Костыль остался при мне. Ему не дал потеряться ремешок, через который я продела руку. Я медленно подтянулась. Голова по-прежнему кружилась и болела так, словно в неё вдалбливали штырь, вытаскивали и снова вбивали. Учитель прислонился к стене, глубокий порез на его виске кровоточил, и казалось, будто он отключился, но ему удалось устоять на ногах. Хубрик закашлялся и поудобнее перехватил кинжалы.
Надеюсь, Доминар жив. Я обернулась. Он отступал назад, обороняясь скипетром, как мечом. Кучка стражников-драгун укрыла своего повелителя, но большая часть отряда оказалась убита. Барона нигде не было видно. Применимая им магия полностью его поглотила. Придворных отбросило взрывом назад и покалечило, так что теперь они неподвижно лежали на мозаичном полу. Повсюду раздавались крики и вопли, выжившие спешили на помощь раненым или бежали на выход через главные двери.
Миновала ли угроза? Нет! Сопровождавшие Рактарана люди ринулись к Доминару, обнажив оружие. Принц проорал что-то на непонятном языке, и пятеро баочанцев в шафрановых одеждах набросились на Рактарана и его телохранителей. Они с молниеносной скоростью пырнули одного из охранников мечом в шею, и я сначала решила, что мне это почудилось, пока не увидела, как боец повалился на землю. Рактаран вынул свой меч, встав спина к спине с оставшимся охранником, чтобы отразить атаку накинувшихся на него соплеменников.
Сколько же ещё прорицателей могло оказаться среди баочанцев? Кто знает, вдруг их магии хватит на то, чтобы изничтожить тех, кому удалось остаться в живых?
Судя по всему, драгун беспокоил тот же вопрос. Они оттащили ковёр за троном и открыли потайной лаз. В моих ушах стоял звон стали о сталь: головной отряд баочанцев схлестнулся с упорством гвардейцев. Никогда бы не подумала, что каких-то десять вооружённых бандитов могут представлять серьёзную угрозу для Доминара, но его драгуны приняли на себя основной удар магической атаки, и теперь лишь горстка воинов должна была защитить правителя и помочь ему спастись.
– Ты умеешь драться? – cпросил стоявший рядом Хубрик.
Я качнула головой. Я едва ноги передвигала, не говоря уже о том, чтобы сражаться одной рукой.
– Мы исправим это позже.
– Я могу, – уверила его невесть откуда взявшаяся Ленора. Они с Эфретти запыхались, но Эфретти уверенно сжимала короткий меч, а Ленора – длинный кинжал.
– Мы были в задней части комнаты, – сообщила Эфретти. – Мы…
Со стороны двери послышался крик, и, обернувшись, я увидела, что придворных, не успевших пересечь порог зала, убивали слуги, одетые в форму кастела, a посреди этого действа вышагивал маг. Его руки пылали огнём. Они пришли спасать Доминара? Если так, то зачем убивать наших сограждан?
– Сумеречный завет! – догадалась Эфретти. – Куда подевался высший кастелян города?
Хубрик указал на груду мертвецов. Среди погибших покоился нарядный седовласый мужчина. Что же нам делать?
Доминар скрылся в глубинах люка в сопровождении двух доверенных лиц. Один из драгун с криком провалился в дыру в тот самый момент, когда баочанцы стали теснить оставшихся в живых воинов. Второй драгун захлопнул крышку лаза, и они встали на неё, ценой своей жизни давая братьям возможность спастись.
Колдовавший у входа маг завопил:
– Тёмный принц! Он нужен нам живым!
Они помчались к Рактарану, но их отделяло слишком большое расстояние. Второму телохранителю принца пробили грудь мечом, пригвоздив к стене, и взгляд его остекленел. Вокруг сражавшегося дуэта в беспорядочном порядке валялись горы трупов в шафрановых одеяниях. Щёку Рактарана пересекал страшный порез, а плечо мундира было закапано кровью. Взгляд его заметался и наткнулся на меня. С решительным видом принц поспешил к нам. Хубрик и Эфретти выступили вперёд, словно намереваясь отразить его атаку.
– Мира, мира! – призвал он. – Пожалуйста, Амель Лифброт, я прошу твой народ о мире!
Хубрик и Эфретти переглянулись.
– Почему мы должны тебе верить, Тёмный принц? – спросил Хубрик.
– Я тут ни при чём! Убив вашего Доминара, они убьют и меня!
Зелёная молния пронзила пространство зала, но промахнулась, не сумев дотянуться до него, топот клятвопреступников из Сумеречного завета приближался к нам. Последний драгун пал, со стоном опустившись на пол, и баочанцы отбросили его тело с крышки лаза, переговариваясь между собой на своём языке.
– Останови своих людей, если ты тут ни при чём, Рактаран, – сказала я.
– Это не мои люди, – ответил принц, – они всего лишь мои соотечественники. Я не в ответе за их действия.
Ещё одна молния прорезала воздух и ударила куда-то над нашими головами, один из предателей издевательски помахал Рактарану рукой и скрылся под полом. Mоё сердце колотилось как безумное, дыхание yчащалось. Я не сумею защититься от надвигающейся на нас орды.
– Потайной лаз! – воскликнула я. Mожет, нам тоже удастся вовремя улизнуть.
Нет! Окно. Мы летим.
Раолкан! Ты живой!
Оставайтесь около окна. Мы уже почти на месте!
Рактаран встал в одну линию вместе с Эфретти, Ленорой и Хубриком. От приспешников Сумеречного завета нас отделяло несколько шагов. Для молнии расстояние было совсем небольшим, иначе маг задел бы своих подельников, но это его не останавливало.
Огненный шар взмыл над их головами и, описав дугу, шмякнулся в стену неподалёку от меня. Я отодвинулась подальше от неутихающего пламени, чтобы не превратиться в факел.
Когда бежавшие впереди ряды Сумеречного завета наконец встретились с нашей пятёркой, мечи скрестились. Я удивилась, увидев, насколько хорошо Ленора управлялась со своим длинным ножом. Когда Рактаран шагнул вперёд, чтобы оттеснить врага, его сообщник попытался пролезть в образовавшуюся брешь между принцем и Эфретти. Ленора быстро всадила в мужчину кинжал и благоразумно отступила, выжидая следующего момента.
Не умирать, мы здесь!
Хубрик сражался, с лёгкостью находя слабые стороны противников. Когда они открывались, два его ножа тут же указывали им на это, не давая нападать в ответ. Oдин из нападавших в ливрее попытался подобраться к Леноре, но Эфретти ловко отразила удар, вогнав свой клинок ему между рёбер, и пинком отбросила его обратно в напиравшую на нас толпу. Она крутанулась и встала в защитную стойку, закрыв собой Ленору.
– Дерись с умом, ученица. Не позволяй им прорвать твою защиту!
Минуты тянулись долго – как будто временное пространство наполнилось тяжестью и уплотнилось, мы медленно отступали к окнам. Я безучастно наблюдала за происходящим и тревожилась, вздрагивая и ахая после каждого опасного момента.
Мечи бранились между собой, боевые кличи сменялись криками боли. Я отступила ещё на шаг, когда Хубрик стал наседать на меня, и почувствовала, как моя спина упёрлась в перила, окаймлявшие широкое арочное окно. Дальше отступать было некуда.
– Пропустите мага, посторонитесь! – Ряды наших врагов пришли в смятение, и они поспешно повиновались. Через сутолоку проталкивался маг. От нас останутся рожки да ножки, когда он выберется из этой своры.
Рактаран застонал, когда чужой клинок достал его, полоснув по боку. Он подался вперёд, отталкивая противника с грозным рыком. Маг наконец вылез из толчеи, между его поднятыми пальцами защёлкали молнии. У нас было два выбора: остаться в зале и погибнуть от рук чародея или выпрыгнуть из окна навстречу своей смерти.