— Я тоже следил за Элоди. Мы видели, что она мутит воду, но не понимали, в чем именно дело, кроме вербовки старых псов Сирила. Сегодня утром мы засекли Антуанетту с подручным и организовали слежку. У меня есть зацепка, где искать, — сказал Ричард, натягивая мотоциклетные очки. Он протянул пару мне, на мгновение задержав взгляд на моем лице. — Ты перестала носить повязку.
— Она сбивала мне равновесие, — ответила я, что было полуправдой. На самом деле зрение «лунного глаза» стало неожиданным даром. Как и в зале ассирийских древностей, он видел то, чего не замечал обычный глаз. Почему и как — я до сих пор не понимала, но мне это нравилось.
Ричард кивнул, но по выражению его лица было ясно, что он не вполне поверил. Раздражающе проницательный оборотень.
Я надела очки.
— Кто?
— Кто «кто»?
— Чьими глазами ты следил за Элоди? Я не видела ни одного Тамплиера в темном районе.
— И не увидишь. Элоди бы их мигом учуяла. Я воспользовался помощью одной дружественной ведьмы.
— Ведьмы?
— Да.
— Надо же, у тебя друзья в самых странных местах, не так ли?
— О, агент Лувель, ты даже не представляешь насколько. Прыгай, — он указал на место позади себя.
Я скользнула на сиденье и обхватила его руками. Каждая клеточка моего тела затрепетала. Он был таким теплым. И ощущался… правильнее, чем следовало.
— Надо же, агент Лувель…
— Замолчи.
— Хочешь порулить?
— Нет.
— А что, не умеешь?
— Конечно, умею. Просто не хочу. Мы можем уже ехать, пожалуйста?
Хмыкнув, Ричард с шипением завел пароцикл, и мы тронулись в путь. К моему удивлению, он направился не к темному району, а в сторону доков.
— Почему мы едем сюда?
— Антуанетту видели утром за разговором с начальником порта. Я отправил туда человека с суммой, достаточной, чтобы развязать языки. И они заговорили.
— И что сказали?
— Сказали ждать корабль сегодня вечером. Я только не знал, кто или что будет на борту. Ожидал больше оборотней, а не сына Сирила.
— Что ж, посмотрим, решит ли блудный сын Лондона вернуться домой.
Если так, то всё обещало стать очень сложным.
Мы проехали через шумный хаб Темзы и добрались до причала, где должно было пришвартоваться судно. Движение на лондонской верфи было суматошным. Повсюду сновали матросы, телеги грузились товарами. Даже в этот предвечерний час здесь было не протолкнуться. Соленый запах реки и вонь рыбы наполняли воздух; я невольно сморщила нос.
Альфа достал карманные часы.
— Возможно, придется подождать, агент Лувель.
— Если корабль идет из Америки, они никак не могут знать точное время прибытия.
— Он идет не из Америки. Девчонка Элоди расспрашивала о судне из Кале.
— Из Кале?
Львиное Сердце кивнул.
Я нахмурилась, раздосадованная собственной оплошностью. Я ждала дирижабль из Штатов, а не шхуну из Кале. Элоди, конечно же, воспользовалась «черным ходом».
— Идем, — позвал альфа, кивнув в сторону довольно затрапезного вида паба.
— Туда?
— Выпьем эля, чтобы скоротать время.
Когда мы вошли, несколько посетителей подняли головы, оценивающе нас разглядывая. Поскольку на мне не было красного плаща (он всё еще оставался у миссис Кольридж вместе с Фентоном), я не привлекала лишнего внимания. Внутри пахло элем и рыбой. Мы устроились за столиком у окна, откуда открывался хороший вид на док.
Стоило нам сесть, как Львиное Сердце махнул трактирщику, и тот прислал мальчишку лет девяти с двумя кружками эля.
— Есть будете? — спросил паренек.
Я улыбнулась ему, вспомнив уличных беспризорников, которых встречала на Рождество.
— Нет, малый, — ответил Ричард, потрепав мальчишку по голове.
Мое сердце растаяло… самую малость.
Мальчик оставил напитки и вернулся к работе. Альфа поднял кружку.
— Боже, храни королеву.
— Боже, храни королеву, — эхом отозвалась я, чокнувшись с ним.
Я пригубила эль, поглядывая в окно. Напоминая себе, что в этот раз нужно пить медленно, чтобы не повторить эдинбургских выходок, я сделала крошечный глоток и поставила кружку.
Я снова посмотрела на Ричарда — его взгляд всё еще был прикован к мальчику.
— Моему сыну было примерно столько же, — произнес он и снова отпил из кружки.
Я уставилась на него. Он выглядел более подавленным, чем когда-либо. Влияние Бриони пошатнуло рыцаря, напомнило ему о прошлом, которое он похоронил. Теперь призраки того человека, которым он когда-то был, витали рядом. И это лишало его равновесия именно тогда, когда он должен был быть максимально собранным.
Я посмотрела на мальчишку, который усердно вытирал столы. Ребенок в штанах по колено, жилете, великоватой рубахе и ботинках без шнурков — худенький, темноволосый, с лицом, усыпанным веснушками.
Часть меня умирала от любопытства по поводу прошлого альфы. Другая часть хотела хорошенько его встряхнуть, заставить прийти в себя, прежде чем он даст себя убить. Любопытство победило.
— Как его звали? — спросила я.
Он мягко улыбнулся.
— Гарри, — сказал он, но улыбка тут же угасла. Он покачал головой. — Прошло столько времени, что я почти не помню его лица, — он снова отпил эля.
— Мне… мне очень жаль.
Альфа еще раз отпил, откинулся на спинку стула и пристально посмотрел на меня.
— И как прошла твоя прогулка?
— Была прервана охотой на волков и изгнанием демонов.
— Досадно. И ты так и не сказала, с кем ходила.
— Нет, не сказала.
— Должно быть, кто-то из Общества.
— С чего ты взял?
— Тебе будет трудно найти того, кто сможет тебя понять. Это должен быть другой агент.
Я приподняла бровь.
— Неужели? Ты стал экспертом в этих делах, раз влюбился?
— Кто сказал, что я влюблен?
В моей голове завыла сирена.
— Я просто предположила.
Он снова отпил.
— Она любит меня. Она мне дорога, и я не хочу, чтобы она погибла только потому, что имела неосторожность в меня влюбиться, — сказал он и отвернулся к окну.
В моей голове пронеслась буря мыслей, большинство из которых отдавались чувством облегчения, что заставило меня разозлиться на саму себя.
— Сэр Эдвин Хантер, — выпалила я.
Львиное Сердце вскинул бровь.
— Твой начальник?
— Да.
Он задумчиво приложил палец к губам. Выгнув брови, он пожал плечами и допил свой эль.
— И что, никаких комментариев? — спросила я.
— Только один: мне нужно еще кружку.
— Ты сам не свой, сэр Ричард.
Он подмигнул мне.
— А кем еще мне быть?
Он махнул трактирщику, и тот прислал вторую порцию. Я откинулась на спинку и оглядела зал. Пьяные матросы, карманники, рыбаки и пара девиц легкого поведения — ничего необычного я не заметила.
— Высматриваешь русалок? — спросил альфа.
— Русалок не существует.
— Брось, Лувель. Я думал, ты уже знаешь, что в этом мире возможно всё.
— Ну ладно. Высматриваю русалок, верхом на единорогах.
— Вот теперь ты несешь чушь. Конечно же, никаких единорогов не существует.
Я усмехнулась и снова глянула в окно.
— Говоря об особенностях… ты когда-нибудь обращалась к друидам? — спросил Львиное Сердце.
— Особенностях? Ты называешь меня особенной, сэр Ричард?
— Именно так.
— Нет, к друидам я не обращалась.
Он медленно кивнул, внимательно глядя мне в глаза. Мой «лунный глаз» сфокусировался на нем, и я увидела странный контур: его самого и силуэт волка одновременно.
Он поднял кружку.
— А я обращался, — сказал он, делая глоток.
Я поставила свой напиток.
— Что ты сделал?
— Я навел справки. Знаешь, у нас, Тамплиеров, много древних текстов. Если человек любопытен, склонен к исследованиям, богат и целеустремлен, ему не составит труда перевернуть пару камней, даже если это кольцевые менгиры. А я, как известно, существо любопытное. Почему эта хрупкая женщина, которую я знаю, обладает стальным стержнем и пахнет розами? Это не давало мне покоя. Я не люблю загадки.
Я уставилась на него. Сердце бешено заколотилось в груди.
— И?
Львиное Сердце полез в карман и достал листок бумаги. Он подтолкнул его через стол ко мне. Я смотрела на этот клочок бумаги с отчетливым чувством, что он может меня обжечь.
— Имя и адрес. В «Стране Лета» для тебя есть ответы. Я не нашел в точности то, что искал, а Дисы не захотели просыпаться. Но это начало.
— Ты ходил к Дисам? Ради меня?
Он просто пожал плечами.
Заставив руку не дрожать, я притянула листок к себе. Развернув его, я увидела имя и адрес в Корнуолле, написанные каллиграфическим почерком.
— Эвелин Дюлак. Кто она?
— Жрица друидов.
— Я… спасибо.
Он подмигнул мне и снова пригубил эль. Его взгляд вернулся к мальчику, который сидел на табурете в углу и играл с мячиком на веревочке.
Я смотрела на альфу. Он искал ответы для меня. Этот жест тронул меня сильнее, чем я готова была признать. И он не любит Бриони. Возможно ли… Мог ли он… Могла ли я… Нет. Не только потому, что союз между таким человеком, как я, и таким, как альфа, был невозможен, но был еще и Эдвин. И правда заключалась в том, что я влюблялась в Эдвина.
Я отвернулась к окну. Я всегда думала, что влечение между мной и Львиным Сердцем было лишь физическим, игрой. Неужели он действительно заботился обо мне? Нет. Я не могла позволить тому, что пыталось расцвести между нами, увидеть свет.
— Агент Лувель… — мягко начал альфа.
Пока я смотрела в окно, стараясь ничего не чувствовать к нему, я заметила, что корабль медленно приближается к доку. То самое судно из Кале.
— Наш корабль пришел, — сказала я.
Он запнулся.
— Прости?
Я указала в окно, достала из жилета монеты и положила их на стол. На мгновение я поймала его взгляд — в нем было нечто нежное. По правде говоря, этот взгляд меня напугал. Он взывал к пучине эмоций, в которой мне не стоило плавать.
Разрази меня гром. Ни за что, Клемени.
— Судно здесь, — отчеканила я и допила свой эль. — Пойдем, поразмякнем чьи-нибудь черепа?
На это Львиное Сердце усмехнулся. — После тебя.