В салоне было, по приблизительным подсчётам, три тысячи платьев. Я могла сразу отказаться от некоторых. Никаких платьев с безе. Ничего, на чем было бы слишком много бисера — я терпеть не могу блестящее. Ничего без бретелек — я бы отморозила себе задницу. Ничего с длинным шлейфом — я бы споткнулась и выставила себя дурой, это точно. Никаких русалочьих фасонов — облегающее платье, расклешённое от колен.
И ничего из того нового распутного стиля, который сзади выглядит как традиционное платье, но спереди юбка с разрезом чуть ниже уровня промежности и обнажает длинные ноги. Не то чтобы мои ноги не были потрясающими. Но это была свадьба… требовались некоторые приличия.
Я искала красивый кремовый цвет слоновой кости. Чистый белый был слишком резким для моего нежного цвета лица. Даже не совсем белый был немного чересчур.
Лара вернулась к раскрашиванию, а Джинни расхаживала по комнате, как кошка в клетке. Время от времени я появлялась, чтобы поднять или опустить большой палец.
— Нет.
— Не-а, — протянула Лара, поднимая взгляд от своего нового рисунка.
— Тебе не идёт, — сказала Джинни, когда я снова появилась.
— Мама права.
И снова…
— Нет.
— Слишком пышное.
И снова.
— Твои сиськи вот-вот выпадут наружу. Итак, если ты хочешь выглядеть именно так…
И снова.
— Ты теряешься во всех этих оборках.
— Просто зашкаливает, — согласилась Лара.
— А как насчёт какого-нибудь цвета? — спросила Джинни. Её голос звучал приглушённо, так как она сидела довольно далеко сзади.
— Нет, я хочу традиционное, но в то же время сказочное.
— Я не имею в виду всё красное или всё синее. Но как насчёт этого? — Джинни появилась, держа в руках кремовое платье с глубоким, но не вызывающим лифом, короткими рукавами, А-силуэтом и простой юбкой до пола. По всей юбке и лифу были вышиты маленькие красные шёлковые звёздочки и цветы.
Я вытаращила глаза. Лара вытаращила глаза. Затем Джинни посмотрела на ценник и вытаращила глаза.
— К чёрту всё это, — сказала она. — Не обращай внимания.
— Постой!
И вот как альфа-самка оборотней Уиндхэма нашла моё свадебное платье.