Сэл и Альберт идут впереди. Гриффон поддерживает меня, и я начинаю двигаться, чувствуя, как грудь сжимается от невыплаканных слез. Ээро и Оскар, возможно, всё еще живы. Как и Лозен, Мерил, моя бабушка, тетя Флоренс и Мари. Я не видела, чтобы кто-то из них погиб. Мы можем встретиться снова. Я должна в это верить.
Мы идем. И идем. И идем.
Туннель тянется перед нами, как рана в толще земли. Деревянные балки подпирают своды через равные промежутки, древние бревна стонут под тяжестью породы. Наши шаги эхом отдаются на рельсах, проложенных вдоль пола — металл, похожий на шахтерские пути из учебников истории, тускло поблескивает в странном освещении. Эти загадочные огоньки продолжают свой равномерный ход вдоль стен, загораясь прямо перед нами и гаснут позади, словно сам туннель ведет нас вперед. Воздух становится холоднее, принося новые запахи. Мшистые, острые.
Слышны лишь глухой стук наших шагов и тяжелое дыхание. Туннель кажется бесконечным, уходящим в вечность. Со временем оно теряет всякий смысл. Возможно, мы идем уже несколько часов, а может — дней.
И затем, без предупреждения, он заканчивается.
Последние огни вспыхивают, открывая взору дверь, возвышающуюся перед нами — монолит из сверкающего металла. Ни ручек, ни петель, лишь гладкая серебристо-серая поверхность, испещренная странными символами, которые, кажется, смещаются, если смотреть на них прямо. Красный огонек пульсирует возле центра, словно угасающее сердце.
— Что по ту сторону? — шепчет Сэл.
Ни у кого из нас, даже у Альберта, нет ни одной догадки.
При нашем приближении дверь с шипением открывается. Вся наша жизнь прошла внутри Стены, и вдруг — выход. Сэл кладет одну руку на плечо Альберта, а другую протягивает мне. Я принимаю её, свободной рукой хватаясь за Гриффона. Мы входим в новый мир плечом к плечу.