Спустя несколько часов Мера вернулась с Тенью, и мы все слушали, как Риз рассказывал о своих планах. Потребовалось некоторое время, чтобы его убедить, но в конце концов Тень под влиянием убежденности своей пары признал, что этот план не может осуществиться без нее.
— Сегодня у нас должно быть Рождество, — добавил Тень, — потому что нам нужно подготовиться к этому путешествию, а Риз должен вернуться домой, чтобы проложить нам путь.
Мера с трудом сглотнула, но не стала спорить.
— В принципе, все уже готово, — сказала она с натянутой улыбкой. — Нет причин не начать.
Я обменялась взглядом с Леном, который вздохнул и потянулся за своим свитером. Я последовала его примеру, и мы по очереди надели их, вызвав у нее искреннюю улыбку.
— Ладно, это идеально, — вздохнула она.
Даже Галлели, который обычно не прикрывал грудь, проникся духом праздника. У него сзади были отверстия для крыльев, ведь Мера всё продумала до мелочей, и это напомнило мне об удобстве, которое у меня теперь было — возможность убирать и прятать крылья, когда не использую их. Сначала это казалось недостатком, но теперь стало преимуществом.
— Я так благодарна каждому из вас, — сказала Мера, поднимая свой хрустальный бокал, в котором в тусклом свете блестела вода. — Тень, Ангел, Галлели, Алистер, Риз, Лен, Люсьен, Гастер, Инки и Миднайт, которых я бы очень хотела видеть здесь… — На мгновение это выбило ее из колеи, но она пришла в себя и продолжила, перечисляя всех гоблинов и многих других завсегдатаев, и я едва сдержала смех, глядя на выражения лиц остальных: раздражение и любовь так идеально сочетались.
К тому моменту, как мы закончили, Мера собрала нас всех у уютного камина — с ее фирменным блюдом — яичный ликер и горячий какао. Даже те, кто не любил подобные напитки, с удовольствием их пили, и, если бы мне пришлось гадать, я бы сказала, что каждый из нас почувствовал себя легче и счастливее. Я точно почувствовала.
Откуда-то даже заиграли рождественские песни, что добавило нам всем немного радости.
Я чувствовала, что нам понадобится бодрость духа в следующем путешествии.
* * *
Осознавая, что мне придётся вернуться на земли, где я потеряла последнюю частичку своего сердца и души, я потратила несколько дней на подготовку, вернувшись на луга и медитируя в самых умиротворяющих уголках своей территории.
Многие слои моего мира были созданы членами моей семьи, и я отправлялась туда, чтобы почувствовать себя ближе к ним. Место, где жила моя сестра, было пустыней, удивительно похожей на Дельфору, где она испустила последний вздох. Несмотря на боль, которую я испытывала от воспоминаний, я всё равно заходила туда и сидела в тепле, ощущая её сущность глубоко в нашей силе.
Именно этой потели я боялась все эти годы. Даже когда сражалась с Данамэйн, я не использовала всю свою силу. Я не потеряла свою семью. В конце концов, пока я могу держать их рядом, я переживу все, что бы ни случилось.
После расставания с сестрой я отправилась в то место, где чувствовала наибольшее умиротворение: в свои леса.
Перерождение избавило мою душу от большей части боли, приглушив прошлые страдания до такой степени, что я почувствовала себя легче. Освобождённой. Но это не означало, что вернуться в Пустынные Земли будет легко. На самом деле, это может оказаться самым трудным, что я когда-либо делала, потому что в тот день я подвела всех. Риза, мою семью, мою честь. Трансценденты были воинами; мы не убегали от битвы.
Риз имел полное право злиться на меня, но в какой-то момент чаша терпения переполнилась.
Я наконец-то повзрослела и поняла, что наказание было достаточно суровым. После столетий борьбы, которая была более упорной и продолжительной, чем у любого другого трансцендентного существа, без каких-либо связей и самобичевания, я устала быть боксёрской грушей Риза. Пришло время принять две стороны моей личности: трансцендента и феникса, рождённого из Нексуса.
Силы идеально слились воедино, произошло слияние двух миров, и мне нужно было благословение от Толи, нашего духовного наставника, чтобы окончательно закрепить новые грани моей личности. С этой мыслью, после дня медитации, я обнаружила себя путешествующей за пределы своей территории, в небесную страну.
Здесь собирались наши верховные вожди, сильнейшие представители каждого семейного клана, чтобы урегулировать дисбаланс в мирах, за которые мы боролись. Миров было много, гораздо больше, чем тот, который объединил Тень в своей Солнечной Системе. Когда-то трансценденты уравновешивали каждый из них, но сегодня нас стало так мало, что мы рассеяны лишь на десятке или около того миров.
Наше наследие рушилось, но мы всегда будем бороться. До самого горького конца, когда тьма поглотит свет.
Мои крылья были сильными и уверенными, когда я взмахнула ими, поднимаясь в ложное небо, скрывавшее небесную страну. Это были те же самые пернатые конечности, с которыми я родилась, только теперь их янтарный цвет был освещен огнем. В дни после моего превращения у меня было несколько небольших нервных срывов. Большая часть моей личности… моей ценности была связана с тем, что я была похожа на свою сестру, и потеря этого стала для меня неожиданностью. Но теперь я принимала все это.
Мой второй шанс.
По мере моего подъема окружающий пейзаж становился все бледнее, а красный цвет моих крыльев усиливался, пока не возникло ощущение, будто они горят — словно свет внутри меня тоже погас. Трансценденты рождались подобно людям; большинство миров эволюционировали, чтобы использовать схожие способы размножения благодаря изначальному богу. Для нас же это требовало большего, чем просто обычные процессы. Помимо генетического слияния, происходило также разделение света и энергии. Этот унаследованный свет оставался внутри нас, согревая нашу сущность и подпитывая наши силы. С этим моим перерождением светлая и тёмная стороны могли слиться в одно целое. Трансцендент, наполненный огнём Нексуса.
Когда мои ноги коснулись серебристого облака, служившего входом в священную землю наверху, я спрятала свои крылья, они мне больше не были нужны. Старейшины, несомненно, знали о моих изменениях, поскольку от них мало что ускользало. Они бы почувствовали мою силу в финальной битве, особенно учитывая, что многие мировые лидеры следовали за нами. Если бы мы проиграли, ни у кого-либо не осталось бы практически никакой надежды — мы были последней преградой на пути у Дэнни.
Прогуливаясь, я восхищалась окружающей меня иллюзией. Казалось, я иду посреди серебристого облака. Впервые увидев этот небесный пейзаж, я провела рукой по его поверхности, надеясь, что она такая же мягкая, как выглядит, но обнаружила, что там нет ничего существенного. Многие из нас на собственном горьком опыте убедились, что не стоит прислоняться к стенам, если, конечно, не хочешь упасть на поверхность луга.
Сегодня в небесной стране было тихо. На заседаниях совета присутствовали старейшины, по одному от каждой из самых влиятельных семей лугов. Мой отец был старейшиной, как и моя сестра, но после их смерти я отказалась от этой роли. Меня не интересовало управление этим миром, и тяжкое чувство вины, которое я испытывала из-за смерти сестры и того, как я себя вела после этого, убедило всех нас в том, что лучше держаться подальше от политики.
Хотя старейшин здесь не было, наш духовный наставник, Толи, никогда не покидал нас. Они не были трансцендентными существами и не имели расы или пола. Их присутствие трудно описать точно, разве что как клубящийся туман, содержащий всю силу, знание и энергию, составляющие сердце этого мира. Двенадцать старейшин существовали бок о бок с Толи, но окончательная сила всегда покоилась в наших сердцах, именно поэтому небесная страна постоянно двигалась и была, как правило, доступна только тем, кто был достаточно силен, верен и могущественен, чтобы быть старейшинами. Мы должны были защищать свои сердца, потому что все мы знали, что происходит, когда сердце подвержено риску.
По мере приближения к центру небесной страны облако изогнулось в пузырь, позволив мне войти в него. Легкая струйка энергии скользнула по коже и, как всегда, осела глубоко в груди, обнимая меня, словно старый друг.
Вихревой серебристый туман, окутывающий Толи, был таким же, каким я его помнила, напоминая мне облегченные версии Инки и Миднайт.
«Добро пожаловать, Древний.»
Он всегда называл меня древней, хотя я была молода по сравнению с его предполагаемым возрастом.
Опустив голову, я встала на колени.
— Прошу прощения за неожиданное прибытие, но мне нужно немедленно отправиться на задание, и я считаю, что не должна отправляться без твоего благословения.
Когда я подняла голову, туман принял форму очень круглого шара, его теплое присутствие приближалось, окутывая меня. Мне потребовалось настоящее усилие, чтобы опустить свои барьеры и позволить ему проникнуть внутрь меня, нащупав истину в моих словах. Но если бы я сопротивлялась этому благословению, то мое пребывание здесь не имело бы смысла.
По правде говоря, это присутствие не было навязчивым, оно прослеживалось в моих воспоминаниях… моих эмоциях… в истерзанной сущности разбитости, которая когда-то осквернила мою душу, но теперь почти исчезла.
«Ты изменилась.»
Я кивнула и встала.
— Да, я переродилась в последней битве. Смерть, видимо, на этот раз меня не приняла.
«Ты по-прежнему важна для этих миров. Смерть знает это, как и я.»
Слово важный на мгновение замелькало у меня в голове, и не потому, что оно меня удивило — все трансцендентные существа важны, — а потому, что теперь оно приобрело другое значение. Я была важна не только для поддержания баланса и спасения миров.
У меня снова появилась семья, и мне нравилось думать, что смерть обошла меня стороной, чтобы дать мне шанс по-настоящему прожить свою жизнь. Возможно, они считали, что я заслуживаю этого второго шанса.
Возможно, я сама тоже так думала.