УИЛЬЯМ
ИЗОЛЬДА приходит в себя после оргазма, её тело сотрясается от толчков удовольствия. Мы с Кассиэлем медленно выходим из неё, наши члены всё ещё полутвёрдые, покрытые нашим семенем. Си-Джей быстро забирает её у нас, швыряет на кровать, а затем садится на неё верхом и насаживает на свой член, безжалостно входя в неё. Она кричит, побуждая его трахать её сильнее. Мой член уже снова стал твёрдым, возбуждённый видом того, как она берёт всё, что он ей даёт. Её груди вздымаются при каждом неровном вдохе, соски напряжены и молят о внимании.
Руки Си-Джея крепко сжимают её бёдра, удерживая открытой для его безжалостного нападения. С каждым мощным толчком его драконьи метки мерцают под кожей. Стоны Изольды наполняют воздух симфонией наслаждения, от которой у меня кровь стынет в жилах.
Кассиэль подходит ближе к кровати, его член снова полностью возбуждён, готовый к большему. Он протягивает руку и обхватывает одну из грудей Изольды, перекатывая её сосок между пальцами, пока она не вскрикивает. Я перехожу на другой край кровати и проделываю то же самое с другой её грудью, чувствуя, как её плоть прижимается к моей ладони, когда я дразню и пощипываю её сосок, заставляя её всхлипывать. Она извивается под Си-Джеем, её тело принимает удары нетерпеливыми, отчаянными движениями. Я наклоняюсь, ловлю её губы своими, ощущая сладость её крови и жар её желания. Её язык переплетается с моим, вплетённый в меня со страстью и желанием.
Си-Джей ускоряет темп, его бёдра прижимаются к её бёдрам с такой яростью, которая красноречиво говорит о его собственных потребностях и страхах. Он заявляет на неё права, напоминая себе и ей, что она по-прежнему наша, несмотря на то что её связывает с Блэкриджем. Стоны Изольды становятся громче, настойчивее, и я чувствую, как её тело напрягается подо мной, готовое взорваться снова.
— Кончи на его член, как хорошая девочка, — шепчу я ей, проводя рукой по её горлу.
Она задыхается, когда я усиливаю хватку, и дрожит, готовая дать мне то, что я хочу.
— Вот так, моя королева. Намочи его член. Заставь его кончить в тебя, заполняя тебя так, как может только он.
— Боги! — кричит она.
Оргазм захлёстывает Изольду, волна наслаждения сотрясает её тело, и её крики эхом разносятся по комнате. Си-Джей крепче сжимает её бёдра, когда он входит в неё последним, жестоким толчком, и его оргазм с рёвом прорывается сквозь него. Он падает на неё, его тело сотрясается от сильного оргазма.
— Ты наша, — шепчу я, наклоняясь, чтобы нежно поцеловать её в губы.
— Всегда. Никто и никогда не будет с тобой таким, кроме нас.
Она кивает.
— Всё, чего я хочу, это вы.
Я резко вдыхаю, когда раскалённая добела боль пронзает мой позвоночник, проникая сквозь руны.
— Что это? — немедленно спрашивает Изольда, садясь и протягивая ко мне руки.
— Ничего, — выдавливаю я из себя.
— Уильям, скажи мне.
— Руны, — внезапно крякаю я, когда боль усиливается. Такое чувство, что их вырывают самым медленным и болезненным способом из всех возможных. — Блэкридж.
— Что? — растерянно спрашивает она. — Уильям, что происходит?
Моё зрение затуманивается, когда руна на моей макушке загорается, и я стону, когда её отрывают от меня яростным ударом, который вырывает всё остальное, словно они связаны верёвкой.
— Нет! — я кричу, когда последняя руна была грубо извлечена, и моя материальность вспыхивает у меня перед глазами. Я падаю, моё тело сотрясается в агонии от их удаления. Руки Изольды мгновенно обхватывают меня, но её прикосновение отстранённое. Её отчаянный голос звучит у меня в ушах, но я не могу сосредоточиться на её словах. Боль невыносима, ощущение жжения, которое, кажется, разрывает меня на части изнутри.
Си-Джей и Кассиэль мгновенно оказываются рядом со мной, их руки поддерживают меня, пока я корчусь в муках.
— Что происходит? — в голосе Изольды отчаяние, глаза расширены от страха. — Кто это делает?
У меня есть только один ответ. Блэкридж.
Боль слишком сильная, слишком всепоглощающая. Такое чувство, что каждый нерв в моём теле охвачен огнём, как будто саму мою сущность разрывают на части и собирают заново. Руны сохраняли меня целым, поддерживали во мне жизнь, а Блэкридж щёлкнул выключателем, снова превратив меня в призрака.
Перед глазами у меня всё расплывается, комната то появляется, то исчезает из поля зрения, когда на меня накатывают волны агонии. Изольда крепче сжимает мои плечи, её голос звучит отчаянно и умоляюще.
— Уильям, останься со мной! Что мы можем сделать? Как нам это остановить?
Рычание Си-Джея эхом разносится по комнате, первобытное и яростное.
— Блэкридж! Я знал, что ему нельзя доверять!
Серебристые глаза Изольды встречаются с моими, на её лице застыла маска отчаяния и страха.
— Уильям, не смей снова бросать меня! — её голос срывается от переполняющих эмоций. Руны на её коже оживают, наливаясь силой, когда она реагирует на то, что со мной происходит.
Боль достигает апогея, и я чувствую, что ускользаю, моя твёрдая форма колеблется по краям.
— Нет, — рычит она. — Ты не можешь меня бросить.
Я тянусь к её лицу, обхватываю его ладонями, чувствуя себя как в тумане в холодный день. Я грустно улыбаюсь.
— Слишком поздно.
С последним ударом моего материального сердца я становлюсь всего лишь облачком на ветру,
Окончательная смерть.
Вот на что она похожа? Ни боли, ни гнева, ничего.
Просто темная пустота, где царит тишина и ничто не имеет значения.
— Уильям!
Крик Изольды доносится словно издалека. Я пытаюсь уцепиться за него, вспомнить её голос, но в одно мгновение он исчезает.
Пустота поглощает всё. Ни ощущений, ни осознания, только бесконечная чернота, поглощающая саму мысль. Это то, чего я боялся больше всего — не боли, а абсолютного отсутствия всего, что делало меня настоящим.
Но затем, словно далёкая звезда, пронзающая тьму, я что-то чувствую. Притяжение. Серебряные нити силы пронизывают пустоту, ищущие, зовущие меня по имени с отчаянной настойчивостью.
Уильям.
Голос Изольды рассекает пустоту, словно клинок, и внезапно я чувствую, как её магия окутывает то, что осталось от моей сущности. Серебряные нити горят от её ярости, от её отказа отпустить меня.
Вернись ко мне.
Тьма борется с её притяжением, пытаясь затянуть меня глубже в забвение. Но сила Изольды теперь иная, она усилена её связью с Серебряными Вратами и древней магией Блэкриджа.
Она не просто зовёт меня; она приказывает самой реальности вернуть меня.
Я сказала «нет»!
Её голос звучит как королевский указ, и пустота содрогается.
Серебристый свет прорывается сквозь тьму, разрывая ткань небытия. Сквозь эти слёзы я вижу, как её знаки сияют, словно звёзды, когда она тянется к самой смерти, чтобы вернуть меня.
Притяжение становится непреодолимым. Я чувствую, что меня тянет назад, но я не цел. Я снова призрак, парящий рядом с ней, неспособный прикоснуться к ней, почувствовать её, поцеловать её или трахнуть её.
— Уильям, — всхлипывает она. — Я всё исправлю. Просто останься со мной, пожалуйста.
Я не знаю, что ей сказать. Я не уверен, что это то, чего я хочу. Вкус эфира, бездны смерти, был долгожданным облегчением от этого бесформенного существования.
Я парю над кроватью, наблюдая, как слёзы Изольды падают, словно жидкое серебро. Зрелище того, как она плачет из-за меня, для меня, разрывает то, что осталось от моей души. Си-Джей и Кассиэль стоят по бокам от неё, на их лицах написаны ярость и беспомощность.
— Я вижу тебя, — шепчет она, протягивая руку к моему полупрозрачному телу.
Её рука проходит сквозь меня, и мы оба вздрагиваем от холодной пустоты этого прикосновения.
— Ты всё ещё здесь.
— Едва, — выдавливаю я, и мой голос становится эхом того, что было раньше. Говорить сейчас требует огромных усилий, каждое слово вырывается из пустоты. — Изольда, возможно, так будет лучше. Я никогда не должен был…
— Даже не смей, чёрт возьми, — рычит она, и по её коже пробегает серебристый огонь. — Не смей предполагать, что так будет лучше. Я не хочу потерять тебя снова.
— Блэкридж сделал это намеренно. В тот момент, когда он привязал тебя к себе, он устраняет угрозы, которые не может контролировать, — рычит Си-Джей. — Мы будем следующими.
— Это не он, — говорит Изольда, качая головой.
— Не будь такой наивной, — огрызается Си-Джей. — Изольда, неужели ты не видишь, что здесь происходит? Он забирает тебя себе.
— Нет! Это не он. Клянусь, это не он. Теперь я знаю его магию. Она такая же, как и моя. Он не несёт за это ответственности.
Си-Джей врезается кулаком в стену, проделывая в ней гигантскую дыру.
— Не смей его защищать!
Его ярость подобна живому существу, но я отвлекаюсь от него, чтобы разобрать, на чём настаивает Изольда.
Если это не Блэкридж, то кто? Кто вообще знал о рунах? Я хочу ей верить, но думаю, что бы с ней ни случилось в последнее время, это затуманивает её рассудок. Она связана с ним через Серебряные Врата. Как бы мы ни пытались отрицать эту связь, так оно и есть.
Я не обращаю внимания на их споры, чувствуя себя несчастным. Этого не должно было случиться, но я должен был этого ожидать. Я вжимаюсь в стену за своей спиной, Кассиэль провожает меня взглядом, мне нужно убежать от той жизни, которая могла бы у меня быть, которая у меня была, и которая была так болезненно оборвана.