По возвращении на Больмсё я обнаружила Рёка, поджидавшего меня у пристани. Радостно возбужденный, высунув язык, он весело скакал рядом с нами, пока мы ехали к великому чертогу. Когда мы уже почти добрались, он со всех ног бросился вперед. К тому времени как мы подъехали к зданию, Эйдис, Утр и Арнгрим уже вышли на ступени.
Арнгрим выглядел бледнее, чем накануне. С каждым днем он становился всё худее. Я начинала подозревать, что лишь воля богов и кровь берсерка удерживают его в этом мире. Он не уйдет, пока не убедится, что Больмсё в безопасности. С союзом против Асгера это казалось куда более вероятным.
— С благополучным возвращением! — крикнул Арнгрим.
Вскоре к нам присоединились Дагни и Арне, шедшие со стороны храма. Они были поглощены разговором; Арне выглядел раздраженным тем, что говорила Дагни. Приблизившись, они прекратили спор, но Дагни явно хмурилась.
— Ладно, — резко бросила она.
Отвлекшись от них, я подошла к Арнгриму.
— Дедушка, — я поприветствовала его поцелуем в щеку.
— Моя славная девочка, — ответил он, похлопав меня по руке. — Ну, как всё прошло? — спросил он, переводя взгляд с меня на Рагала.
Рагал скрестил руки на груди:
— Интересно.
— Идемте, поговорим, — сказал Арнгрим, приглашая нас внутрь.
— Если вы не против, я займусь мальчиками, — сказала Хелла Арнгриму, и тот кивнул ей.
— А я — в кузницу, — добавил Скарде. Ярл отпустил и его.
Ирса, всё еще хмурая, как и на протяжении всей дороги из Хальмстада, привязывала лошадей. Я протянула корзинку с морошкой Эйдис.
— Земляники не нашлось. Пришлось взять это.
Эйдис взяла ягоду и отправила в рот. Она задумчиво прожевала её.
— Ну что, кроха, как думаешь? Пойдет? — спросила она, похлопав себя по животу. Затем протянула горсть ягод Арнгриму. — Угощайся, — велела она.
Тот со смешком взял ягоды и направился внутрь вместе с Рагалом, Дагни и Арне. Мы с Эйдис остались ждать Ирсу.
Утр ухмыльнулся мне:
— Дева щита вернулась и привезла с собой свою красавицу-мать-которая-не-мать.
Подмигнув, он стащил у Эйдис несколько ягод и спустился по ступеням навстречу Ирсе.
— Эй, вырасти свои! — крикнула ему вслед Эйдис. — И заодно вырасти немного земляники здесь, на Больмсё.
Утр рассмеялся.
Я усмехнулась, глядя на Эйдис:
— Слушай, мне тут пришла в голову мысль.
— Ой, это добром не кончится, — с усмешкой отозвалась Эйдис.
— Ты очень округлилась, подруга. Может, боги благословили тебя двойней?
Эйдис замерла. Её брови сдвинулись к переносице.
— Что такое? — спросила я.
— Помнишь, что Сигфрид на Самсё сказал мне? И Утр? Они оба говорили, что у меня шесть глаз. Мне это показалось странным. Но неужели ты думаешь…
— Пророки. Назойливые создания, верно? — ухмыльнулась я в ответ.
Она подмигнула мне, но я видела, что новость заставила её задуматься. Она положила руку на живот.
— Ну что, вёльва, есть у тебя какие-нибудь мысли насчет Асгера? — спросила я, когда к нам присоединились Ирса и Утр. Ирса выглядела взбудораженной. Уж не покраснели ли у неё щеки? Что Утр успел ей наговорить?
— Возможно. А что случилось в Хальмстаде? — вопросом на вопрос ответила Эйдис.
— Асгер пытался затащить её в постель, — ответила за меня Ирса.
Эйдис расхохоталась:
— Могу представить, как «удачно» это закончилось.
— Далеко он не продвинулся, — ухмыльнулась Ирса.
— Бедный парень. Дам из Дальра не так-то просто завоевать, — притворно-унылым тоном произнес Утр. — Но наступит день, Ирса, и я добьюсь от тебя поцелуя.
Она лишь закатила глаза. Мы все дружно рассмеялись.
По правде говоря, я была рада вмешательству Ирсы. Моё кокетство было безрассудным, навеянным праздником Фригги. Да, Асгер красив. Да, союз с ним был бы полезен. Но… это была не я. И Асгер — не Хофунд.
Мы вошли внутрь и присоединились к остальным у огня.
— А теперь рассказывайте, что видели и что узнали, — распорядился Арнгрим.
Я позволила Рагалу говорить первым. Он поделился новостями о фестивале и настроениях в Хальмстаде. Также он сообщил, что ярл Сольва тоже обращалась к Асгеру за помощью.
— Хм, — Арнгрим задумался. Он откинулся в кресле и погладил бороду. Затем повернулся к Арне и Дагни. — Что говорят боги?
— Боги затеяли игру, — ответила Дагни. — У Всеотца есть планы на нас и на Хервор, но Локи мешает. Теперь я вижу его след во всем, что нас окружает.
— В каком смысле? — спросил Арнгрим.
Дагни посмотрела на меня понимающим взглядом.
— Асгер предложил доказательство серьезности своих намерений… предложил мне брак, — сказала я.
Арнгрим долго смотрел на меня, а затем расхохотался.
— Ну, девочка моя, и что же ты ответила?
— Я не дала ответа, дедушка. Было бы неправильно решать такое, не поговорив с тобой.
— И потому что её сердце принадлежит другому, — вставила Эйдис.
При этих словах все обернулись ко мне, кроме Ирсы — та сидела, нахмурившись и скрестив руки на груди.
— Это правда? — спросил Арнгрим.
— Я… Был человек, но я не знаю, остался ли он предан мне.
Арнгрим поджал губы и издал задумчивое «хм».
— Как я и сказала, здесь не обходится без козней, — Дагни бросила взгляд на Арне. — Думаю, нам стоит быть осторожными.
— Хотя я видел Асгера на поле битвы… в своих видениях, — вставил Арне, за что получил укоризненный взгляд Дагни.
— Вот как? — спросил Арнгрим. Арне кивнул.
Арнгрим взял меня за руку.
— Что ж, нам не обязательно отвечать ему сегодня. Подумаем и еще поговорим. А пока — подкрепись. Путь был долгим.
Арнгрим махнул Сигги, чтобы та принесла нам еды.
— Есть еще кое-что, — сказала Дагни, мельком взглянув на Арне.
— Что именно? — спросил Арнгрим.
— Нефи исчез.
— Исчез? Куда?
Дагни покачала головой:
— Мы не знаем. Он и все его вещи… просто пропали.
Утр поднял палец вверх и закрыл глаза. Мы все затихли, наблюдая за ним. Он медленно вдохнул, на лбу прорезались морщины от сосредоточения.
— Лодка, — произнес он, поводя пальцем в воздухе. — Один человек. Под лунным светом.
— Куда? На север или на юг? — спросил Арнгрим.
— Камыши шепчут… — Утр еще сильнее наморщил лоб. — Рогоз колышется… Лунный свет на воде. На север, — со вздохом сказал он и открыл глаза.
— К Сольве? — спросила Дагни. Утр кивнул. Арнгрим тяжело нахмурился.
— Всё это время… — я посмотрела на Дагни.
— Я не верила в его преданность Больмсё, но он был искренен в своем служении богам, — сказала она, покосившись на Арне. Тот хмурился, но молчал.
Причина их спора стала ясна. Арне доверял Нефи, а Дагни — нет. Теперь же он ушел, унося с собой все тайны… и кто знает, сколькими секретами он успел поделиться до этого.
— Он забрал с собой всё, что знал о Больмсё. Об острове. О нашей защите. Всё, что слышал о наших планах, — прорычал Рагал.
— Почему сейчас? — спросила я. — Он был здесь всё это время. Почему вернулся к ней именно теперь?
Дагни покачала головой.
— Может, боги велели ему уйти, — предположил Утр.
— Да, но какой именно бог? — отозвалась Эйдис. Утр кивнул ей.
— Это не имеет значения, — отрезал спустя время Арнгрим. — Что бы мы ни планировали дальше, Нефи об этом не узнает. Этим и придется довольствоваться.
Это было слабым утешением, и Арнгрим это понимал. Мы сидели в тишине, допивая напитки. Вскоре Дагни и Арне откланялись и вернулись в храм. Рагал извинился и ушел проведать Хеллу. Вскоре в зале остались только Арнгрим, Утр, Ирса, Эйдис и я.
Эйдис сидела тихо, глядя в огонь и делясь морошкой с ярлом, который внимательно изучал Ирсу. Наконец Арнгрим спросил:
— В чем дело, Ирса? Ты очень молчалива.
— Ни в чем, ярл. Прошу прощения. Мыслями я всё еще в Хальмстаде.
— По мнению Ирсы, никто не достоин Хервор, — заметила Эйдис.
— Почему твои мысли там, дева щита? Тебе не по душе Асгер? — спросил её Арнгрим.
— Он мне безразличен, — ответила она и повернулась ко мне. — Но я не думаю, что Хервор хочет выходить за него замуж.
Её прямота застала меня врасплох. Ирса пыталась защитить меня. Если Арнгрим захочет заставить меня выйти за Асгера ради блага Больмсё, Ирса хотела, чтобы он знал: есть кто-то другой.
— Кто этот человек? — спросил меня Арнгрим.
— Хофунд, сын короля Гудмунда.
— Ответь Асгеру «нет», если твое сердце отдано сыну короля.
— Между мной и Хофундом всё кончилось плохо. Ярл Бьяртмар встал между нами. Я не знаю, дорога ли я ему еще.
Арнгрим гневно выдохнул.
— Если я когда-нибудь увижу Бьяртмара во плоти, я перегрызу ему горло. Пошли весть в Грунд, прежде чем отвечать Асгеру.
— Я… я уже посылала. И мама обещала сделать то же самое. Ответа нет.
Ирса печально улыбнулась мне.
— Ты обращаешься не к тем посредникам. Иди к рунным камням и говори с богами, — голос Эйдис прозвучал так, словно доносился издалека. Мы все обернулись к ней. Утр хихикнул.
— Эйдис?
— Хофунд — последователь Тора. Бог грома дает своим сыновьям всё, что они пожелают. Ищи его у камней, — сказала она.
Я положила руку ей на плечо:
— Тора?
Эйдис вздрогнула, и её взгляд прояснился.
— Тора? А что с ним?
— Норны ткут, — Утр указал на меня. — Сделай так, как велела вёльва.
Я склонила голову.
Эйдис вздохнула:
— Как же меня утомляют голоса богов. К тому же у меня кончились ягоды, — она с грустью заглянула в пустую корзинку. И повернулась к Утру: — Земляника. Помнишь?
Тот, ухмыляясь, подмигнул ей.
— Мне нужен отдых, — сказала Эйдис, медленно поднимаясь и придерживая поясницу. Она похлопала меня по плечу и ушла вглубь дома.
— Я пойду в кузницу. Пряжка на седле, на котором я ехала, требует починки, — сказала Ирса.
— Я помогу, — вызвался Утр.
Ирса закатила глаза, но возражать не стала. Они вышли из зала, оставив нас с Арнгримом одних. Мы сидели какое-то время, погруженные в свои мысли и глядя на огонь. Наконец Арнгрим спросил:
— Ты знаешь о рунных камнях?
Я кивнула.
— Я находила их. Однажды. И волков, что живут на этом острове.
— Это самое священное место на Больмсё. Говорят, мы пришли сюда из Асгарда не людьми, а волками, и этот круг камней — мост между нашими мирами. Это древнее место. Если ищешь ответы — иди туда. Всеотец услышит.
— Спасибо, дедушка.
Арнгрим медленно поднялся.
— Не соглашайся на то, чего не хочешь, ни ради меня, ни ради Больмсё. Ангнтир никогда так не поступал. Почему же его дочь должна? — он негромко рассмеялся и направился к своим покоям. — И Хервор…
— Да?
— Возьми с собой Рёка.