Августин споткнулся об очередной гребаный камень и сдержал ругательство, готовое сорваться с губ. Он брел, спотыкаясь, сквозь заросли, почти ничего не видя в надвигающейся темноте. Было невыносимо жарко, жарче, чем должно быть в апреле, да и тропы не было. Только зазубренные куски известняка, колючие кусты и группы деревьев, которые, казалось, страдали от жажды. Это место было бесплодной дырой, и он пробирался сквозь заросли, не зная, в ту ли сторону идет или ходит кругами.
Пятнадцать минут назад он слышал выстрелы. Они раскатились по холмам — два одновременных звука, которые доносились отовсюду, эхом разносясь по зарослям, а через несколько мгновений прозвучала еще одна пара выстрелов. Он попытался выбрать направление в ту сторону, откуда, как ему показалось, доносились выстрелы. Он поднялся на очередной холм, и вскоре услышал вой. Какая-то глубоко запрятанная часть его сознания подсказала, что это был не койот. Нет, это было что-то покрупнее. Эта угроза заставила его содрогнуться, и ему не понравилось то, что он почувствовал. А потом он пошел на звук.
Он бегал почти каждый день — стандартная разминка перед тренировкой с отягощениями и спаррингом. Он знал, что находится в отличной форме, но этот проклятый холм, казалось, вот-вот его доконает.
Диана пронеслась по нему, словно у нее были крылья. Он ожидал, что она натравит на него волков и бросится следом. Но он не ожидал, что она помчится вверх по лесистому склону со скоростью олимпийского спринтера. Как, черт возьми, она это сделала?
Он ожидал чего-то подобного с того самого момента, как она вскочила со стула прямо на стол Саттона и приставила нож к его горлу. Но такого он не ожидал. Она взлетела на этот чертов холм, словно Превосходный метаморф, только не трансформировавшись. Она просто побежала.
Ни в одном из его исследований не говорилось о том, что анимаги обладают какими-либо сверхспособностями. Дело было только в Харрисонах или все, что он знал о анимагах, было в корне неверным? Ему нужно было разгадать эту чертову загадку, и чем скорее, тем лучше.
Августин пробирался сквозь заросли, морщась от колючек, цеплявшихся за его одежду. Перед ним возвышалось массивное дерево, от которого отходили стволы, похожие на гигантскую искривленную версию монстеры из дуба. Оно возвышалось над склоном холма, занимая собой участок расчищенной земли. Августин заметил у корней тело и двух огромных волков, сидевших рядом. Они посмотрели на него. Он заметил кровь у них во рту. Это должно было его насторожить, но существовала угроза посерьёзнее, и она полностью завладела его вниманием.
Она лежала, раскинувшись на изогнутом стволе в двадцати пяти футах над землей, гибкое, грациозное создание со светящимися золотистыми глазами. Ее волосы рассыпались по плечам, обрамляя лицо. Она хищно следила за тем, как он выходит из зарослей, и, когда он встретился с ней взглядом, по его телу пробежала дрожь.
Августин застыл.
Она была прекрасна и устрашающа. Она была не просто человеком. Он читал мифы, которые входили в его обширную образовательную программу. В них люди отправлялись в дикую местность и находили там что-то настолько мистическое, могущественное и непостижимое, что давали этому названия. Дриады, хальдры, боги. Он не знал, кем она была, но она была одной из них.
Волки не обратили на него внимания и вернулись к своей добыче.
Он понимал, что должен что-то сказать, что-то сделать, но вместо этого стоял как вкопанный и смотрел. Если он пошевелится, то станет добычей. Его тело было в этом уверено. Инстинкты кричали, предупреждая, что она может в одно мгновение спрыгнуть с ветки и наброситься на него. Он не смог бы ее остановить, да и не был уверен, что попытается.
Она потянулась, как огромная кошка, соскользнула с дерева и мягко приземлилась на ноги. Это было самое горячее зрелище, которое он когда-либо видел. Она шла к нему, и это был сам секс. Он сглотнул, чувствуя, что возбудился.
Она остановилась в метре от него. Он по-прежнему боялся пошевелиться — не за свою жизнь, а из-за страха, что все закончится.
— Эдриан Вудворд, — сказала она. Ее голос звучал низким мурлыканьем.
Слова не дошли до его сознания. Они просто отскочили от его затуманенного разума.
— Августин.
Ему нравилось, как она произносит его имя. Он хотел, чтобы она произнесла снова. Прошептала его.
— Августин! Сосредоточься.
Если бы она прикоснулась к нему, он бы прижал ее к дереву и вступил в схватку с волками, если бы они попытались его остановить.
— Превосходный Монтгомери!
Слова, наконец, пробились сквозь пелену в его сознании, словно поток холодной воды. Он заставил себя открыть рот.
— Да?
— Эдриан Вудворд забрал детеныша. Сегодня вечером он собирается препарировать ее. Его комплекс где-то в Каньон-Лейк.
Он достал мобильный, постучал по нему и заговорил в него на автопилоте.
— Достань мне все об Эдриане Вудворде.
Он закончил разговор и уставился на нее.
— Забирайте своего кролика, — бросила Диана через плечо.
Два волка разорвали пополам маленькую окровавленную тушку и потрусили в их сторону.
— Они были слишком возбуждены после охоты, — сказала она ему.
Он покачал головой, пытаясь избавиться от остатков наваждения, которое она на него навела.
— Я думал…
— Им не стоит питаться человеческой плотью. Это плохой пример для подражания. Иди за мной. Уже почти стемнело, нам нужно возвратиться к машине.
Он шел за ней вниз по склону, отчаянно пытаясь взять себя в руки. Все его защитные механизмы, все навязанные самому себе установки, которые помогали ему справляться с миссиями, которые в противном случае сломили бы его — все это разрушила она. На мгновение все сдерживающие факторы исчезли. Провал его воли потряс его до глубины души. Это было ужасно.
Ему нужно было взять себя в руки. Она была клиенткой, это было дело, она была другом его Дома… Если он не начнет думать головой, они оба будут мертвы, потому что Эдриан Вудворд — Превосходный.
Вудворд.
Незаконченное дело, которое вернулось, чтобы преследовать его.
Проблема в том, что группа людей, обладающих непревзойденной личной властью, не может контролировать себя сама. Рано или поздно кто-то из них перестанет играть по правилам и попытается сосредоточить всю власть в своих руках. Магическая элита ничем не отличалась от остальных.
Несколько лет назад несколько Домов объединились, чтобы свергнуть существующий общественный строй и узурпировать власть Ассамблеи штата Техаса — органа, регулирующего деятельность магов в штате. Этот альянс получил название «Заговор», и его целью было превратить республику в империю с единоличным правителем и неограниченными привилегиями для Превосходных.
Роган, Бейлоры и Харрисоны выступили против этого, сформировав собственный альянс. Августин был втянут в эту борьбу. Нет, он сам ввязался в нее, несмотря на обоснованные и логичные сомнения, потому что не мог смириться с тиранией. Какими бы благородными ни были заявленные цели, и какой бы возвышенной ни была риторика, истинное лицо «Заговора» было уродливым и жестоким. Заговорщики стремились создать тоталитарный режим во главе с Превосходными, и Августин боролся с ними со всей присущей ему яростью. Когда-то он был идеалистом и думал, что эта часть его личности умерла, пока что-то внутри него не восстало и не отказалось быть соучастником убийства демократии.
Вудворд был частью «Заговора». Доказательства его причастности были косвенными, но убедительными. Вудворд был аниматором. Он создавал сложные конструкторы из металла, пластика и проволоки и наполнял их магией, оживляя. У каждого аниматора был свой почерк, и почерк Вудворда был узнаваем. Его конструкторы напоминали чудовищных животных.
Конструктор напал на Рогана после того, как тот передал важную улику окружному прокурору округа Харрис. Конструктом управлял могущественный аниматор, носивший кольцо Zeta Sigma Mu, которое было доступно только членам элитного братства, состоящего из магов. Вудворд подходил под все критерии: он был Превосходным аниматором, жил в этом районе, его прошлое наводило на мысль, что он без колебаний нападет на офис окружного прокурора или другого Превосходного, и он носил это кольцо. В студенческие годы он был казначеем Дартмутского отделения.
Августин быстро вышел на Вудворда, но, несмотря на все усилия МРМ, ему не удалось получить неопровержимые доказательства. Это не давало ему покоя, но в то время он ничего не мог с этим поделать.
Затем, год спустя, Вудворд снова объявился, когда Роган, Бейлоры и Харрисоны объединились, чтобы выследить Александра Штурма, одного из самых опасных членов «Заговора», в его крепости. Крепости, которую охраняли конструкторы.
Августина там не было. У него была другая роль. Пока они штурмовали дом Штурма, он занимался устранением его союзников. Но он видел запись этого штурма.
В памяти Августина всплыло видео, на котором чудовищная механическая лошадь с крокодильими челюстями несется на камеру на полной скорости, словно неуправляемый поезд, озаренный изнутри волшебным голубым сиянием. Ее пасть была разинута, обнажая стальные зубы длиной в метр. В нее полетела граната и взорвалась в груди конструкции, пробив в металле дыру. Во все стороны полетели обломки. Конструктор споткнулся, а затем выброшенные детали вернулись на свои места, восстановив его тело.
Штурм был магом погоды. Августин потратил много времени и ресурсов, пытаясь связать Вудворда со Штурмом, но снова потерпел неудачу. Он знал, что Вудворд причастен, чувствовал это благодаря интуиции, отточенной годами опыта. Но доказать это он не мог.
Вудворд избежал всех последствий того расследования. Он всегда был затворником, но после дела Штурма практически исчез из поля зрения общественности. И вот теперь он нападает на Харрисонов.
— Зачем? — Это слово вырвалось почти само по себе, как продолжение его мыслей.
Каким-то образом она его поняла.
— Китти — магическое существо, рождённое на Земле, единственное в своём роде. Он хочет разобрать её на части. Он хочет препарировать её и использовать её тело в качестве образца для своего следующего механического монстра. Много лет назад он пытался купить Зевса. Мы ему отказали. Он всё время повышал цену.
— Сколько он предложил?
— Двести пятьдесят миллионов, если Корнелиус сможет как можно дольше сохранять Зевса в спокойном и живом состоянии во время вивисекции.
Августин отпрянул.
В ее глаза стоял ужас, в них читался немой крик. Он ненавидел это. Он хотел избавить ее от этой боли, успокоить, но не мог. Пустые слова только усугубили бы ситуацию.
— Почему Зевса? Вудворд работал с «Заговором». У него был доступ к Харкорту, который призвал Зевса. Почему бы просто не нанять призывателя, чтобы получить еще один экземпляр?
— Потому что ни один призыватель не смог бы удержать живое животное в спокойствии, пока его разделывают. И потому что Зевс был связанным животным. Ни один анимаг не мог установить связь с призванным существом. Вудворд считал Зевса уникальным. Он хотел изучить эту связь и его тело.
Его охватило отвращение, гнев и холод.
— Я должна была догадаться, — сказала она с обреченностью в голосе.
— И как?
Наконец они добрались до парковки у таунхауса. Его телефон завибрировал. Он взглянул на экран. У Эдриана Вудворда было три дома: один в Калифорнии, один в Колорадо и этот, в Каньон-Лейк. Полчаса назад он вылетел из международного аэропорта Денвера в Остин на частном самолете.
Августин открыл прикрепленные файлы. Он нашел серию фотографий поместья Вудворда — настоящей крепости, спрятанной за бетонной стеной. Дом стоял на вершине холма с видом на озеро, а ближайший сосед находился в полумиле от него.
— Времени нет, — сказала она глухим голосом. — Нет времени на подмогу. Он убьет ее сегодня ночью. Она еще жива. Я все еще чувствую связь с Селестой, хоть и слабую, и она бы почувствовала, если бы ее детеныш умер. Она бы горевала, и я бы это почувствовала, а если Китти умрет, я потеряю их обеих.
Последние следы похоти испарились. Он снова стал самим собой и хладнокровно просчитал все возможные варианты. Ни один из них не был хорошим.
Правовая система признавала свои ограничения, когда дело касалось Превосходных. Когда между Домами возникал конфликт, они подавали прошение о получении официального разрешения на междоусобицу. Вудворд нанял человека, чтобы тот украл что-то у Дома Харрисонов, и в результате сотрудники Дома Харрисонов погибли. У них было более чем достаточно оснований для «Исключения из правил Вероны», и он был уверен, что при правильной формулировке их прошение о вражде будет одобрено, но на это требовалось время. А времени у них не было.
О штурме резиденции Вудворда силами МРМ без соответствующих разрешений не могло быть и речи. Это привело бы к санкциям в отношении его компании и его самого, а также к возможной уголовной ответственности. По сути, это было бы незаконно. И опять же, на мобилизацию соответствующих сил потребовалось бы время.
У них был только один выход — нанести точечный удар. На данный момент деньги не были переданы. Единственное доказательство связи Дома Харрисонов и МРМ хранилось в его файлах — контракт, подписанный Дианой. Он мог удалить его в любой момент. Лишь несколько человек знали, где они находятся, и он доверял им всем. Тем не менее, полную картину знали только он и Диана.
Если они хотели спасти детеныша, им нужно было проникнуть в дом. В лучшем случае они пробирались внутрь, находили детеныша и выходили. Незамеченными. Худшее заканчивалось тем, что все они погибали. Перелет Вудворда из Денвера в Остин займет примерно два часа плюс поездка до его особняка, потому что крошечный аэропорт в Каньон-Лейк закрывался на ночь. Это дало бы им еще час. Их шансы были экспоненциально выше в отсутствие Вудворда.
Он принял решение. На самом деле это был даже не выбор.
Диана повернулась к нему с непроницаемым выражением лица. Ее тон был ровным и отрывистым, а формальность обращения почти резала слух.
— Превосходный Монтгомери, Дом Харрисонов благодарит вас за помощь в этом деле. Вы более чем выполнили условия нашего соглашения. Желаю вам успехов в ваших будущих начинаниях. Если вам когда-нибудь понадобится наша помощь, Дом Харрисонов предоставит ее.
Он бы засмеялся, но она бы восприняла это в штыки.
— Ты меня увольняешь?
— Да.
Он ждал.
Она продержалась еще три секунды, но его молчание сломило ее.
— Вудворд похитил Китти. У меня есть доказательства и законные основания для подачи иска о кровной мести, но это займет слишком много времени. Он убьет ее сегодня ночью.
Было жутко осознавать, что ход ее мыслей совпадает с его собственным.
— Я иду на территорию комплекса, — сказала она. — Ты не можешь пойти со мной. Если ты это сделаешь, окажутся замешаны твой Дом и фирма. Наши пути должны разойтись.
— Я тебе нужен, — сказал он.
— Я видела его игрушки. Они почти неубиваемые. — Отчаяние в ее голосе резануло его по сердцу. — Я должна это сделать, но, скорее всего, не выживу. Я хочу, чтобы ты жил, Августин. Это важно для меня.
Он хотел задержаться на этом моменте и понять, что именно она имела в виду, но сейчас было неподходящее время.
— Ты попросила меня о помощи. Я доведу дело до конца.
— Твой Дом…
— Моего Дома здесь нет, а я здесь. По моему профессиональному мнению, у нас есть два варианта: спасение или месть. Я предпочитаю спасение. Мы начали это вместе, вместе и закончим.
— Августин…
Он улыбнулся ей.
— Я быстро позвоню, и мы поедем.
НЕБО БЫЛО ПЫЛЬНО-фиолетовым, и озеро внизу сливалось с ним по цвету, превращаясь в темное зеркало, окруженное скалистыми холмами. Скалистые и зубчатые гребни, усеянные валунами утесы выглядели почти доисторическими. Единственными признаками цивилизации были редкие очертания крыш и электрические огни вдалеке, оставлявшие светящиеся блики на воде. Как и белое уродливое здание на вершине соседнего холма.
Августин вглядывался в прицел снайперской винтовки. Озеро Каньон было создано руками человека и находилось в федеральной собственности, а управляло им Инженерное управление армии США. Правительство выделило часть береговой линии для общественного пользования. По счастливому стечению обстоятельств с одной из живописных смотровых площадок открывался прекрасный вид на поместье Вудворд. Оно раскинулось чуть ниже, словно древняя крепость, за декоративной стеной из остинского известняка, увенчанной коваными элементами. Белоснежный дом, если здание такого размера вообще можно назвать домом, возвышался на три огромных этажа, красиво подсвеченный стратегически расположенными тонированными светильниками, незаметно спрятанными за деревьями.
Августин передал винтовку Диане. Она посмотрела в прицел и нахмурилась.
С фасада дом выглядел как любой другой помпезный техасский особняк: огромная лужайка, обширные мощеные патио и дорожки, деревья, которые были намного старше самих зданий. Над главной подъездной аллеей возвышалась двухэтажная сторожка с аркой и башнями по бокам.
Задняя часть здания не была похожа ни на одно другое — сплошной блок, выкрашенный в белый цвет. Ни дверей, ни окон. Просто куб из сплошных стен высотой в три этажа и шириной чуть более ста метров.
Информация о Вудворде, которой располагала МРМ, была ограниченной, однако у них была базовая схема дома. Отец Августина по неизвестным причинам купил ее у застройщика, и она спокойно лежала в их внутренних архивах, пока Лина не нашла ее и не отправила ему.
И снова предусмотрительность отца спасла Августина от неминуемой смерти. В конце концов, Августину придется разобраться с неприятным коктейлем эмоций, вызванным этим осознанием, но сейчас не время.
Их целью было проникнуть в заднюю часть дома, в этот массивный укрепленный куб, который строители назвали «Убежищем». Согласно чертежу, который прислала Лина, общая площадь здания составляла 122 500 квадратных футов[1]. Это был размером со склад «Костко». Площадь здания была огромной, а затраты на землю и строительство — астрономическими. Даже тридцать лет назад, когда комплекс только построили.
В «Убежище» располагалась лаборатория Вудворда: склад для хранения материалов, мастерская, где Вудворд возился со своими конструкторами, и, самое главное, большой крытый атриум под названием «Зверинец», где он держал своих животных.
Вудворд коллекционировал редкие виды, в частности хищников. «Зверинец» служил ему частным зоопарком, где они содержались до тех пор, пока он не решал разобрать их, чтобы понять, как они устроены. Казалось, его совершенно не беспокоило, что ни одно из существ не пережило этого процесса.
По мнению Вудворда, существовало три типа конструкторов: механические, магические и биологические. Животные и люди относились к последней категории, и единственное различие между ними и его творениями заключалось в материалах, из которых они были сделаны. Эту мысль он высказал в редкой для себя речи на конференции магов-аниматоров десять лет назад. Аниматоры — народ странный, но даже слова Вудворда их настолько встревожили, что с тех пор они не откликались на приглашения.
Августин еще раз внимательно осмотрел дом.
Ни постов, ни патрулей, ни прожекторов. Ничто не указывало на то, что за особняком присматривает охрана. Почти в каждом доме была частная охрана. Наемные охранники были настолько привычным явлением, что их отсутствие выглядело странно и тревожно.
Это означало автоматическую защиту. Скорее всего, у Вудворда были турели. Две башни по бокам от арочного входа были там не просто так, но Августин не беспокоился из-за них. Это была наименьшая из их проблем.
— На десять часов. — Диана вернула ему винтовку.
Августин посмотрел в прицел, целясь в указанном ею направлении.
Вот оно. Группа металлических статуй, расставленных по кругу в тени деревьев, словно какая-то арт-инсталляция. Их причудливые очертания на мгновение дезориентировали его, но потом он понял, что к чему.
Особняк Вудворда охраняла стая конструкторов-динозавров.
Конструкторы неподвижно ждали, выстроившись тремя концентрическими кругами. Внешнее кольцо состояло из самых маленьких существ, их было шесть, ростом примерно по грудь, и они напоминали велоцирапторов. Не настоящих, из окаменелостей, которые весили около 18 килограммов, а огромных киношных, призванных наводить ужас.
На втором кольце были три более крупных существа — странные гибриды трицератопса и доисторического носорога.
Центральное существо, чем-то напоминающее тираннозавра, возвышалось над остальными, стоя на массивных задних лапах. В отличие от большинства музейных реконструкций, у этого гигантского существа были более стройные передние конечности, вооруженные серповидными когтями, и свирепая голова, похожая на драконью. Его высота составляла четыре с половиной метра, а длина — около 12 метров, причем большую часть этой длины занимал хвост, состоящий из квадратных сегментов с острыми как бритва лезвиями.
Псевдотиннозавр-рекс будет нацелен на самую большую угрозу, стадо трицератопсов выведет из строя любую технику, а рапторы будут преследовать и уничтожать отдельных нарушителей. Все под контролем.
В том, как он их расположил, чувствовалось высокомерие. Либо Вудворду было все равно, либо ему нравилась эстетика такого расположения. Как маленький ребенок, он выставил свои игрушки напоказ.
Они действительно выглядели как произведения искусства: цельные, элегантные, гладкие, с четкими, но естественными линиями, словно они появились в какой-то альтернативной реальности, а Вудворд дотянулся до нее и вытащил их оттуда.
— Просто чтобы мы были на одной волне, — пробормотал он. — Это усовершенствованные модели охранников. Для активации большинства конструкторов требуется аниматор. А эти активируются сами. Любое движение приводит их в действие. Они оснащены визуальными, слуховыми и инфракрасными датчиками и обрабатывают поступающие сигналы.
— И, о чем это говорит?
— Я могу обмануть их зрительные сенсоры, но мои иллюзии не имеют материальной основы. Если только конструкторы не улавливают тепло тела и звуки в дополнение к визуальной обратной связи, они не поддадутся на мою уловку. Как ты сама понимаешь, их трудно уничтожить. Они восстанавливаются, и магия компенсирует любой ущерб, но до определенного предела. Однако их можно временно вывести из строя, если нанести им достаточно урона. Кроме того, они восстанавливаются гораздо медленнее, чем конструкторы на базе Штурма. Такова цена их независимости.
Она кивнула.
— Единственный путь в «Убежище» — через дом, — продолжил он. — Стены укреплены, и стрелять по ним вслепую слишком рискованно.
Все, что способно пробить стены, почти наверняка представляет опасность для существ внутри.
— Я почти уверен, что конструкторы не проникнут в дом, — сказал он. — Нам нужно добраться до входной двери и войти.
— А что насчет турелей?
А. Она тоже их заметила.
— У меня есть план по поводу турелей. Но мне понадобится помощь с конструкторами.
Она прищурилась.
— Какая помощь?
— Насколько быстры волки?
— Ты хочешь использовать их в качестве приманки?
— Отвлекающего маневра. Нам нужно что-то, что излучает тепло и сердцебиение, чтобы закрепить иллюзию. Если они смогут отвлечь их на тридцать секунд, то смогут отступить. Конструкторы не покинут территорию. Вудворд не захочет брать на себя ответственность за случайное ранение гражданских.
Он почувствовал легкий укол вины. Перед тем как покинуть МРМ, он взял с собой рюкзак, который обычно брал с собой на секретные задания. Теперь он лежал на заднем сиденье, а в нем были пять «отбойников» — маленьких роботизированных устройств, предназначенных специально для того, чтобы вводить в заблуждение датчики наведения. Первый комплект ему подарил Линус Дункан, но теперь МРМ закупала их регулярно. С помощью «отбойников» можно было бы сбить с толку конструкторов, но он не хотел этого делать. У него было предчувствие, что они им понадобятся, особенно если дела пойдут совсем плохо. А по его опыту, дела всегда могут пойти плохо.
Диана нахмурилась.
— Посылать волков против такого количества конструкторов — верная смерть.
— А что, если я уменьшу их количество?
— Как?
Он вернулся на маленькую парковку, где его ждал «Юкон», задний люк открылся от его прикосновения. Он набрал комбинацию цифр на замке усиленного багажника. Крышка приподнялась на полдюйма. Он взялся за панель, потянул ее на себя, пока она не сдвинулась с места, отложил ее в сторону и достал портативную ракетную установку.
Диана посмотрела на коллекцию огнестрельного оружия, гранат и ящиков с боеприпасами в шкафчике. У нее отвисла челюсть.
По какой-то причине он был до смешного доволен собой.
Она повернулась и указала на содержимое шкафчика.
Он спрятал ухмылку и пожал плечами.
— Ты планировал захватить небольшую страну?
— Я предвидел осложнения.
Шок в ее глазах был таким приятным зрелищем. Он чуть не сказал ей, что у МРМ есть как минимум три таких машины с одинаковым оснащением, броней и шинами «Ранфлет» в каждом филиале. В Далласе, Сан-Антонио, Остине, Оклахома-Сити, Амарилло, Лос-Анджелесе, Чикаго, Атланте… Эта машина была из Остина. Магия или нет, Незначительный или Превосходный, пулям все равно.
Вместо этого он сохранял невозмутимое выражение лица.
— Хочешь что-нибудь выбрать? Я могу порекомендовать подходящее огнестрельное оружие…
Она потянулась к грузу и достала тактический короткий меч. Она взвесила широкое черное лезвие и покрутила его в руке, словно оно ничего не весило.
Августин улыбнулся. Она улыбнулась в ответ, сверкнув зубами.
[1] Что равно 37 338 квадратных метров.