УНА
Мужчина из фейри теней, стоявший рядом с Морголитом, был поражающе красив и одновременно тревожно серьёзен. Его лицо оставалось непроницаемым, но алые глаза были насторожены и бдительны. Четыре гладких рога плавно изгибались из его головы, украшенные золотыми ободками у основания и на концах. Его черно-золотые доспехи с вкраплением серебра, хоть и были великолепны, носили следы использования. Драконьи крылья были сложены за его спиной, а их заострённые кончики гордо устремлялись к небу.
Он стоял неподвижно, сцепив руки за спиной. Но клинки на его поясе ясно говорили, что он всегда готов к бою, даже если в данный момент казался спокойным и кротким.
– Король Голл и мизра Уна, – официальным тоном произнёс Морголит, – позвольте представить вам лорда Валлона из дома Хенноуин, верховного жреца Гадлизеля.
Мой взгляд скользнул к декоративным ободкам вокруг его чёрных рогов.
– Вы тоже из королевской семьи?
Его алые глаза задержались на моих крыльях, а затем встретились с моими, холодным взглядом.
– Нет, – ответил он ровно.
Морголит, казалось, уловил моё замешательство.
– У фейри теней жрецы занимают очень высокое положение в их культуре. Они украшают свои рога золотом, как это делают представители королевской семьи.
Вспомнив хрупкого старейшину Лелвина, я не смогла удержаться от прямолинейного замечания.
– Вы совсем не похожи на жреца.
Голл, стоявший рядом, сдержал смешок, откашлявшись, но не стал ничего говорить.
– Вы выглядите так, словно готовы к битве, а не к молитве, – пояснила я.
– Жрецы должны быть всегда готовы. Мы чтим богов и оберегаем их святые места. Мы – защитники.
– И что же именно вы защищаете? – спросила я, пытаясь представить себе священный храм с реликвиями, которые эти жрецы охраняют. Но от кого? И зачем? В Иссосе и Силвантисе местные жители уважали и почитали храмы своих богов. Они не нуждались в защите.
Валлон не ответил на мой вопрос, задав свой:
– Что вы ищете в наших землях, мизра?
– Слова, – ответила я. Если он мог быть лаконичным и сдержанным, то и я могла. – К счастью, я точно знаю, где их найти. Пророчество, описывающее место, где находится третий текст, наделённый силой богов, было достаточно конкретным, чтобы мы были уверены, что он находится вблизи Сердца Сольцкина.
Он продолжал безмолвно изучать меня ещё мгновение, а затем произнёс:
– Тогда идём. Оно сразу за той рощей.
Он пошёл вперёд, что меня удивило: он либо доверял Голлу и его воинам настолько, чтобы оставить их у себя за спиной, либо просто не видел в них угрозы, либо доверял Морголиту.
– Он не слишком дружелюбен, – шепнула я Голлу.
Его губы изогнулись в полуулыбке, и он прошептал в ответ:
– Они никогда не бывают дружелюбными.
Мы следовали за жрецом через рощицу с толстыми стволами дубов, где землю покрывал оранжевый ковёр из опавших листьев. Это была скорее не лесная чаща, а редкая группа деревьев, стоящих словно часовые вокруг Сердца Сольцкина. Я с волнением ждала, когда увижу это место, почитаемое среди фейри теней, согласно тому, что однажды рассказала мне Хава. Оказалось, что фейри теней проводят там религиозные обряды в определённое время года.
Огромная глыба камня возвышалась над землёй, образуя треугольный пик, словно стремящийся к небу. Это был странной формы камень, вдвое выше старых дубов, которые хаотично окружали его. Камень казался чужеродным в этом месте, его тёмный оттенок разительно отличался от каменных пород в предгорьях Солгавийских гор. Возможно, сам Сольцкин поднял его из другого уголка мира и поместил здесь как алтарь для фейри теней – своих преданных последователей.
Мы оказались совсем близко к огромной горной гряде, где находился дом фейри теней, и прошли мимо утёсов и пещер, пока Дракмир не спустился ближе к месту встречи. Драк снова поднялся в небо, раздражённо взмахнув крыльями при виде крылатого фейри теней.
Чем ближе мы подходили к камню, тем сильнее разгоралось чувство жжения в моей груди. Магия богов была здесь, она исходила волнами, наполняя воздух едва ощутимым покалыванием. Зелёный лишайник и вьющиеся лозы покрывали его стороны, но сквозь них всё же проглядывал тёмный камень.
– Думаю, то, что вы ищете, находится с этой стороны, – произнёс Валлон, подходя к южной стороне камня.
Я задумалась, какую загадку предложит мне богиня Эльска на этот раз или какой текст мне придётся проглотить. Мысленно содрогнулась, представляя слова, выведенные лишайником там, где сейчас стоял Валлон, глядя вверх. Не придётся ли мне съесть плесень? Я положила ладонь на живот, беспокоясь за своего ребёнка и о том, как магия может на него повлиять.
Когда я обошла камень, с другой стороны, совершенно чистой от лоз и лишайников, то оказалась не готова к тому, что увидела. Демонические руны были высечены на камне, их магическая сущность, как и у других текстов, наделённых силой богов, исходила волнами потусторонней энергии. Она пронизывала мою кожу.
Я смотрела на камень, ошеломлённая и раздосадованная, а затем повернулась к Голлу.
– Как, по-твоему, я должна проглотить этот валун?
Очень серьёзный фейри теней, сопровождающий нас, шагнул вперёд, его выражение впервые приобрело нечто похожее на раздражение.
– Мизра, я не знаю о вашей миссии, но вы не можете проглотить Сердце Сольцкина. Оно священно для моего народа.
Я шумно выдохнула, с трудом сдержав желание закатить глаза.
– Я прекрасно понимаю, что это физически невозможно. Но я уверена, что богиня Эльска вела меня сюда, и именно эти слова мне нужны. – Я осмотрелась, пытаясь понять, не ошиблась ли и нет ли где-то ещё надписи. – Я не понимаю, – прошептала я скорее себе.
Выражение Валлона стало ещё мрачнее, прежде чем он наконец сказал:
– Как вы и сказали, это невозможно.
Мысли о моём народе, о моём отце, о моём брате, страдающих от чумы, умирающих, возможно, в эту самую минуту, скручивали мне нутро. Отчаяние начинало захлёстывать меня, ведь как я смогла преодолеть первые две преграды, но оказаться бессильной перед третьей? Почему боги привели меня сюда, если я должна потерпеть поражение сейчас?
Голл положил ободряющую руку мне на поясницу, и его глубокий, ровный голос разорвал затянувшееся молчание.
– Ей не нужно глотать камень. Ей нужны только слова.
Тон, каким он это сказал, заставил меня взглянуть на него с вопросом. Он сверлил Валлона таким взглядом, будто я упускала что-то важное.
Морголит подошёл ближе к Валлону.
– Это правда. Ей нужны только слова.
Морголит посмотрел вверх, на камень, и я невольно последовала его примеру, разглядывая надписи, окружённые толстыми ветвями плюща, но всё же оставшиеся открытыми.
– Может ли он помочь нам?
Лицо Валлона ещё больше омрачилось.
– Я не вижу возможности, чтобы он покинул Гадлизель ради помощи принцессе фейри Луны в её поручении от Богини Леса, – резко бросил он с явным цинизмом.
Морголит с нажимом произнёс:
– Посмотри на неё. Она не просто лунная фейри.
Он указал на мои крылья и тень, окутывающую меня.
– Она больше, чем кажется.
– Кто может помочь нам? – спросила я.
Красные глаза Валлона скользнули по мне и моим крыльям. Ответа он не дал. Это сделал Морголит.
– Принц Торвин из Гадлизеля обладает особыми способностями.
Валлон зашипел на Морголита, но я быстро добавила:
– Он может как-то снять слова?
Валлон снова уставился на камень, его раздражённый взгляд стал ещё более ярким.
– Снова повторяю, это не наше дело. То, что случится с фейри света, нас не касается.
Он сказал это с уверенностью, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на вину.
Треск, раздавшийся от камня, заставил меня вздрогнуть. Голл подхватил меня, оттаскивая на несколько футов назад, и все мы замерли, следя за тем, откуда доносился звук.
Но трещал не сам камень. Толстая, как моё бедро, лоза, обвивавшая надписи, начала отделяться от его поверхности.
Я ахнула, когда два изумрудно-зелёных глаза раскрылись среди двух листьев, обращённых к нам. Вокруг глаз свисали нити плюща, похожие на волосы.
– Дриада, – прошептала я, хотя никогда прежде не слышала о таких.
Голл частично заслонил меня собой. Её рот был вырезан из коры лозы. Хрупкие ноги и руки, тоже состоящие из лоз, отделились от камня, когда она спустилась вниз, словно была частью этого камня на протяжении долгих лет. Тёмно-зелёные лозы её волос тянулись к земле, окутывая её тонкое, обнажённое тело, целиком состоящее из коры.
Никто не произнёс ни слова, пока она смотрела на нас, затем широко зевнула, её листья дрогнули, прежде чем она остановила свои неземные глаза на мне.
– Я ждала тебя.
Её голос был странно детским, напоминая мне Зу, Тикку и Гету.
– Ты ждала меня? – спросила я, выходя из-за Голла, который всё ещё держал руку на моём плече. – Как долго?
Она моргнула своими лиственными глазами, подняла взгляд, будто вспоминая, и ответила:
– Три тысячи лет. И ещё один.
Сорин издал звук удивления. Валлон слегка изменил позу, но никто больше ничего не сказал.
– Это очень долго, – проговорила я, чувствуя, как сердце начинает биться всё быстрее.
Она пожала плечом, таким хрупким, как мой запястье, и легонько отбросила свои волосы из плюща длинными, тонкими пальцами.
– Я подождала несколько сотен лет, а потом поняла, что ты могла ещё не родиться. И, возможно, не родишься ещё очень долго. Тогда я решила немного поспать.
– Понятно, – произнесла я. Затем мне вдруг пришла мысль, и я повернулась к Голлу:
– Ты понимаешь, что она говорит?
Я задумалась, говорю ли я на том древнем демоническом языке, на котором, по словам Голла, я общалась с водными духами.
– Да, – ответил Голл.
– Они понимают меня, – проговорила дриада, затем повернулась к Валлону, её волосы из плюща неестественно взметнулись. – Ты ошибаешься, жрец. То, что случится с фейри света, касается и тебя.
Она указала на меня одним из своих длинных пальцев.
– У неё есть роль, как и у тебя, жрец.
Мы все были потрясены внезапным появлением древней дриады, но Валлон, казалось, был невозмутим и удивительно спокоен, когда она обратилась к нему.
– А какова моя роль? – смело спросил он.
Она улыбнулась, обнажая острые зелёные зубы.
– Ты узнаешь.
Затем она снова откинула свои волосы из плюща через плечо, напоминая мне придворных дам в Иссосе, когда те изображали надменность, играя в аристократок перед фейри при дворе.
– А сейчас ты приведёшь своего принца. Он скажет ей слова.
Затем её взгляд стал жёстким, а зелёные глаза заискрились ярче.
– Если ты хочешь защитить гору, – её голос перешёл в зловещий шёпот, – от всех, кто там обитает, тогда ты должен сделать то, что я говорю.
На мгновение я была сбита с толку, ведь, казалось, она должна была сказать «и от всех, кто там обитает», а не «от». Но я не решилась задавать вопросы. Она явно была на моей стороне.
Валлон почтительно наклонил голову перед дриадой.
– Я вернусь с принцем Торвином.
И, не сказав больше ни слова, он согнул ноги, взмахнул крыльями и взмыл в воздух, оставив за собой порыв ветра.
Дриада повернула свои зелёные глаза ко мне, моргая с детским любопытством.
– Его не будет некоторое время, – пояснила я.
Она снова пожала плечами и откинулась на тёмный камень Сердца Сольцкина. Несколько побегов плюща, всё ещё цеплявшихся за скалу, протянулись к её волосам и обвились вокруг тонких ветвей её пальцев.
– Я подожду. – Затем она откинула голову назад и закрыла глаза, сливаясь и растворяясь среди лишайников и зелени, покрывавших камень, словно её никогда и не было.
Голл не стал терять времени. Он мягко подтолкнул меня ладонью.
– Элитные будут здесь с минуты на минуту, поднимаясь через тот хребет. – Мы видели их шествие на север из Мирланда, когда Дракмир перенёс нас из Виндолека. – Я бы предпочёл ждать у ручья. Там мы разобьём лагерь.
До ручья было недалеко, и мы двинулись в путь. Морголит, Сорин и Пулло шли рядом, ведя за собой своих скакунов.
– Морголит, что именно может сделать принц, чтобы помочь мне?
Он смотрел вперёд, и на его лбу пролегла суровая складка.
– Принц Торвин — дубшива.
Я вздрогнула и уставилась на Морголита.
– Я думала, это миф.
– Они хотят, чтобы все так думали. Таких, как он, очень мало.
Я повернулась к Голлу, подняв брови.
– Настоящий укротитель теней? Неужели он не просто один из новгала? – Новгала были иллюзионистами. Они могли использовать тени для создания невероятных иллюзий.
Морголит покачал головой.
– Валлон – новгала. Он способен создавать иллюзии на высочайшем уровне. Но принц… – он тяжело выдохнул. – Я видел, как он творил невероятное. И ужасающее.
Теперь я поняла, почему дриада считала, что принц сможет мне помочь. Демонические руны, вырезанные на скале, были буквально созданы из теней.
– Правда ли, что они могут манипулировать всем, что создано из теней?
– Насколько мне известно, да. Но принц Торвин скрытен и очень осторожен. Я редко видел, чтобы он использовал свой дар.
– Ещё более скрытен, чем его верховный жрец?
Морголит усмехнулся.
– Они все серьёзные и мрачные, это уж точно.
– Неудивительно, что Хава покинула их город.
– В самом деле, – согласился он, кивая в сторону холма на горизонте. – Она слишком жизнерадостна для фейри теней в Гадлизеле.
Впереди каравана, который приближался всё ближе, я заметила Хаву, восседавшую на спине моей дорогой кобылы Лориэль. Она яростно махала нам рукой.
Я рассмеялась.
– Это точно. – Затем я взяла Голла за руку, и мы пошли навстречу каравану, чтобы разбить лагерь.