ЭЛИЗАБЕТ ТЕРЕЗА МОНТГОМЕРИ II
За пределами моей маленькой общины на Аляске у меня было не так много опыта общения с людьми. По крайней мере, за последние двадцать лет. Человеческий президент, несомненно, был грозным мужчиной в своем мире, но по сравнению с большинством супов, которых я встречала, он казался слабым и… маленьким. Я могла бы прикончить его в мгновение ока; он лишь сотрясал воздух угрозами, пока Луи не выпустил крошечную частицу своей мощи.
— Мне не нравится, что мы оставили их там, — сказала я, когда мы вышли из здания. За нами следовали десятки вооруженных охранников, и я чувствовала энергию еще многих на крышах окрестных домов. — Не уверена, что доверяю этому человеку, даже если сейчас мы его припугнули.
Луи крепко прижимал меня к себе. Его лицо было воплощением спокойствия, но внутри него бушевала буря. Наша связь вибрировала от его энергии, а тьма рвалась наружу.
— Сейчас у нас нет выбора. Я не могу развязать войну с людьми, не переговорив с остальными старейшинами и лидерами совета. Ситуация изменилась. Мой прыжок во времени отсрочил это знание для широких масс, но, видимо, судьба решила, что этому суждено случиться. Так или иначе.
— Может, нам самим продумать лучший способ раскрыться? Так, чтобы люди меньше нас боялись.
Он одарил меня медленной улыбкой.
— Например, нарядиться в супергероев и начать их спасать?
Я фыркнула.
— Представь Брекстона в трико и плаще.
Луи расхохотался.
— Он бы обратился в дракона и испепелил любого, кто это предложит.
Мы уже вышли за внушительные ворота, и я не удержалась — обернулась и посмотрела на огромное белое здание. Вооруженные силы всё еще стояли на газонах, провожая нас взглядами. Они привлекали немало внимания прохожих, которые глазели сквозь ограду. На нас смотрели не меньше, и я знала, что люди гадают: кем, черт возьми, нужно быть, чтобы требовать такого усиленного конвоя.
Мы с Луи шли непринужденно, не делая ничего, что могло бы привлечь лишнее внимание, и, к счастью, через пару кварталов на нас перестали пялиться. Ну, женщины продолжали засматриваться на Луи, но это был обычный взгляд в духе «о боже, мимо прошел двухметровый красавец с фиолетовыми глазами», а не «осторожно, это террористы».
Луи убедился, что мы скрылись из виду, прежде чем открыть проход обратно в Стратфорд. Оказавшись там, мы сразу направились к Компассам.
— Они будут злиться? — спросила я, уже считая их своими друзьями и семьей.
Челюсть Луи напряглась.
— Злиться — нет, но им не нравится, когда кто-то из их семьи пропадает. Они захотят, чтобы Джейкоб и Джастис вернулись.
Когда мы пришли, остальные уже ждали нас — я поняла, что Луи их вызвал.
— Где Джейк и Джастис? — потребовала ответа Джесса, как только мы вошли в гостиную. — Твое сообщение было слишком коротким.
Луи рассказал им всё, включая завуалированные угрозы использовать сверхъестественных существ как пушечное мясо в человеческих войнах. Я чувствовала, как в комнате растет тревога.
— Есть ли у них хоть какое-то оружие, которое подействует против нас? — спросил Максимус, и его голос прозвучал как рык, а клыки блеснули. Сейчас он был явно не в духе. — Я имею в виду, одним своим внушением я могу управлять людьми играючи. Я делал это раньше. Нам ведь нечего их бояться, верно?
— Их больше, — тихо сказала Миша, прижимая к груди ребенка. Лили крепко спала, её крошечное личико было безмятежным; она и не подозревала о тревогах взрослых. — Их намного больше. Может ли численный перевес одолеть нас?
Луи рассмеялся, и внезапно всё внимание снова переключилось на него. Его сила закружилась вокруг ледяными искрами, и я инстинктивно накрыла его ладонь своей, уводя его прочь от тьмы.
— Люди не могут нас победить, даже если их станет в десять миллиардов раз больше. Я мог бы убить миллион из них, даже не вспотев. Элизабет, вероятно, могла бы убить два миллиона. Какую бы армию они ни выставили против нас, им не победить, но… — тишина в комнате стала осязаемой. — Мы не хотим доводить до этого. Мы не хотим воевать, порабощать или контролировать людей. Но то, как они боятся, и то, на какие глупости их толкает этот страх… я немного обеспокоен будущим.
Грейс выглядела задумчивой, её мягкие черты лица расслабились.
— Возможно, это к лучшему. Президент увидит на примере Джейка и Джастис, что мы намного сильнее и что нас нельзя контролировать.
— И мы должны навещать их. Часто, — добавила Джесса с недовольным видом. — Мне не нравится мысль, что я не увижу их три месяца.
Я согласилась с ней.
— Он разрешит им возвращаться домой по очереди, — повторила я, не уверенная, все ли расслышали эту часть разговора в Белом доме.
Напряжение в группе постепенно спало. Брекстон держал на руках единственного не спящего ребенка, Джексона, который махал игрушечным дракончиком.
— И… что нам теперь делать? — спросил Тайсон, притягивая к себе Грейс. Я заметила, что все Компассы в моменты стресса старались держать своих пар поближе. Мы были якорями спокойствия для этих могущественных мужчин.
Луи одарил меня медленной улыбкой, от которой моя кровь начала закипать. Я улыбнулась в ответ.
— Теперь мы возвращаемся к нормальной жизни. Ждем и наблюдаем. Я организую еще одну встречу со всеми членами совета и старейшинами. Их нужно проинформировать о случившемся, а затем… будем ждать следующего требования.
Потому что все мы понимали: оно обязательно последует. Президент так просто не откажется от своих целей. Только время покажет, что будет дальше.
***
Луи закрыл мне глаза ладонями, и я рассмеялась. Это был такой счастливый, беззаботный звук; часть меня до сих пор не могла поверить в это обретенное блаженство.
— Куда ты меня ведешь? — спросила я. Мне было всё равно, лишь бы мы были вместе.
Он осторожно направлял меня вперед.
— Сама увидишь, — прошептал он мне на ухо, и его губы коснулись моей шеи, вызвав стайку мурашек.
Я отчаянно жаждала остаться с ним наедине и очень надеялась, что в этом месте будет кровать. Ну, в общем-то, только кровать мне и была нужна.
Мгновение спустя кожу обдало холодом, и я почувствовала родной запах своего дома. Луи убрал руки, и я счастливо вздохнула.
— Я удивлена, — призналась я. — Не думала, что ты приведешь меня сюда.
Мы стояли перед моим бревенчатым домом, который выглядел просто сказочно в сумерках. Скоро солнце сядет и не взойдет еще несколько месяцев, а я обожала этот уютный полумрак аляскинской зимы.
— Здесь я уже чувствую себя как дома, — тихо сказал он. — Я провел много лет, приходя сюда, наблюдая за твоей жизнью. Скучая по тебе.
В горле встал ком, я не могла говорить, но Луи всё понял без слов. Он притянул меня к себе, обнимая со спины. Мы простояли так несколько минут, пока я не выдержала. Я развернулась в его руках и прильнула к нему. Наши губы встретились в поцелуе, полном отчаянной жажды. Мы можем быть на пороге войны, но это не значит, что жизнь должна остановиться. Никто не знает, сколько дней нам отмерено в этом мире, и мы должны проживать каждое мгновение.
Я даже не заметила, как Луи подхватил меня на руки и внес в дом — все мои заклинания-ловушки были мгновенно деактивированы могущественным магом. Я издала тихий стон, когда он начал покрывать поцелуями мою шею и ключицы.
— Тебе определенно нужно избавиться от одежды, — выдохнула я, посылая импульс магии, чтобы раздеть нас обоих.
Луи глухо застонал, прижимаясь ко мне. Мы вместе опустились на кровать, и он ни на секунду не отпускал меня. Его пальцы скользили по моему телу, изучая каждый изгиб. Как только он коснулся самого сокровенного места, волна наслаждения захлестнула меня.
Я была готова. Более чем готова.
Луи навис надо мной, наши взгляды встретились, и в этом взгляде было всё: боль прошлого, надежда и бесконечная…
— Любовь, — сказал он, читая мои мысли. — Я люблю тебя, Ти. Ты — мой мир, и я сделаю всё, чтобы ты всегда была в безопасности.
Когда он вошел в меня, с моих губ сорвался всхлип, и я запустила пальцы в его волосы.
— Я тоже люблю тебя, Луи. Что бы ни подбросила нам жизнь, мы всегда будем вместе.
Все лишние слова исчезли, когда он начал дарить мне ласку, какой я не знала прежде. Каждое его прикосновение выжигало его имя в моей душе. В прошлый раз всё было быстро, страстно, продиктовано отчаянной похотью. В этот раз… это была любовь, которая глубже любой трагедии. Глубже тех потерянных лет, что разлучали нас.
Это была наша любовь со второго шанса.
Любовь навсегда.