Побудьте с полгода домашним питомцем, как я, и тоже приучитесь сворачиваться калачиком на диване: не важно, находится ли он в вашем доме или чужом. Ведь если ваши хозяева — фейри и вампир, которым сон особо не нужен, о привычном распорядке можно позабыть.
А ещё мой кошмар, который, судя по всему, реальней, чем кажется, боится Зеро. Так что теперь предпочитаю спать на первом этаже, рядом с ним.
И да, для них я что-то вроде мебели, но всё же не ожидала очухаться на незнакомом диване, да ещё под грудой бумажек и стикеров.
— Эээ, — сонно забубнила я, вылезая из-под горы бумажек, шорох которых меня и разбудил, — вы меня никак утопить решили.
— Не ворочайся, Пэт, — послышался голос Атиласа, — не хотелось бы, чтобы твоими стараниями моя папка оказалась где-нибудь в диване. Её подписали неверно — крайне талантливо, между прочим, так что разыскать её было той ещё задачкой. Осмелюсь даже предположить, что найти её второй раз будет попросту невозможно.
— Поспешу тебя обрадовать: съёмные диванные подушки придумали уже давно, — всё ещё сонно буркнула я и очень-очень осторожно села. Судя по лучам солнца, проникающим через стеклянную стену чуть утопленной гостиной, приближался вечер — это время ещё золотым часом называют. — Блин, неужто вы всё это из дома приволокли? И почему на этом стикере написано «убить под покровом тьмы»? Теряешь хватку или это чей-то список важных дел?
— Твоё заявление одновременно предполагает, что я на некоторое время отошёл от убийств, а также то, что качество моих услуг сомнительно.
— Качество чего?
— Ты либо дурачишься, либо не знаешь, в чём заключается работа слуги, — он будто не слышал моего вопроса. — Скорее всего и то и другое. Эта записка, моя дорогая Пэт, прикреплена к папке, которую я не хочу потерять. Практически половина наших убийств произошла под покровом тьмы, а вторая — при свете солнца.
— Довольно глупый способ убивать Запредельных, поэтому предположу, что верны басни о том, будто бы Честной двор связан со светом, а Нечестной — с тьмой.
— Отлично, Пэт. Нечестной народ плохо переносит свет. Он жалит, слепит и наполнен неожиданностями.
— Поди ещё и днём спят, — потянулась я, — типа здоровенных летучих мышей.
Подушка, запущенная Джин Ёном, попала мне по голове.
— Эй! — возмутилась я. — Вообще не о тебе говорила!
Кажется не поверил. Грозно зыркая по сторонам, пошлёпал в сторону роскошной кухни.
— Есть там всё равно нечего! — вслед ему крикнула я. Если конечно вместе с коробкой с папками, которые тщательно просматривал Атилас, кто-нибудь не принёс из дома еду.
Ткнула пальцем в сторону удаляющейся спины и спросила Атиласа:
— Чего это с ним? Неужели так до сих пор и нарывается на драку?
Атилас с интересом глянул на меня:
— На самом деле верю, что ты не знаешь.
— Поэтому и задаю вопросы, — ответила я, — не веселья, знаешь ли, ради. Такие штуки вредны для здоровья.
— Не стоит пренебрегать вопросами ради развлечения, — он достал фотографию, запутавшуюся в моих волосах. С неё на меня глянул маленький мальчик с ошалелым взглядом и растрёпанными волосами, а через мгновение снимок вернулся в папку возле кресла Атиласа.
— Дороговатое развлечение, как по мне, — заметила я, — но это чисто моё мнение. Что это за пацан?
— Дорогое, но очень полезное для практики. А чем больше практики, тем ниже и цена. Мальчик — сын недавно обнаруженных жертв. Родителей разорвали в их собственной гостиной. Части тел и внутренности были разбросаны и размазаны по всей комнате. Ребёнка так и не нашли.
Я села прямее:
— Их убили так же, как и моих, а не повесили? И где это произошло?
— В Квинзленде, если не ошибаюсь.
— Могу я глянуть?
— Полагаю, бумаги какое-то время будут тут. Просматривай сколько угодно, но не тогда, Пэт, — сказал он, когда я было потянулась к папке, — когда с ними работаю я. Пытаюсь установить связь этого случая с нынешней чередой убийств, первостепенного и второстепенного значения.
Показала ему язык, но папка и действительно никуда не денется. Вернусь к ней, когда психи будут заняты чем-то другим.
— С делом Морганы работать сегодня будем? — крикнула я в коридор, в сторону плеча, видневшегося в проходе в комнату охраны. Немного напрягало, что пока мы занимались тут пропажей её друга, они припёрли из дома материалы по убийствам, которые они расследовали параллельно.
Плечо шевельнулось, и в гостиную вошёл Зеро с уже раскрытой папкой в руке.
— Я занят, — коротко сказал он, — уже посмотрел кадры с камер видеонаблюдения, которые достал детектив. Если хочешь, просмотри сама. Кажется он спит в комнате охраны.
Хм, а ведь возможно он не пытается избавиться от меня, чтобы не лезла в их расследование, а уклончиво просит помощи. Не могут же они делать всё одновременно. Тут для успеха нужно разделять задачи — пусть даже с человеком.
— Гляну, — ответила я, — он же никаких копий не делал?
— Говорит, — глаза Зеро стали светло-голубыми, — что не имеет права копировать записи без согласия владельца дома. Однако, если другой человек нечаянно услышит то, как он бы это сделал, если мог, то за его поступки он не отвечает.
Я ухмыльнулась:
— Ладно. Схожу к нему, может что и получится.
Неплохо было бы отнести эти записи Моргане, которая любила помогать, но скорее всего на них будет нечто странное, что она видела только в игре. Так что предстояла долгая нудная работа. Зато это моя долгая нудная работа.
Только встала, чтобы немного поработать до ужина, как Зеро наставительно сказал:
— Сначала тренировка.
— Ты вроде занят, — с подозрением сказала я.
— Верно. Поэтому позанимаешься с Джин Ёном.
— Вот блин. Но он же хочет подраться!
— Я, — как по команде в комнату вошёл Джин Ён, — дико голоден.
С утра явно ничего не изменилось. Пошла к двери, ведущей на задний двор. Надеюсь, он окажется таким же огромным, как и весь дом. Через плечо кинула:
— Ну, я тебе не полдник, кусать меня нельзя.
— Я могу тебя кусать, — идя следом ответил он, — а ты меня нет.
— Ох уж мне эта вампирская справедливость, — буркнула я.
А ведь он действительно может меня кусать. Как выяснилось, я превращусь только если укушу его в ответ, да ещё не как-нибудь, а крови его наглотаюсь. Ну, если уж так, то с оборотнями хуже: один укус и пиши-пропало. Либо умрёшь, либо через недельку-другую сам оборотнем станешь.
Уж кому как не мне знать.
Всё же, спаринги с Джин Ёном не так уж плохи. Он не такой сильный, как Зеро, хотя и быстрее, да и почти не заставляет искать оружие, уворачиваясь от выпадов, как делает тот. После тренировки с Джин Ёном всегда думаю, что может быть однажды, если буду усердно работать, смогу его победить. Скорее всего иллюзия, но это хотя бы кажется возможным.
После тренировок с Зеро всегда остаётся мысль, что как ни старайся, он всё равно раздавит тебя как букашку. Это осознание очень успокаивает, когда вы вместе бьётесь с плохими парнями, но нисколько не помогает, когда это ты прыгаешь и кувыркаешься по всему газону в поисках оружия — любого оружия, от которого правда толку всё равно не будет, ведь он в четыре раза больше и в двадцать раз сильнее тебя, а ты и атаковать как следует не можешь, а от страха не только руки трясутся, но и думать толком не получается.
И угрозы отрезать галстук на него вообще не действуют.
— Не смотри на мой галстук, — холодно сказал Джин Ён. Он расслабил узел, снял его и аккуратно повесил на шпалеру. — Это мой любимый.
— Ладно, но не пытайся убить меня из-за того, что Зеро запретил тебе драться с кем-то другим, — ответила я. Знала я этот его хмурый беспокойный взгляд. Этот взгляд означал, что он будет нарываться на драку, какими бы ни были последствия. Самое опасное состояние Джин Ёна.
Повезло: задний двор оказался не только просторным, но ещё и окружённым плотной живой изгородью и деревьями. Вряд ли с улицы нас кто-то услышит, ведь и внешние звуки до нас практически не долетали, хотя по идее мы должны были слышать хотя бы звуки проезжающих машин.
Молча разошлись в поисках оружия. С этого начиналась каждая тренировка: бегай, высунув язык, или ходи неторопливо, но оружие сквозь Между из За вытащи. Иначе вампир повеселится на халяву, а я тупо время потрачу, ведь Зеро точно отправит на второй заход.
Нашла две красивые, чуть искривлённые палки, которые практически моментально превратились в изящные изогнутые мечи, правда чуточку длиннее привычных. Ага, да, теперь у меня есть собственные мечи, хотя мне не дают начинать с них. Даже не знаю, зачем мне такая роскошь.
Джин Ён тоже обзавёлся двумя клинками. Зеро с Атиласом решили, что мне стоит осваивать технику двух мечей — судя по всему, в настоящем бою я немножечко схожу с ума и молочу направо и налево, так что в моём случае два эффективнее одного.
И где он только их отрыл: его мечи выглядели так, будто всегда были оружием, а не росли на дереве, как когда-то мои.
— Поиграем, — сказал он и напал.
Я машинально встала в защитную стойку, скручиваясь вправо по направлению удара, и одновременно левым клинком ткнула в низ его живота. Джин Ён, конечно же, увернулся, но кончик меча срезал верхнюю часть шлёвки идеально наглаженных брюк. Я ухмыльнулась, а он, на мгновение отскочив, ринулся в атаку.
Видимо его это взбесило, потому что последовала быстрая напористая атака, мечи превратились в торнадо, а потом мой левый клинок полетел в сторону. Я отступила на небольшое возвышение и чуть подняла правый меч, чтобы компенсировать потерю левого.
Блин. Ну ладно, это в настоящем бою я может и превращаюсь в торнадо, а в тренировочной схватке с одним из психов я довольно собрана (очень помогает при обучении), но вот стоит остаться только с одним мечом, как вся крутость улетучивается и приходится как-то отбиваться оставшимся.
Быстренько нырнуть влево — и можно схватить тренировочную палку из сада, а если постараться, то можно метнуться направо к сарайчику. Взгляд Джин Ёна проследил за моими глазами: явно прикидывает, что я выберу и как меня лучше остановить.
Но у меня созрела новая идея. Вместо того, чтобы перетаскивать оружие из Между, решила придать оружию вид, более подходящий для человеческого мира.
Разок уже так делала: протащила через Между в За пресс-папье и по пути превратила его в пистолет. Зеро утверждал, что скорее всего оно всегда им и было, а я только придала ему его же облик в человеческом мире. Ну не знаю, не знаю.
Вот и проверим, не зря ли сомневалась.
Правда надо бы торопиться. Джин Ён превратился в неостановимый вихрь из клинков, зубов и через сад, мимо клумб, погнал меня к дому.
Обычно, когда я превращала вещи в то, чем они являются в мире людей, я им говорила: «ты пистолет», «ты палка». Но уж очень хотелось застать Джин Ёна врасплох, да и научиться использовать это умение в бою. Не разговаривать же вечно с оружием противника. Одно дело махать мечами как сумасшедшая, а реальное сумасшествие — совсем другое.
Так что в этот раз я просто посмотрела на оружие Джин Ёна, медленно кружась на пересечении тропинок, удерживая дистанцию. И вот если приглядеться под правильным углом, то из-за отражавшейся на лезвиях коричнево-зелёной гаммы мечи действительно походили на две палки.
Отличные такие, чуть изогнутые палки, с которыми в детстве я играла с папой в рыцаря и дракона.
Красивые, чуть изогнутые палки. Вот вампир-то взбесится, когда до него дойдёт, что сжимает он больше не рукояти мечей.
Я победоносно ухмыльнулась, а Джин Ён вероятно заметил изменение веса или то, что рукояти в ладонях ощущаются иначе, и глянул на мечи. Он склонил голову, но времени подумать я ему не дала: рубанула обратной стороной клинка, шагнула вправо по ходу удара, вырвалась из неудобного места, в которое он меня загнал и одним ударом с разворота разрубила его деревяшки.
Он ещё раз посмотрел на теперь уже испорченные палки.
Неужели смеётся? Его только что разоружили, а он развлекается.
Я заняла оборонительную стойку и мы секунд десять молча смотрели друг на друга. Затем он отбросил обрубки и решительно шагнул на меня.
Вот блин. Совсем забыла, что ему не нужно оружие.
Он сам оружие.
Смеясь он прыгнул, а я коряво рубанула наотмашь, только вот получилось слишком высоко, а он был ну очень быстр. Тело в костюме сбило меня с ног, меч из правой руки полетел куда-то в сторону, а окружающий мир дико завращался. Почувствовала во рту вкус травы, а потом крови.
Когда всё остановилось, вампир подался назад, а я наконец вздохнула и стёрла рукой с губ выступившие капельки.
Чересчур довольный собой Джин Ён присел на корточки, надёжно зажав мои ноги между коленей. Галстука, за который можно было бы ухватиться, не нашлось, поэтому даже не стала пытаться высвободиться и только выдохнула в него набившимися в рот травинками.
Я сражалась умно, но недостаточно, так что победа заслуженно принадлежала ему. Так было в принципе каждый раз, но время от времени мне таки удавалось его по-настоящему задеть.
— Ну ладно, — я приподнялась на локтях, — ты выиграл.
— Ты забыла, что я не человек, — сказал он, — это было глупо.
— Такие уж мы, люди, глупые! Разве не знал? У Зеро вон спроси.
Он ухмыльнулся:
— Разве я не говорил, что моё тело — оружие?
— Ладно, ладно, зачем носом-то тыкать, — ответила я.
Поёрзала, чтобы он слез, но его колени плотно сжимали мои ноги. Закатила глаза и подалась вперёд, чтобы ткнуть его в рёбра.
— Да победил ты, победил, слезай уже.
Он наклонился вперёд, и от неожиданности я плюхнулась на спину.
— А если я не пожелаю? — спросил он.
Над нами голубело чистое небо. Настолько чистое и голубое, что аж голова кружилась. Сосредоточилась на лице Джин Ёна, но легче особо не стало.
Забавно. Его кожа была почти того же цвета, что и у парня из кофейни — ну может чуть темнее, в сторону цвета мёда — но глядя на него не появлялось то же ощущение теплоты, которое захлёстывало каждый раз, когда я видела того завсегдатая кофейни.
Накрыла его щёку ладонью — было интересно, такая ли кожа тёплая на ощупь, какой казалась на вид. Джин Ён слегка склонил голову на бок.
Забавно, однако. Его лицо не было теплым.
Не двигаясь, со склонённой набок головой он тихо с удивлением спросил:
— Mwoh hanun koya?
— У тебя лицо холодное, — обвиняюще ответила я. Ожидала, что щека под рукой будет тёплой. Он же всегда тёплый, когда сидит рядом на диване. Или дело в том, что он вампир?
Убрала руку, но Джин Ён всё ещё моргая смотрел на меня. Он двинулся вперёд, будто собирался встать, но вместо этого взял мою ладонь и приложил к своей щеке. На этот раз кожа оказалась тёплой.
— Э! — удивилась я, — ты это как? Это ж только вампиры могут?
— Я теплый, когда хочу быть теплым, — сказал он.
Рука его тоже была тёплой, и мне стало жарко. Отняла ладонь и толкнула его, чтобы сесть, но он только чуть подался назад, а мои ноги так и остались в захвате.
— Э, — опять сказала я, а он только брови приподнял.
— Wae?
— Джин Ён, — вздохнул Атилас, — может перестанешь поощрять дурное поведение питомца? Мне казалось, ты должен был учить её…
— Так и есть, — он поднялся одним движением, — я как раз и учу её тому, что случается, когда она забывает, что моё тело — оружие.
— Ага, уж постараюсь запомнить, — в следующий раз нужно его не просто обезоружить, а обездвижить. Никогда нельзя забывать, что Джин Ён опасен и с голыми руками, с ним нужно всегда держать ухо востро. Защищалась-то я неплохо, только вот не ожидала, что он сразу же нападёт, поэтому не смогла как следует ответить.
Я поднялась с той же лёгкостью и скоростью, что и он, и поняла, что по венам бежит не только кровь. Чувствовала, что могу двигаться быстро — ух, хорошо-то как!
А с шеи к левой ключице стекала тонкая тёплая струйка.
— Э! — возмутилась я. — Да ты меня укусил!
И ведь даже не почувствовала. Помню, как меня закружило — вроде на мгновение его голова наклонилась к моей шее. Но самого укуса не ощутила.
— Я был голоден, — с глубоким удовлетворением ответил он.
— Да? Ну погоди у меня. Зато я теперь шустрая, а галстучек ко мне ближе, чем к тебе.
— Не тронь галстук! — завопил Джин Ён и метнулся к полоске зелёно-золотистой ткани, которую сам же повесил на шпалеру.
Он был быстр, но у меня была фора, да и вампирская слюна скорости придала. Я сорвала галстук прямо перед его носом, Джин Ён сбил меня с ног и мы покатились к огуречным теплицам, перелетели через тачку. Я ничего даже не почувствовала — сгруппировалась и использовала тело вампира, чтобы замедлить скорость.
Вампирские слюни не только ускоряют: они ещё и равновесие улучшают и ощущение времени.
На этот раз падение контролировала я, поэтому снизу оказался уже Джин Ён. Я же сидела на его груди.
Заветный галстук снова оказался поблизости, но это было уже нечто другое. Джин Ён повернул голову и сосредоточился на нём с упорством вампира, чьей сверхъестественной тяге к моде бросили вызов. Он дёрнул рукой и замер.
— Ты, — процедил он сквозь зубы, — что ты сделала с моим галстуком?
Галстук посмотрел на него.
И квакнул.
Потом он напряг длинные лапы и, мелькнув невероятным полосатым зелёно-золотым хвостом, по-лягушачьи прыгнул к краю ближайшей цветочной клумбы.
— Ya! — выдохнул Джин Ён, скинул меня и нырнул следом, — Nae naektai!
— А вот и нет, а вот и нет, — загоготала я и повалилась на останки тачки, — теперь это лягушечка!
От наших воплей и гогота проснулся детектив Туату. Он появился в дверях, зевнул и забыл закрыть рот. Бывший галстук махнул на прощание хвостиком и впрыгнул в дверь мимо него.
— Это ещё что за вечнозелёная дичь? — спросил он, цепляясь за дверной косяк. — Я ещё сплю? Ох, не нужно больше приходить к вам после ночной наружки.
— Лягушка-галстук, — между приступами хохота с трудом выдавила я, — это лягушка-галстук!
— Что за… — уставился на меня он, — у тебя идёт кровь? У неё идёт кровь? Это что у тебя на шее, укус?
— Расслабься, — просипела я, — просто Джин Ён играл не по правилам, а я его галстук попортила. Так ему и надо. Зеро говорит, ты нашёл способ скопировать для нас записи.
— Я не могу…
— Да да, не можешь сам, потому что это противозаконно. А не желаешь сам с собой поболтать?
— Не хочу портить веселье, Пэт, — миролюбиво проговорил Атилас, когда Джин Ён протиснулся мимо Туату вслед за галстуком, — но уверен, Зеро ожидал, что ты потренируешься чуть дольше двадцати минут.
— А у меня больше нету партнёра, — я уже немного отдышалась, но улыбка никак не хотела пропадать. Где-то в доме кричали и ругались. Если навострить уши и сосредоточиться, можно узнать много красочных выражений. — Похоже, он занят немного.
— К такому же выводу пришёл и я, — согласился Атилас, — я уже давно заметил, что Джин Ён сегодня рассеян, поэтому на случай непредвиденных обстоятельств предложил свои услуги господину. Похоже я как раз вовремя.
— На меня не смотрите, — вставил детектив Туату, — я уже на сегодня выработал свою квоту по скрытой работе. Только может наложишь какую-нибудь повязку до второго раунда? Кровь-то до сих пор идёт.
Промакнула укус рукавом толстовки. Она и так уже в грязи и траве, да наверное и осколки стекла в складках запутались, скорее всего придётся выбрасывать. А так — одной бактерией больше, одной меньше.
— Странно, — сказала я, — обычно они так не кровоточат. Когда комаришка облизывает укусы, кровь густеет. Забыл что ли.
— Он тебя ещё и облизывает после этого? — с отвращением брякнул Туату.
— Мы предпочитаем, чтобы питомец не падал в обморок от потери крови, — пояснил Атилас, — хватай оружие, Пэт, я ждать не буду.
— Блин, — и под приятные звуки воплей Джин Ёна пошла в сад за мечами. Если один и тот же чувак убивал тебя шесть раз подряд, то его предупреждения стоит учитывать.
Может не стоило так задирать Джин Ёна. После спарринга с Атиласом я вспотела как мышь, вывозилась в траве, а всё тело болело. Он меня,
конечно не кусал, но и мягко говоря спуску не давал.
На висках Атиласа едва заметно поблёскивал пот.
— Ты сегодня не сосредоточена, Пэт, — сказал он и ушёл в дом.
Туату встал с тщательно отполированных досок веранды.
— А ты сильно продвинулась.
— Спасибочки! — от всего сердца поблагодарила я. — Когда на тебя нападают падающие медведи, а ты умеешь только как берсерк мечом махать, хочешь-не хочешь, а учиться начинаешь.
— У нас водятся падающие… нет, не хочу знать. Хочешь послушать, как я сам с собой разговариваю?
— Ладно, только говори медленно. Похоже Атилас парочку извилин мне выбил.
На копирование записей ушло довольно много времени, в основном из-за того, что после адской тренировочки у меня дрожали руки. Похоже, как только я осваивала один уровень и начинала чувствовать себя уверенно, психи переводили занятия на более сложный уровень, и я опять была в синяках и еле дышала.
Но всё же справились, и когда вошёл Зеро, на пальцах которого как мыльные пузыри висела магия, я уже упаковывала нашу копию.
— Закончили? — коротко спросил Зеро.
— Агась, — ответила я.
— Хорошо. Наверху глухо. Для моих чар прошло слишком много времени. Как я и думал с самого начала, его тут не было по меньшей мере пару недель.
— Ближе к двум с половиной, — довольно ответил детектив. И ему было чем гордиться. — Мне надоело проматывать час за часом, поэтому когда я проснулся, стал пролистывать по дням, а когда началось что-то интереснее, проматывал уже медленнее. Видите это? Скорее всего тогда всё и случилось.
— Скорее всего? — не без раздражения прогудел Зеро.
— Сейчас всё будет, — ухмыльнулся детектив.
Он включил запись, и поначалу на мониторе было только изображение пустой игровой комнаты на втором этаже. К нашему приходу всё в ней было перевёрнуто и разломано, а на записи был порядок.
— Кажется кто-то обещал движение, — сказала я. Детектив Туату недовольно шикнул, но я и так заткнулась, потому что через секунду в кадр вбежал худющий долговязый тип в красном джемпере и синих джинсах и неожиданно мощным движением бросил металлический шкаф для документов в дверь.
— И ни инвалидной коляски, ни костылей, — констатировала я, — не заявляю, что и паралича у него нету, но дом явно для человека с такой болезнью не оборудован.
— Я тоже склонен полагать, что он слишком легко поднял этот шкаф, — прозвучал от двери голос Атиласа.
Позади него квакнуло и мимо него в комнату протиснулся Джин Ён с лягушкой-галстуком в руках. Он бросил её мне, и я удивилась, насколько приятной оказалась её прохладная, чуть похожая на ткань, кожа.
— Верни как было, — он навис над моим стулом.
— Попозже, — сказала я и посадила лягушечку на плечо, где она довольно устроилась, — не двигайся так быстро, ты её пугаешь.
— Она не должна бояться, — процедил он, — она должна быть галстуком.
— Даже спрашивать не буду, — детектив Туату снова повернулся к монитору.
Последовала его примеру. Парень в джемпере как раз сел за комп — он тяжело дышал. Изображение моргнуло, вытянулось и монитор стал чёрным.
— Э, — воскликнула я, — это ещё что?
Зеро подался вперёд, Джин Ён навалился на спинку моего кресла, от чего новоиспечённая лягушка передвинула прохладные лапки на мою неприкрытую шею. Монитор внезапно включился: та же комната, всё на местах, кроме чувака в красном.
— Блин, — сказала я, — пропал. Из окна выпрыгнул что-ли?
— Окна там не открываются, — проговорил Зеро, — переиграй.
Детектив Туату нажал на кнопку, кадры замелькали в обратном порядке. И вот снова чувак вбежал в комнату.
— А что с дверью? — спросила я. — Зачем он забаррикадир… погодьте — он услышал их на первом этаже. Или по камерам увидел, как они прошли в ворота. Почему он забаррикадировался, а не сбежал?
— Если он человек, то возможно думал, что это остановит фей, — предположил детектив.
— Hotsori, — буркнул Джин Ён, — после встречи с Запредельными любой человек поймёт , что это бесполезно. Даже ты.
— Просто трое Запредельных прошли сквозь стены допросной, чтобы выручить своего питомца, — сказал детектив, — так что осмелюсь предположить, что по моему опыту не стоит судить обо всех остальных людях.
— Не знаю, — протянула я, — если это именно наш тип, то он знает достаточно, чтобы предупреждать людей о Запредельных, да и если что, он обзавёлся домиком, встроенным в мир За, пусть даже он и не знал, как оно работает и кто его устроил. К тому же, так вот швырануть тяжеленный шкаф человеку точно не под силу.
— А с другой стороны, — заметил Зеро, — он подпёр им дверь, а любой Запредельный знает, насколько это бесполезно.
— А может, — задумчиво проговорила я, — он просто хочет, чтобы другие считали его человеком?
— Ладно, вы с этим и разбирайтесь, — подал голос детектив, — а мне вот интересно, что случилось до того, как он испарился.
— Скачок напряжения?
Он недоумённо глянул на меня:
— Действительно? После всего, что ты видела?
— Неа, — ответила я, — просто интересно, что думаешь ты.
— Думаю это какая-то целевая атака, которая должна была вырубить человеческую часть его охранных систем — ну вот, я и сам как вы заговорил!
Я ободряюще улыбнулась:
— Возможно ты и прав. Кто бы её ни запустил, явно не хотел, чтобы стало известно, что с ним случилось или кто сюда наведывался.
— Да, но понять не могу, как они это сделали и не похерили всю систему. Ведь картинка восстановилась менее чем через пять минут. А по идее такая атака должна была вынести вообще всё.
— Запускай, — сказал Зеро.
Мы с детективом весело переглянулись. От него «запускай» звучало почти так же забавно, как и «с бухты-барахты».
— Смотри на экран, Пэт, — холодно проговорил он, — ты здесь ради дела, а не для того, чтобы хихикать.
От его слов я заулыбалась только шире, но всё же уставилась в монитор и вовремя: железный офисный шкаф пролетел через комнату и врезался в полки с играми.
— Естественно, — буркнула я, потому что феи, просочившиеся в комнату, не нуждались в такой показухе. Они просто хотели загнать парня в угол и хорошенько запугать.
Не сдержалась и расхохоталась от выражения на их лицах. Группа обычных с виду людей озирается по сторонам, будто не веря, что кто-то умудрился их обставить.
— Ну, — сказала я, — зато теперь мы знаем, что они считают его человеком.
Если бы я не знала, сказала бы, что и они тоже люди: они бы не спрятали свой истинный облик от фотоаппаратов, но видео — совсем другая песня. Так бы и решила, если бы не увидела, как они буквально просочились сквозь стены и влетели в дверь, и не подметила, что все они какие-то уж чересчур заурядные и одинаковые.
Но я-то знала.
— Отличное замечание, — медленно проговорил Зеро, когда Запредельные на экране очухались и начали обшаривать помещение, — они были уверены, что он не покинет комнату при помощи Между. Думали, что поставили его в невыгодное положение.
— Так ведь дом подсоединён к Между. Разве они не ожидали, что он этим воспользуется? — спросила я.
— На людей настроен только первый этаж, — объяснил Зеро, — наверху же всё так, как и должно быть.
— Соглашусь с питомцем: судя по всему наш объект старательно прикидывался человеком, — подал голос Атилас, — он использовал каждое малейшее преимущество, чтобы максимально облегчить побег.
— А я хотел бы знать, — задумчиво проговорил детектив Туату, — почему они не избавились от записей, который мы смотрим. Ведь могли хотя бы отключить сами камеры, чтобы не искать комнату охраны.
Я заулыбалась и спросила Атиласа:
— Сам ему скажешь или мне объяснить?
— Обычно Запредельные не возятся с человеческими охранными системами, — объяснил он.
— То есть они не умеют ими пользоваться, — возликовала я, — вообще удивительно, что они отрубили камеру хотя бы на время. Скорее всего решили, что всё получилось с первого раза и даже не подумали проверить. Ну а если бы даже и засомневались, то вряд ли бы забеспокоились из-за какого-то местного копа, который бы увидел их ложные человеческие обличия.
— К сожалению это так, — согласился Атилас. В его карих глазах появилась лёгкая усмешка. — Однако замечу, что Вышестоящие определённо… ммм… заинтересовались людьми, и мне не кажется, что тебя это очень радует.
— Ну, — ответила я, — тогда в этот раз Вышестоящие, как ни странно, точно не участвуют. Они бы куда лучше разобрались с человеческими связями, да и от записей бы точно избавились.
— А меня, — ткнул в монитор Зеро, — интересует вот что.
На экране появилась одинокая фигура. Детектив Туату не останавливал запись, и всё это время группа Запредельных методично переворачивала комнату вверх дном: всё, что можно переворачивалось и передвигалось, игры и компьютерные запчасти разбрасывались по полу. И вот надругательство над интерьером закончилось, вандалы убрались восвояси, а после из дальней стены и вышел новый персонаж.
— Любопытно, — прямо промурлыкал Атилас.
— Э! — одновременно с ним удивлённо воскликнула я. — Да это же наш золотой лошок!
Джин Ён утробно гоготнул и наклонился через моё плечо:
— Думаю, это неофициально.
— Не лучше ли сказать, что это скорее не официально одобренное посещение? — пробормотал Атилас. — Не сомневаюсь, Семья в курсе, вне зависимости от того, знает ли об этом король.
Я ошарашенно глянула на Зеро:
— Выходит это не Силовики? Неужели не соврали и тоже его ищут?
Такого я не ожидала. Было очевидно, что если не Вышестоящие, то в этом должны быть замешаны Семья или Король Запределья.
— Это лишь значит, что они сделали это неофициально, — проговорил Зеро.
— Если бы я хотел хорошо выглядеть в глазах общества, — задумчиво, с ностальгией в голосе сказал Атилас, — я бы устроил всё под покровом тьмы, появился бы на месте в официальном качестве значительное время спустя после происшествия, чтобы продемонстрировать честность намерений и то, что сам я никоим образом не причастен. Я бы позаботился о том, чтобы расследование началось почти две недели спустя — так все вокруг будут знать о моей невиновности и не увидят меня за работой. Наконец, я бы внимательно приглядывал за вспомогательным расследованием и вовремя направлял его в нужное русло.
— А как насчёт таких же как ты? — поинтересовалась я. — Их-то так не проведёшь.
— Дурная слава сама по себе не плоха, — ответил он, — тем более, если пользоваться ею грамотно. Разумеется, важно не давать поводов для обвинений, но в то же время необходимо оставлять достаточно намёков, чтобы были повторные обращения. Подозрения, в конце концов, не доказательство.
— Ага. То есть мы не знаем, подлизывается ли наш золотой лошок к королю или Семье, прикончив нашего типчика, или с ним разобрались первые ребята, или он таки сбежал.
— К сожалению так, — сказал Зеро и повернулся к детективу. — Есть ещё что-нибудь?
— Пока это всё, — сказал детектив, — но здесь комната выглядит так же, какой видел её и я, так что вряд ли найдётся что-то ещё. У Пэт есть копия записи из этой комнаты, плюс копии с остальных экранов за неделю до и за две после происшествия.
— Должно быть что-то ещё, — сказала я.
— Слишком много материала, — сказал он, — можно просматривать неделями, если не ориентироваться на конкретное время, и то толк будет только если в кадре вообще что-то происходит.
— Это ничего, — сказала я, — главное копия есть. Приду домой, потихоньку и просмотрю.
— Тогда забирай копию и отправляйся домой, — сказал Зеро.
Я зыркнула на него:
— Выходит, вы тут все со мной и детективом тусили из-за того, что на улицах сами-знаете-кто?
— Мы ожидаем ещё одного инцидента, — ушёл от ответа он.
— Что за сами-знаете-кто? — спросил детектив.
— Если не знаешь, не могу тебе сказать, — ухмыльнулась ему я, а потом до меня дошли слова Зеро. — Хочешь сказать, будет ещё…
— Ещё одно тело, — подтвердил Зеро, — близко и скоро.
Детектив Туату всполошился:
— Ещё одно тело? Почему ещё одно?
— Ты, — сказал ему Зеро, — со мной, хочу тебе кое-что показать. Ты, Пэт, домой.