ЛУИ
Кое-чего остальные члены группы не знали: это была не первая моя встреча с президентом Америки. Правда, предыдущая состоялась почти пятьдесят лет назад, и тот человек стал моим близким другом. Он помог наладить прочные связи с гильдиями и, что более важно, способствовал назначению наших представителей на ключевые посты в правительстве. Текущий же президент, судя по тому, что я о нем слышал, не отличался такой широтой взглядов. Его вряд ли впечатлит тот факт, что мы веками существовали вне его юрисдикции. Мы не платили налогов, так как не пользовались государственной инфраструктурой. Мы были обособлены, хотя и владели недвижимостью, что создавало точки соприкосновения. Опять же, здесь вступали в дело наши гильдии, улаживая все необходимые юридические формальности.
Скрываться становилось всё труднее по мере развития технологий. В наши дни компьютеры отслеживали каждый шаг, и нам приходилось проявлять недюжинную осторожность, чтобы заметать следы своего существования.
Я не знал, чего ожидать от этой встречи. Мой прыжок во времени, из которого я едва вернулся живым, помог скрыть правду от большинства людей на планете. Но имело ли это значение, если самый влиятельный человек в стране, а то и в мире, теперь всё знал? Что, черт возьми, он предпримет с этими знаниями?
Какую цену он попытается с меня содрать?
Мой взгляд упал на Ти, которая увлеченно обсуждала с Джастис Волшебную страну. Я и забыл, сколько раз мы тайком пробирались туда в юности. Тогда это было запрещено, а как только Ти слышала слово «запрещено», её уже было не остановить. Она ненавидела правила. И до сих пор ненавидит, я это чувствовал, хотя теперь она куда искуснее притворялась законопослушной.
— Ты готова идти? — мне не хотелось её прерывать; я обожал наблюдать за её оживленным лицом, когда она смеялась и говорила, но время поджимало.
Она улыбнулась мне, и, как и в прошлый раз, у меня возникло чувство, будто в грудь ударил таран.
— Готова.
Она скользнула ко мне, и я обнял её. Мне жизненно необходимо было её касаться. Эта потребность становилась всё сильнее, и я подозревал, что со временем она станет просто невыносимой.
Джейкоб и Джастис старательно игнорировали друг друга, подходя ближе. Их тихая вражда рано или поздно должна была взорваться, но пока они достигли совершенства в искусстве взаимного игнорирования.
Открыв проход, я пропустил спутников вперед и вошел следом. Мы оказались в пустой белой комнате.
— Снимите обувь, — предупредил я, прежде чем сам скинул сапоги и поставил их у стены в специально отведенном месте.
— Что это за место? — спросила Ти, оглядываясь. Её глаза расширились от стерильной пустоты помещения.
Я пожал плечами.
— Брейди — параноик в плане чистоты, особенно когда дело касается обуви. Он не доверяет местам, по которым вы ходили. По крайней мере, он так говорит. Постарайтесь ничего не трогать, и всё будет в порядке.
Она попыталась сдержать ухмылку, но безуспешно. Ти, скорее всего, будет внутренне потешаться всё то время, что мы проведем у фейри, но я понимал: одержимость Брейди — вне его контроля. Я принимал его таким, какой он есть: преданным до гроба другом, на которого всегда можно положиться. Если ради такой дружбы нужно мириться с причудами — я согласен.
— Брейди! — позвал я, и в комнате, где до этого не было дверей, возник проем.
Я вошел первым — во мне всегда жило желание оценить опасность прежде, чем с ней столкнутся мои друзья или семья. Теперь, когда у меня была истинная пара, этот инстинкт обострился до предела.
Брейди ждал на той стороне, переминаясь с ноги на ногу и нервно потирая руки. Тем не менее, его улыбка была искренней.
— Луи! — с силой выдохнул он, бросаясь ко мне, но остановился в шаге, не решаясь на физический контакт — он терпеть не мог прикосновений. — Я так рад тебя видеть.
Его платиновые волосы были выбриты почти под ноль — так он чувствовал себя чище. На нем были свободные белые хлопковые брюки и такая же рубашка. Его пронзительно-голубые глаза сияли радостью.
— Брейди, спасибо, что позволил открыть проход здесь. Президент вряд ли бы обрадовался, если бы я шагнул прямо в Белый дом.
Его смех был нервным, а речь — быстрой и легкой.
— О нет. Ни в коем случае. Он был бы очень зол. Интерны говорят, он в бешенстве от новостей о супах и всём, что с нами связано. Это важная встреча, Луи. На кону стоит слишком многое.
Я кивнул, чувствуя груз ответственности. Я ненавидел ситуации, исход которых невозможно предсказать. Обычно я готов ко всему, но даже мои контакты в гильдиях не имели понятия, чего именно президент хочет от этой встречи. Он не делился своими намерениями ни с кем.
— Не хотите ли чего-нибудь выпить или перекусить, пока ждете? — спросил Брейди, переводя взгляд с одного на другого. Он предлагал из вежливости, но я видел, как он боится, что кто-то из нас согласится.
— Нет, спасибо, мы в порядке, — ответил я за всех. В этот момент в моей голове зазвучал голос, сообщающий время приема. Я выпрямился. — Похоже, он хочет видеть нас немедленно. Пора выдвигаться, Брейди. До Белого дома двадцать минут пешком.
Брейди сжал руки еще крепче, часто кивая:
— Да. Да. Конечно.
Он провел нас через свой аскетичный белый дом. Там было только самое необходимое для жизни, и всё сияло такой чистотой, что можно было есть прямо с пола. Я не знал, когда Брейди в последний раз выходил на улицу; он полагался на членов гильдии, которые снабжали его едой. Он помахал нам на прощание у двери, и мы вышли в небольшой внутренний дворик, который исчез из виду, как только мы покинули территорию. Наша обувь уже ждала нас на плитке, и мы быстро обулись.
— Офигеть, — выдохнула Джастис, глядя то на серый тротуар, то на место, где только что был сад, теперь ставший невидимым.
— Он немного параноик, — хмыкнул я. — Но преданный до мозга костей.
Никто не стал развивать тему — понятие преданности было нам всем близко. Ти прижалась ко мне, и я на миг представил, как было бы здорово просто подхватить её на руки и исчезнуть. Любить её так, как она того заслуживает, обожать её тело, сплавить наши души в одно целое, чтобы оба мы могли ощутить всю мощь нашей связи.
Но пока я не решу эту гребаную проблему, на такое будущее можно не рассчитывать. Мне придется годами тушить пожары и сражаться с человеческим правительством.
— Так когда именно встреча? Кто снабжает тебя информацией? — захотел узнать Джейкоб.
Я встретился взглядом с его поразительными глазами фейри. Они немного изменились после того, как в нем проснулся дракон, но их необычный цвет никуда не делся.
— Я держу открытым канал связи с одной из гильдий. Они передают мне слова президента. Кроме того, старейшины координируют процесс.
Джейкоб покачал головой.
— Сила, которой ты ворочаешь, просто абсурдна. Надеюсь, ты это понимаешь.
Я пожал плечами, не вступая в спор. Сила и правда была абсурдной, но я к ней привык. Главное — больше не поддаваться тьме, и с миром всё будет в порядке.
Чем ближе мы подходили, тем многолюднее становились улицы. Заметив лоток с хот-догами, мы остановились перекусить. С последнего приема пищи прошло много времени, а мы не знали, сколько продлится аудиенция.
Джастис простонала от удовольствия:
— Вечность не ела человеческую еду. Ну, знаете, эту гадость, от которой бывают болезни сердца или рак. — Еще один огромный укус и новый стон. — Я скучала по ней, — пробормотала она с набитым ртом.
Джейкоб вскинул бровь, с интересом наблюдая за ней.
— Тебе не грозит ни рак, ни болезни сердца, и, по-моему, ты слишком сильно кайфуешь от этого фастфуда, чтобы когда-либо от него отказаться.
Она попыталась изобразить гневный взгляд, но удовольствие было слишком велико, поэтому она просто показала ему средний палец.
Как только мы закончили, пришло новое сообщение. Пора.
— Мы готовы, — сказал я своим.
Нам предстояло вступить в мир, в котором я не был уверен, поэтому я прижал свою пару к боку.
— Думаю, нам всем лучше держать язык за зубами, — произнес Джейкоб, когда мы подошли к охраняемым воротам. — Пусть говорит Луи.
Джастис метнула в него яростный взгляд, а я скрыл улыбку. Было ясно, на кого он намекал, и она наверняка отомстит ему при первой возможности. У ворот я объяснил страже, что у нас назначена встреча. Они спросили наши имена, долго что-то проверяли, затем тщательно обыскали нас и только после этого пропустили внутрь.
— Он всерьез думал, что мы потащим с собой человеческое оружие? — фыркнула Джастис себе под нос, а затем оскалилась на Джейкоба, который жестом изобразил застегивающуюся на рту молнию.
Охрана сопровождала нас на протяжении всего пути к зданию. Я не удивился, заметив снайперов на крыше и патрули по периметру. Я чувствовал прицел на своей спине, но, поскольку мог вывести из строя всех присутствующих за долю секунды, даже не вспотев, я позволил им тешить себя иллюзией превосходства.
Моей целью было не допустить войны, как бы сильно они меня ни раздражали.
Внутри нас окружили вооруженные гвардейцы, причем делали это демонстративно. Ти мимолетно улыбнулась мне — я знал, что она думает о том же, о чем и я. Люди вечно размахивают пушками, пытаясь выяснить, у кого ствол больше. Есть куда более эффективные способы добиваться своего, но президент явно сделал ставку на устрашение.
— Живее, — буркнул один из охранников рядом с Ти. Мои пальцы дернулись от желания отправить его в полет через всю комнату. Если они продолжат тыкать оружием в лицо моей паре, то скоро поймут, насколько они на самом деле беспомощны.
Я вперил взгляд в наглеца, стоявшего слишком близко. Не прошло и минуты, как он попятился, и я, подавив всплеск темной энергии, продолжил путь. Президент ждал нас в Овальном кабинете в окружении полусотни вооруженных людей. По холодным, расчетливым взглядам я понял, что это профессионалы высшей пробы. «Морские котики», спецназ, SWAT. Президент собрал вокруг себя всех, кого только мог.
Он выглядел нервным за своим массивным столом, сложив пальцы «домиком». На столе не было ни бумаг, ни чего-либо еще — лишь пустая поверхность, разделяющая нас. Я сделал приглашающий жест рукой, и челюсти гвардейцев напряглись, а пальцы крепче сжали рукоятки автоматов.
— В этом нет нужды, — заверил я его, двигаясь нарочито медленно, чтобы снова их не напугать. — Мы здесь, чтобы сохранить мир между нашими народами. Уж точно не для того, чтобы начинать войну.
У президента дернулся за столом кадык, он несколько раз открыл и закрыл рот, прежде чем заговорить:
— Вы тот самый… колдун?
Джон Кейн был немолодым мужчиной, под семьдесят, но он держал себя в форме — подтянутый, с минимумом морщин. Однако страх, который он сейчас демонстрировал, выдавал слабость духа, а это никогда не сулит ничего хорошего лидеру нации.
— Я владею магией, — спокойно ответил я, держа руки на виду. Всё мое внимание было сосредоточено на человеке передо мной, остальное — на Ти. Её безопасность была моим главным приоритетом. — Также я являюсь полномочным представителем сверхъестественного сообщества.
Он вздрогнул. Едва заметно, но я увидел. Ему не понравилось, как буднично я упомянул нашу расу.
— Я удивлен, что в комнате так много обычных людей. Что, если они заговорят? — спросил я.
Он покачал головой:
— Любого, кто упомянет об этом дне, ждет смерть. И не только его, но и всю его семью.
Неудивительно, что лица охранников были такими мрачными. Ти подала голос, её тон был ледяным:
— Значит, вы настолько слабы и так боитесь неизвестного, что угрожаете невинным?
Он выглядел ошарашенным, особенно когда встретился взглядом с её прекрасным, безупречным лицом.
— Я… я — президент. Я обязан обеспечить свою безопасность. Безопасность моей страны.
Она не отвела взгляда, и он почти вжался в кресло под его напором.
— Кто вы такая? — прошептал он.
— Колдунья, — с гордостью ответила Ти. — Маг, как и Луи.
Президент на мгновение перевел взгляд на меня, а затем снова на Ти.
— Вы очень красивы, — медленно произнес он, словно под гипнозом. — Как ангел или фея. Намного красивее человеческих женщин.
Низкий рык вырвался из моей груди, тьма внутри подстегнула собственнические инстинкты.
— Зачем вы созвали эту встречу? Мои старейшины сообщили, что лишь немногие люди заметили заклинание, на краткий миг открывшее наше существование. У нас нет причин находиться здесь сегодня.
Особенно учитывая, что теперь о нас знает целая толпа людей, и никакие угрозы не заставят их молчать вечно.
— Мне нужно взять ситуацию под контроль, — пробормотал он и наконец встал. Он был на полголовы ниже меня, и это ему явно не нравилось, но он держался стойко. — Я не могу допустить, чтобы по моей стране разгуливали существа, которых я не контролирую.
Я издал тяжелый вздох. Всё именно так, как я и предсказывал. Сейчас начнется измерение… авторитетами.
— Мы веками жили бок о бок с вами, — отрезал я. — Не было такого времени, чтобы люди жили здесь без сверхъестественных существ. Всё началось с древних атлантов, затем были фейри. Вам нечего нас бояться; мы не собираемся захватывать власть над людьми.
Президент, казалось, обдумывал мои слова, пристально наблюдая за мной. Словно ища предлог отвлечься, он повернулся к Джейкобу и Джастис.
— А вы двое кто?
Джейкоб ухмыльнулся, но это не была добрая улыбка. Это была ухмылка, обещающая смерть, если этот идиот не придет в себя. Мне стало интересно, каков будет протокол, если Джейкоб действительно оторвет президенту голову.
— Мы — фейри, — коротко ответил он, поправляя светлые волосы. — По своей природе мы — элементали: управляем огнем, ветром, водой, воздухом… и не только.
Кто-то из охраны начал что-то шептать про кино, но тут же замолк под тяжелым взглядом президента. Тот снова повернулся к нам и подошел ближе, словно пытаясь доказать собственную храбрость. Он оперся о край стола и развел руками.
— И чего же вы от меня ждете? Чтобы я просто позволил вам вернуться к своим жизням? Чтобы в Америке жила целая каста существ, которые не платят налоги, не участвуют в жизни страны, не… защищают её?
И тут я понял. Понял, ради чего всё это затевалось.
Президент хотел создать армию. Он хотел, чтобы супы воевали за него.
Прежде чем он успел вымолвить еще хоть слово, я отпустил Ти и позволил силе вырваться из моих ладоней. Между моими пальцами заплясали молнии. Десятки стволов тут же выстрелили в нас, но второй импульс моей мощи воздвиг вокруг нас щит, отразивший все пули. Президент оказался внутри нашего купола. На его лице застыл ужас — он осознал, в какую ловушку сам себя загнал.
Моя магия продолжала искриться, и, признаться, большая часть этого была просто для театрального эффекта. Потому что мне нужно было вдолбить ему одну истину.
— Мы ни за кого не будем воевать, — тихо произнес я, подходя ближе. Он отпрянул, почти запрыгнув на стол. — Если вы попытаетесь использовать свое влияние, чтобы заставить нас, я уничтожу вас прямо здесь, а с последствиями разберусь позже.
Он поперхнулся воздухом.
— На вас объявят охоту.
Я пожал плечами.
— Сейчас я готов к переговорам, потому что не хочу войны. Но помните: вся власть здесь у меня.
Моя энергия не хотела возвращаться назад. После того случая с тьмой её стало намного труднее контролировать, но с небольшой помощью Ти я сумел её подавить. Мы вчетвером пристально смотрели на президента; его лицо приобрело какой-то нездоровый, землистый оттенок.
— Я хочу знать всё о вашем обществе, — медленно произнес он, пытаясь собраться с мыслями. — Мне нужен прямой связной… тот, кто будет обучать меня и… защищать от возможных атак. Пока я решаю, как нам сосуществовать.
Он явно хотел заполучить супа, чтобы изучить его и найти наши слабости. Его взгляд метнулся к Джастис.
— Я хочу её!
Рык Джейкоба пронесся по комнате, и я почувствовал жар пламени еще до того, как оно вспыхнуло в его руках. Президента это заворожило, он не мог оторвать глаз от огня.
— Я больше не намерен торговаться, — сказал он, тяжело сглотнув. — Пока что я сохраню всё это в строжайшем секрете. Я позволю вам вернуться к прежнему образу жизни, но я хочу участвовать в жизни этого «нового мира». А это значит, вы должны оставить со мной одного из своих людей. Кого-то, кому доверяете. И я выбираю её.
— Только вместе со мной, — грубо отрезал Джейкоб, хотя и погасил пламя.
Президент обдумывал это мгновение, прежде чем кивнуть.
— Хорошо, я согласен. Вы двое будете зачислены в мою Секретную службу и будете находиться при мне день и ночь.
— На какой срок? — прошипел Джейкоб. — Я — лидер общины, мне нужно возвращаться к своим людям.
— Мне тоже, — добавила Джастис.
Президент замялся, и хотя я чувствовал его нервозность, он уже лучше её скрывал.
— Три месяца. Затем мы встретимся снова. Решим, как нашим народам жить дальше.
Джейкоб посмотрел на меня, и я прочел тревогу на его лице. Он хотел, чтобы я отказал, но на данный момент это казалось разумным компромиссом. Президент очень скоро поймет, что не может контролировать нас так же, как людей, и что нас нужно бояться и уважать. Пусть узнает об этом сейчас.
— Мы согласны, — сказал я. — На три месяца Джейкоб и Джастис станут частью вашей охраны. Но… — я прервал его, когда он попытался вставить слово. — У них будет право покидать пост через регулярные промежутки времени. У обоих есть жизни и обязанности в нашем мире, и иногда они будут в приоритете.
Его челюсти снова напряглись.
— Ладно. Я согласен. Теперь уберите барьер.
Его люди уже давно перестали стрелять, видя, что с ним всё в порядке. Я снял щит и ничуть не удивился волне враждебности, направленной в мою сторону.
— Жду вас на службе сегодня во второй половине дня, — бросил президент. Он кивнул одному из ближайших к нему людей. — Маркус введет вас в курс дела. — Он подозвал мужчину. — Это высококлассный боец, он не раз спасал мне жизнь.
Маркус выглядел так, будто предпочел бы заниматься чем угодно, только не опекать супов, но он был хорошим солдатом и не стал спорить. Опустив автомат, он отдал честь боссу, а затем перевел холодные серые глаза на Джейкоба.
— Идите за мной. Нам нужно подобрать вам костюмы, чтобы вы не выделялись.
Джейкоб просто кивнул.
— А я что, пустое место? — Джастис уперла руки в бока. — Мне тоже нужен костюм, придурок.
Маркус бросил на неё тяжелый взгляд, но отступил, когда Джейкоб заслонил её собой. Джастис тут же оттолкнула его, чтобы самой сверлить человека глазами. Было ясно, что Маркус не в восторге от женщин в армии — это явно сулило эпичные стычки. Очевидно, он никогда не встречал сверхъестественных женщин, иначе не стал бы сбрасывать Джастис со счетов. Ни на секунду.
— Мы и для вас что-нибудь найдем, — неохотно буркнул он, явно стараясь сохранить подобие мира.
Президент посмотрел на меня и выдал свое волнение, снова мельком взглянув на мои руки — видимо, ждал, что магия появится снова.
— Надеюсь, у нас получится, — медленно произнес он. — Сосуществование наших народов.
Я улыбнулся, и это не была добрая улыбка, потому что он вздрогнул.
— Вот что вам нужно уяснить, господин президент. Мы не «люди». Мы — сверхъестественные существа. И мы в вас не нуждаемся. Мы существовали вне человеческого контроля и законов дольше, чем ваша страна считается цивилизованной. Помните об этом, когда в следующий раз решите диктовать нам свои условия.
Я закончил разговор, поворачиваясь к Джейкобу и Джастис.
— Докладывайте мне обо всём, что здесь будет происходить. Мне бы не хотелось узнать, что кто-то возомнил, будто может сломать одного из нас.
Я сказал это достаточно громко, чтобы услышал каждый в комнате. Джейкоб лишь рассмеялся.
— С нетерпением жду их попыток, — ответил он, и я ответил на его ухмылку своей. Да, он их многому научит. В этом я не сомневался.