Ледяная вода лилась на Бринли, словно бы осыпая крошечными ледяными иголочками. Девушка даже не сняла майку и пижамные шорты, перед тем как зайти в душ. Ей нужно было найти убежище хотя бы в своей ванной комнате после того, как несколько часов крутилась и вертелась в кровати без сна.
Она надеялась, что холод приведёт её в чувства, но, похоже, это не помогало. Она мёрзла, что в принципе нетипично для вампира, но рой мыслей в голове не успокаивался.
Она оказалась в совершенно абсурдной ситуации. Вот уже неделя прошла с их свидания с Райкером, и Бринли всё никак не может перестать думать о капитане фейри. Она вспоминала его прикосновения, и эти мысли сводили её с ума от страсти. Она постоянно глушила в себе эмоции. Но сколько бы она их ни подавляла, всё равно не могла справиться до конца.
Ей нужно поговорить с Занри. Ни один из их запасных планов не предусматривал такое развитие событий.
– Чёрт.
Она прислонилась лбом к мокрой стене.
К сожалению, легче ей от этого не стало, звон в голове только усилился. Она больше не могла отрицать правду – она в полной заднице.
Она испытывает чувства к Райкеру. Реальные, ощутимые, выворачивающие её наизнанку чувства. Она снова выругалась. Проклятья снова и снова срывались с её губ, утекая вместе с водой.
Чувства становились всё сильнее день ото дня. Уже тяжело было абстрагироваться от них. Бринли не знала, как долго она ещё продержится.
Райкер каждый день придумывал что-то новое, чтобы завоевать Бринли. За всё это время она ни разу не увидела в нём монстра, не нашла ни намёка на то, что за маской этого романтика скрывается чистое зло. И в этом-то заключалась проблема.
Огромная, пугающая проблема.
Бринли выпустила свои тени. От них в ванной стало темнее, но ни злость, ни сомнения, терзающие её, не убавились.
До бала-маскарада осталось всего два дня. Завтра они возвращаются в Золотой город. Похоже, что Зал Выбора восстановили после атаки. Бринли не переживала из-за поездки или мятежников. Участников будут тщательно охранять, да и она достаточно сильна, чтобы позаботиться о себе.
Нет, её беспокоили только её чувства к Райкеру. Чем больше времени она проводила с этим фейри воды, тем лучше узнавала его и тем больше ставила под сомнения свои цели.
Он хладнокровно убил всю её семью. Это делает его чудовищем по определению. Руки Бринли тоже по локоть в крови – в крови преступников, но всё же, – и она всегда хорошо видела зло в других.
Но Райкер не проявлял свою тёмную сторону рядом с ней. Ни на секунду. Где же, чёрт побери, он скрывает своего монстра?
Капитан совершенно не умел проигрывать (и Бринли это очень забавляло, ведь от военных обычно ждёшь большей смиренности), но в то же время он был добрым, заботливым и были в нём едва заметные признаки собственника, что очень нравилось Бринли (хотя сама она никогда бы в этом не призналась).
Недовольно застонав, Бринли выключила воду. Вышла из душа, взяла в руки полотенце. Насколько же всё было бы проще, будь Райкер злом во плоти.
Бринли вытерлась, повесила полотенце обратно на крючок и вернулась в свою небольшую комнатку. Фотография Серай лежала на тумбочке, но даже это не вызвало в Бринли привычную жажду мщения. Ей нужны ответы. И раз уж она не может заснуть, то лучше попытается выяснить, что на самом деле происходит.
Натянув чёрные леггинсы и такого же цвета свитер, она завязала волосы в неаккуратный пучок, накинула капюшон на свои золотые локоны и убрала фотку сестры в карман.
Это было рискованно. Участникам Отбора нельзя покидать комнаты по ночам. Мужчины и женщины должны оставаться в разных частях поместья, и наставницы чётко дали понять, что эти правила необходимо соблюдать даже за пределами Зала Выбора. А значит, нужно, следуя древней традиции, оставаться порознь на протяжении всех свиданий и не вступать в интимную связь до самой брачной ночи.
Бринли не знала, что будет, если её поймают, но и не собиралась выяснять. У неё есть то, чего нет у других девушек-участник: тени.
Жидкая тьма разливалась по её венам. Её тени всегда были рядом с ней, желая услужить своей хозяйке. Крылья тоже представляли собой не менее могущественную форму магии, но в отличие от теней, принадлежавших ей с самого перерождения, крылья не ноют, если долго их не выпускать. Тени же – неотъемлемая часть Бринли, как руки и ноги, и ими нужно пользоваться.
Вампирша сделала глубокий вдох, распростёрла руки и дала волю завиткам ночи. Они выпорхнули из неё, и тьма поглотила всё вокруг, даже светящее табло часов. Бринли бы восхитилась тем, насколько мощная у неё магия, но у неё были дела поважнее.
Завернувшись в свои тени, Бринли шагнула в Пустоту. Чёрное пространство, в котором буквально ничего не было, позволяло вампирам перемещаться из одного места в другое. Она не знала, были ли какие-то чары, которые могли бы помешать ей уйти далеко от поместья, поэтому выбрала самый безопасный вариант и переместилась в маленький лекарский домик в лесу.
Телепортация в залитый лунным светом лес заняла несколько секунд. Бринли вышла из Пустоты и завернулась в свою тьму, как в плотный плащ. Северный ветер кусал кожу, но Бринли не обращала внимания, сосредоточившись на домике.
У входа стоял крепкий охранник, одетый в чёрную военную форму, перчатки и ботинки. Занавески были раздвинуты, и свет одной-единственной настольной лампы виднелся в окне.
Чёрт. Бринли надеялась, что доктор Карин уже спит, но, видимо, та скорее сова, чем жаворонок.
И всё же Бринли уже далеко зашла. Отступать – не вариант. Ведь она прекрасно понимает, что второго шанса может не быть. Она окинула взглядом дверь. Охранника можно вырубить при необходимости, но лучше не оставлять следов.
Но Исвана, похоже, улыбнулась сегодня Бринли – свет погас где-то через пятнадцать минут, и затем доктор вышла из медпункта. Карин была одета в объёмную шубку и держала в руках стопку документов.
Бринли мысленно радовалась своей удаче.
– Всё на сегодня, доктор? – уточнил охранник.
– Да, Лукас. – Она заперла дверь. – Спасибо. Тебе вовсе необязательно было ждать меня. Со мной ничего бы не случилось.
Лукас покачал головой и предложил женщине руку.
– Я не мог оставить вас одну. Всё чаще поступает информация об активности мятежников по всей республике. К тому же я знаю вашу жену. И не хотелось бы познать на себе её гнев.
– Это да, она у меня воинственная. – Карин хмыкнула и обхватила предложенный локоть. – Спасибо, что подождал.
Бринли притянула тени ближе к себе, чтобы остаться незамеченной, пока эти двое проходили мимо. Она подождала, пока они не исчезнут среди деревьев, и на сверхскорости переместилась к двери. Прижалась ухом к стене и прислушалась.
Убедившись, что внутри никого нет, Бринли снова шагнула в Пустоту. Замок мог стать препятствием для кого-нибудь другого, но не для вампирши.
Через тени она переместилась в центр комнаты. Затем бесшумно скользнула к столу и взяла телефон. Она не могла позволить себе попусту тратить время: вдруг Лукас вернётся?
Её пальцы по памяти набрали номер Занри.
Куратор ответил после первого же звонка.
– Алло?
Голос прозвучал сонно. Бринли царапнула совесть. Он, похоже, спал.
– Это я, Зи, – шепнула она.
– Бринли? Какого чёрта?! – Кто-то заворчал на фоне, послышался шум, словно Занри спешно перешёл в другую комнату и закрыл за собой дверь. – Тебе нельзя мне звонить. Риск слишком…
– Да плевать, – выпалила она, перебивая его. У неё нет времени выслушивать нотации. Охранник может вернуться в любой момент. – Я не могла не позвонить. Это важно.
От вздоха Занри могли бы содрогнуться города. Бринли услышала скрип и легко представила себе, как Занри опустился в своё любимое красное кожаное кресло.
– Джелизетт сейчас здесь нет.
– Я так и думала, – ответила Бринли.
Джелизетт ходит на еженедельные собрания и ещё ни разу их не пропускала.
– Что происходит?
– Мне нужен твой совет, Зи, а не Джелизетт.
Бринли и так прекрасно знала, что скажет её Творец. Джелизетт напомнит ей все десять правил и потребует, чтобы Бринли не сворачивала с намеченного пути. Вот только Бринли уже не была уверена в правильности этого пути.
– Выкладывай, Би.
Она потёрла шею.
– Ты смотришь трансляцию Отбора?
– Конечно. Как и все мы.
Она зажмурилась и выпалила:
– У меня возникли сложности.
Это ещё слабо сказано.
– Какого рода сложности? – нехотя спросил Занри.
Честно говоря, я бы тоже предпочла не знать. Все эти чувства совершенно не к месту. Все эти вопросы совершенно невовремя. Но всё же Бринли не могла не сказать:
– Райкер оказался не таким, как я думала.
– Бринли, – предупреждающе рыкнул перевёртыш. – Он твоя цель.
Как будто она могла забыть об этом. Мысли о том, что случилось в Чевине, не давали ей покоя ни днём, ни ночью.
– Знаю, – прошипела она в трубку. – Думаешь, я забыла? Я вспоминаю об этом каждый день.
– Тогда в чём дело?
Она прижала трубку к уху и сжала подвеску свободной рукой.
– Я знаю, что он совершил. Я была там. Но… – Она прикусила губу. – Может, он изменился? Может, он скрывался ото всех потому, что ему нужно было переосмыслить жизнь?
Шесть лет – немалый срок. Кем бы ты ни был, ты можешь измениться, научиться чему-то на своём опыте стать лучше… или хуже. За шесть лет Бринли стала безжалостной убийцей. Вполне возможно, что и Райкер уже не тот, кем был раньше. Ведь так?
Повисла долгая пауза. Груз весом в тонну лежал на её плечах. Дыхание Занри давило на неё.
Прошло несколько минут. Сердце Бринли сбилось с ритма. Ладони вспотели, и она переложила трубку в другую руку.
– Капитан Райкер Уотерборн – твоя цель, – голос Занри был ледяным, лишённым всяких эмоций.
– Знаю, – ответила Бринли.
– Ты пришла на Отбор с конкретной миссией. Какой?
– Влюбить его в себя, выйти замуж и убить в первую брачную ночь, – на автомате шёпотом выдала Бринли слова, которые в неё вбивали на протяжении многих лет подготовки.
Занри издал одобрительный звук.
– Верно. И как звучит правило номер десять?
Рука, державшая трубку, задрожала. Лоб Бринли покрылся холодным потом. Вот почему она рискнула нарушить правила Отбора и позвонила Занри. Ей нужно было получить это напоминание. Она ожидала этих слов, но боль…
Она не думала, что почувствует себя так, будто ей в сердце вонзили деревянный кол.
– Бринли, соберись! – рявкнул Занри. – Как звучит правило номер десять?
Бринли закрыла глаза и провела языком по клыкам. Сделала глубокий вдох, после выдавила слова из пересохшего рта.
– Как только игра началась, проигрывать – не вариант. Единственная альтернатива победе – смерть.
Её голод дрожал. Бринли знала правила. Она сама на них согласилась, никогда даже не задумываясь о последствиях проигрыша. Победа казалась чем-то само собой разумеющимся… пока она не встретилась со своей целью.
И теперь?
Теперь сомнения поселились в её груди, напоминая уголёк. С каждым днём он раскалялся всё сильнее.
– Повтори, – потребовал куратор. – Правило номер десять.
Бринли на мгновение задумалась, почему Джелизетт и Занри были настолько заинтересованы в этом деле. Зачем упорно внушали ей, что нужно убить Райкера?
Но тут Занри вновь выкрикнул её имя, и она отбросила все сомнения.
– Как только игра началась, проигрывать – не вариант, – повторила она. Её голос теперь уже звучал твёрже, она больше не колебалась. – Единственная альтернатива победе – смерть.
Каждое слово било кнутом по её душе.
– Ещё раз, – в третий раз приказал Занри.
Она подчинилась. Она повторила правило ещё семь раз. С каждым разом её голос звучал всё твёрже. Увереннее. Уголёк сомнения потихоньку угасал, пока не померк окончательно.
Занри прав. Отступать – не вариант. Райкер убил её семью. Он виновен в их смерти. Его личные качества не имеют значения. Он всё ещё остаётся убийцей.
Довести игру до конца – единственно возможный вариант развития событий для Бринли.
– Ещё раз, – холодно потребовал Занри. Жёсткость в его голосе была как нельзя кстати, напоминая Бринли о том, что ждёт её за пределами Отбора.
Коробочка, в которой Бринли прятала свои эмоции, была надёжно закрыта. Вампирша сделала глубокий вдох.
– Проигрывать – не вариант. Единственная альтернатива победе – смерть.
Зловещее десятое правило звенело в её голове ещё долго, даже когда она положила трубку и вернулась в свою комнату.
Занри прав. Правило номер десять не предполагает иных вариантов: Райкер Уотерборн должен умереть.