Я сидела на одном из жестких пластиковых стульев возле кабинета Максвелла. Шон расхаживал по комнате перед узким окном, выходящим на оживленную дорогу.
Мы уже больше получаса ждали нашей встречи с Максвеллом. В этом не было ничего необычного. Наш босс был очень занятым человеком, у него было сорок шесть сотрудников, которые постоянно отсутствовали, выполняя один из наших многочисленных контрактов.
Однако из-за темы нашей сегодняшней встречи было трудно сохранять терпение. Шон все еще злился из-за того, что его не пустили в «Клыкастого Принца». Я не могла понять, почему это его так разозлило. Это был не первый случай, когда кого-то из нас выбивали, и, конечно, не последний. Если только Шон не знал о клубе что-то, чего не знала я. Знал ли он о некоммерческом агентстве, которое купило недвижимость?
Я покачала головой. Было слишком много других неотложных деталей, о которых стоило беспокоиться. Например, о том, как много я расскажу ему о своем странном поведении. Мне было неудобно раскрывать свою несдержанность, даже если это было вызвано наркотиками. Я все еще не была уверена, что здесь замешаны наркотики. Больше никто в клубе, казалось, не пострадал. Все они занимались обычными вещами, которых я и ожидала. Пили, танцевали и искали новые знакомства.
Я изложу факты и оценю его реакцию. Если он не будет удовлетворен, у меня, возможно, не будет выбора. Я все еще спорила с самой собой, когда дверь кабинета босса открылась.
— Входите! — крикнул Максвелл.
Шон что-то проворчал себе под нос, а я встала, разглаживая складки на своих черных брюках. На мне была накрахмаленная белая рубашка и черный пиджак в тон. Мои удобные каблуки стучали по линолеуму, который знавал лучшие времена.
Шон меня не дождался, да я этого и не ожидала. Мы с ним едва ли ладили настолько, чтобы эффективно работать вместе. Я закрыла дверь и села на еще один жесткий пластиковый стул, стоявший перед огромным письменным столом Максвелла.
— Рассказывайте, что выяснили, — приказал Максвелл, усаживаясь в древнее кресло, которое протестующе заскрипело под его весом.
Максвелл был не слишком высок, вероятно, не дотягивал и шести футов, но у него было мощное телосложение. Двадцать лет назад, вероятно, все его тело состояло из мускулов. Из-за возраста и слишком большого количества часов, проведенных за старым металлическим столом, его живот заметно округлился.
Компания «Maxwell Securities» зарабатывала миллионы долларов каждый год. Я никогда не понимала, почему мой босс не заменил мебель. Хотя на самом деле это не имело значения.
Я открыла рот, чтобы начать сухой, но обстоятельный рассказ о моем коротком визите в «Клыкасты Принц». Шон прервал меня.
— Они не пустили меня на порог, — сказал Шон. — Я наблюдал, как Лорна провальсировала туда без проблем. Две пары зашли через несколько минут после нее. Когда я подошел к вышибале, он сказал, что клуб переполнен.
Максвелл оторвал взгляд от папок, на которых он был сосредоточен, его серые глаза метались между мной и Шоном. Я откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди. Я подождала, пока Шон закончит свою тираду, которую я уже слышала в отеле.
— И что же? — рявкнул Максвелл. — Такое случается сплошь и рядом.
— Прежде чем я вернулся к машине, внутрь впустили группу из четырех мужчин и двух женщин. — Шон нахмурился, но продолжил: — Я повернулся и снова столкнулся лицом к лицу с вышибалой. Этот ублюдок угрожал вызвать полицию, если я продолжу пытаться заставить его нарушать правила.
Максвелл прищурился, глядя на мужчину, сидящего рядом со мной. Возможно, мне было жаль Шона, но он сам напросился на это. Вероятно, он пытался подкупить вышибалу. Я могла сказать ему, что эту гору не сдвинуть с места. Всегда очевидно, кто из них готов уступить, а кто нет.
— Ты пытался подкупить парня, которого невозможно подкупить, тупица, — прорычал Максвелл. — Ты занимаешься этим достаточно долго, чтобы понимать, что и как.
— Дело не в этом, — возразил Шон. — Почему он впустил остальных, сказав мне, что они переполнены?
— Возможно, они были в списке приглашенных на частную вечеринку, поэтому клуб был уже заполнен, — ответил Максвелл. — Я не должен тебе это объяснять.
Лицо Шона вспыхнуло. Если бы я была любительницей поспорить, то сказала бы, что он об этом не подумал. Я тоже, но признаваться в этом не собиралась. В свою защиту могу сказать, что у меня немного помутился рассудок после посещения «Клыкастого Принца».
— Уходи. — Максвелл махнул рукой в воздухе, и Шон поднялся со своего места.
Я знала, что босс разговаривает не со мной. Он еще не заслушал мой отчет, и я не была уверена, как отнестись к увольнению человека, который должен был меня прикрывать. Я не сводила глаз с Максвелла, пока он наблюдал, как Шон выходит из его кабинета. Как только дверь закрылась, внимание босса переключилось на меня.
— Что произошло в том клубе, Лорна?
Мне не понравился тон его голоса и то, что его вопрос прозвучал как обвинение. Я сделала глубокий вдох и решила позволить Гейлу выйти поиграть. Лорна и Мэллори обе продемонстрировали свою неспособность справиться с событиями в клубе.
— Как и сказал Шон, вышибала впустил меня. Внутри меня встретил другой мужчина и проводил в бар, — ответила я, поддерживая зрительный контакт с Максвеллом. — Интерьер не сильно отличался от обычного ночного клуба. Люди пили, танцевали и, вероятно, даже подрачивали друг другу на танцполе. Место было очень оживленным, но я этого и ожидала. Парковка была почти заполнена.
— Немного странно, что кто-то встречает тебя у дверей, — сказал Максвелл. На самом деле это был не вопрос, но я знала его достаточно хорошо, чтобы понимать, что он все равно хотел объяснений.
— Он, казалось, был обеспокоен тем, что я была одна. — Отчасти это было правдой, но меня не смутила ложь. — Я немного побродила между столиками, прежде чем другой вышибала спросил, не может ли хозяин угостить меня выпивкой.
Густые брови Максвелла поднялись к его тронутым сединой волосам.
— Почему? — И снова вопрос прозвучал как обвинение.
— Наверное, потому, что привлекательная женщина пришла одна, — огрызнулась я. — Мужчины делают это постоянно, но, должна признаться, я была немного удивлена, что на этот раз это был хозяин. Я не стала спорить, потому что в любом случае собиралась с ним познакомиться.
— И что он тебе сказал? — Голос Максвелла понизился до опасного уровня, который я распознала. Он не оценил моего отношения, но и я не оценила его.
— Я похвалила его клуб, а он сказал мне, что собственность была взята за бесценок, — ответила я. — Он, казалось, понимал опасность нового урагана. Честно говоря, думаю, он — богатый плейбой, у которого есть деньги, которые можно выбросить на ветер. — Я пожала плечами, будто для меня это вообще не имело значения. Будто ничего необычного не произошло, пока я была там.
— Ты не заметила ничего странного в этом заведении? — Мой босс внимательно посмотрел мне в лицо, вероятно, ища подсказку, которой не было. Во всяком случае, не у Гейла.
— Кажется, посетителям нравилась атмосфера, и я уже высказала свое мнение о владельце, — ответила я. — Ждешь чего-то более конкретного?
Его стул заскрипел, когда он откинулся на спинку, не сводя с меня глаз. Максвелла всегда было немного трудно понять. Впрочем, он, вероятно, испытывал ко мне те же чувства.
— Наш клиент сказал, что мы не сможем войти, — сказал Максвелл после нескольких мгновений молчания.
Я заставила себя не реагировать, но это было чертовски трудно. Я вспомнила волну беспокойства, которая захлестнула меня в коридоре клуба. Я не могла забыть непреодолимое желание побежать обратно к своей машине. Я изо всех сил старалась не показывать этого на своем лице в тот момент, когда разговаривала с боссом. Моя интуиция кричала мне, чтобы я держала это в секрете. Я проигнорировала свою интуицию в клубе. На этот раз не стану.
— Что заставило его так подумать? — спросила я, оставаясь совершенно неподвижной. Если я буду ерзать, это будет выглядеть так, будто я что-то скрываю.
— Я не уверен, — ответил босс, сцепив пальцы перед лицом. — Единственной целью нашего контракта было попасть туда.
Я с усилием выдержала его взгляд. Никто не платил столько, сколько требовал Максвелл, только за то, чтобы один из его агентов мог зайти в ночной клуб. У большинства наших клиентов был стандартный контракт с выплатой бонуса, если мы могли получить что-то дополнительно.
— А бонусные выплаты? — спросила я, стараясь не ерзать на жестком пластиковом стуле. Моя задница начала неметь.
— Разговор с владельцем.
Сухой ответ Максвелла заставил меня нахмуриться.
— Это глупо, — сказала я.
— Действительно. — Мой начальник выпрямился, скрипнув стулом. — У меня с самого начала было плохое предчувствие по этому поводу, не потому, что раньше у нас не было странных запросов, а потому, что этот действительно не имел смысла. Меня так и подмывает сказать им, что мы не смогли попасть.
Я нахмурилась, но потом поняла, что отреагировала не так, как следовало. Но попытка притвориться, что это не так, только привлекла бы еще больше внимания.
— Почему ты отказался от контракта? — вместо этого я спросила. — Похоже, это довольно легкие деньги, если это все, чего они на самом деле хотели.
— Я бы с радостью взял их деньги, если бы Шону не было отказано в доступе, — ответил он. — Несмотря на мои споры с молодым дураком, клуб должен был вместить одного человека. Я видел, как они отказывали целой группе, но не одному парню, который был бы полезен для бизнеса.
— Что ж, решение, очевидно, за ними, — сказала я, стараясь казаться незаинтересованной, хотя на самом деле мне хотелось расспросить его о том, что еще ему известно. Если я задам слишком много вопросов, мне придется отвечать на еще большие. Взгляд, которым он одарил меня, сказал, что он знает, что я что-то утаиваю. — Дай мне знать, каким будет мое следующее задание.
Я начала вставать, пока Максвелл не откашлялся. Я провела ладонями по бедрам, делая вид, что разглаживаю брюки, затем встретилась с ним взглядом. Я пожалела, что сделала это.
— Будь осторожна, Лорна, — предупредил босс. — Я не знаю, что происходит, но готов поспорить на свой следующий контракт, что они следят за тобой.
У меня по спине пробежали мурашки, а левый глаз задергался.
— Я всегда осторожна, босс.
— Только по этой причине я рад, что это была ты, а не Шон. — Это была одна из самых приятных вещей, которые когда-либо говорил мне босс. Он знал, насколько скрупулезно я отношусь ко всему в своей жизни — по крайней мере, до последних нескольких дней, — но он отметил, что это хорошо. — У тебя есть следующие два выходных дня. Скажи мне, если заметишь что-нибудь или кого-нибудь необычного.
Я кивнула и вышла из его кабинета, чувствуя, как внутри у меня все сжимается. Во время разговора с Максвеллом барьер между мной и Гейлом в моем сознании исчез. Чего никогда не было. Только после того, как я побывала в «Клыкастом Принце», все мои барьеры рухнули.
Мне действительно нужен был длительный сеанс медитации, чтобы восстановить то, что было нарушено. Я не всегда могла контролировать происходящее вокруг, но я научилась контролировать себя. Я должна была вернуться к этому. Выбора не было. Я сойду с ума, если этого не сделаю.
Я провела весь день, сидя, скрестив ноги, на полу в своей гостиной и приводя в порядок мысли. После этого потребовалось целых три часа, чтобы восстановить работу отделов мозга. Образ Мэллори настолько сильно повлиял на мой собственный, что я не была уверена, как мне их распутать.
Я даже не могла вспомнить, когда это произошло. Я провела в кабинете Натана всего пять минут, может быть, шесть. Этого времени было недостаточно, чтобы создать ту запутанную историю, на которую я потратила часы.
Я должна была понять во время мысленной перезагрузки, что моя жизнь уже никогда не будет прежней. Я должна была знать, что мой визит в «Клыкастый Принц» положит начало ряду событий, которые я никогда не могла себе представить. Но оглядываясь назад, я понимаю, что это не так. Жизнь в настоящем означала, что я никак не могла видеть все движущиеся фигуры на шахматной доске.