Время, казалось, замедлило свой ход, но за короткий промежуток столько всего успело произойти. Хубрик схватил меня за шарф и оттащил к одному из арочных окон на противоположной стороне комнаты, чтобы укрыть от взрыва. Одни вельможи устремились к другим окнам, надеясь определить, что происходило на другом конце города, вторые побежали к выходу.
Доминар встал, хашутан поднял руку, призывая всех к молчанию, но его никто не послушал. Телохранители Рактарана окружили принца, однако вокруг барона тоже образовался отряд баочанцев, которые двинулись в сторону престола. Они намеревались заставить Доминара решать их вопросы прямо посреди хаоса, вызванного взрывом?
Иноземцы, полные решимости, направились к ожидавшим просителям. Барон возглавил шествие и сделал шаг вперёд.
– Терпение, барон. В данный момент мы обеспокоены творящейся снаружи неразберихой, – остановил его хашутан.
– Часть города просто исчезла! – воскликнул мужчина, стоявший ближе всех к окну. – Там разверзлась дыра, а здания вокруг превратились в груду покорёженного металла!
– Только бы конструкция выдержала! – выразила своё беспокойство стоявшая рядом со мной женщина.
– Я вижу пожар! – вскрикнул ещё один человек.
Хубрик не сидел сложа руки. Теперь, когда мы отошли в дальний конец комнаты, он выудил из-за пояса пару длинных изогнутых ножей. Он всё это время носил ножи с собой? Почему я не заметила?! Зачем вооружаться раньше времени, если врага ещё нет в поле зрения?
Комната по-прежнему слегка раскачивалась, словно город пытался удержать равновесие, стоя на длинном стержне. Я старалась преодолеть подкатывающую тошноту, наблюдая за бароном из Баочана, который не оставил затею пробраться к трону. Едва только он приблизился к драгунам, те тут же скрестили перед ним своё оружие, как и в прошлый раз. Сопровождавшие бородача люди как по сигналу вернулись обратно к Рактарану. Что это за игры такие? Барон не сможет навредить Доминару, которого охраняют драгуны, но вот зачем надо было доводить его до возвышения, а потом давать дёру, когда он ещё даже рта не раскрыл, для меня оставалось загадкой.
Барон оглянулся на Рактарана, и я заметила отразившуюся на лице Тёмного принца тревогу, его рот в ужасе открылся. Прежде чем он успел вымолвить хоть слово, барон затрясся, oхваченный янтарным сиянием. Он что, маг? И никто не заметил? Нет, подождите… Рактаран называл своих подданных, обладающих магическими способностями, прорицателями. Значит, это прорицатель.
Барон (прорицатель), окружённый янтарным ореолом, весь раздулся – и вдруг пропал из виду, укрывшись за внезапной вспышкой света. Последовавший за этим грохот оглушил меня, в ушах засвистело, и я врезалась в арку, перед которой стояла. Я ударилась головой о камень, перед моими глазами заплясали звёздочки, было больно и страшно. Стало тяжело дышать, и я не знала, за что ухватиться, чтобы не грохнуться навзничь. На месте второго взрыва образовалось облако оранжевого дыма, застилая мне глаза, так что я на некоторое время ослепла.
Aмель? Aмель, ты меня слышишь?