25. НОРНЫ
— Оникс знает, где тебя искать. Да и Рейн настаивала, — сказала я, поглаживая шелковистую шёрстку Оникс. Сядь.
«Не верь ни единому его слову», — предупредила Оникс.
Циничная усмешка заиграла на губах Графа.
— Рейн не нужно беспокоиться из-за меня. Я ясно дал понять: я здесь, чтобы помочь вам, чем смогу.
Неудивительно, что Торин называет его эгоистичным приспособленцем.
Я оглянулась по сторонам, наблюдая за тем, как члены клуба взаимодействуют друг с другом. Не считая тех немногих, что просто расхаживали, в основном все сидели по двое или трое, общаясь и смеясь, но ни одного звука не доносилось до нас. Интересно, отсюда ли пошло популярное правило джентльменских клубов «молчание — золото»? Конкретно здесь на стульях и столах использовались, конечно же, руны, приглушающие звук, чтобы можно было слышать только своих собеседников.
Я вновь посмотрела на Графа. Его волосы как будто стали более седыми, больше белого появилось на висках.
— Мне нужно встретиться с Норнами.
Он моргнул.
— Что, прости?
— Не притворяйся глухим, отец. Тебе было известно о лазейке в их правилах. Лазейке, о которой не знала даже Свана, которая когда-то готовилась стать Норной. Так откуда же узнал ты, Бессмертный? Нужно быть на верхушке иерархии Норн, чтобы быть в курсе таких вещей. Или иметь в друзьях кого-то настолько могущественного. Ещё ты знал о том, что драуги охотятся на Рейн, и что тёмные души собираются вместе. Это ведь тоже мало кому доступная информация. Я хочу встретиться с твоим информатором.
— Сынок…
— Не называй меня так! — выпалила я, отреагировав как Рейн, а не как Торин.
Губы Графа вновь растянулись в ухмылке. Как же меня бесят такие моменты, когда он становится особенно похож на Торина. Вплоть до этих сапфировых глаз. Вот только у Графа взгляд холодный. А в волосах седина.
— Я всегда буду твоим отцом, Торин. Я поклялся всячески помогать тебе и твоей невесте, но выходить к Норнам напрямую — безрассудно.
— Я справлюсь. Просто отведи меня к ним.
Граф подался вперёд. В его глазах промелькнула эмоция, которую я бы и не заметила, если бы не наблюдала за ним так пристально. Он испугался.
— Что тебе нужно от них? Эти создания непредсказуемы. И уж если они вонзят в кого-то свои когти, так уже не отпустят.
Несмотря на его холодный тон, я слышала в его голосе нотки страха, которые Граф пытался скрыть. Каким бы подонком он ни был, он всё же в какой-то степени переживал за Торина.
— Это ведь они вынудили тебя отказаться от статуса-кво и выдвинуть требование о допуске в Асгард, да? — спросила я, пытаясь уловить в его выражении лица какие-нибудь намёки на эмоции. Чувство вины. Сожаление. Страх.
— Никто меня ни к чему не принуждал. — Он отпрянул, его лицо снова стало нечитаемым. — Искать встречи с советом было моей ошибкой. Тебе не стоит с ними связываться. Пусть Рейн договаривается. Кажется, у неё талант прижимать их к ногтю.
— Нет. Ей и так пришлось нелегко. Пусть немного отдохнёт. Они послушают меня, как только узнают, что я для них приготовил.
Его взгляд стал острее.
— Оружие у тебя?
Я не стала отвечать на вопрос, но его реакция подтвердила мои давние подозрения. Вспомнились слова Никоса, которые он мне сказал в тот день, когда мы с Чернокнижником сидели в его кафе. Граф уже был там раньше с Башем и близнецами, которые на поверку оказались моими Норнами.
— Я знаю, что ты использовал их в своих интересах. Теперь я хочу встретиться с ними, начиная с тех, которые злые.
Он откинулся на спинку стула.
— Ты ступаешь на опасный путь, сынок. Путь, который не сулит ничего, кроме проблем. Возвращайся домой, женись на своей возлюбленной и не давай им вмешиваться в твою жизнь. Как я уже тебе говорил, тебе нужно успеть связать себя узами с Рейн прежде, чем Норны привяжут её к себе.
Ладно, значит, Чернокнижник всё же пытается искупить свою вину за то, что сотворил с моими сёстрами — Провидицами. Это хорошо. Возможно, я даже смогу по-настоящему его простить.
— Если организуешь мне встречу с Норнами, я расскажу Рейн о том, как ты нам помог. У неё доброе сердце, она сможет закрыть глаза на твоё прошлое.
Он смотрел на меня так пристально, что я уже была уверена: всё, спалил меня.
— Ты правда думаешь, она сможет меня простить? Позволит стать частью её жизни? — медленно уточнил он.
— Ради меня она постарается.
Граф обвёл взглядом зал и вздохнул.
— Если что-то пойдёт не так, я постараюсь тебя защитить, но не говори потом, что я тебя не предупреждал. Идём. Нам нужно будет немного проехаться.
Он встал, застегнул пиджак на пуговицы, перекинул через руку тренч, взял шляпу и трость. Я обратила внимание на то, что у каждого стула был специальный крючок для тростей, имевшихся под боком у каждого Чернокнижника. Видимо, это некое оружие.
Мы направились к выходу из зала, Оникс шла сбоку от меня. Я заметила ещё кое-что, что до этого упустила из внимания. В клубе были женщины. Чернокнижницы?
Нас провожали взглядами. Я с трудом сдержалась, чтобы не обернуться и показать им всем язык. Наверняка все они в ту ночь были на стороне Графа. Самодовольные, властолюбивые, безжалостные мерзавцы. А может, я ошибаюсь, и это просто-напросто Бессмертные, у которых так много свободного времени и денег, что они не знают, что с этим делать.
Солнце уже зашло за горизонт, тьма опустилась над городом. Когда я выходила из дома, ещё даже полудня не было, а значит, клуб находится где-то в Европе. На парковке стояли дорогие автомобили, у здания ожидали гольфкары.
— Поедем на гольфкаре, — сказал Граф.
Оникс заняла заднее сиденье, а я уселась рядом с Графом. Поездка была долгой. Возможно, Граф специально выбрал более длинный путь.
— Так когда планируются похороны отца юной Норны?
— Завтра утром, — ответила я.
— Разве у вас не завтра свадьба?
Я с трудом подавила ухмылку.
— Может быть.
— Не откладывай. Чем скорее ты привяжешь Рейн к себе, тем лучше для неё. Иначе ей придётся вечно служить Норнам.
Не знаю, зачем я сказала свою следующую фразу. Наверно, мне хотелось устроить ему проверку.
— Не знаю, готов ли я жениться на ней. Она ещё совсем девчонка.
Граф остановил гольфкар. Мы отъехали так далеко от здания, что я теперь видела только кусочек крыши. Но вместо того чтобы выйти из гольфкара, Граф развернулся ко мне.
— Я видел вас вместе, Торин. Пусть у меня нет права давать советы, но мои глаза меня не обманывают. Девчонка обожает тебя, а ты её. Не отказывайся от такого шанса. Женись на ней. Чем скорее, тем лучше.
— Так если бы я захотел присоединиться к тебе…
— Не к чему присоединяться, — перебил он. — Это всё в прошлом. Я думал… — Он замолк. — Женись на ней, Торин. Как только наступит подходящий момент, когда она сможет увидеть меня с другой стороны, я извинюсь перед ней за всё сказанное в кафе. Может быть, она простит меня. Может быть, нет. Но знай, что это будет очень долгая и одинокая жизнь, если тебе будет не с кем её разделить.
Он вышел из гольфкара и пошёл вверх по холму. Я за ним.
Я молчала. Зато Оникс было что сказать.
«Если чутьё меня не обманывает, кажется, он говорит искренне. Может, он всё же достоин прощения, а, Рейн? Ты чего молчишь? Пожалуйста, только не говори мне, что сейчас расплачешься. Ты же тут же спалишь контору!»
«Оникс, помолчи».
Граф остановился впереди на песочнице. Позади нас возвышались деревья, справа лежал песок, а слева растянулось болото. Не понимаю, что делает Граф. Он склонил голову, как будто молится.
Молния расчертила небо. Тёмные тучи появились из ниоткуда. Была ли молния настоящей, или это всё злые Норны?
— К чему это собрание? — пророкотал голос. Я резко обернулась.
Чертоги Хель, они реально выглядят как мертвецы: белые длинные волосы развеваются сзади, глаза неопределённого цвета светятся в ночи, длинные белые платья перетянуты поясами такого же цвета. И голос был тем же самым, что и в тот вечер в лесу, когда на нас напали медведи. Я тогда подумала, что у Мардж запор.
— Кто дал вам право вызывать нас? — добавила она. Реально звучит так, будто у неё запор. Эта мысль помогла мне немного расслабиться. А может, и осознание того, что у меня есть то, что им нужно, придавало уверенности. Ну, и магия, бурлящая внутри меня от установившейся связи с оружием.
Я вернула себе свой облик. Потрясение на лице Графа было забавным.
— Я позвала вас, — ответила им. — Можешь идти, — добавила Графу. В его взгляде отразилась нерешительность. — Всё нормально, иди.
Я не стала проверять, ушёл он или нет. Перевела взгляд на свою кошку. Большое тело Оникс прижималось к моим ногам. Она дрожала. «Иди с ним», — мысленно сказала я ей.
«Нет. Я должна быть рядом с тобой. Кажется, я описалась от страха, так что, надеюсь, оно того стоит».
Я едва не улыбнулась. Но затем сосредоточила внимание на трёх Норнам. Эта троица пыталась залезть в мою голову на стадионе, а затем натравила тёмные души на нас с Ингрид в лесу. Они даже видели обручальное кольцо на моей руке, но никак не отреагировали, потому что их интересует только одно — кинжал.
— Тёмные души собираются напасть на ребят из моей школы сегодня вечером. Отзовите их.
— Это не наше дело, — выдавила страдавшая запором Норна.
— Вообще-то ваше. Пока сюда не прибыли мои обычные Норны, я даю вам шанс помешать их нападению.
— Мы не имеем отношения к планируемому нападению сегодня вечером. Это месть разъярённой Малиины, — продолжила та же самая Норна. Они переглянулись между собой и хихикнули. — Твоим дружкам давно надо было убить её.
— Рада, что вас это забавляет. Вы правы, это нужно было сделать ещё давно, — ответила я, всё больше злясь на них, хотя обещала держать себя в руках. — Скажите ей отступить, или вам придётся иметь дело со мной.
— Ты всё ещё злишься из-за того случая с лесом? Мы просто немного повеселились, — заговорила ещё одна злая Норна и мрачно усмехнулась. — Ты в любом случае была в безопасности.
— Как хорошо, что вам было весело. Но если сегодня кто-нибудь пострадает, я буду вынуждена нанести ответный удар.
— Лоррейн, что ты тут устроила? — спросила Кэти.
А вот и мои привычные мучительницы прибыли. Мне даже не пришлось их звать. Они тоже явились в своём истинном облике.
— Предупреждаю всех вас. — Я закатала рукав и показала обеим тройкам кинжал. Поскольку они стояли по разные стороны песочницы, мне пришлось покрутиться с вытянутой рукой. Параллельно заметила Графа, наблюдающего за нами с ближайшего холма. Ой, дурак. Они же легко могут напасть на него.
— Предупреждаешь о чём? — спросила одна из злых Норн.
— Я не стану стоять в стороне, словно шахматная фигурка на краю доски, ждущая, когда ею сыграют. Кинжал у меня. Он мой. Никто, подчёркиваю: никто не сможет отнять его у меня.
Раскройся. Кинжал скользнул в мою ладонь. Магические потоки перетекали от меня к нему, руны на его поверхности загорелись. Кинжал вытянулся, превращаясь в посох. Норны внимательно наблюдали, невольно отшагнув назад. Посох одновременно и притягивал, и отталкивал их. Я видела это по их глазам.
Направила посох на злых Норн, те тут же съёжились. Хм, это не просто отвращение или борьба с искушением на их лицах. Это страх. Любопытно.
— Моя связь с кинжалом ещё не означает, что я одна из вас. Я буду использовать его тогда, когда это нужно мне. Я не на вашей стороне, равно как и не на их, — я мотнула головой в сторону более знакомых мне Норн, — и не на стороне богов, Хель или великанов. Во всём, что касается волшебного народа, я сохраняю нейтралитет. Я не ваш инструмент, не ваша марионетка. На каждый ваш удар я буду отвечать ударом. Если из-за вас пострадает кто-то из моих, я отомщу. — Оглянулась на своё привычное трио. Те ухмылялись. Думали, что я уже у них в руках.
— Ты должна выбрать сторону! — рыкнула ещё одна злая Норна. У неё был хрипловатый голос.
— Я и выбрала. — Я направила посох на Мардж, Кэти и Джаннетт. Они реально отпрянули. Почему-то посох их сильно пугает. Интересно почему. — Я на стороне смертных и Бессмертных, проживающих на Земле. Я постараюсь не вмешиваться в ваши дела, потому что понимаю важность вашей работы для мира. Вы, — указала я на злых Норн, — управляете бедствиями и хаосом, а они, — указала на свою привычную троицу, — проявляют доброту и милосердие к человечеству. — Хотя я как-то этого не заметила. — Я всё понимаю: добро и зло, инь и ян уравновешивают друг друга. Но я не верю, что судьба для всех предопределена. Если кому-то понадобится моя помощь, чтобы изменить свою жизнь, я отзовусь, а вы не станете мне мешать. Если же вы встанете у меня на пути, я сделаю всё, чтобы раскрыть вас миру. Вы больше не сможете прятаться от смертных и Бессмертных. Я позабочусь о том, чтобы они знали, кто ответственен за всех их неудачи, кто сломал им жизнь, и тогда они найдут способ отомстить. Люди в этом плане весьма изобретательны.
— Ты не можешь манипулировать нами, — заявила Норна с запором.
— Или ломать систему, существовавшую с начала времён, — добавила её подружка.
— И не хочу этого, но буду вынуждена, если вы не оставите в покое меня и тех, кто мне дорог.
Кэти, Мардж и Джаннетт всё ещё ухмылялись, уверенные, что я просто пускаю пыль в глаза злым Норнам.
— И начать предлагаю с парня, который сейчас лежит в коме в больнице. Его зову Бо Хардшоу. За его состояние несёте ответственность вы все. — Кэти с подружками резко перестали улыбаться. — Я хочу, чтобы он вернулся к своей семье. У него сегодня выпускной бал. Если он там не появится, вам не поздоровится.
У них были такие лица, что я едва не рассмеялась.
— Идём, Оникс.
Я развернулась, но тут Норны все разом заговорили. Я обернулась.
— Нет! Я не собираюсь выслушивать ваше мнение о моём поведении и воспитании. Я обычная девушка, которая хочет, чтобы все оставили её в покое. Вот только вы мне не даёте. Поэтому я требую, чтобы вы хотя бы попытались.
Я снова отвернулась и ушла, не обращая внимания на их крики за спиной. Не знаю, кричали ли они мне или друг на друга. Молния снова сверкнула. Я не оглядывалась. Руны с валькнутом Норн вспыхнули на моих руках. Они были тусклыми и мерцали. Я засмеялась. Поверить не могу, что эти стервы пытаются меня подчинить. Я активировала другие руны, подумав о Торине. Наши руны загорелись ярче.
Когда я поднялась на холм, Граф там уже был не один.
Рядом с ним стояли Торин, мама, Ингрид, Феми, Лавания, Хоук, Блейн и Эндрис. Взбешённый Торин отряхивал футболку и штаны, словно испачкался в пыли. Злость испарилась, как только он увидел меня. В следующую секунду я оказалась в его объятьях.
— Я в порядке.
— Приняла мой облик, значит? — прошептал он. — Встретилась с Норнами в одиночку. Злыми Норнами, Рейн. Если бы меня не остановили…
Я сжала его.
— Прости, что заставила волноваться. Я не хотела.
— В следующий раз предупреди меня. Эти грымзы снова заглушили нашу связь.
И кинжал, возможно, тоже повлиял. Я выпустила его из объятий и подошла к маме. Казалось, она постарела на десяток лет.
— Со мной всё хорошо, — заверила я и обняла её.
— Больше так не делай. Я уже потеряла твоего папу. Не заставляй меня хоронить ещё и дочь.
Мои глаза наполнились слезами.
— Больше не буду. — Я обнимала всех одного за другим, пока очередь не дошла до Эндриса. Я посмотрела ему в глаза. — У папы всё хорошо?
Эндрис кивнул.
— Мы нашли ему лучшую комнату, рядом с покоями отца Эрика, — шепнул он, и мы тоже обнялись.
— Спасибо.
~*~
— Ты просто сумасшедшая, — сказала Ингрид, пока делала мне мейк к выпускному балу.
— Я знала, что они меня не тронут.
Ну, надеялась.
Я скосила взгляд на телефон. Руки чесались позвонить Бо, убедиться, что с ним всё хорошо. За последние несколько часов я вся извелась от переживаний за него.
— Могла бы позвать меня с собой, — надула губы Ингрид. — Я тоже хочу немного адреналина в своей жизни.
— Я бы с радостью поменялась с тобой местами в обмен на гарантию, что нас с Торином ничего не разлучит. Я готова отказаться от всего, кроме него.
— Ты бы видела его, когда он не смог определить твоё местоположение. Они снова скрыли тебя от него. Как в тот день в лесу. Но он нашёл выход: сосредоточился на Оникс. Мы кое-как сдерживали его, пока ехали по полю для гольфа. — Она сделала шаг назад и окинула взглядом результат. — Вот, теперь ты выглядишь как самая настоящая флэппер-гёрл.
Тема сегодняшнего выпускного — «Весь этот джаз». Наши наряды должны соответствовать эпохе. Я надела платье цвета мха. Мама подобрала аксессуары: туфли на каблуках, перчатки, бусы и головной убор с оборками, украшенный настоящими драгоценными камнями. Ингрид как-то умудрилась собрать мои волосы в высокую причёску — это надо иметь талант.
На неё самой было белое платье в сочетании с чёрными бриджами, перчатками и перьями на голове. Её короткие светлые волосы идеально подходили образу.
— Интересно, что наденут парни, — протянула Ингрид.
Мне было как-то без разницы. Наша цель сегодня — остановить тёмные души и вернуть их обратно в Хель. Я всё ещё зла, что Норны не восприняли моё предупреждение всерьёз.
— Главное, что Эндрис в принципе вернулся.
— Бедняга дико замёрз. Эхо отправился сразу к Коре. Злой, как не знаю кто.
Кора отдыхала после нападения Малиины, пытавшейся вселиться в неё. Это случилось сразу после моей встречи с Норнами. Её новый дружок — тёмная душа Дэв — помог единственным известным ему способом: вселившись в неё раньше. И вот теперь Кора восстанавливает силы. Похоже, что одержимость тёмной душой переносится в разы хуже, чем обычной.
— Она обещала помочь девчонкам из школы с причёсками, — припомнила Ингрид.
— Ага, Кикер и Сондре из клуба по плаванию.
— Я отправила к ним свою знакомую, которая обычно делает мне стрижку. Она и с мейком может помочь. Всё, давай, идём к остальным.
Лавания, Феми и мама обсуждали двадцатые годы. Они шикарно выглядели в своих нарядах и с мундштуками в руках.
Я всё сомневалась, позвонить ли Бо. Но тут зашёл Торин, и мои мысли переключились на него.
Он был одет во всё белое, не считая зелёного жилета, галстука-бабочки и фетровой шляпы. Потрясающий образ. Хоук и Эндрис выглядели неотразимо в костюмах-тройках, хотя Эндрис надел под пиджак свитер. Только Блейна не хватало.
— Ты выглядишь изумительно, — сказала я Торину.
Он приподнял шляпу, приветствуя.
— А ты выглядишь несчастной.
Я прожгла его взглядом.
— У меня от тебя дух захватывает, Веснушка, но ведь это не то, что ты хочешь сейчас услышать, да?
— Вообще-то я вложила кучу сил, чтобы собрать этот образ… — Я вздохнула. — Нет, это не то, что мне сейчас нужно. Как же со мной сложно.
— Хочешь, проверю, как он? — предложил Торин. Я закивала.
— Сама не могу, боюсь сглазить.
Торин хмыкнул.
— Самая могущественная девушка на земле боится сглаза? Ой, забыл. Ты же ещё и ведьма.
Как только мы отошли от остальных, он открыл портал в палату Бо. Парень всё ещё лежал в коме, родители сидели у его кровати.
— Время ещё есть, — попытался ободрить меня Торин.
Я покачала головой.
— Пойдём.
Пока другие открывали портал в спортзал — отдельную постройку от основного здания школы, — мы с Торином направились в столовую. Там всё было в атрибутике песни «Весь этот джаз»: на стенах нарисован городской пейзаж, вдоль них на полу вырезанные фигуры джазового музыканта, девушек-флэпперов и автомобилей двадцатых годов, напольные лампы покрыты чёрной паутинкой, сверху свисает чёрно-серебряный тюль с золотыми, красными и серебряными звёздами. Играла джазовая музыка.
Мы, будучи невидимыми, смотрели, как разные парочки прогуливаются по залу походкой в стиле двадцатых. Даже учителя соблюдали дресс-код. Я заметила Сондру и Кикер. Платье Сондры сшила ей её мама, но выглядело как наряд от профессионального стилиста.
«Жнецы» — музыкальная группа Гримниров — уже установила свои инструменты в столовой. По словам Коры, Эхо когда-то тоже выступал с ними, пока его не исключили. Эхо умеет доводить окружающих.
Блейн же, напротив, всегда душка. А с учётом изменённых воспоминаний он теперь стал квотербеком, с которым «Троянцы» пришли к победе на чемпионате штата. Убедить студенческий совет и учителей изменить место проведения выпускного было проще пареной репы. Заманить музыкальную группу — другое дело. Я даже не знала, что он общается со «Жнецами», но он не перестаёт меня удивлять. Они пришли сюда не только для того, чтобы развлечься. Они должны сделать так, чтобы школьники не покидали столовую. Музыка вполне может иметь такой эффект на людей.
Школьники всё прибывали и прибывали. А Бо так и не было видно. Торин отвлекал меня комментарии о том, как тот или иной наряд не соответствует эпохе. Он знал всё о моде двадцатых.
И тут заиграла музыка. «Жнецы» были неплохи. Парочки вышли на танцпол. Я ещё ни разу не была выпускных балах, так что не знала, нормально ли, что здесь так много ребят из младших классов.
— Ты уже слышала про Бо? — спросила девушка справа от меня. Я резко обернулась. Они только пришли и говорили довольно громко, чтобы слышать друг друга во время играющей музыки.
— Да. Я получила сообщение от Эмбер.
У меня внутри всё замерло. Эмбер с Элли были в больнице. Я переглянулась с Торином и навострила уши, но музыка играла слишком громко. Я услышала только «сегодня» и «странно, правда?» А потом к девушкам подошли их спутники и повели танцевать.
Я извлекла артавус и создала портал в палату Бо. Там было пусто, медсёстры снимали постельное бельё. Так делают, только когда пациент умирает.
«Не спеши с выводами», — предупредил Торин.
— У меня плохое предчувствие…
Я запнулась, заметив трёх девушек, вошедших в столовую. Я видела их сквозь маскировку. Норны приняли облик трёх подростков: блондинки, брюнетки и афроамериканки. Как они посмели сюда заявиться?
— Что? — спросил Торин, уловив мою злость, и проследил мой взгляд, направленный на трёх девушек. — Это..?
— Да. Какой бы облик они ни приняли, я всегда их узнаю.
— Понятно. Чем я могу помочь?
Торин всегда готов поддержать меня. Понятно, почему я без ума от него?
— Скажи им, что я собираюсь стать наглядным пособием.
Он нахмурился, в глазах промелькнуло беспокойство.
— Как?
— Я покажу всем, кто собрался в этом зале, кто я такая. А с помощью современных технологий об этом быстро узнает весь мир.
Торин сощурил глаза.
— Ты уверена, что это хорошая идея?
— Нет, но они не оставляют мне выбора.
Он кивнул.
— Хорошо, любимая. Я помогу тебе.
Он пошёл к Норнам, я же направилась в противоположную сторону, к музыкальной группе. Гримнир-солист заметил меня и вскинул бровь.
— Можно мне на минуточку микрофон, пожалуйста? — попросила я.
Он накрыл микрофон ладонью и сказал:
— Ты сейчас невидима, Рейн.
Я моргнула.
— Откуда ты меня знаешь?
— Из «Склепа».
— А. Дай микрофон, пожалуйста, — твёрдо произнесла я. Он пожал плечами и протянул микрофон. Я жестом попросила остальных Гримниров остановиться. — Минуточку внимания!
Школьники с любопытством переглядывались. Кто-то был недоволен тем, что музыка прекратилась. Не сразу, но начали замечать, что микрофон парит в воздухе.
— Доставайте телефоны, включайте камеры, потому что часть сегодняшней программы — настоящая магия. Я раскрою вам самую надёжно охраняемую тайну мира.
Кто-то недоумённо переглядывался. Другие потянулись за телефонами.
— Давайте, давайте, нам надо задать тренд и набрать множество просмотров, — подбодрила я, найдя взглядом Торина. Он спорил с тремя Норнами.
— Кто из вас знает скандинавскую мифологию? — Школьники переглядывались, пожимали плечами, кривили лица. Некоторые подняли руки. — Чуть больше, чем про Тора и Локи.
По залу пронеслись смешки, но их недоумение было искренним.
— Как они это делают? — спросила своего парня Эллисон Пайн, с которой мы вместе ходим на историю.
— Я расскажу тебе как, Эллисон, как только ты достанешь телефон.
Её глаза распахнулись. Она удивлённо посмотрела на свою подругу, Джессику Лоудерс.
— Джессика, может, ты ей подскажешь, как достать телефон? Вы же все знаете пароль от школьного вай-фая. Подключайтесь.
Кто-то так и сделал. Другие уже фоткали. На другом конце зала Торин уже отошёл от Норн и теперь с гордой улыбкой смотрел моё представление. Конечно же, это был просто фарс, я не могу раскрыть всем, кто я такая. Одна из Норн куда-то пропала, две другие о чём-то разговаривали.
— Снимайте на видео, ребят. Фоткайте и выкладывайте в Твиттер, Инстаграм, Снэпчат… Отмечайте своих друзей и делайте репосты. Зовите всех сюда, потому что это только начало.
Школьники подошли ближе, держа телефоны наготове. Те, что стояли ближе, размахивали руками под микрофоном, проверяя, на чём он держится. Я отошла назад.
— Не нужно так делать, Кейтлин, — обратилась я к одной из девушек. Торин сложил руки на груди. Он жестом показал мне, что нужно переходить к более решительным действиям. Норны сверлили меня взглядами. — Я хочу рассказать вам, что магия реальна. Я могу появиться и исчезнуть прямо у вас на глазах. Как и у Тора, у меня есть волшебное оружие. Кто хочет увидеть, как я появляюсь и исчезаю?
Послышалось невнятное бормотание: да-да.
— Я не слышу. Хотите?
— ДА!
Бо вошёл в зал вместе с Элли. Я облегчённо выдохнула. Это была опасная игра.
— Ну, как-нибудь в другой раз, — произнесла я. — Спасибо, что уделили мне время. — Я вернула микрофон солисту и шепнула ему: — Придумай что-нибудь.
— Смеёшься? Ты только что подала мне идею для следующего выступления.
— Правда? Здорово.
Я подбежала к Торину. Он раскрыл руки, и я влетела в его объятья.
— Мы сделали это! — воскликнула я.
Он засмеялся.
— Нет, ты сделала это сама. Я понятия не имею, как с ними разговаривать. Они угрожали всем, чем только можно, если я не остановлю тебя. Я даже почти повёлся. Они даже грозились отправить меня в вечное служение Хель. Я ответил, что ты отправишься туда за мной.
Это правда, я готова последовать за ним в самые тёмные, самые холодные уголки всех миров. Я обняла его крепче. Музыка снова играла. Школьники продолжили танцевать как ни в чём не бывало. Некоторые смотрели в свои телефоны — возможно, пытались понять секрет трюка с телефона. Бо же тем временем обнимал Элли, и они оба выглядели безумно счастливыми.
— Я так и знала, что он в неё влюблён.
Торин прижался губами к моему виску.
— Надеюсь, он тебя не подведёт. Учитывая, сколько ты для него сделала…
— Да уж.
— Если он облажается, можно я вмешаюсь? Я знаю, что нужно делать со смертными, испытывающими моё терпение.
— Ага, ты просто делаешь их Бессмертными.
Торин усмехнулся, закружил меня, поймал и наклонил над полом.
— Потанцуем? На свадьбе не было такой возможности.
— Не уверена, что такая возможность есть сейчас. Тёмные души могут появиться в любой момент. Кажется, пора устроить жатву.
— Я больше не Валькирия, — возразил он. — Я хочу потанцевать со своей невестой.
Я тоже хочу.
— Мы обязательно потанцуем, но сейчас кое-кому нужно, чтобы ты был рядом.
Он разыграл непонимание.
— Так я рядом. С тобой.
Я достала артавус и начертила портал. Мы увидели через него спортзал. Там были не только наши ребята, но и Гримниры, и души. Хорошие души, готовые сражаться против тёмных душ. У меня уже сложилась группа поддержки из Бессмертных, Валькирий и Ведьм. Сегодня можно обойтись без Ведьм. У Коры тоже есть своя группа поддержки: Гримниры и души, которым она помогла. Вести о том, как она помогла им обрести покой, распространились быстро, многим захотелось увидеть её. И сегодня они пришли её поддержать. Видимо, вести о нападении тёмной души тоже быстро разошлись.
— Ну же, помоги брату собрать души, — сказала я.
— Ты же знаешь, что мы с Эндрисом не кровные родственники? — проворчал он. Но как только мы вошли в спортзал, Эндрис покинул компанию, с которой общался, и двинулся нам навстречу. Ему не терпелось узнать, что произошло. Торин охотно поведал ему. Как бы ни менялся их статус, они всё равно всегда будут братьями.
Как только портал закрылся, в зал вошли Кора и Эхо. И кем бы я ни стала, Кора всегда будет моей лучшей подругой. Надо будет найти подходящее время и место, чтобы рассказать ей о моей свадьбе. Надеюсь, она не обидится на меня.
К моменту прибытия тёмных душ мы уже были наготове.