— Агент Лувель? Прошу прощения, миссис Брайарвуд сейчас нет, но агент Брайарвуд в саду. Мне доложить ему о вашем визите?
— Будьте любезны.
Жестом пригласив меня войти, лакей пропустил меня в залитый солнцем уютный домик Джессики и Куинна. Фойе было выкрашено в жизнерадостный желтый цвет, а стены украшали яркие цветочные полотна — работы самой Джессики. У неё была легкая рука: её картины маслом всегда выходили насыщенными и светлыми.
— Клем? — донесся голос Куинна из глубины дома.
Ухмыльнувшись, я пошла на звук, разминувшись в дверях с лакеем.
Я нашла Куинна в саду. Опираясь на трость, он оглядел меня с ног до до головы с нескрываемым беспокойством. Жестом пригласил меня присесть и закрыл за мной стеклянную дверь.
— Джессика ушла. Её пригласили на чай.
— А ты не захотел пойти поболтать с мужьями её подруг?
Куинн хрипло рассмеялся:
— Нет уж, благодарю.
Я усмехнулась и подошла к мольберту. На нем стояла незаконченная работа: Джессика рисовала ярко-розовые, оранжевые и фиолетовые тюльпаны, росшие на клумбе.
— Красиво, — заметила я.
— Ты бы видела детскую. Она там рисует целую мозаику.
Я улыбнулась и кивнула.
— Ну, так что произошло? — спросил Куинн.
— Да ничего особенного.
— Брось, Клем. Я знаю тебя слишком долго, — Куинн медленно опустился в свое кресло. — Что-то случилось.
Вздохнув, я плюхнулась на плетеное белое шезлонг.
— Элоди мертва.
Куинн стоически кивнул. Я чувствовала его смешанные чувства, но он ничего не сказал.
— Я был прав насчет сына Сирила?
— И да, и нет. Элоди действительно планировала короновать его. Но парень не хотел в этом участвовать, его просто затянуло в её игру.
— Тогда ему повезло, что он остался жив. Кто прикончил Элоди?
— Львиное Сердце. Элоди пошла за Бриони Пакстон. Альфа не успел. Элоди заплатила сполна, — сказала я, вспоминая то кровавое месиво, которое когда-то было волчицей. Её тело было изуродовано почти до неузнаваемости. Я вспомнила кровь на лице Ричарда и покачала головой.
Куинн вздохнул.
— Жаль слышать о Бриони. Её находчивость когда-то спасла мне жизнь. Это ужасная потеря.
— Да.
— Тамплиеры теперь полностью контролируют город?
— Да.
— Тогда почему ты здесь? Что случилось?
Я вздохнула.
— Львиное Сердце.
Куинн хмыкнул, но по голосу было ясно, что он не слишком удивлен. Долгое время мы сидели в тишине. Наконец, Куинн произнес:
— Эдвин Хантер — хорошая партия для тебя, Клемени.
— Я знаю.
— И я думаю, он тебе небезразличен.
— Так и есть.
Куинн постучал тростью.
— Я помню, как мы впервые пришли к Львиному Сердцу. Этот старый оборотень едва ли два слова из себя выдавил в моем присутствии, но когда он увидел тебя, в нем что-то проснулось.
— Сейчас он «проснулся» окончательно.
Куинн вздохнул.
— Ему нельзя доверять. Он не такой, как мы.
«Как мы».
— Когда-то он был таким же.
— Когда-то, но не теперь. Не совершай ту же ошибку, что я совершил с Элоди. Я жалел её, сочувствовал её доле. И забыл, что мы разные. Это едва не стоило мне жизни.
Полезв в жилет, я достала листок, который Ричард дал мне в пабе. Я протянула его Куинну.
— Эвелин Дюлак, — прочитал он и помахал бумажкой в воздухе. — Откуда я знаю это имя?
— Она друидка.
— Друидка. Точно. Зачем тебе её имя, Клем?
— А что если… Что если я такая же, как они?
— О чем ты?
— Ты прекрасно понимаешь, о чем я.
Куинн нахмурился.
— Нет.
— Что «нет»?
— О чем бы ты ни думала — нет. Ты не одна из них.
— Но во мне есть что-то… иное.
— Ты умна, сильна, проницательна, и у тебя мощное шестое чувство, но это не делает тебя одной из них. По крайней мере, не в том смысле. Проклятие ликантропии, вампирское семя и всё прочее… это меняет жертву. Может, они когда-то и были людьми, но теперь — нет. Даже если ты одарена, ты не относишься к сверхъестественному, — он вернул мне листок. — Ты поедешь?
Я пожала плечами.
— Не знаю. Сначала нужно уладить дела здесь.
— Вот и уладь. Я так понимаю, история с Львиным Сердцем подпортила ваши отношения с Эдвином?
— Не уверена. Не знаю, что думает Эдвин. Черт, я даже не знаю, что думаю я сама.
— Эдвин — достойный человек. Ты заслуживаешь достойного человека.
Не оборотня. Куинн был прав. То, что пыталось расцвести между мной и Львиным Сердцем, не должно было ожить. Это не принесло бы добра никому. Ни ему, ни мне.
Я встала.
— Спасибо, Куинн.
Он кивнул.
— Если решишь поехать в Корнуолл и тебе понадобится напарник — я всегда к твоим услугам.
Я наклонилась и поцеловала его в лоб.
— Спасибо.
— Выпьешь на дорожку?
Я покачала головой.
— Львиное Сердце оставил мне свой пароцикл. Он… он уехал на Святую землю. Не хочу разбить эту штуковину.
— Святая земля? Что ж, это должно вправить ему мозги. Ладно, напарник. Береги себя.
— Спасибо.
— И делай правильный выбор.
— Разумеется.
— И не влюбляйся в чертова оборотня. Я усмехнулась, сжала руку Куинна и вышла из дома. Снова сев на пароцикл, я натянула очки. Куинн как-то сказал мне, что настанет день, когда я захочу чего-то другого — спокойной жизни. Тогда эта идея казалась мне нелепой. Однако с появлением Эдвина мое мнение начало меняться. Я только что увидела край этой жизни на своем горизонте. И в таком будущем было место только для одного человека. И он не был оборотнем. Я завела байк и тронулась с места, направляясь обратно в Лондон, в штаб-квартиру, к Эдвину.