Настроение за завтраком на следующее утро было подавленным.
Алекс гадала, спали ли ее друзья так же плохо, как она, но слишком нервничала, чтобы спросить; слишком нервничала, чтобы вообще что-то сказать.
Алекс больше не пыталась заговорить с Тиа Аурас, когда утром Зайлин с мрачным выражением лица грубо встряхнула её за плечо. Девушка просто молча последовала за ней в личную ванную и погрузилась в теплую воду, пытаясь смыть накопившуюся усталость. Несмотря на долгий сон, Алекс оставалась такой уставшей, что даже кости у нее болели, заставляя задуматься, не подхватила ли она какой-нибудь потусторонний грипп. Это, безусловно, было бы удачей. Она только жалела, что не может получить доступ к некоторым лекарствам быстрого действия Флетчера… или к самому доктору, поскольку он знал бы, что ей нужно, чтобы чувствовать себя лучше.
Но Флетчера не было, так что ей пришлось довольствоваться тем, что ванна, по крайней мере, была достаточно освежающей, чтобы помочь снова почувствовать себя человеком.
Надев пушистый белый халат, который ощущался на коже мягким, как масло, она была препровождена в общую гостиную только для того, чтобы обнаружить, что друзья уже ждут. На Д.К. был похожий халат, но все мальчики полностью одеты, их наряд был достаточно красноречив, чтобы Алекс спотыкнулась на пути к столу для завтрака.
Джордан, Биар, Кайден и Деклан больше не были в чистых белых цветах, как вчера, они были одеты в черное с головы до ног. Дизайн и материал напомнили Алекс боевое снаряжение меярин, только вместо Мирокса, пронизывающего кожаную броню, были намеки на золото. Недостаточно, чтобы мальчики выглядели ослепленными, но как раз столько, чтобы все они выглядели как члены королевской семьи. Королевскими воинами.
Вопрос о том, почему они должны были быть так вычурно одеты, мешал Алекс переварить завтрак. Но, несмотря на то, что из-за волнения все казалось картонным, она знала, что ей потребуется энергия для того, с чем им предстояло столкнуться, поэтому заставила себя плотно позавтракать, прежде чем отодвинуть тарелку.
Когда Алекс снова встала, чтобы последовать за Зайлин, сохранявшую каменное лицо, обратно в комнату, Д.К. потянулась к ее руке.
— Все будет хорошо, — прошептала Д.К.. — Не теряй надежду еще до того, как мы начнем.
Алекс хотела бы быть такой уверенной. Страх, горе, сомнение — как она могла сохранить хоть какую-то надежду перед лицом всего, что видела до сих пор? Перед лицом того, что Зайлин сказала прошлой ночью — слов, которые все еще звучали в ее голове, в ее сердце?
Но, оглядев друзей, она не увидела ни одной из этих мыслей на их лицах, даже у Биара. Она могла сказать, что все они нервничали, но в то же время были полны решимости. И, как и у Д.К., их глаза были ясными и полными надежды, как будто они действительно верили в положительный исход.
Алекс никогда раньше не сдавалась, даже когда все шансы были против нее. Сейчас было не время начинать. Не имело значения, что сказала Зайлин, Тиа Аурас ничего не знала об Алекс или о том, что она преодолела, чтобы добраться туда, где сейчас была. И она еще не закончила, ей все еще нужно было выполнить миссию, и она, черт возьми, собиралась ее выполнить.
Когда решимость овладела ею, Алекс стряхнула с себя негативные мысли. Она отказывалась сдаваться без боя, даже если часть этой борьбы означала, что она боролась со своим собственным разумом. Она переживет следующие шесть дней. Она должна была пройти Испытание Тиа Аурас. Они все благополучно вернутся в Медору с потусторонней армией, которая поможет победить Эйвена. Тогда у нее впереди вся оставшаяся жизнь, чтобы выяснить, что будет дальше.
Мысленно кивнув, чтобы настроиться на позитивный лад, Алекс посмотрела на Д.К., все еще сидевшую за столом, и сжала ее руку.
— Спасибо, Дикс, — прошептала она, прежде чем посмотреть на остальных ребят и выдавить из себя легкую улыбку. Как будто все они вздохнули с облегчением, их напряженные тела заметно расслабились при этом зрелище. — Увидимся через несколько минут.
И с еще одной легкой улыбкой она повернулась и зашагала к своей комнате, не позволяя никаким тревожным мыслям занимать ее разум. Даже ледяные черты лица Зайлин не смогли поколебать ее решимость.
Алекс уже подвергалась испытаниям раньше и всегда выживала. Следующие шесть дней не будут отличаться.
Она позаботится об этом.
***
— Я чувствую себя Чудо-Женщиной, — проворчала Алекс полчаса спустя, когда встретилась с Д.К. в общей зоне. К счастью, мальчики все еще находились в своих спальнях, что стало облегчением, поскольку она не была уверена, как бы ей удалось сохранить румянец на лице в платье, которое делало её похожей на амазонку.
— Я не знаю, кто это, — сказала Д.К., одергивая короткий подол своего собственного нелепого наряда, — но эти юбки довольно… короткие.
Это было одно слово для обозначения всего наряда. Просто на грани неприличия.
Как и мальчики, Д.К. и Алекс обе были одеты в черное с золотыми вставками; однако больше всего девочек привлекали прочные кожаные ботинки на шнуровке, доходившие им почти до колен. В платьях с узкой талией, низким вырезом и юбкой, которая едва доходила до середины бедра, Алекс искренне подумывала о том, чтобы снова надеть халат и остаться в нем до конца дня. Это, по крайней мере, он покрывал все, что нуждалось в сокрытии.
— Нам лучше не заниматься спортам, пока мы в этом, — сказала Алекс, одергивая юбку одной рукой, а другой пытаясь подтянуть лиф. Кожистый материал был на удивление удобным и достаточно гибким, что делало его идеальным для плавных движений, но он отказывался растягиваться в тех местах, где она этого хотела.
— Если мы будем это делать, все, кто смотрит, будут в восторге, — согласилась Д.К., отказавшись от своей попытки проявить скромность и плюхнувшись на диван, который материализовался рядом с грудой подушек за ночь.
— Честно говоря, я не уверен, что кто-то будет возражать.
Алекс обернулась на веселый голос Джордана и увидела, что он идет к ним, его глаза блуждают по одежде Д.К.. За ним следовали остальные мальчики, все из которых гораздо более отважно пытались скрыть свой юмор, рассматривая то, во что были одеты Алекс и Д.К..
— Должен сказать, мне нравится этот наряд, Дикс, — поддразнил Джордан, поднимая ее с дивана, чтобы он мог получше рассмотреть. — Мы должны спросить, можешь ли ты взять это с собой домой.
Лицо Д.К. вспыхнуло, но она закатила глаза и сказала:
— Конечно. Я представлю тебя своим родителям, пока буду в нем, хорошо?
Джордан бесстрашно усмехнулся.
— Я уже познакомился с твоими родителями. На вечеринке по случаю твоего дня рождения, помнишь?
— Только с отцом, — поправила Д.К.. — И я имела в виду, когда я представляю тебя им как своего парня. Если хочешь, я могла бы даже сказать им, что ты выбрал это платье специально для меня?
Алекс пришлось прикусить щеку, чтобы не рассмеяться при виде выражения лица Джордана, не уверенного, что его больше беспокоило: угроза нарядом или то, что король и королева узнают об их отношениях. Ей следовало бы почувствовать сострадание, особенно после того, как у нее был собственный непреднамеренный опыт «знакомства с родителями» с Кайденом, но было слишком забавно наблюдать, как Джордан застыл в панике.
— Теперь, когда мы с этим разобрались, — весело сказала Д.К., наклоняясь вперед, чтобы поцеловать его, — больше никаких комментариев по поводу нашей одежды. Понял?
Джордан издал булькающий звук согласия.
Д.К. взглянула на остальных мальчиков.
— Это касается всех вас.
Деклан поднял руки.
— Мы ничего не говорили.
— И не скажете, — предостерегающе произнесла Д.К.. — Даже несмотря на то, что ясно, что ты этого хочешь.
Они все еще пытались скрыть свои ухмылки, даже Биар, который сегодня был в лучшем расположении духа, решив сделать так, как он сказал вчера, и почтить память своего отца своими собственными действиями, но Алекс не могла винить их. Платья, которые носили она и Д.К., были неловкими во многих отношениях.
— Чувствуешь себя лучше? — тихо спросил Кайден, подходя к Алекс. Его взгляд оставался прикованным к ее лицу, а не… где-то еще… и за это она была благодарна.
— Большое спасибо. Извини за утро, — ответила она, снова слегка одергивая юбку, на этот раз больше для того, чтобы поерзать, чем для чего-либо еще, поскольку знала, что в ближайшее время та чудесным образом не удлинится. — У меня был немного похожий на Дебби Даунер момент.
Кайден склонил голову набок.
— Фреянский разговорный язык?
Алекс моргнула, осознав, что она сказала, затем тихо рассмеялась.
— Да. Это означает…
— Думаю, я понял, — сказал он, скривив губы от удовольствия. — И никто не может винить тебя за то, что у тебя есть сомнения. Твои опасения оправданны.
— Может быть, и так, — сказала Алекс. — Но я все равно не должна была так волноваться, не тогда, когда вы все так замечательно ко всему относитесь. Я просто… кое-что случилось с моим помощником прошлой ночью, и это меня немного встряхнуло.
Выражение лица Кайдена стало обеспокоенным.
— Что случилось?
Алекс быстро развеяла его беспокойство.
— Она сказала кое-что, что расстроило меня, но это не имеет значения. Теперь я с этим покончила. — Или, по крайней мере, пытаюсь.
Он двинулся вперед, пока не стал всем, что она могла видеть, как будто они были единственными людьми в мире, и тихо спросил:
— Что она сказала тебе, Алекс?
Загипнотизированная его мягким тоном и заботливыми глазами, Алекс ответила автоматически.
— Она сказала, что это безнадежное дело… что я подведу всех, и винить мне придется только себя. — Алекс сглотнула. — Она не понимала, что я могу ее понять. И теперь я не могу не предположить, что все остальные жители Тиа Аурас думают так же.
Кайден закрыл глаза, зная, как сильно слова Зайлин повлияли на Алекс. Он знал о ней все… даже больше, чем Д.К., Джордан и Биар, поскольку никто из них не знал всего, что произошло за время, проведенное ею в прошлом, включая дружбу с Нийксом и потерю, с которой она столкнулась. Один только Кайден знал обо всем, с чем Алекс столкнулась за такой короткий промежуток времени, и поэтому понимал, что слова Зайлин причинили невыразимую боль.
Словно в ответ, Кайден придвинулся еще ближе и запечатлел быстрый, мягкий поцелуй на ее лбу.
Ее дыхание стало прерывистым, и когда юноша отодвинулся, она была уверена, что он мог видеть, как ее щеки покраснели. Но все, что он сделал, это посмотрел прямо ей в глаза и сказал:
— Докажи, что они ошибаются.
Докажи, что они ошибаются.
Эти слова нашли глубокий отклик в душе Алекс.
Не в силах ответить из-за комка в горле, она решительно кивнула в знак согласия, что заставило Кайдена гордо улыбнуться, прежде чем он отошел и повернулся к остальным.
Внезапно осознав, что они не одни, Алекс заметила любопытные лица Деклана, Биара, Дикс и Джордана. Но ей, к счастью, не пришлось объяснять, что только что произошло между ней и Кайденом, потому что вспышка света унесла их всех из комнаты.
Сморгнув звезды перед глазами, Алекс оглядела новое окружение и почувствовала, как у нее сжался желудок.
Оказавшись в центре огромного золотого стадиона, окруженного только облаками, площадка, на которой стояли Алекс и ее друзья, была идеально круглой и располагалась в центре между многоярусными креслами. Еще один тонкий слой облаков окаймлял круг, создавая зазор между сценой и сиденьями, из-за чего стадион казался больше, чем он уже был. Вся обстановка напоминала какую-то фантастическую гладиаторскую арену… но с ощущением чего-то потустороннего, а не на атмосферу Древнего Рима. Вероятно, это потому, что арена все еще была такой же демонстративно блестящей, как и все в Тиа Аурас.
— Это не то, что видишь каждый день, — сказал Биар с благоговейным трепетом в голосе.
Алекс кивнула, но когда взглянула на Биара, то обнаружила, что его голова откинута назад, а взгляд устремлен вверх.
Проследив за взглядом, Алекс обнаружила три огненные арки высоко над головами, парящие в воздухе, словно привязанные к невидимым нитям.
— Врата Испытания, — задумчиво произнес Деклан, тоже поднимая глаза. — Надеюсь, что нам не придется учиться летать через них, чтобы проявить себя.
Алекс надеялась вместе с ним.
Еще одна вспышка света, на этот раз гораздо более интенсивная, чем любая другая, которую Алекс когда-либо испытывала, и внезапно стадион наполнился Тиа Аурас. На трибунах их, должно быть, были тысячи и тысячи, отчего желудок Алекса сжался еще сильнее. Ее пульс громко стучал в ушах, но этого было недостаточно, чтобы перекрыть шум толпы, подавляющий ее чувства.
— О, боже, — сказала Д.К. дрожащим голосом. — Это что-то гиганское.
Алекс была согласна с подругой. Она не знала, чего ожидать от Ту’э Саэрон эсс Телари, но и не рассчитывала на такую большую аудиторию.
Последняя вспышка света, и появились три лидера Тиа Аурас — императрица Саэфии и Каливер, оба сидящие на тронах, с которых открывался лучший вид на стадион, и Тайрос, материализующийся на круглой платформе.
Темноволосый советник держал в руках коробку, которую открыл, подойдя ближе. Внутри было шесть пар одинаковых золотых наручников, великолепно выполненных изделий с закрученными гравировками и…
— У вас, ребята, есть пунктик насчет смешивания бриллиантов и золота вместе, не так ли? — заметил Джордан, вытаскивая одну пару из коробки по жесту Тайроса.
— То, о чем вы говорите, не золото и не алмаз, — сказал Тайрос, — а скорее драгоценный металл и камень, произрастающий только в нашем мире. Они не могут быть воспроизведены в таком чистом виде где-либо еще.
Джордан только моргнул, глядя на него.
— Ладно. Что ж, что бы это ни было, вам, похоже, действительно нравится им пользоваться.
— Это символ нашего превосходства — нашей силы, нашего могущества. Нашего господства.
— Как скажешь, — сказал Джордан, слегка фыркнув, когда надевал манжету на запястье. — Лично я думаю, что это немного чрезмерно…
Алекс пнула его прежде, чем он смог закончить предложение, и юноша прервался с проклятием, вопросительно глядя на нее. Он был слишком занят, возясь с манжетой, чтобы заметить потемневшее выражение лица Тайроса, но она не упустила этого. Последнее, что им было нужно, прежде чем делать то, что они собирались сделать, — это оскорбить одного из правителей Тиа Аурас.
Прочитав предупреждение в ее взгляде, Джордан снова повернулся к Тайросу, осознав свою ошибку.
— Э-э, чрезмерно недоделано, — быстро попытался он выкрутиться. — Думаю, вам следует использовать его больше. При каждом удобном случае. Он такой… блестящий.
Алекс захотелось хлопнуть себя ладонью по лбу, по крайней мере, до тех пор, пока не выяснилось, что неуклюжая попытка Джордана успокоила Тайроса. Очевидно, Тиа Аурас, к ее облегчению, не умели распознавать сарказм смертных.
— Каждый из вас будет носить манжеты во время прохождения Ту’э Саэрон эсс Телари, — сказал Тайрос, когда остальные надели браслеты на запястья. — Они обеспечат, чтобы вы оставались связанными, чтобы использовать одно и то же испытание.
Алекс подняла брови, увидев похожие выражения на лицах друзей.
— Это похоже на виртуальную реальность? — спросил Биар с намеком на свой обычный энтузиазм. Алекс была рада снова увидеть доказательства того, что он разделял свое горе, по крайней мере на какое-то время, но она не могла понять его постоянного волнения по поводу всего, что связано с виртуальной реальностью. Всякий раз, когда она когда-либо испытывала это, она почти всегда заканчивала тем, что испытывала шок тем или иным способом… иногда хороший шок, но в основном плохой.
— То, что вы испытаете, будет реальным или, по крайней мере, реальным для вас, — ответил Тайрос, отрицая идею виртуальной реальности. — Опасности, с которыми вы столкнетесь внутри Врат, также будут реальны, как и последствия, если вы не сможете… преодолеть эти опасности.
Алекс не понравилось, как это прозвучало, но она отогнала мысли о теории Биара прошлой ночью о том, что на карту поставлены их жизни. Сейчас было время сосредоточиться, а не бояться.
— Все присутствующие в зале носят одинаковые манжеты, — продолжил Тайрос, помахав собравшимся, а затем закатав белые рукава, чтобы показать свои собственные запястья, украшенные золотом. — Мы сможем наблюдать за всем, что происходит во время вашего тестирования.
«Как потрясающе», подумала Алекс, вздыхая.
— Никто ничего не рассказывал нам о Ту’е Саэрон эсс Телари, — сказала она, нервно крутя один из наручников вокруг своего запястья. Она снова порадовалась, что ее золотистая кожа была скрыта, иначе сейчас она выглядела бы невероятно безвкусно. — Есть ли какие-то правила, которым мы должны следовать? Вообще какие-нибудь инструкции?
— Шесть Врат, которые вы должны преодолеть, — сказал Тайрос. Он указал на огненные арки, парящие над ними. — Каждый день, когда вы начнёте проходить, для вас будет три новых варианта. Вы должны пройти только через одни и встретиться лицом к лицу с тем, что находится по другую сторону.
— Три новых варианта? — повторил Кайден, слегка нахмурившись. — Варианты относительно чего?
— Я не могу сказать, — произнес Тайрос. — Вам придется подождать и посмотреть.
— И все, что нам нужно сделать, это выбрать, какой вариант мы хотим, и пройти через Врата? — спросила Алекс. — Кажется относительно просто.
— Ты не можешь выбирать вариант, — поправил Тайрос. — Только Врата.
Она нахмурила брови.
— Но… как мы узнаем, какой вариант подходит для каких Врат?
— Не узнаете. — Сжав правую руку в кулак и прижав ее чуть выше сердца в странном приветствии, он закончил: — Пусть свет всегда сияет над вами, смертные.
С яркой вспышкой Тайрос исчез, только чтобы снова появиться, сидя на троне справа от Саэфии.
Алекс замерла. Не из-за его ограниченной информации о Вратах, а из-за его последних слов, поскольку это было последнее, что Леди Тайн когда-либо говорила ей. В следующий раз, когда Алекс увидела древнюю женщину, она была убита Эйвеном.
«Пусть свет всегда сияет над тобой, Александра Дженнингс».
— Эй, Алекс, ты в порядке?
Алекс сморгнула воспоминание и слезы, щекочущие кончик носа, и кивнула, отвечая на вопрос Дикс. Слегка потрясенная, но в остальном в порядке, она знала, что не может позволить себе потерять самообладание. Не сейчас.
— Похоже, императрица готовится выступить, — сказал Биар, указывая на три трона.
Действительно, Саэфии поднялась на ноги и подняла руки в воздух, привлекая внимание масс, которые мгновенно успокоились, увидев, что их правитель призывает к тишине.
— Добро пожаловать, добро пожаловать, все до единого, — сказала Саэфии на лирическом языке своей расы, ее голос каким-то образом усилился, чтобы эхо разнеслось по всему пространству. — Мы здесь сегодня, чтобы увидеть людей Медоры, которые хотят доказать свою состоятельность, столкнувшись с Вратами Испытания.
При ее словах поднялся громкий крик, одобрительные возгласы смешались с насмешками, зрители не знали, радоваться им или раздражаться.
— Шесть испытаний за шесть дней — вот что от них потребуется, — сказала Саэфии своему народу. — Какова бы ни была их судьба, они уже проявили мужество, находясь здесь сегодня. Теперь позвольте нам выразить им уважение, которое заслужило это решение.
На этот раз больше одобрительных возгласов и значительно меньше насмешек.
— Есть шанс, что ты хочешь ввести нас в курс дела? — сказал Деклан уголком рта. Его комментарий был адресован Кайдену, но Алекс не была уверена, что Атора достаточно научил Кайдена, чтобы тот понял все, что сказала Саэфии. В любом случае, ни у кого из них не было возможности рассказать друзьям, так как императрица перевела взгляд вниз, на круг, и перешла на общий язык.
— К Ту’э Саэрон эсс Телари не следует относиться легкомысленно, — сказал им Саэфии. — Это ваш последний шанс изменить свое решение.
Алекс быстро переглянулись с друзьями, отметив их напряженные, но непоколебимые лица, когда каждый отрицательно покачал головой.
— Мы пройдем ваше испытание, как и договаривались, — сказала Алекс за всех, ее голос каким-то образом усилился, как у Саэфии.
— Очень хорошо, — сказала императрица.
Саэфии снова подняла руки, на этот раз указывая на три парящие арки. Внезапно их свечение усилилось, и они начали двигаться, сначала медленно кружась, но набирая невероятную скорость. Они кружили все вокруг и вокруг, пока не стали похожи на пылающее кольцо, подвешенное в воздухе. А затем, как будто кто-то нажал на паузу, они мгновенно остановились, и теперь у каждого в пустом месте у основания было написано светящееся слово.
Зорен – «надежда».
Ваэдан — «сила».
Ганорис — «разум».
— Врата заговорили, — произнесла Саэфии, ее серебристые глаза пробежались по словам точно так же, как и Алекс. — Сегодня наши претенденты будут испытаны либо Вратами Надежды, либо Вратами Силы, либо Вратами Разума.
Когда зрители издали еще один могучий крик, Врата снова начали двигаться, даже быстрее, чем раньше, слова исчезли, как дым на ветру. На этот раз они постепенно замедлились, и по мере того, как они это делали, они мягко опускались, пока не остановились в триангулированных точках в затянутом облаками промежутке за краем приподнятой сцены.
— Пусть свет будет вашим проводником, люди, — сказала Саэфии, снова занимая свое место. — И сделайте мудрый выбор.
Похоже, это было все, что она собиралась сказать, потому что взмахом руки она указала им начинать. Зрители тоже, казалось, затаив дыхание ждали, что произойдет дальше. И они были не единственными. Алекс подумала, не выпрыгнет ли ее сердце из груди от предвкушения.
— Надежда, разум, сила, — сказал Биар. — Ничто из этого не звучит так уж плохо.
— Лучше, чем смерть, чума и трагедия, — согласился Джордан. — Скрестив пальцы, они не будут позже включены в повестку дня на этой неделе.
Алекс тоже скрестила пальцы на ногах, просто на всякий случай.
Поворачиваясь в центре круга, когда она переводила взгляд с арки на арку, было невозможно сказать, какие Врата были для какого испытания, слова теперь исчезли. Повернувшись обратно к остальным, она спросила:
— Что вы, ребята, думаете?
— Я рада оставить это дело на твое усмотрение, — сказала Д.К.. Когда Алекс открыла рот, чтобы возразить, подруга продолжила: — Саэфии вчера сказала нам, что самые требовательные Врата бросят вызов именно тебе. Будет справедливо, если ты сама выберешь, через какие из них мы пройдем.
— Но я не могу выбирать, — сказала Алекс, указывая на идентичные на вид Врат. — По сути, это игра в кости.
— Тогда это твоя игра в кости, — сказал Деклан, ободряюще хлопнув ее по плечу и встряхнув так, что у нее чуть не задрожали кости. — Продолжай, Алекс. Мы прикроем тебя, что бы ты ни решила.
Немного обижаясь на всех за то положение, в которое они ее поставили, в то же время понимая, почему они это делают, и зная, что она предложила бы то же самое, если бы она оказалась на их месте, Алекс глубоко вздохнула и двинулась к одной из арок наугад. Она остановилась на границе круга, который оставлял заполненный облаками промежуток примерно в три фута между сценой и основанием Врат. Им пришлось бы прыгать, чтобы пройти сквозь них, но с какой целью, кроме как для того, чтобы потерять свое достоинство, Алекс не знала.
Вытянувшись вперед так далеко, как только могла, она протянула руку, чтобы проверить пламя, все еще вырывающееся из арок, чтобы убедиться, что оно не обожжет ее при соприкосновении. Вместо этого обнаружила, что это было точно так же, как синий огонь, который появлялся всякий раз, когда она призывала Аэнару — красивый, но безвредный. По крайней мере, для нее. Зная, что звездный огонь, как известно, сильно обжигает любого, кто не связан с ее волшебным клинком, Алекс затаила дыхание, когда ее друзья вышли вперед, чтобы самим испытать пламя. Она снова расслабилась только тогда, когда никто из них не закричал в агонии, достаточно удовлетворенная, чтобы двигаться дальше.
— Готовы вы или нет, но мы идем, — тихо сказала Алекс. И с уверенностью, что остальные были прямо за ней, она оттолкнулась от сцены и перепрыгнула через проем во Врата.