— Какого рода помощь? — спросила Дайренна.
— Эйми нужно научиться использовать жизненную энергию и манипулировать ею так, как это делает Кворелл. Если она сможет овладеть этим, я надеюсь, что она сможет увидеть связи, которые формируются между искрой человека и чем-то, что с ним связано, например, драконом или Воином Пустоты, которого они создали, — Кьелли остановилась, прежде чем продолжить, и посмотрела на Яру. — Могу я одолжить Эйми и двух других твоих Всадниц? Ненадолго.
Яра кивнула, хотя и не выглядела довольной этим.
— Я помогу, — вызвалась Пелатина.
— Я тоже, — добавила Дайренна.
Яра повернулась к старшей Всаднице и, казалось, хотела возразить, но её взгляд метнулся к Кьелли. Эйми поняла. Яра полагалась на поддержку старшей Всадницы, но не хотела показаться слабой перед Кьелли.
— Хорошо, Натин, тогда ты со мной. Мне нужно сообщить совету, что туннель закрыт, — Яра искоса взглянула на Кьелли. — И мне нужно рассказать им, кто такой Повелитель Искр.
Яра встала из-за стола и направилась к двери.
— Яра, — окликнула её Кьелли, останавливая. — В крышу туннеля над внешними воротами встроен механизм. Если его активировать, то обрушится и этот конец туннеля.
Эйми видела, как на лице Яры промелькнула сотня вопросов, но она остановилась только на одном.
— Как нам его активировать?
— Честно говоря, я не знаю, его сконструировал мой отец, но я проигнорировала его, потому что никогда не хотела, чтобы он использовался.
— Книги, которые мы нашли в библиотеке, — перебила Эйми, указывая на себя и Натин. — В них были рисунки шестерёнок и механизмов, похожих на те, что мы видели в доках в Вортенсе.
— Кэллант уже привез коробки с этими книгами и просматривает их вместе с половиной университетских учёных, — сказала им Яра.
Эйми улыбнулась. Она могла только представить, с каким восторгом Кэллант знакомился со всеми этими новыми знаниями.
— Почему вы спрятали книги? — спросила Натин, скрестив руки на груди и глядя на Кьелли.
Она не выглядела виноватой, только немного грустной.
— Прогресс впервые побудил Квореллов создать Воинов Пустоты. По мере того, как в наших городах строились машины и фабрики, мы создавали для них незаменимую рабочую силу. Я не хотела, чтобы это произошло здесь, поэтому скрыла свои знания.
— Но ведь в городах-государствах есть паровые машины, не так ли? И на их фабриках не работают монстры, — заметила Натин.
— Возможно, я была неправа, останавливая ваш прогресс, — признала Кьелли, — но для меня это знание было связано с тьмой, и я не видела выхода.
За её словами последовала тишина. Эйми понимала желание Кьелли защитить, но она была неправа, и её действия сделали их уязвимыми.
— Я скажу Кэлланту, что мы ищем. Ему, наверное, не помешало бы немного сосредоточиться, иначе я не думаю, что он когда-нибудь снова выйдет из библиотеки, — и с этими словами Яра повернулась к двери.
Натин на мгновение заколебалась, затем поспешно обошла стол и заключила Эйми в крепкие объятия. Эйми чувствовала запах тундровой травы в волосах другой девушки.
— Не будь идиоткой, ладно? — сказала Натин.
— Не буду. Неинтересно совершать ошибки, когда тебя нет рядом, чтобы посмеяться надо мной за это.
Эйми почувствовала улыбку Натин на своей щеке, затем девушка отстранилась и ушла, даже не оглянувшись. Эйми повернулась на стуле так, чтобы снова оказаться лицом к столу. Кьелли сидела справа от неё, Пелатина слева, а Дайренна напротив, и все они смотрели на неё в ожидании. Она перевела взгляд на Кьелли.
— Итак, что нам делать? — спросила Эйми.
— Браслеты давали Квореллам власть над жизненными силами, — начала Кьелли. — Как над нашими собственными, так и над человеческими, а также над остаточной энергией, которая существует в элементах. Именно это позволило нам создавать Воинов Пустоты. Но с тысячами искр в нашей крови мы уже лучше понимали эти силы ещё до того, как надели браслеты. Я помню, что чувствовала, когда моя основная искра иссякала, и мне приходилось направлять энергию из искр в моей крови, чтобы восполнить её. Для меня это был такой же естественный процесс, как сон, когда ты устала.
Кьелли налила себе ещё чая, не сводя задумчивых глаз с Эйми.
— Когда ты забирала искру Яры и Петры, тебе казалось, что это делает браслет или ты сама?
— Браслет, — немедленно ответила Эйми.
— Вот тут-то ты и ошибаешься, — сказала Кьелли. — Ты борешься с силой браслета, когда тебе следовало бы принять её и использовать.
Но Эйми не хотела принимать её. Сила была ужасной. Она чувствовала её, даже когда браслет был отключён. Это давило на её разум, и она боялась, что в конечном итоге это подорвёт её волю. Она не хотела уподобляться Квореллам, которые использовали эту силу ради собственной жадности. Но она не сказала об этом Кьелли. Вместо этого она кивнула, надеясь, что найдётся способ овладеть браслетом, не поддаваясь его силе.
— Я хочу, чтобы ты потренировалась принимать и отдавать искры, — продолжила Кьелли.
— Что? — Эйми была в ужасе. Она услышала какой-то скребущий звук сверху и поняла, что Джесс неловко ворочается на крыше.
— Браслет — это инструмент, и ты должна научиться уверенно им пользоваться.
Взгляд Кьелли метнулся к Пелатине и Дайренне. Сердце Эйми словно превратилось в камень и ушло в пятки, когда до неё дошло.
— Поэтому они здесь, чтобы помочь? Вы хотите, чтобы я украла их искры?
— И отдала их обратно.
— Нет, — Эйми покачала головой.
Затем она почувствовала, как пальцы Пелатины скользнули в её руку.
— Это поможет?
Она задала вопрос Кьелли, и пожилая женщина кивнула. Палатина подвинулась на стуле, чтобы смотреть прямо на Эйми. Удивительно, но она улыбалась.
— Я доверяю тебе, — эти слова чуть не разбили сердце Эйми.
— Но я не доверяю себе, — ответила она.
— Малышка? — тихий голос Дайренны заставил Эйми оторвать взгляд от лица Пелатины. — Сначала попробуй с моей искрой.
Эйми продолжала качать головой.
— Нет, я должна тебе две чашки чая, а ты должна мне свою историю. И если я убью тебя, никто из нас не сможет расплатиться с долгом.
Дайренна посмотрела на свои руки, покрытые бугристыми шрамами, затем снова на Эйми.
— Позволь мне помочь. Позволь мне… искупить вину.
— За что? И ты все время помогаешь, — настаивала Эйми. — Ты шьёшь и чинишь все наши сёдла, и ты поддерживаешь Яру, когда она в отчаянии, и ты была первым человеком, который был добр ко мне и увидел меня, а не только моё странное лицо.
— Красивое лицо, — прошептала Пелатина рядом с ней.
Все снова уставились на Эйми, и она поняла, что они правы — ей нужно научиться использовать эту силу, даже если от этого её тошнит. Смирившись, она встала и села рядом с Дайренной, оседлав скамейку. Пряди тёмных волос выбились из косы старшей Всадницы и обрамляли её круглое лицо. Маленькие морщинки у глаз и рта делали её ещё более привлекательной. Глядя на неё, Эйми была поражена её внутренней силой, с которой она так спокойно сидела, размышляя о том, что должно было произойти.
— Уверена? — Эйми спросила ещё раз.
— Я доверяю тебе, малышка.
— Я хочу, чтобы ты оценила её энергию и взяла только половину, — приказала Кьелли с другого конца стола.
Итак, Эйми переключила диск на браслете в положение Юра и обхватила пальцами запястье Дайренны. Она сразу же почувствовала силу браслета, жадно впитывая искру Дайренны. Она посмотрела вниз, и в её груди появилась вторая искра, маленькая, но растущая по мере того, как энергия изливалась от Дайренны к ней. Дайренна ахнула, когда Эйми впервые прикоснулась к ней, и теперь она вцепилась в край стола так, что побелели костяшки пальцев. Эйми чувствовала себя ужасно из-за того, что причинила ей боль.
Сила браслета обрушилась на её мозг, как прилив в штормовой день, но Эйми мысленно отгородилась от неё стеной. Вместо этого она сосредоточилась на искре Дайренны и той, что росла в её собственной груди, постоянно переводя взгляд с одну на другую. Чувство неправильности охватило её, и она почувствовала привкус желчи в горле.
Когда она поняла, что забрала у Дайренны половину энергии, она мысленно представила, как захлопывает дверь, и отдёрнула руку от старшей Всадницы. Дайренну трясло, но она не умирала. Хотя, если бы Эйми сохранила свою энергию, она прожила бы вдвое меньше, чем ей было суждено.
— Хорошо, теперь верни ей искру, — приказала Кьелли.
Эйми переключила регулятор и снова схватила Дайренну за запястье, с нетерпением ожидая продолжения. Браслет тоже ждал, но Эйми снова мысленно проигнорировала его давление. Она наблюдала, как вторая искра в её груди тускнеет, а та, что в груди Дайренны, разгорается снова, когда она возвращает Дайренне её жизнь. Ей пришлось тщательно сконцентрироваться на том моменте, когда вся энергия Дайренны покинула её тело, и резко оборвать связь, прежде чем браслет начал всасывать её собственную искру и посылать её Дайренне.
На этот раз она с такой силой отдёрнула руку от запястья Дайренны, что та заскользила по скамейке и чуть не упала. Дайренна протянула руку, чтобы поддержать её, но Эйми уклонилась от её прикосновения.
— Подожди, — она переключила браслет в нейтральное положение. — С тобой всё в порядке?
Дайренна кивнула.
— Но это было неприятно.
— Теперь ты должна проделать то же самое с Пелатиной, — приказала Кьелли. — В её искре будет другое количество энергии, чем в искре Дайренны, но я хочу, чтобы ты сделала то же самое и взяла только половину, а затем вернула её обратно.
Когда Эйми встала, на неё накатила волна головокружения, отчего всё поплыло перед глазами. Дайренна схватила её за руку, чтобы поддержать.
— Я в порядке, — солгала Эйми.
Ей казалось, что на её мозг что-то давит, и она знала, что это сила браслета пытается проникнуть внутрь, установить с ней связь. Эйми не позволила этого. Вместо этого она крепко ухватилась за свою связь с Джесс и услышала, как её дракон рычит на крыше.
— Ты уже три дня без остановки в пути, почти не спишь и не ешь как следует, — заметила Пелатина, обходя стол и кладя обе руки на плечи Эйми. — Может быть, тебе стоит отдохнуть?
Эйми покачала головой в тот самый момент, когда Кьелли сказала: «Нет».
Затем, прежде чем Пелатина успела возразить, Эйми перевела браслет в положение Юра и нежно взяла её за обе руки. Девушки были одного роста, и Эйми поймала себя на том, что смотрит в тёмные глаза Пелатины. Она почувствовала, как браслет настойчиво тянет её за собой, но снова проигнорировала это. Болезненное ощущение вернулось, когда жизненная сила Пелатины влилась в её грудь.
На этот раз браслет высасывал быстрее, и Эйми подумала, не потому ли это, что она держала Пелатину за обе руки, больше соприкасаясь с её кожей. Давление в мозгу росло, пока ей не показалось, что пальцы сдавливают череп, а лицо Пелатины стало расплываться перед глазами. Она чуть не упустила момент, когда украла половину жизни Пелатины. Эйми попыталась закрыть дверь в своём сознании, пытаясь вырваться из рук Пелатины, но они не отпускали её. Закрывать дверь, лишённую силы браслета, было всё равно что толкать каменную плиту.
Когда ей наконец удалось высвободить руки Пелатины, мир поплыл у неё перед глазами.
Затем Эйми упала в обморок.
Всё исчезло, когда пустая чернота поглотила её разум, затягивая её в свои глубины. Она погрузилась в это, чувствуя, как её связи с миром разворачиваются у неё за спиной.
Всё исчезло, остались только она и пустота. Она парила там, потерянная и безразличная.
Затем она увидела что-то далеко над собой в темноте — крошечный огонёк, мерцающий, готовый вот-вот погаснуть. Она знала это. Это было её пламя решимости, то самое, которое никогда не позволяло ей сдаваться. И хотя темнота тянула её вниз с силой, превосходящей земное притяжение, Эйми поплыла к пламени.
Она проснулась с криком, застрявшим в горле, и обхватила себя руками. Она отпрянула от них, боясь прикоснуться к кому-нибудь. Пелатина и Дайренна присели на корточки рядом с ней, на их лицах было написано глубокое беспокойство. Кьелли сидела на полу, скрестив ноги и прислонившись спиной к ножке стола.
— Как долго я была без сознания? — спросила Эйми. Ей показалось, что она проспала несколько часов.
— Около пяти минут. Мы не могли тебя разбудить, — Пелатина придвинулась ближе, и Эйми отшатнулась. — Что случилось? С тобой всё в порядке?
— Не знаю, — она посмотрела на браслет на своём запястье. — Мне показалось… — её слова оборвались, когда она вскинула голову. — Где ваши искры?
На неё обернулись три растерянных лица. Паника нахлынула на Эйми, как прилив. Она посмотрела на свою грудь. Она не увидела своей искры, только мятую чёрную рубашку, которую действительно нужно было постирать. Она посмотрела на остальных. Ничего. Она не видела ни у кого искр, в груди у них было пусто. Она схватила браслет на запястье и крутанула его. Ледяная боль пронзила её руку, и она ахнула. Он всё ещё был включён, шип внутри неё всё ещё вытягивал её энергию.
Она вскочила на ноги, стуча каблуками по половицам.
— Нет, нет, нет, — простонала она.
Остальные поднялись вместе с ней. На их лицах было замешательство и испуг. Именно Кьелли шагнула вперёд, схватила Эйми за плечи и встряхнула с такой силой, что её голова запрокинулась назад.
— Что происходит? — требовательно спросила она.
— Я больше не вижу ничьих искр, — она посмотрела в древние светлые глаза Кьелли. — Почему? Что я сделала не так?
Кьелли схватила Эйми за запястье и сделала то же самое, что и она, — покрутила браслет, пытаясь снять его. Эйми закричала, когда боль снова пронзила её вены. Она смутно услышала, как Пелатина кричит, чтобы Кьелли отпустила её. Она этого не сделала. Она продолжала дёргать браслет, боль становилась всё сильнее, пока Эйми не показалось, что она снова потеряет сознание. Затем Кьелли отпустила руку Эйми и схватила её за руку. Боль в руке Эйми мгновенно исчезла, и она вздохнула с облегчением.
— Возьми мою искру, — приказала Кьелли, сжимая руку Эйми с такой силой, что костяшки пальцев сжались.
Когда боль прошла, Эйми с удивлением осознала, что она прикасается к Кьелли, а браслет в положении юра, но ничего не происходит. Настойчивое давление силы браслета на её разум исчезло. Он не высасывал искру Кьелли.
— Давай! — закричала Кьелли, дёргая Эйми за руку вверх-вниз.
— Не могу! — крикнула в ответ Эйми.
— Можешь. Сконцентрируйся, сосредоточься, воспользуйся силой браслета и позволь ему работать, — слова Кьелли были требовательными, а не ободряющими, и они разжигали гнев и раздражение в Эйми.
— Он больше не работает! Я не вижу ничьих искр, а этот дурацкий браслет ничего не делает!
— Тебе нужно стараться больше. Никто другой не сможет найти Пагрина. Ты должна научиться контролировать силу и видеть связи.
— Я пытаюсь, — она вырвала свою руку из руки Кьелли и помахала золотой манжетой у неё перед носом. — Что случилось? Скажите, что мне нужно сделать, чтобы всё заработало снова.
— Не знаю! — воскликнула Кьелли. Она прошлась по комнате, затем повернулась и, скрестив руки на груди, посмотрела на Эйми.
— Но предполагается, что у вас есть ответы на все вопросы! — Эйми накричала на неё. — Я понятия не имею, что я должна делать, но вы на шестьсот шесть лет старше меня. У вас есть все эти знания, всё то, что вы скрывали от нас, и это ваш дурацкий браслет! — Эйми вытянула вперёд запястье. — Вы должны показать мне, как это работает, чтобы я могла спасти всех.
— Он никогда не предназначался для человека, — Кьелли металась по комнате. — Может быть, ты просто слишком слаба, чтобы включить его.
— Но он всё ещё сидит во мне, — запротестовала Эйми.
— Так что, скорее всего, он всё ещё использует твою искру, но этого недостаточно.
— Но достаточно, чтобы убить меня.
— Да.
— Это нечестно! — взвыла Эйми.
Кьелли снова схватила её за плечо.
— Ты приняла власть? Ты приветствовала её в своём сознании?
Эйми долго смотрела на неё, чувствуя, что упрямится, потом, наконец, покачала головой.
— Почему нет? — спросила Кьелли.
— Потому что я не хотела закончить так же, как вы! — выпалила Эйми.
В глазах Кьелли мелькнул не гнев, а печаль.
— Тогда, возможно, именно поэтому ты слишком слаба, чтобы использовать его.
Кьелли отстранилась от неё, и это причинило ей боль. Эйми никогда не хотела брать на себя ответственность за браслет, но теперь мысль о том, что он убьёт её, когда она не сможет даже использовать его для спасения города, была ещё хуже. Она резко осела, удивлённая, когда её зад ударился о сиденье скамейки. Пелатина мгновенно оказалась рядом с ней и обняла Эйми за талию. Эйми была слишком измучена, чтобы предостеречь её от прикосновений.
Затем она осознала нечто ужасное, и слёзы наполнили её глаза. В своём отчаянии и гневе на Кьелли она забыла, что в ней половина искры Пелатины. Она посмотрела вниз, но не увидела ни своей собственной, ни более слабого свечения жизненной силы Пелатины в своей груди. Она схватила Пелатину за руку, обхватив тёмные пальцы девушки своими белыми, покрытыми пятнами пальцами. Закрыв глаза, она пожелала, чтобы браслет сработал. Ничего.
— Эй, — голос Пелатины был тихим, и Эйми открыла глаза. Девушка нежно обхватила ладонями её лицо. — Всё в порядке.
— Это не так, — возразила Эйми, и по её щекам потекли слёзы. — Я украла половину твоей жизни и не могу вернуть её обратно.
— Ты её не украла, ты просто присматриваешь за ней для меня какое-то время, — Пелатина большим пальцем смахнула слёзы Эйми.
Она не могла этого видеть, но, сосредоточившись, Эйми всё равно могла почувствовать тошнотворную неправильность присутствия в ней чужой искры.
— Я найду способ вернуть её, — пообещала Эйми.
— Я знаю, что так и будет.
Пелатина заключила её в объятия, и от этого Эйми расплакалась ещё сильнее. Она не понимала, что сделала не так, но она найдёт способ заставить браслет снова работать. Она должна. Никто другой не мог остановить Пагрина, и ей понадобился его искры, чтобы снять браслет. Иначе она умрёт, а Пелатина проживёт только половину жизни.
Раздавшиеся шаги заставили Эйми высвободиться из объятий. Направляясь к двери, Кьелли на ходу надевала плащ.
— Куда вы идёте? — спросила Эйми, вскакивая со своего места.
— Найти моего брата, — ответила Кьелли, не оборачиваясь.
— Но как?
— Не знаю, но поскольку у меня шестисотлетних знаний больше, чем у вас всех, я что-нибудь придумаю.
Дверь задребезжала, когда она захлопнула её за собой. Эйми хотела побежать за ней, но нежная ладонь Дайренны на её руке остановила её.
— Отпусти её, малышка, — сказала Дайренна.
Эйми хотела возразить, но у неё не хватило сил. Вместо этого она беспомощно огляделась по сторонам.
— Итак, что нам теперь делать?