Я стояла молча, не сводя с них глаз. Мои инстинкты кричали, что они враги. Они совсем не походили на женщин из моего безумного сна о маленьком драконе, но я знала, что это они. Я чувствовала их энергию.
Миша вскочила на ноги, и прежде чем я успела протянуть руку и остановить ее, она бросилась к женщинам, обнимая как самых близких, будто они были лучшими подругами; затем она повернулась и обняла другую. Ни одна из них не сводила с меня глаз, даже через плечо моей сестры. Они словно насмехались надо мной, показывая, как сильно они проникли в жизнь Миши, как близки они были к ней. В моей руке было что-то холодное. Я посмотрела вниз и поняла, что протянула руку и схватила один из ножей. Он был довольно тупым, но вполне годился в качестве оружия.
Миша повернулась и помахала мне рукой.
— Джесс, подойди и познакомься с девочками. Они ждали твоего возвращения.
Держу пари, что так оно и было.
Когда я не пошевелилась, ее зеленые глаза потемнели, и она прикусила уголок своей губы.
— Они помогали мне искать тебя. Я не знаю, что бы делала без их поддержки.
Тогда обе близняшки отвернулись от меня, одарив моего бестолкового близнеца улыбками, от которых у меня мурашки побежали по коже, но, по крайней мере, они проиграли в борьбе за доминирование. Они не были оборотнями, как мы с Мишей. Я не могла сказать, к какой расе они принадлежали. Я повернулась к своей стае.
— Что, черт возьми, произошло между вами и Мишей, пока меня не было? — Свой мягкий, но прямой вопрос я в основном адресовала Максимусу.
Черты его лица заострились, хотя в глазах промелькнуло что-то похожее на чувство вины и беспокойства.
— Скажем так, она не отреагировала положительно, когда я нашел Кардию.
Я полагала, что проблема в этом. Но почему она так тяжело это восприняла?
Лиенда просветила меня.
— Она мыслит как человек, а не как сверх. Особенно когда дело касается любви.
Иногда я забывала, что Миша не была воспитана в сверхъестественном мире, поэтому такие вещи, как настоящая пара, ничего для нее не значили. Я уже объясняла ей, что большинство сверхов вступают в брак внутри своей расы, но это было гораздо больше.
У супов было три типа отношений: избранная пара, которая не была предопределена судьбой, но все же была связана обязательствами; настоящая пара, которая была вечной и определялась судьбой; и случайные связи.
Найти настоящую пару было нелегко, но если вы были женаты или состояли в отношениях со сверхом, который нашел свою истинную пару, у вас не было другого выбора, кроме как признать, что все кончено. Никто не ссорился, не спорил и даже не думал дважды об этом, это было понято, и происходило очень мало драмы.
Вот почему я ни на секунду не подумала, что Миша так тяжело воспримет всю эту историю с Максимусом и его маленькой подружкой. Во-первых, я была уверена, что моя сестра и вампир никогда по-настоящему не были вместе, у них просто был этот странный флирт. И, во-вторых, она знала, что они никогда не смогут стать настоящей парой.
Но ее человеческая натура явно считала иначе. И теперь, чтобы облегчить свою душевную боль, она прыгнула прямо в постель к тому, кто, вполне возможно, был ее врагом.
Я рассмотрела черты лица близнецов. Они были похожи на нас с Мишей, в основном одинаковые, но с некоторыми отличиями. Одна из них была немного тоньше в кости, чем ее сестра, и в ее светлых волосах были оранжевые пряди. Я собиралась называть ее Апельсинка из-за волос, а другую — Лимонка.
Фруктовые близнецы.
Апельсиновая заговорила со мной.
— Нам нужно многое обсудить с тобой, Джесса. Ты четвертая в нашей компании.
Я покачала головой.
— Нет, спасибо, Апельсинка. У меня есть свой собственный набор Компассов, я не хочу быть Четвертой в другом наборе.
Джейкоб расхохотался и привлек внимание большинства сверхов на улице.
Я фыркнула.
— Это не так уж и смешно, Джейк.
Он согнулся пополам, продолжая смеяться.
— Черт, да, это было чертовски забавно. Ты назвала ее Апельсинкой. Готов поспорить, что вторая — желтая… Нет, не желтая. — Он прищурился, и его смех оборвался. — Лимонка.
За последние двадцать лет наша стая явно провела слишком много времени вместе.
Лимонка, игнорируя юмориста-фейри, взяла переговоры на себя.
— Король-дракон восстанет через несколько дней, и ты важна. Разве ты не хочешь исполнить свое предназначение? Ты избрана.
— Избрана для чего? Чтобы убить всех?
Она покачала головой.
— Наше предназначение – не убивать никого.
— Нет, но король-дракон убьет многих из нас. Я не буду в этом участвовать.
— У тебя нет выбора. Это твоя судьба.
Я вздохнула, пошевелив пальцами, чтобы удобнее было держать нож. Джонатан стоял рядом со мной, и я видела, как он напрягся, его руки были сжаты в кулаки. Большинство из нас, сидевших за столом, теперь стояли. Это было похоже на выяснение отношений в полдень. Миша выглядела все более и более несчастной из-за того, что задержалась между двумя группами.
Я позволила своему волку и дракону подняться на поверхность, ровно настолько, чтобы моя энергия была сильной.
— Я скажу это только один раз, так что слушайте внимательно, фруктовые близнецы. Я никогда не освобожу короля драконов. Никогда. Никогда. Никогда. Никогда. — Я перевела взгляд на Мишу. — Тебе нужно отойти от них, они просто используют тебя в своих корыстных целях. Ты не можешь им доверять.
Лимонка улыбнулась, показав все свои зубы.
— Миша дала клятву помочь нам с этим заданием.
Мысленно я уже метнула нож в ее самодовольную физиономию, но каким-то образом сдержалась. И немалая часть моего раздражения была направлена на мою близняшку. Неужели она действительно настолько глупа, чтобы обещать что-либо этим сучкам?
Большие глаза Миши расширились еще больше.
— Нет, ты никогда не говорила, что это задание было о короле-драконе. Ты сказала, что оно должно было помочь распространению сверхъестественной расы.
Ладно, очевидно, она не была глупой, просто снова наивной… А может, и то, и другое. Нам нужно было найти для нее сторожа или что-то в этом роде, потому что она совершенно не умела сама принимать решения.
— Возвращение короля-дракона приведет к распространению сверхъестественной расы. Он принесет силу и единство, которых так не хватало всем разделенным расам. — Апельсинка обвела рукой круг. — Взгляни сюда, на святилище, все разные расы существуют вместе, все связаны меткой, которую мы носим. Эта метка — наше право по рождению, наша верность королю всех рас.
Я подняла руку.
— Я собираюсь остановить тебя прямо здесь, потому что сумасшедший поезд уже покинул станцию, и думаю, ты пропустила свое место. — Я села обратно и отвернулась от них. — Я больше не собираюсь уделять вам свое время.
Лимонка и Апельсинка шагнули ко мне, но рычание и волна силы, исходящие от моего отца, заставили их остановиться. Брекстон ничего не сказал, но вместе со своими братьями они выглядели более чем устрашающе, стоя бок о бок.
Я продолжала наблюдать за фруктовыми близнецами, несмотря на то, что вела себя пренебрежительно. Они рассматривали влиятельных членов моей семьи. Затем они выпрямились и перестали демонстрировать свое превосходство.
— Миша… — Голос Лиенды был мягким, но по существу. Она протянула руку, приглашая дочь присоединиться к ней.
К счастью, фруктовые близнецы еще не слишком крепко вцепились в нее, потому что Миша почти не колебалась, прежде чем вернуться к нам. На мгновение мне показалось, что Лемон протянет руку и схватит ее, но она этого не сделала.
— Мы скоро увидимся с вами обеими. — Прежде чем близнецы исчезли, я получила в ответ две злобные ухмылки.
Я повернулась к Квейлу.
— Расскажи нам все об этих двоих, прежде чем я разобью тебе морду.
Я ударила кончиком ножа по столу, вонзив его тупой конец примерно на дюйм. Мне не нравилось ни это место, ни эти долбаные мистики дракона.
Луи потер рукой подбородок, прерывая брата прежде, чем тот успел ответить.
— Джесс, Квейл ни в чем не виноват.
Я перевела взгляд на него.
— Черта с два это не так. Это его вина и твоя. Какого черта ты послал нас сюда? Это похоже на вербовку в секту ради восстания долбаного короля зла. И я, по-видимому, одна из четырех женщин, которые требуются для этой работы. — Паника и чувство предательства охватили меня, горло сжалось. — Ты знал об этом? Ты послал меня сюда по этой причине?
Он потянулся, чтобы взять меня за руку, но жесткий взгляд Брекстона заставил его отступить.
— Нет, Джесс, я обещаю, что это было только ради твоей безопасности. Убежище — единственное место, где Четверка никогда тебя не найдет, и это всего на несколько дней. Как только мы преодолеем тысячелетний рубеж, то сможем составить новый план.
Я пыталась думать.
— Я должна уйти. Я не могу здесь оставаться. Я не могу быть в Румынии.
Отец взял меня за руку, пытаясь успокоить.
— Если тебя не будет в святилище или на Драго во время возвращения, ты умрешь. Я не могу потерять тебя. Если король восстанет, мы с этим разберемся. — Голос Джонатана был покрыт слоем льда. Я узнала этот тон, он был одновременно обеспокоен и зол.
Я потерла затылок, напряжение в нем становилось болезненным.
— Значит… даже если я не помогу им открыть гробницу, или воскресить короля, или какой там у них еще дерьмовый план, я все равно должна быть здесь или на Драго? Все отмеченные должны?
Квейл сказал:
— Это слухи, и нет способа узнать наверняка, пока не придет тот День.
Он произнес «день» так, словно это было его название.
— Расскажи мне о близнецах. — Я снова сосредоточилась на нем. — Как они проникают в тюрьмы?
Квейл огляделся, думаю, чтобы определить, не подслушивает ли нас кто-нибудь. Я была уверена, что нас подслушивает множество сверхов. Мы были в самом центре какого-то долбаного ресторана.
— Я не совсем уверен, они хранят свои секреты очень близко к сердцу. Могу предположить, что у них есть несколько умений: они могут чувствовать сверхов, отмеченных драконом, что позволяет легко находить их спрятанными в тюрьме, а также они могут влиять на умы мужчин. В основном, тех, кто слабее, но, тем не менее, в каждой тюрьме они находили кого-то, кто помогал им.
Влиять на умы, например, управлять другими сверхами? Это было и ужасно, и ужасно пугающе одновременно.
— Почему у нас с Мишей нет таких крутых способностей?
Луи ответил мне.
— Они старые, и у них было много времени, чтобы развить свои способности. Вы с Мишей молоды, и большую часть вашей жизни ваши способности были заблокированы. — Он повернулся к моей потрясенной близняшке. — Способности отмеченного у Миши, все еще в силе.
Я понизила голос.
— У них тоже есть большая метка дракона?
За столом было несколько растерянных взглядов, но не от Луи. Проклятый колдун всегда все знал. Ну, очевидно, не все, у нас все еще оставалась куча вопросов без ответов. Но в большинстве случаев он был прав.
Я объяснила для тех, кто запутался.
— Насколько я видела, у супов здесь есть маленькие отметины дракона. У меня на боку и спине – занимает примерно половину моего тела.
Квейл пожал плечами.
— Я никогда не видел меток близнецов, и другие мистики тоже, но могу сказать, что за последние несколько сотен лет не было ни одного человека, у которого была бы большая метка.
Я была уверена, что у близнецов-фруктов тоже были большие метки. Почему я должна быть единственной в этом мире? Миша опустила голову, но ничего не сказала. Выражение ее лица обеспокоило меня.
Тайсон откинул назад пряди каштановых волос.
— Духи – магическая сущность внутри – призывают нас раскрыть метку Миши, позволить ей и Джессе выяснить, каковы их способности близнецов.
— Нет! — Тон Джонатана был коротким и жестким. — Не думаю, что сейчас может быть что-то хуже, чем высвободить больше энергии, которой король-дракон может манипулировать.
Стул Миши заскрипел, когда она вскочила на ноги.
— Ты думаешь, что я слабая и глупая. Ты не доверяешь мне в моих силах. Черт, я выросла среди людей, я, черт возьми, мыслю как одна из них, а ты ничего не делаешь, чтобы помочь мне приспособиться.
Она кричала и размахивала руками. К тому же она только что выругалась в присутствии своей матери, у которой были весьма определенные представления о дамах и сквернословии.
Миша поджала хвост и убежала. Я видела, что мои родители собирались броситься за ней, но я остановила их.
— Я пойду. Нам нужно немного поговорить, и думаю, будет лучше, если там больше никого не будет.
Я должна была достучаться до нее, я не могла потерять сестру и почувствовала трещину между нами, которой не было до того, как я заблудилась в Волшебной стране.
Джонатан еще раз крепко обнял меня, на этот раз на прощание.
— Нам тоже нужно поговорить, мой маленький волчонок. Я хотел бы услышать, что происходило с тех пор, как ты покинула нас. Включая твою стычку с джиннами и путешествие в Волшебное измерение.
От моего отца ничего не ускользало, вот почему из него получился такой потрясающий альфа. Кстати, о… Мне было интересно, кто возглавляет стаю оборотней и совет в Стратфорде. Руководители часто уходили, но только на короткие промежутки времени. В Американском совете сверхъестественного сейчас будет не так много людей, так как в Стратфорде также не хватало их лидера-мага. Кристофф был в Вангарде. Ну, я надеялась, что так оно и есть, должно быть, к этому времени у него уже был суд. Еще одна вещь, о которой мне нужно было поговорить с родителями.
— Я найду тебя после того, как поговорю с Мишем, — сказала я. Поцеловав меня в лоб, Джонатан отпустил.
Я поймала взгляд Брекстона, когда поворачивалась, чтобы уйти, и жар в его взгляде почти заставил меня отказаться от своих планов и затащить его обратно в свою комнату. Я заставила свои гормоны успокоиться, подмигнула ему и почувствовала облегчение, когда он ответил простым кивком. Он работал над своим чрезмерно собственническим характером. И все же в его выразительных глазах происходила борьба. Пока что он доверял мне.
— Ты позовешь нас, если возникнут какие-нибудь проблемы, особенно если близнецы вернутся. — Низкий тембр его голоса потряс мои девичьи чувства, но я сумела кивнуть, не набросившись на него.
Что-то легкое и гладкое скользнуло в мою руку. Я опустила взгляд и обнаружила, что Луи дал мне маленький черный сотовый.
— Его невозможно отследить. Они есть у всех нас. Я записала туда номера всех телефонов.
Я застонала.
— Ты же знаешь, что я потеряю его через пять минут, верно?
— Пять? — пробормотал Джейкоб. — Она, наверное, уже потеряла.
Я высунула язык, показывая ему телефон и средний палец.
— Пока нет, умник.
Сопровождаемая смехом, я помчалась прочь с продуктовой улицы. Я понятия не имела, где находится сестра, но инстинкт вел меня к нашему многоквартирному дому. Я собиралась сначала проверить там.
В холле нашего дома было прохладно и тихо, я бросила телефон на кухонную скамью и пошла на запах Миши. Сейчас она была вся в слезах, от нее исходил отчетливый запах мокрой собаки – шутка ли, волчья шерсть пахла не так, как собачья.
Я пыталась придумать, что бы ей сказать, как утешить, когда на самом деле мне просто хотелось наорать на нее за то, что она такая глупая. Мне нужно было поработать над чувством сочувствия. С возрастом оно становилось все хуже. Я пошла на звук ее всхлипываний в нашу спальню.
Дверь была открыта, поэтому я сразу вошла и чуть не столкнулась с Мишей, которая стояла, уставившись на кровати, которые все еще были разбросаны повсюду. Она вздернула подбородок и повернулась ко мне.
— Выглядит так, будто здесь произошла битва, — сказала она, и в ее голосе послышались нотки юмора, что было намного лучше, чем слезы, все еще стекавшие с ресниц.
Я фыркнула, не в силах сдержать смех. По мере того, как веселье Миши росло, она начала смеяться вместе со мной.
В конце концов, наше веселье угасло. Я обнаружила, что сосредотачиваюсь на кровати, и во мне вспыхнули воспоминания о времени, проведенном здесь с Брекстоном. Я была полностью готова к следующему раунду, с первого раза мне было мало. Он, наверное, никогда не надоест мне.
Миша прервала мои взрослые размышления.
— Признаюсь, сейчас я тебе завидую.
Я заставила себя не зарычать. Она никогда не проявляла интереса к Брекстону, так что это, должно быть, означало что-то другое, чем я опасалась. Конечно, моей волчице было все равно, она все равно хотела зарычать.
— Может, я и девственница, и я более чем готова раскрыть эту карту, но больше всего на свете я хочу, чтобы у меня был кто-то, кого я могла бы назвать своим.
Моя волчица успокоилась, как и моя дракон. Они тоже любили моего близнеца, но собственничество было частью их животного инстинкта, а Брекстон был нашим.
Я искала нужные слова. Миша была чувствительной, я понятия не имела, как ее успокоить. С девочками было трудно, а с мальчиками, казалось, было намного проще и прямолинейнее иметь дело. Я не могла до конца понять ее потребность кому-то принадлежать. Это как-то ущемляло мое чувство независимости. Но что, черт возьми, я знала? У меня всегда были Компассы, и я называла их своими. Я никогда не была одинока.
— Ты найдешь того, кого назовешь своим, Миш. Спешить некуда, мы молоды. Если быть до конца честной, я никогда не ожидала найти свою пару в ближайшее время, но это Брекстон… — И этим все сказано.
Я глубоко вздохнула от переполнявших меня эмоций. Между мной и Брекстоном возникла новая близость, и она продолжала накатывать на меня, как волна прилива. Конечно, мы были вместе всего полдня, но это искреннее чувство было силой, живущей в моей груди. Возможно, я лучше, чем думала, представляла, какой связи ищет в своей жизни моя близняшка.
Мы обе присели на край кровати. Я потянулась и, схватив подушку, положила ее себе на колени.
— Прости, что я исчезла без тебя. Я не хотела тебя бросать.
Она подняла свои печальные глаза и встретилась со мной взглядом.
— Ты сделала это не нарочно, Джесс, просто было ужасно, что именно тогда, когда ты была нужна мне больше всего, ты ушла. Я так волновалась за тебя, пытаясь разобраться с Максимусом. Пыталась держать себя в руках.
— Расскажи мне, что случилось. — Я взяла ее за руку.
Она пожала плечами.
— Я заботилась о нем. Ну, действительно заботилась. – Она скривила губы в вымученной улыбке. — Надеялась, что у нас что-то получится.
Я ничего не сказала, на самом деле мне нечего было сказать. Но поскольку неловкое молчание продолжалось, я решила попытаться найти нужные слова.
— Ну, я знаю, что Макс очень заботится о тебе, но настоящие партнеры — это навсегда и безраздельно. Он ничего не мог поделать.
Она кивнула:
— Знаю, но то, что моя голова знает, не значит, что мое сердце не болит. — Я крепче обняла ее за плечи. У меня никогда в жизни не было безответной любви, но я могла представить себе эту боль.
После нескольких мгновений молчания я сменила тему на то, что мне действительно нужно было знать.
— Почему ты тусуешься со злобным дуэтом близнецов?
Она несколько раз моргнула.
— Ты имеешь в виду Кристи и Шалон?
Я пожала плечами.
— Меня совершенно не волнуют их настоящие имена. Они Апельсинка и Лимонка.
Она хихикнула.
— Да, я понимаю. — Затем последовала пауза, будто она пыталась придумать, как объяснить дружбу с близнецами. Она начала со вздоха. — Когда Максимус вернулся с кормления, мы пытались найти вас с Брекстоном. Тайсон и Джейкоб сходили с ума, они прижали Квейла к дереву, держа его за горло, угрожая и крича. Когда Макс вернулся, стало только хуже. — Она сцепила руки на коленях. — Он взбесился. Нам потребовалось очень много времени, чтобы успокоить его, и единственный, кто мог это сделать, была… та вампирша, от которой он кормился. Очевидно, тогда все поняли, что они настоящие партнеры. Я, конечно, как всегда, был невежественным аутсайдером.
— Черт, прости, это тяжело. — Я ненавидела оставаться в неведении, чувствовать себя глупо. Я знала, что Миша не будет исключением. — Но у тебя тоже есть вторая половинка. Не забывай, что ты можешь найти свое счастье, так что не сдавайся.
Ее глаза были такими зелеными, что даже в красных ободках она выглядела потрясающе. Я не сомневалась, что в один прекрасный день сверхъ будет полностью очарован ею.
— В данный момент у меня практически нет мужчин. — Ее голос был жестким, прежде чем снова сорваться. — И я должна тебе кое-что сказать…
Я напряглась, ее хриплый шепот был еще хуже, чем жесткий голос. Она не собиралась сообщать хорошие новости.
— Это было частью обещания, которое я дала близнецам… Я должна отправиться с ними в румынскую тюрьму, и они сказали, что если ты не придешь, они не смогут гарантировать мою безопасность. Что иногда супы теряются в тюремной системе, и их больше никогда не видят.
Это была прямая угроза, но я могла сказать, что Миша на самом деле так не считала.
— Блядь! — Моя рука соскользнула с ее плеч, когда я вскочила на ноги. — Почему, Миша? Какого черта ты согласилась поехать с ними в Краков?
У меня было ужасное предчувствие, когда я стояла и смотрела на нее сверху вниз. Фруктовые близнецы уже освободили меченого из этой тюрьмы, так зачем им было возвращаться туда?
Миша устало потерла лицо.
— Там есть ключ или оружие, я не совсем уверена. Они пообещали, что это будет на благо всего сверхъестественного сообщества. И мы все четверо должны будем освободить его.
— Ты понимаешь, что мы — две другие точки на этом компасе, ведущие к освобождению короля-дракона, верно?
Миша медленно поднялась, пока мы не оказались лицом к лицу.
— Да.
Мы были зеркальными отражениями, стоящими лицом к лицу.
— Мы не можем им доверять, независимо от того, какую чушь они рассказывают об оружии для общества. Это как-то связано с королем-драконом.
Она опустила подбородок. Ее покорная поза вывела меня из себя, и я поборола желание взять ее за подбородок и запрокинуть лицо вверх.
— Они … они помогли мне выбраться. У меня были небольшие неприятности с одним из оборотней, и они спасли мою задницу.
А в ответ они уговорили ее на подозрительный план проникновения в тюрьму. Миша дала слово, а мы старались не нарушать своего слова. Слова имеют силу, и нехорошо искушать богов невыполненными обещаниями.
— Могут ли фруктовые близнецы превращаться в драконов?
Полные губы Миши приоткрылись, моя смена темы удивила ее.
— Нет, они даже не оборотни. Они никогда не говорили мне, к какой расе они принадлежат, но иногда они используют магию, поэтому я думаю, что ведьмы. И я знаю, что не ответила тебе раньше, когда ты спрашивала, но их метка совсем не похожа на твою. Она маленькая.
Я знала, что за ее странным выражением лица за столом что-то скрывалось. Черт, черт, черт. Это была полная чушь. Я действительно надеялась, что я не была особенной в уже выбранной компании. Что бы ни значило пребывать на севере, это было не очень хорошо, я знала это без сомнения. Слова джинна эхом отдавались в моей голове.
Я была избранной. Я была особенной. Я так чертовски облажалась.
Следующие слова я процедила сквозь стиснутые зубы.
— Когда должен состояться этот блестящий взлом с проникновением?
Я ни за что не оставила бы Мишу в таком положении. Я чувствовала ауру зла, исходящую от этих сучек, и не сомневалась, что, если не пойду с ними, они оставят ее на попечение заключенных. Я понятия не имела, как смогу убедить Компассов и своего отца. Они будут спорить с нами по этому поводу.
— Э-э-э, это будет, э-э-э… — Она начала заикаться, и я изо всех сил старалась не накричать на нее. — Завтра, — наконец закончила она. — Мы должны пойти туда завтра.
Я должна была знать, что это произойдет скоро. У них почти не было времени. Приближался крайний срок освобождения короля, и какие бы планы они ни планировали осуществить, что ж, это должно было произойти в ближайшие несколько дней. — Я должна сказать папе и Четверке.
Если что-то пойдет не так, нам понадобится помощь.
Миша еще сильнее сжала губы, оставляя следы от зубов на розовой коже.
— Близнецам это не понравится. Для них все это тайна, но… я бы чувствовала себя лучше, если бы мама с папой знали.
Она больше почти не упоминала о Компассах.
— Девочка, как долго ты собираешься злиться на Максимуса? Это вредно для здоровья, ты должна отпустить. — Я хлопнула в ладоши. — Думаю, все, что нам сейчас нужно, — это шанс побегать.
Я скучала по своему волку, а Миша определенно не уделяла достаточно времени изучению своего животного. Мы немного сходили с ума, если не менялись достаточно часто. Пришло время.
Она подпрыгнула на месте, эмоции отражались на ее лице так быстро, что мне было трудно их все перечислить. Но в основном она казалась взволнованной.
Я так переживала. Мы вместе вышли из нашей комнаты. Я снова взяла мобильный и, прокрутив его, нашла нужные номера. Я отправила очень короткие сообщения, объясняющие, куда мы с Мишей направляемся. Не дожидаясь ответа, я снова бросила телефон на скамейку и вместе с сестрой вышла из квартиры и вошла в лифт.
Миша держал меня за руку, мы обе ненавидели эту коробку, которая была нашим единственным способом выбраться из здания. Моя близняшка отвлекла нас обеих, поделившись своей сердечной болью.
— Я не злюсь на Компассов, Джесс, мне стыдно, что я позволила себе так увлечься чем-то нереальным. Не то чтобы Макс давал мне какие-то обещания или делал что-то еще, кроме того, что был хорошим другом. Конечно, мы флиртовали, но, похоже, с этими парнями так принято. Они флиртуют так часто, как только могут. Я просто хотела, чтобы все было по–настоящему, и пыталась справиться со своей собственной глупостью…
— Это привело тебя к очередному проявлению глупости. Объединение с фруктовыми близнецами не было для тебя самым ярким моментом.
Она вздохнула.
— Они были добры ко мне, я пока не буду их осуждать.
— Они угрожали оставить тебя в Кракове!
— Им просто нужен был способ убедиться, что ты поможешь. В этом не было ничего личного.
Черт возьми. Тревожная тупица.
Серьезно, кто-то должен был спасти нас от ее кровоточащего сердца, они играли на ней, как на скрипке. И теперь всем нам предстояло заплатить. Скорее всего, Четверка схватит меня и скроется.
Я испытала облегчение, когда лифт снова открылся. Я высвободила свою руку из ее, и мы вместе вышли на мощеную дорожку.
— Куда ты хочешь бежать? — спросила Миша.
— В лес, — сказала я. Теперь я меньше беспокоилась о джиннах, мне казалось, что они высказали свою точку зрения и теперь будут ждать, что из этого выйдет. Кроме того, они могли найти меня где угодно, а лес был тем местом, где хотели быть наши волки. Квейл объяснил, что там были огромные лесные массивы, и мы могли свободно ими пользоваться. Здесь не было территорий стай, и на таком большом пространстве другие оборотни редко сталкивались друг с другом.
Когда мы ступили на прохладное пространство, я почувствовала, как мое тело расслабилось. Это был мой дом, это было прекрасно. Миша вздрогнула, услышав шаги позади нас, но я уже некоторое время слышала, как они следуют за нами. Не говоря уже о том, что нельзя отрицать силу альфы.
— Не возражаете, если мы присоединимся к вам?
Джонатан и Лиенда уже раздевались, так что это был в лучшем случае риторический вопрос.
Я повернулась и приготовилась сбросить с себя одежду. Как только я оказалась голой, призвала энергию своего волка, опустилась на четвереньки, и мое тело потекло и замерцало. Я наблюдала, как десять пальцев одним движением превращаются в лапы. Тогда я стала волком. Никакой боли, сплошное великолепие.
Вокруг меня раздались завывания, и, обернувшись, я увидела, что моя волчья семья ждет наготове. Да, черт возьми, мы никогда не бегали вместе. Это обещало быть весело.