ДЖЕЙКОБ КОМПАСС
Я бы никогда не ударил дерево. Деревья не заслужили моей ярости и гнева, моего отсутствия контроля. Но бушующая ярость, бурлившая внутри меня, должна была куда-то выплеснуться, а времени на то, чтобы выбраться из леса и обернуться, не было. Смена облика была слишком близко.
Это оставляло мне один вариант.
Мои братья.
Я позвал их через узы — не для того, чтобы выбить из них всё дерьмо (хотя каждый из них заслуживал этого в тот или иной момент), а чтобы разделить эту ярость между нами.
Либо так, либо кто-то пострадает.
Первым появился Брекстон.
На самом деле, первой была Джесса, и, несмотря на рык своего истинного пары, она бросилась ко мне, обхватив руками и ногами, чтобы пригвоздить меня к земле — будто это могло помешать мне улететь.
Моя связь с Брекстоном ожила. Я чувствовал его в своей голове и своей энергии.
Тронешь её — и я, блядь, убью тебя, — предупредил он.
Мне не нужны были предупреждения, я любил Джессу почти так же сильно, как он — хотя никто не может любить так, как истинная пара, это буквально прописано в их ДНК.
Я бы покончил с собой раньше, чем причинил ей вред.
— Джесса, детка, — выдавил я сквозь стиснутые зубы. Челюсть начинала ныть, но по какой-то причине это помогало. — Мне нужно, чтобы ты отошла. У меня проблемы с контролем силы.
С двухлетнего возраста Джесса была занозой в заднице — очаровательной, милой как ангел занозой. Так что, само собой, она меня не послушала. Напротив, её хватка стала еще крепче, и она бросала гневные взгляды на Брекстона каждый раз, когда он пытался подойти ближе.
— Ты просто не привык чувствовать нестабильную силу, — сказала она, уткнувшись лицом в основание моей шеи, как делала это в детстве, когда мы сваливали вдвоем, нуждаясь в отдыхе от более злой и шумной части четверняшек Компасс.
Судя по всему, теперь этим шумным козлом стал я.
— Я люблю тебя, — прошептала она, как и раньше, когда я злился на весь мир и не мог вымолвить ни слова. Если бы я был человеком, мне бы, наверное, диагностировали высокофункциональный аутизм. Я чувствовал эмоции, порой слишком сильно, но они были заперты внутри, и я не мог выражать их так же, как мои братья. Я думал, это из-за природы фейри — они по своей сути довольно холодны. Но дело было не только в этом.
Это была моя природа четырех рас, воюющая сама с собой.
— Хватит бороться, брат, — сказал Максимус. Его энергия еще не влилась в наши узы — там оставался только Брекстон, чья сила билась о мою, — но Макс был достаточно близко, чтобы я почувствовал его беспокойство. — Ты не победишь самого себя, не так. Вместо этого прими эти сильные эмоции и научись управлять ими.
Я закрыл глаза, позволяя огню гореть внутри, не давая телу измениться. Джесса подняла голову.
— Да, я чувствую твою силу. Черт, ты сильный.
— Я сильнее, — вставил Брекстон почти раздраженно, и я не смог сдержать мрачный, сдавленный смешок. Черт возьми. Они помогали. По-своему, через задницу, но помогали.
— Я тоже тебя люблю, — сказал я Джессе, и по моему голосу было ясно, что я успокоился. — Спасибо, что напомнила: всегда есть другой путь.
В юности, когда я не мог выразить чувства, я рассказывал ей, что ощущаю, и она «проживала» это за меня. Если мне было плохо, Джесса плакала; если я был счастлив, она смеялась и смеялась. Если я злился или был расстроен, она проклинала причину моего гнева, пиная всё вокруг и крича.
Я буду вечно любить её за то, что она для меня сделала; Джесса вытащила меня из многих трудных времен. Со временем я научился смеяться и плакать сам. Полагаю, этот следующий шаг — узы истинной пары — был естественным прогрессом в управлении моими эмоциями. Я больше не мог игнорировать реальность того, что в моей жизни появилась истинная пара.
Я даже не хотел её игнорировать. Я уже чувствовал, что лишился фундаментальной части самого себя.
Отпустив Джессу, я поставил её на ноги.
— Она ушла, — тихо сказал я, и братья подошли еще ближе, так что мы пятеро образовали тесную группу. — Она просто ушла, и это моя чертова вина.
Позволить ей уйти, возможно, было безопаснее для неё, но не лучше. Это казалось неправильным. Может быть, ей нужно было уйти, чтобы я осознал: она нужна мне рядом, чтобы я мог её защищать.
В этом, мать его, и был смысл моего существования.
— Она твоя истинная пара? — спросил Тайсон.
— Я не знаю наверняка, — ответил я, встретив его испытующий взгляд, — но все улики указывают на «да». Кажется, ни один из нас сейчас не в том ментальном состоянии, чтобы проверить это, но мы всё равно продолжаем кружить друг вокруг друга, и это делает нас несчастными.
Или, по крайней мере, я думал, что несчастен, но теперь, когда она действительно ушла, я по-настоящему осознал смысл этого слова.
— Мне нужно пойти за ней, — решил я. — Она была в ярости, а я просто позволил ей уйти. Она сказала, что ей нужно понять, кто она такая, прежде чем мы что-то начнем, но мы должны выяснять это дерьмо вместе. — Я повернулся к Тайсону. — Грейс может перенести меня в драгоценные земли?
Джесса положила руку мне на грудь, и тот факт, что Брекстон еще не попытался меня прикончить, говорил о том, как сильно он ей доверяет… и как любит меня. Через наши узы я чувствовал, что он даже не особо злится. Братья были единственными супами, которым он позволял находиться так близко к своей паре.
— Думаю, тебе стоит дать ей время, — сказала Джесса. — Знаю, обычно я бы такого не советовала, особенно с потенциальной истинной парой, но вам обоим нужно разобраться со своим дерьмом. Ей нужно время с родителями, время, чтобы осознать свое истинное наследие. Это важно, и она не сможет на этом сосредоточиться, если будет занята тобой. Не говоря уже о том, что ты в идеальной позиции, чтобы помочь нам в переговорах с президентом.
Джесса излагала факты, и она была права, но что-то глубоко внутри подсказывало мне, что не броситься в погоню за Джастис — ужасная идея. К тому же мой дракон был запредельно беспокоен и устроит мне веселую жизнь, если я не прислушаюсь к инстинктам.
— С ней там всё будет пучком, бро, — вставил Тайсон свой «полезный» комментарий. Мой брат временами был непроходимым тупицей. — Её родители спали и видели, как бы с ней познакомиться, а раз она королевских кровей, мужикам там запрещено просто подходить и лапать её или типа того…
Его прервал взрыв поблизости. Черт подери!
Я всё-таки навредил деревьям, чего так отчаянно пытался избежать.
— Может, тебе стоит просто заткнуться? — сухо предложила Джесса, глядя на Тайсона.
— Ага, пожалуй, так будет лучше, — сказал он, отступая с поднятыми руками. — А то следующим огненным шаром могу стать я.
Джесса хмыкнула, пытаясь подавить смех и косясь на меня. Выплеснув энергию, я стал немного спокойнее. Я направил на деревья успокаивающую воду, а затем исцеляющую энергию, извиняясь за свое плохое обращение.
Их ответная энергия вернулась ко мне, и я понял, что баланс восстановлен.
— Я знаю, что тебе нужно, — прошептала Джесса, вскинув голову. — Мы так давно этого не делали, но нам всем это сейчас необходимо.
Все посмотрели на неё с легким недоумением, кроме Брекстона, который был в её мыслях.
— Нам нужно вернуться в дом, — быстро сказала она.
Все начали расходиться, кроме меня.
— Я буду через несколько минут, — сказал я ей. — Сначала закончу с лесом.
— Идеально! — воскликнула она, подпрыгнув и чмокнув меня в щеку. — Скоро увидимся.
Их энергия витала здесь еще много минут после того, как они ушли — могущественные засранцы. Наверное, это чудо, что мы не превратились в тиранов, подобных американскому президенту. Уверен, именно Джесса удерживала нас в узде все эти годы. Не говоря уже о новых членах нашей стаи, истинных парах, которые были сильными, способными, умными и дерзкими — совсем как наша Джесс.
Все они заботились о том, чтобы мы не теряли почву под ногами.
Сосредоточившись на деревьях, я использовал только позитивную энергию, чтобы восстановить причиненный ущерб; песня, которую я пел, была мелодией омоложения. Когда я убедился, что сделал всё возможное, я направился к дому.
Я чувствовал себя выжатым как лимон. В груди чертовски болело, и я знал причину: Джастис. Я провел с ней целый месяц, каждый божий день, а теперь она ушла. Душой я понимал, что не пойти за ней — ошибка, но другая часть меня прислушивалась к словам Джессы. Я не хотел давить на Джастис или ограничивать её… лишать шанса узнать, кто она такая.
Она и так не доверяла мужчинам, которые не уважали её желания и границы — мужчинам, которых я собирался уничтожить, как только узнаю их имена. По крайней мере, если я не могу быть с ней сейчас, я могу провести время с пользой. Начиная с завтрашнего дня, я займусь прошлым Джастис, и, надеюсь, к тому времени, как она закончит изучать себя, я разгребу всё то дерьмо, что тянет нас назад.
Тогда мы сможем раз и навсегда решить, чего хотим.
Узы истинной пары всегда будут подталкивать нас друг к другу, это неизбежно, но у нас есть свобода воли, и последнее решение останется за нами.
Когда я дошел до дома, там было непривычно тихо. В месте такого размера, где живет столько семей, тишина — редкость. Но я чувствовал их энергию и последовал за ней через первый этаж вверх по лестнице. Когда я добрался до комнаты, где они собрались, на душе стало легче.
Дверь бесшумно открылась, и я вошел в полутемную комнату. Кровать здесь была сделана на заказ, так что на ней могли поместиться десять-двенадцать человек. Сейчас там были четверо взрослых и трое малышей, все сбились в кучу и спали.
Черт.
В груди сдавило, и я даже не осознавал, как сильно мне это было нужно, пока не залез с краю и не прижал к себе Лили.
— Дядя Джейки, — сонно пробормотала она. Дети обожали дневной сон и могли засыпать почти по команде. Приятная перемена по сравнению с тем временем, когда они были младенцами — не буду врать, на короткое время их ночные крики заставили меня всерьез подумать о том, чтобы навсегда остаться просто «крутым дядей».
— Спи, моя девочка, — сказал я ей, глубоко вдыхая и позволяя этой энергии расслабить меня. Мне нравилось, что они не позвали своих партнеров. Не сегодня. Всё было так, как раньше, плюс наши малыши — именно то, что мне сейчас требовалось.
Даже если место прямо рядом со мной казалось немного пустым.