У меня нет детей.
Тьма сгущалась вокруг нее. Звезды исчезли с ночного неба. Ее зрение затуманилось, а в ушах зазвенело. Все, что Эйра могла видеть, это тлеющий город вдалеке. Зловещее пятно на краю горизонта. Как будто мир вокруг нее сгорел дотла.…
Нет детей.
Гневное пламя было холодным, такого Эйра никогда раньше не чувствовала. Последний проблеск надежды узнать хоть что-то… понять смысл, или найти цель, или объяснение зияющей дыре, открывшейся внутри нее после обнаружения огромного неизвестного, преследовавшего ее в прошлом… погас. Все, что осталось, это запах дыма и тьма, такая же непроглядная, как в яме. Холод, как в озере, в котором умер Маркус. Пропасть, которая образовалась внутри нее после откровения родителей, только увеличилась. Затягивая ее. Она никогда не будет заполнена.
— Вы уверены? — Эйра отчаянно пыталась зацепиться за искру надежды еще раз.
Адела недоверчиво уставилась на нее.
— Думаю, я бы знала, если бы зачала и родила ребенка.
Что за глупый вопрос. Конечно, Адела помнила бы, если бы рожала. Но если Эйра не от Аделы, то чьей дочерью она была? Кто мог оставить ее в младенчестве на пороге родительского дома с меткой Аделы? Откуда взялась ее магия и почему она была так похожа на магию Аделы и подходит ей?
Хотя магия всех Бегущих по воде была схожей. Возможно, их перекрывающиеся таланты вообще ничего не значили. Возможно, после того, как по иронии судьбы Эйра нашла дневники, она искала смысл, которого на самом деле никогда не было.
— Я бы никогда не допустила, чтобы мое потомство угрожало мне или моему наследию, — холодно добавила Адела, будто сама мысль о ребенке была ей крайне неприятна.
Она дополнила, потому что это было правдой? Чтобы казаться жестокой? Или… возможно, Адела лгала. Это мог быть какой-то способ намекнуть ей, что Эйра на самом деле может быть ее дочерью, но Адела не могла рискнуть сказать ей об этом.
Вопросы и неуверенность накапливались и вместе с ней все глубже и глубже погружась в бездну, созданную ею самой. Адела либо не замечала смятения Эйры, либо ей было все равно.
— Рада, что мы прояснили это. — Она добавила себе под нос: — Мой ребенок, ага, — хмыкнула она. Хотя тело Эйры было холодным, она не онемела. По крайней мере, пока, но слова все еще жалили. — Как я уже говорила, я планировала убить тебя, но ты можешь купить свою жизнь… по крайней мере, чуть на подольше, если будешь мне полезна.
— Я обнаружила, что довольно неравнодушна к жизни. — Губы Эйры шевелились, слова формировались (чудесным образом они были даже связанными), но казалось, что за ними стоит кто-то другой. Ее разум витал где-то далеко. События дня выбили ее из колеи. Чаши весов вышли из равновесия, всего оказалось слишком много.
— Как и большинство. — Адела переступила с ноги на ногу с самодовольным видом. У Эйры возникло ощущение, что это была тактика, которую она использовала много раз. Но на этот раз у Эйры не было сил бороться или даже переживать из-за того, что кто-то так откровенно использует и манипулирует ею.
Возможно, из-за того, что это было вопиюще, это не беспокоило Эйру, в отличие от людей вокруг нее, которые пытались лгать и вести подрывную деятельность снова и снова. Или, может быть, это просто больше не имело значения. Ее родители. Ее дядя. Ви и Таавин… Ее друзья…
Она ухватилась за поручни на носу корабля и опустилась на колени, физически удерживая себя от падения в реку. Тяжесть мира давила на нее, с каждым мгновением рушащаяся на ее плечи. Все было потеряно. Ее глаза горели.
— Неужели ты так легко сдаешься? — Адела фыркнула от боли Эйры. — Подумать только, кто-то поверил, что ты можешь быть мной возрожденной.
Эйра не сражалась. Она просто опустила голову на руки и позволила слезам политься из ее глаз на окровавленные колени и штаны, которые были в пыли и воняли дымом с арены. Она так неизмеримо устала. Она могла проспать тысячу лет и все равно проснуться измученной.
— Отпустите моих друзей с лодки. — Голос Эйры был слабым и надтреснутым. Она посмотрела на Аделу, которая все еще маячила перед ней. — Когда мы причалим обратно к Варичу, отпустите их. — Корабль мчался с хорошей скоростью, они скоро вернутся. — Как вы сказали, у вас дело ко мне, а не к ним. Их не следует здесь держать.
Адела задумчиво побарабанила пальцами по перилам. Она наклонилась вперед.
— Что заставляет тебя думать, что я когда-либо поступаю благородно?
— Ничего, — призналась Эйра.
— Вспомни, с кем имеешь дело, прежде чем задавать нелепые вопросы. — Адела выпрямилась и направилась обратно через палубу, где начала давать указания команде, где причалить и что делать дальше. Произошел импульс магии, и птица перелетела с их лодки на другую, прежде чем снова принять человеческий облик.
Эйра не двигалась. Она продолжала стоять на коленях на палубе. Ее руки безвольно упали по бокам, и она безучастно смотрела вперед.
Она знала, что должна слушать, пытаясь услышать какую-нибудь полезную информацию, но у нее звенело в ушах. Ей нужно было сформулировать план… какое-то направление. Она должна была хотя бы попытаться увидеть своих друзей и убедиться, что они целы. Но голос Аделы звучал в ее голове, и Эйра уже могла слышать, что та скажет: «Почему ты думаешь, что я позволю тебе увидеть их?» Эйра закрыла глаза, но слезы не прекращались. Она закрыла лицо ладонями.
Это была ее вина. Она сказала Денее отправить рыцарей обратно в Райзен. Она позволила дяде отправиться к королевской семье, а не к своим родителям. Она училась по дневникам Аделы, даже когда все говорили ей об опасностях, начиная с Элис в самом начале всего этого.
Каждое крупное падение можно было проследить до принятого ею решения.
Судно остановилось у самого берега Варича. Грунтовая дорога вела вдоль воды в город. Позади нее было еще какое-то движение, но Эйра оставалась в своем стазисе.
— Давай, поднимайся. — Дюко схватил ее за бицепс, пытаясь поднять.
— Не прикасайся ко мне. — Эйра вырвалась из его объятий, свирепо глядя на него. Выражение лица Дюко было жестким, замкнутым. — Не притворяйся, что мы все еще друзья.
— Мне нужно отправить с ней кого-нибудь еще? — спросила Адела с середины палубы.
— Нет, я могу заставить ее подчиниться, — крикнул в ответ Дюко, затем опустился на колени. Его тон изменился, голос стал низким. — Если ты хочешь остаться живой, тебе нужно пойти со мной.
На короткую секунду Эйра увидела человека, который привел ее во Двор Теней. Человека, которому она доверяла, слепо следуя в ночи. Затем пираты на палубе снова оказались в поле зрения.
— Я тебя даже не знаю, — прошипела она.
— Что ж, тогда приятно познакомиться. Я Дюко, человек, который пытается спасти твою шкуру и твоих друзей. — Он ухмыльнулся, в уголках его рта натянулись шрамы. Эйра задавалась вопросом, была ли история, которую она знала о них, вообще правдой. Возможно, он получил эти шрамы в результате какой-то миссии, на которую его отправила Адела. Эйра больше ничему не доверяла, когда дело касалось его. — Если хочешь увидеть завтрашнее утро, следуй моему примеру.
— Она отказывается высвобождать сейф от своей магии? — спросила Адела, сложив обе руки на набалдашнике трости. — Мы можем заставить ее, если необходимо.
— Нет, она согласилась высвободить магию. — Дюко встал. — Не так ли, Эйра?
Высвобождать сейф от своей магии? О чем говорит Адела? Эйра оттолкнулась от палубы, борясь со всем, что пыталось заставить ее опуститься обратно. Она перешла грань истощения, умственного и физического, но каким-то образом продолжала двигаться. Как будто ее тело пыталось досадить ей волей к выживанию, которая отказывалась сдаваться. Если не ради себя, то ради друзей. Она их не подведет.
— Я сделаю то, что вам нужно, — устало согласилась Эйра.
— Хорошо. — Приближаясь, Адела оглядела ее с головы до ног. — Девушка вот-вот упадет в обморок. Кто-нибудь, залечите ее раны.
Вперед шагнул пират, и этот неповоротливый мужчина перебросил веревочную лестницу через борт лодки. Эйра едва уловила это движение, поскольку она была больше сосредоточена на «Световороте», быстро лечащем ее различные недуги. Адела исцеляла ее. Это означало, что она хотела заполучить ее живой, что что-то значило… Верно?
Когда пират закончил, она отошла, и Адела постучала тростью по палубе, привлекая всеобщее внимание к себе.
— Я бы хотела, чтобы это произошло быстро и тихо. — Она прищурилась, глядя на трех других пиратов, которые теперь присутствовали. — Вы все знаете правила нахождения в Меру.
Все они кивнули, включая Дюко.
Двое пиратов спустились. Дюко слегка подтолкнул Эйру в центр спины.
— Ты следующая.
Эйра сделала, как ей сказали, Адела все это время наблюдала за ней. Она рассматривала королеву пиратов краешком глаза. Когда Адела слабо улыбнулась ей, Эйра больше не утруждала себя тем, чтобы скрывать свой изучающий взгляд.
Это была женщина, за которой охотилась Эйра. Теперь Адела нашла ее. Королева пиратов, очевидно, оставила свой корабль «Шторм» в более глубоких водах, чтобы пройти половину пути в Меру… за Эйрой.
Это должно было что-то значить. Решение Аделы зайти так далеко, чтобы преследовать ее, должно быть, вызвано чем-то большим, чем просто какими-то слухами. Были секреты, которые Адела хранила о себе, она была уверена в этом.
Эйра перемахнула через перила, спускаясь по веревочной лестнице. Внизу она плюхнулась в густой ил и камыш на берегу реки. Вода доходила ей до плеч, и она поплыла к берегу, где тащились два других пирата.
Вскоре после этого Дюко с плеском приземлился в воду. От него пошла рябь, его магия физически сдвигала воду, когда он последовал за ними. Когда ноги Эйры коснулись твердой почвы, она медленно поплелась к другим пиратам. Инстинкт заставил ее попытаться призвать магию, чтобы очистить ее от воды, но та не пришла, и она осталась мокрой, дрожа от холода… и от страха.
У нее всегда была магия, на которую она могла положиться, и которая защищала ее. Теперь она исчезла, и Эйра никогда еще не была так уязвима. Она никогда раньше не задумывалась о том, как могут чувствовать себя обычные люди в мире чародеев. Теперь она задавалась вопросом, как они проводят все свое существование, чувствуя себя такими незащищенными.
— Удачи, Дюко, — сказал один из двух пиратов. Он был человеком, на нем не было ничего, кроме жилета. Черные татуировки покрывали коричневую кожу его рук и были нарисованы на обнаженной груди. — Похоже, там настоящий хаос.
— Ты скоро поймешь, что куда бы она ни отправилась, все заканчивается беспорядком. — Дюко обхватил Эйру за плечо и дружески встряхнул. Она высвободилась как можно незаметнее. Она играла ради выживания — своего собственного и своих друзей. Дюко больше не входил в ее круг.
— Я даю ей три дня. — Бледный долговязый пират пригладил свои каштановые волосы, собрав их в конский хвост. Щель между его передними зубами слегка выдавала свист, когда он говорил.
— Три? Ты щедр, Фен. — Другой пират усмехнулся.
Фен пожал плечами и зашагал по дороге. Дюко последовал за ним, не оставив Эйре другого выбора, кроме как сделать то же самое. Она попыталась привести в порядок свои измученные мысли. Они возвращались в горящий город, наводненный Столпами, потому что Адела хотела вернуть свои дневники. Те самые дневники, которые Эйра изучала, когда у нее была магия, которой у нее больше не было. И Адела преодолела половину известного мира, чтобы найти Эйру… Чем больше она думала об этом, тем меньше смысла все это имело.
Эйра покачала головой. Ее отношения с Аделой могли подождать. Лучшее, что она могла сделать, это сосредоточиться на настоящем и позволить остальному идти своим чередом. Одна нога, потом другая. Она должна была продолжать идти ради своих друзей. Как только они окажутся в безопасности, она выяснит, хватит ли у нее сил продолжать искать ответы.
Мужчины, женщины и дети продолжали убегать из горящего города с перепачканными сажей и заплаканными лицами. Они были настолько сосредоточены на побеге, что большинство из них не обратили внимания на Эйру и трех пиратов. В лучшем случае, их маловероятный квартет удостаивался одного, двух озадаченных взглядов. Люди были слишком обеспокоены собственным выживанием, чтобы иметь желание или силы беспокоиться о ком-то еще.
К тому времени, когда они вчетвером добрались до окраины Варича, дороги были в основном пусты. Все, кто собирался бежать, уже выбрались. В воздухе повис густой дым, от которого у Эйры защипало глаза.
Фен притормозил и вытащил из кармана брюк маленькие треснувшие часики.
— Она сказала мне, выделить вам двоим час.
— Времени вроде бы более чем достаточно, — уверенно сказал Дюко.
— При условии, что она не доставит тебе хлопот. — Фен кивнула в сторону Эйры.
— Она не будет, — заступился за нее Дюко. Эйра продолжала молчать. Он взглянул в ее сторону. — Тогда пошли.
Эйра последовала за ним в кровь и хаос Варича. Два других пирата пошли своим путем, разделившись, чтобы заняться делами, неизвестными Эйре.
Город, который она узнала благодаря своим ограниченным исследованиям с Элис, Калленом и Дюко, был в хаосе. Большая часть дыма и пламени была сосредоточена в Колизее, но взрыв разбросал горящие обломки по половине города, вызвав пожары во многих зданиях. Загорелось еще больше, никто из чародеев не остался, чтобы потушить пламя. Воздух был наполнен золой. Жуткая тишина опустилась на город. Не было слышно ни криков, ни стенаний. Если не считать треска дерева и отдаленного грохота падающего какого-то строения, в городе было тихо, как в могиле.
Поэтому она была потрясена, когда Дюко, наконец, заговорил.
— Огонь и дым влияют на мою магию. Мне нужно, чтобы ты была моими глазами.
— Зачем тебе сопровождать меня, если ты не можешь ориентироваться? — Ее тон был ровным и унылым.
Он остановился.
— Ну, я не могу видеть в каком состоянии город, не так ли?
— Адела могла. — От одного упоминания королевы пиратов у Эйры закружилась голова. Адела была здесь, и Эйра была ее пленницей.
— Она доверяет нам знать, что мы можем, а чего нет.
— Доверие, должно быть, приятно. — Эйра скрестила руки на груди. Хотя она все еще продолжала оглядываться по сторонам. Улицы по-прежнему были в основном пусты… но время от времени она видела, как в одном из домов отдергивается занавеска. Люди крепко заперлись, пережидая шторм, который обрушился на их некогда сонный город. Молясь, чтобы пожары не добрались до них.
— Ты бы предпочла, чтобы при нашей первой встрече я сказал тебе, что меня практически вырастила королева пиратов, на которую ты похожа? Что, о да, я действительно ей предан. Я могу представить, как хорошо все могло бы закончиться. — Молочно-белые глаза Дюко так и не встретились с ее глазами, пока он говорил.
— Ты обманул меня.
— Я забыл рассказать тебе кое-что о себе, что, честно говоря, не имело значения, пока не начался турнир, — возразил он, слегка нахмурившись. — Адела заставила меня работать с Тенями в Меру задолго до того, как кто-либо из нас даже узнал о твоем существовании. — Дюко оглянулся. — Мы можем продолжить говорить, но нам следует продолжать двигаться. Ты слышала Фена, у нас есть только час.
— До чего?
— Пока Адела не решит, что мы мертвы или слишком неумелы, чтобы работать на нее. В любом случае, она отчалит без нас.
Забирая с собой моих друзей. Эйра снова пошла вперед, взяв на себя инициативу.
— О чем еще ты мне солгал?
— Я никогда откровенно не лгал, — продолжал протестовать Дюко.
Эйра пристально посмотрела на него, но решила не объяснять выражение своего лица.
— Ты сказал, что тебя воспитывала Адела? Я думала, твоя семья была убита на границе Сумеречного королевства.
Было время, когда они тайком ходили во Двор Теней и покидали его, и по дороге он рассказывал о себе. Он говорил о поселении на окраине леса Сумеречного Королевства. О нападении Ульварта, когда он еще был лидером Мечей Света.
— Так и было. — По одному только тону Дюко она поняла, что он говорит правду. Даже, несмотря на все свои сомнения, относительно его намерений, она слышала ее в его голосе. – Что я забыл тебе сказать, так это то, что причина, по которой мы осмелились основать поселение на окраине леса, где мы были уязвимы для фанатиков Ярген, заключалась в том, что мы хотели быть ближе к воде… ближе к тому месту, куда мог прийти «Шторм».
— Вы все были пиратами? — Эйра помедлила на углу, оглядывая улицу, прежде чем повернуть.
— Большинство, и те из нас, кто не состоял у нее на службе, знали, кем были остальные, и что делали.
— Но Адела…
— Никогда не причиняла вреда Сумеречному Королевству, в отличие от большинства других, — перебил он. — Она была добра к нам, как и к большинству нежеланных негодяев в мире.
— Но ты сказал, что сразу после этого присоединился ко Двору Теней, чтобы отомстить за свою семью. — Эйра торопливо пересекла улицу. Она старалась двигаться параллельно реке.
— Нет, это ты так сказала, — поправил Дюко.
Эйра вернулась к их разговору, перебирая воспоминания. Он рассказал ей о своей семье. О нападении Ульварта. Ребекка нашла его, цепляющимся за жизнь.
Затем она сказала: «Итак, тогда и там ты поклялся отомстить и присоединился ко Двору Теней. Дюко кивнул… но больше ничего не сказал. Разговор сменился.
— Хорошо, но ты кивнул в знак согласия, — пробормотала она себе под нос.
— То, что я рассказал тебе о том, что Ребекка нашла меня, было правдой. Как и моя жажда мести. Но что мог сделать мальчик против такого безумца, как Ульварт? Мне нужно было время. И Ребекка действительно предложила приютить меня… но я знал, что мне нужно было кое-куда, и отказался немедленно последовать за ней. Она предположила, что «кое-куда» — это вернуться в Сумеречное королевство. Ребекка сказала мне разыскать ее, когда я подрасту и буду готов.
— Ты сделал это и присоединился ко Двору Теней в качестве двойного агента.
Он кивнул.
— Я был там, чтобы наблюдать. Не вмешиваться и не причинять вреда Меру. Скорее наоборот.
Эйра замедлила шаг. Они приближались к докам, и, судя по отдаленным крикам, там все еще царил какой-то переполох. Идея сбежать, чтобы найти свою семью или Оливина, приходила ей в голову, но Эйра отогнала эту мысль. Ее семья была либо мертва, либо где-то, куда она не сможет добраться. Как бы тяжело ни было не побежать к ним, ей пришлось сосредоточиться на людях, которым она все еще могла помочь… и эти люди были на лодке, которой управляла Адела.
— Почему пират… ни много, ни мало один из пиратов Аделы – не должен был причинять вреда Меру?
Он пожал плечами.
— Если бы я знал, я бы сказал тебе. Она проинструктировала всех нас, кто ступит на землю Меру, не делать ничего, что могло бы навредить благополучию Меру. Никаких убийств, мародерства, воровства или любого другого обычного пиратства.
Ей вспомнились слова Денеи. «Аделу уже давно не видели на побережье». Возможно, Адела действительно потеряла интерес к Меру. Что делало еще более загадочным то, почему она, несмотря ни на что, вернулась за Эйрой. Ее прежнее подозрение, что, возможно, Адела не совсем честна, вернулось непрошеным.
Дюко, должно быть, тоже услышал нарастающий шум города вокруг них, потому что остановился.
— Послушай, Эйра… Я никогда не хотел вводить тебя в заблуждение, но я не мог сказать тебе. Она уже рассердилась из-за того, что я допустил тебя на ее судно.
— Разве она не хотела меня видеть? — тихо спросила Эйра. Его ответ мог разрушить ее теории о возвращении Аделы в Меру и значении, стоящем за этим.
— Адела очень, очень заинтересовалась тобой, как только об этом стало известно. Она не подходила так близко к Меру десятилетиями. Много лет назад ее что-то по-настоящему потрясло, и она взяла за правило никогда не возвращаться.
— Из-за чего?
— Никто не знает. — Он покачал головой. — Важно то, что слухи о тебе действительно прожгли дыру в ее мозгу. Ты проникла в ее мысли, и именно поэтому мы оба все еще живы. Но Адела не из милосердных женщин. Вот почему я сказал ей, что сейф, в котором ты хранишь дневники, запечатан твоей магией, и поэтому тебе нужно пойти. Тебе нужно начать доказывать ей сейчас, что у тебя есть сила и полезность.
— Ты не сказал ей, что у меня пропала магия? — прошептала она.
— Пока нет. Я хотел дать тебе шанс проявить себя первой.
— А что, если я не проявлю себя? — спросила Эйра.
— Я думаю, ты уже знаешь ответ на этот вопрос.
Она с трудом сглотнула.
— Хорошо. Тогда нам пора идти, наш час истекает.
— И еще кое-что. — Дюко протянул к ней руку. Дым, похоже, действительно мешал его ощущениям, потому что он только хватал ртом воздух. Эйра взяла его за руку, их пальцы крепко переплелись. — Ты будешь мне доверять?
Она изучала его лицо. Каждый шрам был ей знакомым. Его молочно-белые глаза, которые никогда толком не видели ее, все же смотрели прямо на нее. Эмоции, которые она впервые почувствовала, когда он раскрыл свои истинные цели, начали тускнеть. Он был прав, чего она могла от него ожидать? И не то чтобы он когда-либо причинил ей вред. На самом деле, наоборот. Даже до этой самой секунды он пытался заботиться о ней.
И, кроме того, она видела, как Ноэль смотрит на него. Она не могла предать подругу, не дав ее возлюбленному второго шанса.
— Да, — призналась Эйра, готовая снова последовать за ним в неизвестность.