Мы подъехали к отелю, Синклер (неохотно) отдал ключи от своего «Мерседеса» парковщику и вошёл в отель. Это был один из тех отелей, которые снаружи выглядят как красивые большие дома из коричневого камня, где живут семьи. Тина сказала мне, что он обошёлся в тысячу двести долларов. За ночь. Я думала, что кровати здесь сделаны из золота, а персонал каждую ночь укладывает вас спать, угощая горячим какао и поцелуями.
— Зомби, — пробормотала Тина. Она выглядела так, словно ей было трудно воспринимать всё происходящее одновременно. Я надеялась, что ей нравится быть членом клуба «Я схожу с ума». — Я понятия не имела, что они вообще существуют.
— Мы позаботимся об этом…
— Слишком поздно, — сказала я.
— …после того, как мы разберёмся с этим. Возможно, мне следует сказать ему, — говорил Синклер, пока мы шли к лифту. — Будь сильным, так сказать.
— Я не боюсь сказать Алонсо, что мы его наказываем, — парировала я. Чёрт, после того несчастного случая на Чердаке я ничего не боялась.
— Маленькими кусочками, Ваше величество, — пробормотала Тина.
Подъехал лифт — дзинь! Двери открылись. Прежде чем я успела поделиться с Тиной своим новым настроем «ничего не бояться», Синклер пробормотал редкий эпитет.
Тина посмотрела. Я посмотрела. Мы все посмотрели. И после той ночи, которая у меня была, я действительно не была так уж удивлена.
— Он почти мёртв, — заметила я.