СИЕННА
Девочка-подросток рядом со мной шевелится. Тут же бросаюсь к ней. Хочется, чтобы первым делом, как очнётся, она увидела доброе (надеюсь) лицо. Ну, согласитесь, ведь кто угодно лучше тех уродов, усыпивших её?
Её веки распахиваются. В её больших глазах отражается неуверенность. Она пытается сесть, и я помогаю ей, придерживая за спину.
– Всё в порядке, – тихо говорю. – Теперь ты в безопасности.
Прошло двадцать минут с тех пор, как прибыла ещё одна группа солдат. Я легко могу представить, как они там вызывают подкрепление, военных, отмеряют нужное количество взрывчатки, чтобы прорваться через нашу баррикаду, но не навредить людям внутри. Сверхсолдаты намного ценнее живыми, чем мёртвыми. Так что ими рисковать не станут.
И нам это на руку.
Она откашливается, разминает шею, сжимает и разжимает кулаки.
– Почему я чувствую себя так странно? – стонет она.
– Лучше или хуже?
– Не знаю. Как будто моё тело… – Она запинается, пытаясь подобрать подходящие слова. – Как будто оно не моё. – Она останавливает взгляд на Зейне. – А это кто? – Оглядывается. – Где я?
– Друг. Не бойся, мы здесь, чтобы помочь тебе. – Подзываю рукой Зейна. Он подходит к нам и присаживается на корточки. – Я Сиенна, а это Зейн. Как тебя зовут?
– Сили.
Что-то взрывается с той стороны двери. Я вздрагиваю. Девочка спрыгивает с кровати, преодолев одним махом метра полтора. Она шокированно смотрит на свои ноги.
– Офигеть! Как я это сделала?
Выпрямляюсь.
– Ты была в процессе генетической модификации. Мы прервали его. Ну, я так думала. Но, похоже, что ген сверхсолдата всё же успел проникнуть в твой организм. Прости.
Сили ухмыляется.
– За что ты извиняешься? Это очень круто! – Внезапно её улыбка превращается в гримасу. Сили скрючивается от боли. – Ох, уже нет. Это совсем не круто.
Она падает, но Зейн успевает её поймать и укладывает на кровать.
– Тебе нужен отдых. Твоё тело только что пережило серьёзное вмешательство.
Её лицо искажено болью, и она кричит так громко, что мои барабанные перепонки готовы лопнуть.
– Что с ней? – в ужасе спрашиваю я.
– Не знаю. – Брови Зейна сведены. Лоб обеспокоенно наморщен. Великолепно. Если Зейн встревожен, значит, у меня есть все причины для паники. – Возможно, это из-за прерывания процедуры. Может, у неё органы отказывают?
– О нет, Зейн. – Оглядываюсь. Вокруг лежат мужчины, женщины, подростки… – Я что, убила их всех? Я убила их?
Сили начинает биться в конвульсиях, её глаза закатываются.
– Помоги мне! – кричит Зейн. – Давай подключим её обратно!
Я держу её руку, чтобы не дёргалась, пока Зейн вновь вставляет иглу.
– Ты когда-нибудь делал это раньше? – едва ли не плача спрашиваю я.
На его лице решимость, но я слышу, как он матерится себе под нос. Дважды.
– Почти… Всё, получилось.
Жидкость вновь течёт по трубке. Тело девочки обмякает.
Зейн нащупывает пульс. Не найдя его, он кладёт руки на грудь Сили и начинает делать непрямой массаж сердца.
– Ну же, – бормочет он, – давай.
Я жду, моё тело напряжено, кулаки сжаты. Зейн проверяет её дыхание и возобновляет нажатия на грудную клетку. Я вспоминаю, как нас учили оказывать первую медицинскую помощь в АГИО. Но я впервые вижу это в реальной ситуации. Как будто кошмар наяву. Я понятия не имею, чем всё это закончится. Мне хочется отвернуться, не видеть этого. Но я не смею. Не могу.
Когда мне кажется, что Зейн уже готов сдаться, Сили делает глубокий вдох и резко садится, её глаза широко распахнуты. Зейн укладывает обратно на спину, нашёптывая что-то успокаивающее.
Как только она расслабляется, Зейн выпрямляется и переводит взгляд на меня. Я знаю, о чём он думает.
– Мы должны, Сиенна.
Киваю. Я понимаю. Когда встаёт дилемма спасти жизнь или прервать процесс создания сверхсолдата, выбор довольно-таки очевиден.
Подхожу к следующей жертве правительства – парню лет двадцати – и делаю то, что должна.
Разворачиваю его руку, чтобы Зейн воткнул иглу.