В библиотеке стало ещё более одиноко, чем раньше. Бетани провела рукой по книгам, просто чтобы поздороваться со старыми друзьями. Тогда ей показалось, что лучше всего отказаться от поисков отца, но теперь она чувствовала себя такой… потерянной без книг.
В то же время, если бы она не остановилась, то никогда бы не заметила мужчину, который каждый вечер парковался возле её дома, и, следовательно, не нашла бы отца. Что, конечно, вызвало ещё больше вопросов. Её мать, должно быть, знала, но давно ли? И почему она не рассказала Бетани, даже если её отец не мог связаться с ней из-за боязни каким-то образом подвергнуть её опасности?
— Я включу свет, — произнёс Оуэн, прерывая её размышления, и зашёл за стойку.
— Позвони своей маме, — сказала ему Бетани, беря телефон.
Оуэн помолчал.
— Не знаю, вдруг она заметит здесь свет? И тогда она узнает, что мы тут, и…
Бетани закатила глаза.
— Скажи ей, что останешься сегодня у меня. Я скажу своей маме, что останусь у тебя. Так нас не хватятся, если мы не вернёмся…
Оуэн с трудом сглотнул.
— Никогда?
— Через несколько часов, — ответила Бетани, свирепо глядя на него.
Оуэн кивнул и вошёл в кабинет своей мамы, через мгновение там зажёгся свет. Бетани подождала, чтобы убедиться, что он не вернётся сразу, а затем набрала номер мамы.
— Привет, Бет, — проговорила её мать, когда подняла трубку. — Как дела у Оуэна?
Бетани попыталась заговорить, но какое-то время не могла вымолвить ни слова. «Просто расскажи ей всё. Она же должна знать, что папа жив и здоров и присматривает за нами. Узнай у неё правду!»
Но если бы она всё это сказала, мама ни за что не позволила бы ей вернуться в Юпитер-Сити, чтобы спасти отца. Скорее всего, мама заперла бы её в своей комнате на следующие десять лет, не дав даже учебника, в который можно было бы запрыгнуть.
— Всё хорошо, — наконец произнесла Бетани. — Я собираюсь переночевать у Оуэна, если ты не против. Его мама уже согласилась.
— О, конечно, — ответила ей мама. — У меня всё равно есть несколько дел.
— Тогда ладно, — сказала Бетани после паузы. — Увидимся завтра.
— Хорошо, люблю тебя!
— …Я тоже тебя люблю.
Девочка нажала на кнопку завершения вызова, и задумавшись уставилась на телефон, поэтому чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда Оуэн хлопнул её по плечу.
— Готова?
— Не делай так — закричала Бетани, резко оборачиваясь.
Глаза Оуэна расширились от удивления, и он поднял руки, словно сдаваясь.
— Прости, правда. Я знаю, что ты на взводе из-за всего этого. Но будет лучше, если мы придумаем план спасения Дока Сумрака. Таким образом…
— У нас нет времени, — проговорила Бетани, направляясь к стеллажам.
— Нам нужен план, Бетани, — сказал Оуэн, следуя за ней по пятам. — Мы не можем просто взять и вернуться, не имея ни малейшего представления о том, что мы делаем. Из-за этого нас чуть не схватили!
Бетани покачала головой, направляясь прямиком в детский отдел.
— Чем дольше мы будем ждать, тем больше шансов, что мой отец закончит так же, как та старуха. Нет, мы получим некоторую помощь, а затем вернёмся и изо всех сил ударим по Мраку.
— Мы даже не знаем, кто такой этот Мрак, — возразил Оуэн, когда Бетани схватила книгу «Киль Гноменфут и Источник магии», последний том серии о Киле Гноменфуте, затем положила его на ближайший стол и начала листать до конца.
— Он суперзлодей, который раздражает, — произнесла Бетани. — Магия Киля позаботится о нём.
Оуэн положил руку на страницы, и девочка подняла на него раздражённый взгляд.
— Ты согласилась с тем, что нам нужно всё хорошенько обдумать.
— И мы это сделали. Мы подумали, что нам нужна помощь, и теперь мы её получим. Это мир комиксов, Оуэн. Разобраться в них не так уж сложно, верно? Противостояние добра и зла, где люди носят трусы наружу. Я поняла. А теперь давай найдём Киля.
Оуэн вздохнул.
— Я просмотрел комиксы Дока Сумрака, пока разговаривал с мамой по телефону. Очевидно, они настолько редки, что в Интернете даже нет фотографий. Но я заметил, что через месяц выходит новая серия комиксов того же автора. Помнишь, как Док Сумрак упоминал парня по имени Мэйсон Блэк?
Бетани прикрыла глаза.
— Ну и?
— Он автор, — сказал ей Оуэн. — И угадай, как называется этот комикс?
— Я не собираюсь гадать.
— «Мрак», — сказал ей Оуэн. — Он герой. Или главный, или что-то в этом роде. Я понятия не имею, должен ли он быть хорошим парнем…
Бетани резко опустила руку.
— Он забрал моего отца. Ты думаешь, он хороший парень?
— Кто знает, что может быть в комиксах, — проговорил Оуэн. — Есть много плохих парней, у которых есть свои собственные комиксы. У Джокера даже было своё название какое-то время. Так что мы должны быть осторожны…
— Нет, — воспротивилась Бетани. — Мы не будем осторожничать. Мне всё равно, кто нас увидит. Мне всё равно, узнает ли весь мир, на что я способна. Мы собираемся вернуться, спасти моего отца и выбраться оттуда. Надеюсь, нас никто не увидит, но если это произойдёт, то пусть так и будет. Мне уже всё равно, Оуэн. Это слишком важно.
Оуэн помолчал, затем указал на книгу о Киле Гноменфуте.
— Ты знаешь, как найти Киля? — спросил он. — Разве он не говорил, что снова свяжется с нами, когда поймёт, кто он такой без магии?
Бетани кивнула.
— Он сказал, чтобы я дала ему год на подготовку, а потом встретилась с ним, если мне понадобится помощь, или просто сказала… — она замолчала, затем покачала головой. — И нам действительно нужна помощь.
— Помощь и его магия, — произнёс Оуэн, уставившись в пространство. — Я просто надеюсь, что у него есть заклинания, которые дадут нам… — Тут он замолчал, словно только сейчас осознал, что говорит вслух, и закашлялся, чтобы скрыть это.
Девочка с подозрением посмотрела на него.
— Ты что-то планируешь, не так ли? Вот что каждый раз всё портит, Оуэн. Нам нужно просто что-то делать, а не придумывать хитроумные планы для всего.
Мальчик развёл руками.
— В этом нет ничего безумного! Просто… давай сначала подождём и посмотрим, возможно ли это. Если волшебство не сработает, нет причин волноваться.
Отлично. Это прозвучало как повод для паники. Но сейчас было не время. Бетани протянула ему руку, держа в другой раскрытую книгу.
— Готов?
— Не совсем, — сказал Оуэн, но подруга всё равно схватила его за руку и потянула их обоих прямо в книгу.
• • •
Квантериум выглядел иначе, чем в тот раз, когда Оуэн видел его (единственным другим посещением была президентская речь Чарм пять лет спустя). А тогда он был замаскирован под Киля Гноменфута, который, в свою очередь, был замаскирован под робота-солдата Науки, пытающегося найти источник Магии, чтобы использовать его против доктора Верити. Корабль Чарм только что потерпел крушение, а сама девочка едва не погибла. Солдаты Науки были повсюду, и весь мир готовился к войне.
В общем, это было не самое лучшее путешествие.
Однако теперь, по прошествии года, всё казалось гораздо более мирным.
Вместо роботов-убийц по улицам, залитым ярко- синим электричеством, прогуливались настоящие живые люди. Большинство из них были одеты как квантерианцы, в футуристическую одежду с острыми углами и серебристым отливом, но то тут, то там Оуэн видел людей в мантиях, за которыми следовали книги с заклинаниями.
— Магистерианцы здесь? — спросил он, указывая пальцем. — Всё действительно изменилось. На протяжении серии книг они воевали с квантерианцами.
— Через несколько лет Чарм будет избрана президентом, — произнесла Бетани, оглядываясь по сторонам. — Пока всё не идеально, но они движутся к этому. Мы с Килем несколько раз говорили об этом, когда приходили сюда.
— Подожди… Ты погружалась в книги Киля без меня?
Бетани замерла, затем съёжилась.
— Извини, — произнесла она. — Я не должна была упоминать об этом. Мы знали, кого ты захочешь увидеть, и я подумала, что мы и так причинили достаточно вреда книгам.
Оуэн ошеломлённо уставился на неё. Бетани была той, кто наняла вымышленного детектива для поисков своего отца. Именно из-за неё сумасшедший суперзлодей похитил её возможного отца, потому что они вломились в его возможный дом. И она решила, что Оуэн доставил слишком много хлопот?
Невероятно. Но сейчас было не время возмущаться, они были окружены со всех сторон вымышленными людьми.
— Отлично. Так где же тогда Киль? — спросил мальчик, понимая, что его голос звучит немного обиженно, но ему было всё равно.
— Он сказал, что встретит меня на том месте, где он сдался полиции Науки, — сказала она и уверенно направилась сквозь толпу, как будто была здесь уже сотню раз.
Оуэн последовал за ней, буравя взглядом её затылок. Как часто Киль и Бетани прыгали в книги без него? Это была только серия о Киле Гноменфуте или были и другие? И что это вообще значит? Что они хотели провести время наедине, без него?
Город становился всё более и более живописным по мере того, как они приближались к Президентскому дворцу, где Оуэн был схвачен доктором Верити, а затем в него запрыгнул Киль и поменялся с ним местами. Когда воспоминания нахлынули на него, Оуэн положил руку на своё сердце, просто чтобы почувствовать, как оно бьётся. Это казалось настолько нормальным, что он часто забывал, что у него вымышленное роботизированное сердце, благодаря Чарм.
Когда Оуэн в последний раз видел дворец, он был окружен армиями солдат Науки из бесконечного множества измерений, поэтому он не обратил внимания, насколько он красив. Теперь же, когда по его ступеням ходили как реальные, так и голографические квантерианцы, мальчик мог оценить грандиозность здания и то, насколько потрясающими были прозрачные стены, наполненные потрескивающим электричеством.
В общем, это напомнило ему о том, как сильно он скучал по Чарм, и его роботизированное сердце заныло.
Друзья быстро поднялись по ступеням и остановились у входа во дворец, на том самом месте, где годом ранее Киль Гноменфут передал бесчувственное тело Чарм полиции Науки, а сам сдался им, чтобы спасти ей жизнь. Сбежать, конечно, было не так уж сложно. Ведь наполовину вымышленная подруга могла легко вытащить его из тюремной камеры полиции Науки в реальный мир, но, тем не менее, для Киля это был героический поступок.
— Где же он? — прошептала Бетани, поворачиваясь по кругу. — Он обещал, что будет здесь!
— Ты уверена, что мы в правильном месте? — спросил Оуэн, и в его голосе снова зазвучала горечь. — Я имею в виду, на правильной странице?
— Конечно, — отрезала девочка, и Оуэн понял, что она беспокоится не только о своём отце. — Он хотел встретиться здесь, потому что через год или два ему собираются поставить статую, и ему нравится сидеть здесь и представлять, как она будет выглядеть.
Оуэн кивнул. Это было так похоже на Киля.
— Возможно, он просто опаздывает. Может, нам стоит выскочить и попробовать ещё раз в другое время или что-то в этом роде?
— Он обещал, что не опоздает, — проговорила Бетани, всё ещё оглядывая толпу. — Должно быть, с ним что-то случилось. Что-то плохое.
— Мы не знаем этого наверняка. У него не было своей магии, когда он уходил, так что, возможно, у него её нет и сейчас. Просто ему может потребоваться некоторое время, чтобы своё место в жизни.
Бетани открыла было рот, чтобы ответить, но тут же дёрнула Оуэна за колонну, широко раскрыв глаза.
— Что? — начал Оуэн, но девочка закрыла ему рот рукой. Он попытался протиснуться мимо неё, чтобы посмотреть, но она толкнула его рукой.
Два робота полиции Науки прошли мимо колонны, не заметив их. Вид их роботизированной походки и лазерного оружия наполнил Оуэна неким ужасом, но он напомнил себе, что они больше не пытаются его убить.
— Теперь они хорошие парни, не так ли? — прошептал он Бетани.
— У них моя фотография в файле, — прошептала она в ответ. — Возможно, однажды у нас с Килем были тут неприятности.
— Сколько же раз вы приходила сюда? — вскрикнул он.
Бетани испуганно взглянула на роботов, которые остановились, услышав крик. Она быстро потащила Оуэна к другой стороне колонны. К сожалению, она не смотрела, куда идёт, и Оуэн врезался прямо в квантерианца. Они оба рухнули на землю, и мальчик смущённо поднял глаза, чтобы извиниться, но все мысли тут же вылетели из его головы.
С земли на него с раздражённым выражением лица смотрела полностью похожая на человека Чарм Квантум.
— Отлично, — произнесла она. — Не видишь, куда идёшь?