Рев
Как только карета Верховного двора выскакивает из портала, со всех сторон разносятся взволнованные ахи.
Я не предупреждал, что собираюсь домой, поэтому никто не готовился к моему возвращению, но как только золотая карета появляется в поле зрения, солдаты Светящегося двора не медлят ни секунды. Один сразу же бросается во дворец, а остальные трое – к нам. За нами следуют ещё шестеро стражников Верховного двора.
Весь прошлый день я провёл в Искрящемся дворе вместе с Рейджином в попытках залатать своё разбитое сердце. Я не мог остаться вместе с Кейлин во Дворе Теней, но всё же мне больно быть вдали от неё. Больно осознавать, что наши отношения уже никогда не будут прежними.
Вчера я так и не встретил жену Рея, что подозрительно, но, возможно, и к лучшему. Я бы никогда не посмел прогнать её, но видеть её вместе с Реем было бы невыносимо. Я счастлив за них, но несчастен из-за нас с Кейлин.
Однако сегодня я проснулся, полный решимости. Надежда есть, пускай и очень далеко, но я могу ещё построить то будущее, которое хочу. Мои планы вполне возможны и осуществимы. В противном случае грядущие десятилетия обернутся пыткой. Честно, не знаю, смогу ли я вообще выжить без уверенности, что мы с Кейлин сможем быть вместе.
Портал Верховного двора в Светящемся дворе находится всего в нескольких десятках метров от ступеней дворца. Порталы остальных правящих дворов стоят чуть поодаль, ближе к городу.
Поскольку мы перешли через портал Искрящегося двора, то оказались в километре от дворца, перед глазами многочисленных горожан. Как и следовало ожидать, они все торопятся подойти ближе, посмотреть, обсудить.
Это мой второй визит в родные земли с тех пор, как меня объявили Верховным наследником, но в прошлый раз о моём прибытии почти никто не знал. Теперь же новость о моём приезде станет достоянием общественности.
Чем больше внимания я привлеку, тем лучше.
Карета движется со скоростью улитки, и когда мы достигаем железных кованых ворот, за которыми начинается территория дворца, на улице уже толпятся сотни фейри.
Я открываю окна и машу улыбающимся поданным. Они радуются, смеются, активно размахивают руками. Несколько смельчаков даже пытаются подобраться ближе ко мне, но их останавливают стражники Верховного двора.
– Рев! Рев! Рев! – скандирует толпа.
Они не знают меня лично, но всё равно любят.
Подобное внимание всегда казалось чем-то странным, но сегодня оно играет мне на руку. Преданность народа станет моим рычагом против отца.
Дворцовые стражники подбегают к воротам, осторожно пропускают карету и затем отрезают нас от горожан. Карета ускоряется, трясясь по каменной кладке, и останавливается непосредственно у белых ступеней, ведущих ко входу во дворец.
Я выхожу из кареты сразу, не дожидаясь, пока моя личная стража откроет дверцу, и поднимаюсь по сверкающей лесенке. С громким скрипом огромные двери начинают медленно раскрываться, но я проскальзываю внутрь сразу, как только расстояние между ними позволяет пройти.
Стражники Верховного и Светящегося дворов следуют за мной, пока я решительно иду к своей цели. Ни король Светящегося двора, ни кто-либо из советников ещё не попался мне на пути, а значит, я как раз вовремя.
Пройдя по коридору, останавливаюсь перед сверкающей дверью, раскрашенной серебряной краской.
– Открой, – велю ближайшему стражнику из Светящегося двора. Тот дрожащими пальцами вставляет ключ в скважину и медленно поворачивает до тихого щелчка замка.
Я толкаю двери зала собрания с такой силой, что они хлопают о стены.
Вспоминаю тот раз, когда это сделала Кейлин: ворвалась на собрание, чем довела моего отца до трясучки. Одно из моих самых любимых воспоминаний.
От этой мысли мои губы расплываются в надменной ухмылке, с которой я встречаю убийственный взгляд отца.
Он сидит на своём троне на помосте перед несколькими советниками, два моих брата сидят по обе стороны от него.
– Ревелн, – раздаётся низкий, полный нескрываемого яда голос отца, – мы не ждали тебя сегодня.
– А почему? – спрашиваю я, невинно наклонив голову. Моя насмешливая ухмылка ничуть не поблекла. Я не так хорош, как Кейлин. Я не могу скрыть своё удовольствие при виде их дискомфорта.
Так и не получив ответа, я переставляю стул и сажусь рядом с Арланом – моим старшим братом. Ну, формально мы вообще друг другу не родня, но за пределами семьи никто об этом нюансе не знает.
Король Светящегося двора – не мой биологический отец. А два моих брата родились вне официального брака с королевой и потому не могут считаться законными наследниками. Теоретически могут ими стать, но только в крайнем случае, если не будет иных наследников, законных. Довольно иронично, ведь я такой же бастард, как и они. Вот только отец слишком горд, чтобы во всеуслышание заявить об интрижке своей супруги.
А если эту тайну не раскрыть, то решение короля изменить порядок престолонаследия вызовет возмущение в народе. Теперь понятно, почему он всегда так старался выставить меня бестолковым и слабохарактерным перед окружающими – рассчитывал, что это поможет ему при случае лишить меня титула.
С того дня, как Рихган умер, король не оставлял попыток унизить меня, подорвать моё положение. Но я ловко обошёл его. Теперь я Верховный наследник, и он никак не сможет изменить решение Верховной королевы.
Он возненавидел меня с новой силой. Я изменил своё отношение, и теперь, честно признаться, меня забавляет его реакция. Приятно бросать тень на отца, который никогда не ценил меня, никогда не заботился обо мне. Я наслаждаюсь каждый раз, когда мне удаётся поставить его в неловкое положение, ведь он поступал так со мной всю жизнь.
Однако скоро веселье закончится. У меня есть план, который изменит всё. К сожалению. Но так будет лучше для всех.
Стул, на который я опустился, сделан из холодного металла, не такой роскошный, как те, которые занимают остальные члены королевской семьи, но я не жалуюсь. Просто закидываю лодыжку на колено в небрежной позе. Король открыто прожигает меня взглядом.
Улыбаюсь в ответ.
– Так что у нас сегодня на повестке?
Арлан вскидывает бровь, но его лицо не выдаёт никаких эмоций. Брат старше меня на семьдесят пять лет, и мы никогда особо не ладили. У них с Рихганом была открытая вражда, а я всегда занимал сторону Рихгана.
В нашем обществе нормально относятся к бастардам, но им не принято давать такое же образование, как законным наследникам. Арлан и Бреннон – исключения. В нашей семье им уделялось даже больше внимания, чем мне. Прежде меня это сильно задевало. Теперь же я знаю, в чём дело.
Последние десять лет отец идёт к намеченной цели: сделать Арлана своим наследником.
Кайро, один из старейших советников короля, прочищает горло.
– Мы обсуждали вмешательство теневых мятежников в…
Отец вскидывает ладонь, останавливая его.
– Мы, безусловно, рады приветствовать Верховного наследника на нашем собрании, – он делает паузу, чтобы прожечь меня разъярённым взглядом, – но эти вопросы не касаются Верховного двора.
Советники застывают каменными изваяниями.
Позволяя тишине повиснуть, выдерживаю взгляд отца. Бреннон неловко ёрзает.
– Эти вопросы касаются Светящегося двора, – говорю я.
Король молчит.
– А я наследник Светящегося двора. Мой статус Верховного наследника не повлиял на это.
Формально нет. Но все понимают, что Верховный король на протяжении своего царствования не может параллельно править каким-либо конкретным двором. Обычно на эти сто лет управление берёт на себя регент. Иногда бывает, что предыдущий монарх продолжает своё правление, но чаще трон переходит к следующему в очереди.
– Арлан готовится занять трон, пока ты будешь занят ближайшие сто лет.
Он говорит об этом как о каком-то неудобстве. Словно это проблема для нашего двора, что я стал Верховным наследником.
– И это замечательно, – говорю я. Один из советников облегчённо выдыхает. – Арлан станет прекрасным регентом.
Король Светящегося двора стискивает зубы и, наконец, разрывает зрительный контакт.
– Вы можете самостоятельно решать личные вопросы и выяснять вопросы с другими дворами, – спокойно произношу я, хоть мне и хочется узнать, что там отец планирует сделать с теневыми мятежниками, – если только речь не идёт об открытом конфликте. Потому что тогда это напрямую касается Верховного двора.
Король скалится.
– Если они нападут на нас так же, как на Хрустальный двор…
– С тем инцидентом уже всё решено. Мятежники будут наказаны. Но война нам не нужна.
– Думаешь, если посадил свою суку на трон…
Я резко вскакиваю на ноги, стул с грохотом падает.
– Не смей так её называть, отец.
– На смей так называть меня, Ревелн.
Горький смешок застревает в горле.
– О, так мы больше не замалчиваем постыдную правду?
Кайро тихо и быстро поднимает упавший стул.
– Спасибо, – мягко благодарю его. Он едва заметно улыбается в ответ. Довольно смело с его стороны.
Моё сердце дико колотится, но я всё же заставляю себя опуститься обратно на стул.
– Зачем ты на самом деле пришёл, Ревелн? – спрашивает Арлан.
– Хочу устроить парад в мою честь.
В зале снова повисает тишина. Советники нервно переглядываются в попытке понять, что происходит.
– Ты шутишь? – злится король.
– Нет. Это давняя традиция – родной двор Верховного наследника празднует его назначение. В знак поддержки. Наши натянутые отношения – не секрет для присутствующих, но ведь остальной народ не в курсе. Было бы странно пропустить столь важный этап.
Король сощуривает глаза. Уже не с яростью, а скорее оценивающе.
– Горожане праздновали твоё назначение на прошлой неделе. Мы поставляли яства и напитки. Уверен, народ доволен.
Закатываю глаза.
– Это всё, конечно, прекрасно, но разве это было инициативой дворца? Присутствовал ли там хоть кто-то из королевской семьи?
Жду, продолжая играть в гляделки с королём.
– Не вижу необходимости в ещё одном торжестве, – твёрдо заявляет он.
– А если я пообещаю кое-что взамен? – Расплываюсь в улыбке. – Я хочу заключить сделку.