малия, может, и умеет убирать в доме, но технологии — не её сильная сторона. Благодаря своей ведьмовской натуре она больше общается с природой и заклинаниями, чем с технологиями. Не говоря уже о том, что её эмпатия означает, что вся тьма в Интернете проникает в её эмоции, и ей трудно вырваться из неё.
К счастью, моя демоническая сторона — клиническая и аналитическая. Я начала заниматься хакерством и компьютерными исследованиями в самом начале и никогда не оглядывалась назад. На лице Малии появляется облегчение, когда она протягивает мне планшет. Она возвращается на своё место и кладёт руку на плечо Луки, когда он занимает место рядом с ней.
Я опускаюсь на стул и, не теряя времени, запускаю свои поисковые системы, которые я разработала, чтобы заглядывать в самые глубокие и темные уголки Интернета. Сверхъестественные существа скрыты от людей, поэтому, конечно же, они создали собственную веб-систему, которая позволяет нам общаться без того, чтобы люди натыкались на что-то, чего им делать не следует.
Как и в любой веб-системе, в ней есть тёмная сторона, где развратники нашего вида планируют своё дерьмо. Это ещё один способ, с помощью которого я могу найти зацепки для дальнейших действий. Конечно, кретины становятся умнее, но, с другой стороны, я тоже.
Просматривая верхний слой информации, я игнорирую всё, что кажется мне неуместным, останавливаясь только тогда, когда нахожу чат-сеть с новыми обновлениями — все они посвящены элитному демону.
— Здесь говорится, что руна была замечена в центре всех основных сверхъестественных объектов — территорий оборотней, территорий, контролируемых ведьмами, отелей вампиров. Как визитная карточка — предупреждение, — говорю я своим сёстрам, пробегая взглядом по чатам, чтобы как можно быстрее получить как можно больше информации.
— Это были разные руны? — спрашивает Таня, наклоняясь ближе, чтобы прочитать через моё плечо, её длинные волосы на мгновение падают на мой планшет, прежде чем она убирает их назад. — Багровые и сложные? Или фиолетовые и простые, как та, что мы видели в первую ночь?
— Багровый — единственный упомянутый цвет, — бормочу я, сосредотачиваясь на том, чтобы углубиться в информационную паутину. — Никто не описывает её очень точно — каждая руна поблекла, как та, что была в баре. Одни говорят, что она была похожа на капающую кровь, другие говорят, что она было похожа на порезы от когтей.
Малия глубоко вздыхает, тоже касаясь своей татуировки.
— Я думала о руне, которую мы увидели первой. Это сильный символ, но в то же время простой. Я не понимаю, почему я никогда раньше не видела ничего подобного.
— Наверное, потому, что его придумал чёртов изначальный демон рун, — бормочет Таня, наконец выпрямляясь, поскольку на моём экране больше нет ничего интересного.
— Никто не знает ничего полезного, — говорю я, расстроенная тем, что вся информация в Интернете — сплетни и догадки. — А если и знают, то пока не публикуют об этом.
Оставив планшет на столе, я выпрямляюсь и смотрю в лицо сёстрам.
— Нам нужно отдохнуть. Сегодня днём мы должны быть на высоте.
Они кивают, но Малия останавливает меня, когда я встаю.
— Новз?
— Да?
— Если твоя Мама права, и твой отец послал Мастера Демонических Рун, то твой отец должен быть элитным демоном, достаточно могущественным, чтобы контролировать этого Мастера.
Я делаю глубокий вдох, высказывая вслух то, о чём всегда подозревала.
— Был шанс, что моя половина волка-оборотня делает меня сильнее обычного демона, — говорю я. — Но да. Более вероятно, что донор спермы демона — элитный демон, — слова застревают у меня в горле. — А ещё кажется, что он хочет моей смерти.
Мои сёстры молчат, пока Таня не нарушает тишину с редкой долей оптимизма.
— Ангел сказала, что в Подземном мире сейчас, должно быть, что-то не так. Этот Мастер может быть здесь по многим причинам.
— Мой отец передает привет? — спрашиваю я, напоминая ей о послании демона. — Должна признать, это была угроза. А не приветствие, — я закрываю глаза, делаю ещё один глубокий вдох и расправляю плечи, прежде чем снова повернуться к сёстрам. — Мы вместе столкнёмся с угрозой. А пока давайте немного отдохнём.
Они кивают, и мне не нравится беспокойство, которое я вижу в их глазах.
В мире демонов происходит что-то грандиозное, и мы, чёрт возьми, в самом центре этого.