ДЖАСТИС ВИНТЕР
Я лишь совсем недавно научилась контролировать свою силу, должным образом связавшись с камнями. Проблема заключалась в том, что это «недавно» делало меня почти бесполезной в вопросах продуктивного использования магии. Что-то работало на инстинктах, но многое — нет.
Оставалось надеяться, что инстинкты поскорее подскажут, как открыть путь между нестабильными мирами, иначе все, кого я любила, будут уничтожены. Я была согласна с Джейкобом: всё это — прямой результат действий президента Кейна. У него были планы, выходящие далеко за рамки того, что он демонстрировал миру. У меня не было конкретных деталей, чтобы предупредить супов, но предчувствия были паршивыми.
Грейс крепче сжала мою руку, и мы позволили нашим силам смешаться. Мощь двух камней была настолько велика, что вокруг послышались изумленные вздохи. Я не видела, что именно происходит — мои глаза были закрыты, пока я концентрировалась, — но догадывалась, что зрелище впечатляющее.
— Линия страдает! — выкрикнула Грейс, стараясь перекрыть гул энергии. — Нам нужно открыть этот портал и остановить то, что происходит!
Ничего я не хотела сильнее, чем открыть этот чертов портал, но всё работало не так, как обычно… нас блокировали. Или сама линия была слишком повреждена…
Мы опоздали.
Чьи-то руки коснулись моих, в наших узах появилась энергия Кэм и Гретли, и мои глаза распахнулись, когда разразилась настоящая какофония мощи. Из моей груди вырвался крик, застряв в горле, пока я сражалась с разрушительными силами. Мы столкнулись с чем-то, что удерживало лей-линию, и если два потока не сольются воедино, добром это не кончится. Если нас отвергнут, отдача может убить всех присутствующих.
Я встретилась взглядом с расширенными от паники глазами Грейс. Она знала, о чем я думаю, и чувствовала то же самое.
Призовите камни! — закричала я сестрам через узы. — Нам нужна их сила, если мы хотим выжить!
Они закрыли глаза, и я сделала то же самое, дотягиваясь до самых глубин своего источника. В груди вспыхнуло пламя, но это не был рубин. Я замерла на секунду, завороженная знакомым жаром.
Джейкоб?
Джейкоб был там, со мной, его огонь танцевал в моем теле, словно оно принадлежало ему. Слов не было, но я чувствовала его поддержку. Это заставило меня копать еще глубже. Связь с камнями была нашим единственным шансом вернуться домой.
Я откинула голову назад, широко разведя руки и сжимая ладони сестер. Сила вырвалась из меня красной вспышкой, потоки других камней хлынули от остальных принцесс. Цвета взметнулись широкими дугами, и когда они пересеклись высоко над нами, камни разлетелись вдребезги, чтобы тут же переродиться в радужный мост, уходящий за горизонт.
— Идите! — крикнул отец. — Этот мост — последний путь домой. Живо!
Он сформировался окончательно — калейдоскоп цветов, в котором было гораздо больше, чем просто четыре земли самоцветов. Связь между нами разорвалась, когда мы начали расходиться.
— Мы останемся здесь и сделаем всё возможное с этой стороны, — сказала Гретли, всё еще сжимая руку Кэм.
Я давно знала, что они не планируют возвращаться на Землю; там для них ничего не осталось. Я понимала их, поэтому просто крепко обняла обеих.
— Пожалуйста, вернитесь к нам, — прошептала Гретли, обнимая и Грейс тоже.
— Берегите себя, — выдавила я, прежде чем поспешить к Джейкобу. Как только его рука легла в мою, бушующая внутри энергия утихла, расслабляясь под воздействием наших уз. Они были развиты куда сильнее, чем я ожидала, учитывая отсутствие секса.
Мы шли наперекор всему, и это мне чертовски нравилось.
— Идем, Руби, — пробормотал он. — Спасем мир.
Всхлип всё-таки вырвался, но я подавила следующий. Поднявшись на цыпочки для последнего поцелуя, я насладилась секундами, когда мои губы касались его, и мы двинулись в путь. Моя нога коснулась края радуги, и, несмотря на её крутой подъем в небо, ощущение было такое, будто я бегу по ровной дороге. Путь, состоящий из миллиардов мерцающих огней, прозрачно искрящихся под ногами. Выглядело как радуга, но ощущалось твердым.
Я обернулась лишь однажды, чтобы послать воздушный поцелуй родителям; они ответили тем же, мать открыто рыдала. Было больно оставлять их, но я не могла на этом зацикливаться. У нас была работа… нужно спасти несколько миров, и именно туда я направила всё свое внимание.
Тайсон и Грейс бежали прямо за нами.
— Знаешь, за все годы той чертовщины, что я повидала в этом мире, — начала Грейс, звуча запыхавшейся и ошеломленной, — бег по радуге я никак не ожидала.
Я рассмеялась.
— Представь, каково это — вырасти в мире людей. В какой-то момент я, должно быть, привыкла ко всей этой странности, потому что два года назад радужный мост существовал только в сказках или кино. Теперь я почти не моргаю, когда фантазия становится реальностью.
Мой взгляд скользнул по Джейкобу.
— Во всех смыслах.
Я стала жутко сентиментальной в последнее время, но, черт возьми, если девушка не может позволить себе нежные чувства, когда находит истинную пару, родителей и судьбу принцессы, то когда еще их проявлять?
— Это лучше любой фантазии, — сказал Джейкоб, и его глаза стали того глубокого зеленого цвета, который напоминал мне о лесах и самой жизни.
— Перестань отвлекать меня своим лицом, — отчитала я его, пытаясь пробудить в себе ту самую язвительную искру, которая помогала мне выживать. Он превращал меня в какую-то влюбленную дурочку из мелодрам.
И мне это даже нравилось.
Джейкоб ухмыльнулся, что только усилило эффект. Ублюдок.
Мост продолжался, и мы спринтерским бегом неслись вперед.
— Переходы через порталы куда проще, — пожаловался Тайсон, выглядя раздосадованным из-за того, что его магия на этот раз подвела. Парень слишком привык быть самым могущественным. — Если это «старая школа», то я не жалею, что мы эволюционировали.
Мост расширился настолько, что мы все бежали в одну линию, плечом к плечу.
Грейс раздраженно фыркнула.
— Вероятно, это самый первый путь, по которому наши предки перешли на Землю, — сказала она своему паре. — Атланты и все остальные. Имей хоть каплю уважения.
— А что там с атлантами? — спросил Джейкоб.
Я знала общую историю о первых супах, перебравшихся на Землю, — гибридах фейри и магов, обладающих невероятной силой. Многие из них погибли, когда их земли были затоплены богами, но в последнее время ходили слухи.
— Последнее, что я слышал — появились признаки возрождения Атлантиды, — коротко ответил Тайсон. — Эти новости дошли до нас прямо перед уходом в Волшебную страну. С тех пор могло произойти что угодно.
Грейс кивнула.
— Да, Луи как раз собирался помочь с их драмой. Он сказал, что будет перемещаться между двумя мирами, чтобы всё функционировало.
Тайсон фыркнул.
— Чертов колдун. Думает, он такой важный.
— Так и есть, — сухо ответила Грейс. — У тебя может быть сила, но у него — и сила, и опыт.
Тайсон явно хотел поспорить, но она бросила на него такой взгляд, что он лишь покачал головой и закрыл рот. Губы Джейкоба дрогнули, пока он наблюдал, как единственная во всем мире супа ставит его брата на место.
— Надеюсь, с атлантами обойдется без драм, — сказал он, чтобы разрядить обстановку. — Нам бы с нынешней ситуацией разобраться.
— А что, если всё это дерьмо с лей-линиями как раз из-за атлантов? — внезапно спросил Тайсон. — Мы просто списали всё на президента, но у нас нет прямых доказательств.
Джейкоб бросил на брата внимательный взгляд.
— Знаешь, это вполне возможно. Думаю, скоро узнаем.
Компассы принимали это как должное — одну катастрофу мирового масштаба за другой. Я никогда не пожалею о том, что моим истинным парой стал один из них. Я обожала то, каким сильным и могущественным был Джейкоб. Я любила их крепкие семейные узы, но они определенно шли в комплекте с кучей опасностей.
— Не знаю, как твои братья справляются, — тихо сказала я. — Заводить детей и постоянно иметь дело с ситуациями «конец света». Это, должно быть, чертовски страшно.
Мне было страшно за их малышей, хотя я их почти не знала.
Джейкоб встретился со мной взглядом; он прочитал всё между строк.
— Это страшно, — мягко ответил он, сжимая мою руку. — Но они бы ничего не изменили. Дети Компассов рождаются в одной из сильнейших стай мира, и каждый из нас умрет за своих детей.
— К тому же наши дети и сами по себе сильны, — добавил Тайсон. — Уверен, именно это поколение будет спасать мир. Ну, когда придет время.
Его глаза блеснули, и он поиграл бровями, глядя на Грейс.
— Хочешь завести ребенка?
Она сузила глаза.
— Тай, время. Ты совершенно не чувствуешь момента.
Он пожал плечами.
— Время работает на меня, а не наоборот.
Грейс склонила голову, на её лице отразился поиск остатков терпения.
— Я просто… это так не работает, милый.
Тайсон снова пожал плечами, выглядя совершенно невозмутимым. Самоуверенность должна быть их вторым именем. У всех.
Джейкоб сжал мою руку, возвращая мое внимание к нему.
— Нам не нужно беспокоиться о детях еще долгое время, — тихо сказал он. — Мы не спешим.
Меня должно было напугать то, насколько он уверен в наших отношениях — словно всё было неизбежно, — но я чувствовала то же самое. Когда знаешь, просто знаешь.
— Мы живем очень долго, — продолжал он своим музыкальным голосом. — И я хочу наслаждаться временем с тобой в моменты мира. Думаю, мы это заслужили. Так что давай сразимся за это сейчас, а обо всем остальном позаботимся позже.
Я откашлялась.
— Ты чертовски хорош в словах, Джейкоб Компасс.
Мне было трудно выговорить что-то еще — эмоции переполняли. К счастью, мы, кажется, достигли конца пути, так что времени на разговоры не осталось. Радужный мост упирался в мерцающую стену, и, надеюсь, за ней было то самое место, где мы должны были оказаться.
На Земле.