Тьма библиотеки дала нам всего миг передышки, чтобы найти укрытие, и тут щёлкнул свет.
Кайтриона и я нырнули за витрину с картой, уткнувшись в её громоздкую стойку. Олвен скользнула за статую, прижалась к стене ниши.
— …буквально на секунду… — донёсся мужской голос. Из коридора с ним вплыли музыка и смех. Интонация мгновенно переменилась: — Какого чёрта вы здесь делаете?
Кайтриона вцепилась мне в запястье, встретилась взглядом — молчаливый вопрос. Я рискнула: сместилась и выглянула из-за стойки.
— А на что это похоже? — протянул Эмрис.
Сердце подпрыгнуло к горлу; пальцы вжались в пушистый ковёр под нами.
— О… боги, простите, я не понял… — по акценту Опустошитель был из лондонской гильдии. — Я не сразу узнал вас, мистер Дай.
Тот чуть не блеял почтительностью — ещё удар сердца, и он бы пал ниц.
— Уирм в курсе, что вы здесь? — продолжил он, голос осел от ледяного молчания Эмриса. — Он мне сказал, что ваш отец не прислал отказ, так что мы не были… уверены.
Эмрис вышел из-за стеллажей, обняв Неву за плечи. Она склонила к нему голову, обвив его за талию.
— Держать чуть-чуть тайны — всегда весело, правда? — сказал он.
— Ну… да, — сказал мужчина, оглядывая их — Эмрис в одежде для вылазки, Нева в джинсах, свитере и тёмно-пурпурной куртке, никак не black tie, указанному в приглашении.
Я едва удержалась, чтобы не прыснуть: они специально растрепали волосы и одежду, будто их застукали в полутьме библиотеки «на полпути». Опустошитель был то ли слишком вежлив, то ли слишком напуган, чтобы это комментировать.
— Это… — Эмрис прикрыл заминку обожающим взглядом на Неву, и смеяться мне расхотелось. — Это Вайолет.
Вот его игра, подумала я. Притворяться.
Нева подхватила момент ледяно-уверенно: срезала протянутую руку одним разрушительным взглядом.
— Очарована. Уверена.
Когда Опустошитель опустил глаза, подбирая слова и явно забыв, зачем пришёл, Нева метнула на Эмриса взгляд. Дёрнула подбородком на куртку, беззвучно: Вайолет? Серьёзно? Он беспомощно пожал плечами.
— Провести вас к хозяину? — спохватился мужчина. — Уверен, он будет… рад снова видеть вас. И плащ, конечно, захочет показать…
— Отлично, — сказала Нева с показным раздражением. — Мне уже наскучило.
Брови Эмриса поползли вверх; он сдержал смешок.
— Тогда прошу, — сказал Опустошитель. Серебряной вспышкой блеснул значок на лацкане, когда он распахнул дверь, — и Эмрис дёрнулся. Он прижал Неву ближе, пальцы сильнее стиснули её плечо.
— Ничего себе у вас значок, — сказал он на полтона громче. С подчеркнутым смыслом.
Я вгляделась, щурясь, когда мужчина в удивлении повернулся к Эмрису. На значке была ладонь с голой ветвью, отлитая из серебра.
Дыхание застыло в груди.
Тот же самый знак, что я видела у отца Эмриса и у Септимуса Ярроу за недели до нашей дороги в Авалон.
Но и значок, и нарастающая тревога отступили на второй план, когда Нева поймала мой взгляд через плечо. Дверь закрылась за ними, впуская их в праздничный водоворот, и она едва качнула головой: Идите.
Свет автоматически погас, снова окунув нас во тьму. Через миг Кайтриона рванулась следом, но я перехватила её руку.
— Пошли, — прошептала я. — Сейчас наш шанс.
Кайтриона круто обернулась, зашипела:
— И оставить её с ними одну?
— Придётся, — ответила я. — Мне это тоже не по душе, но она справится.
Кайтриона не дрогнула.
— Чем скорее найдём Зеркало, тем скорее вернёмся за ними, — рассудила Олвен, хотя и звучала не вполне убеждённо.
— Эмрис сказал искать Теннисона, «Идиллии короля», — добавила я. Увы, мы понятия не имели, зачем.
Кайтриона резко выдохнула носом, но всё-таки заставила себя присоединиться к нам у полок.
— О, здесь! — окликнула Олвен. Она стояла у шкафа справа от камина; пальцы скользили по старым тканевым корешкам. И почему-то ещё до того, как она дёрнула книгу, я знала, что будет дальше.
С чудовищным скрежетом камин — вместе с мечами, полкой, со всем — ушёл вниз, и за ним открылись совсем современные серебристые двери лифта.
— Великая Мать, — выдохнула Олвен, заглядывая из-за шкафа, широко раскрыв глаза.
— Ладно, — признала я нехотя. — Это было слегка круто.
Кабинка оказалась крошечной — максимум на двоих — и с одной кнопкой.
— Встретимся внизу, — сказала я и буквально запихнула колеблющихся Кайтриону и Олвен внутрь. Отступила, чтобы держать вход библиотеки под контролем. Двери лифта закрылись.
Зачем он указал на значок? — вернулась мысль. В ту минуту — неподготовленный, настоящий испуг на лице Эмриса.
Двери снова распахнулись. Кайтриона и Олвен стояли там, сбитые с толку. Я уставилась на них и поняла промах.
Кайтриона топнула:
— Вниз!
— Пожалуйста? — добавила Олвен, задрав голову к потолку, на случай, если так сработает.
Я щёлкнула книгу на место и успела перепрыгнуть через каминную нишу прежде, чем тот снова отрезал бы лифт от комнаты.
— Простите, забыла, — прошептала я, втискиваясь к ним, к чёрту ограничение по весу, и подалась вперёд, чтобы датчики приняли двери. На ощупь перебрала кнопки аварии и вызова и нажала ту, что с надписью Cellar.
Кайтриона выставила руки, удерживая нас, когда лифт затрясся и пошёл вниз.
— Это называется «лифт», — пояснила я, наблюдая, как их страх сменяется любопытством. — Альтернатива лестницам. Он ещё и поднимается.
— О, — сказала Олвен, слишком явственно соблазнённая пультом с кнопками. — Чудесно!
Кайтриона выглядела готовой разжать двери силой:
— Ненатуральная штука.
— Но удобная! — сказала я, пожалуй, слишком бодро.
По счастью, спуск в подвал был коротким. Прежде чем мы вывалились в узкий каменный коридор, я обернулась к Олвен:
— Достанешь из переднего кармана моей куртки маленький бархатный мешочек, красный?
— Что это? — прошептала Олвен, поднимая мешочек. — Оно… на ощупь…
— Тёмное, — закончила Кайтриона.
Я взяла мешок, высыпала истощённые кристаллы на ладонь. Заперттая в них магия вибрировала кожей.
— Возьмите по одному.
Олвен поднесла свой кристалл к глазам, разглядывая рябь света, пойманную внутри кварца.
— Они впитали магию проклятий, — объяснила я. — С собранной «грязью» будут мешать электронной системе охраны внизу, в том числе камерам.
Будто говорила на непонятном языке.
— Электронной… камерам? — переспросила Олвен, смакуя непривычные слова.
— Обещаю, потом всё объясню, когда мы не будем на грани кражи, — сказала я. — Держитесь у меня за спиной и сразу зовите, если увидите какие-нибудь странные знаки на стенах…
Кайтриона немедленно ткнула в светящийся знак аварийного выхода: человечек бежит от огня к открытой двери.
— Уточню: странные сигилы — такие, как вы уже видели в проклятьях.
— Поняла, — шепнула Олвен и с воодушевлением принялась искать.
Кристаллы сбивали поле, автоматические датчики света не срабатывали, и нас накрыла тьма, пока Олвен не издала мягкое «м-м» и щёлкнула — на кончике пальца вспыхнул крошечный синеватый огонёк. Мы прошли по короткому коридору в главный зал подвала.
Нас встретили бочки виски и стеллажи с вином. Я медленно обошла помещение, просканировав каменные стены в поисках дверей или сигилов. Нахмурилась ещё сильнее.
— Мы точно в нужном месте? — спросила Кайтриона.
— Даже близко не уверена, — буркнула я, заново раздражаясь на то, что Эмрис ухитрился подставить и себя, и Неву. Вот так «польза».
— Зато тут тепло, — сказала Олвен, потирая руки.
На самом деле — нет. Никаких вентиляционных каналов: зимний холод сочился через фундамент. Но, обойдя её, я и сама ощутила: воздух потеплел, словно кто-то дышит нам в лицо.
Я попятилась к ближайшей стене, вытянув ладонь, чтобы не потерять тёплую струю. Проверила пол — и на этот раз заметила упущенное: половина сигила была вырезана как раз у стыка пола со стеной и подкрашена под плитку.
— О, — сказала я. — Какой же ты хитрец, Уирм.
— Что там? — спросила Олвен.
Я не устояла перед желанием показать. Подошла к стене, вытянула руку, и вместо камня ладонь прошла насквозь, словно там был воздух.
Так и было. Переступив «порог», я увидела вторую половину сигила миража и шагнула в настоящее хранилище.
— Господи боже, — прошептала я.
Это был не зал, а склад — и не только реликвий: произведения искусства, статуи античности, мебель, как будто снесённая из дворца очередного обезглавленного короля.
После пыльных старых хранилищ и архивов вывалиться в такое современное — почти футуристичное — пространство было непривычно. Вокруг гладкий металл и чистые линии. Витрины с реликвиями мягко подсвечены и с поддержанием температуры, сверху стальные решётки и поверх охранные чары.
Пока глаза привыкали к полумраку, я снова проверила стены и пол: нет ли ещё сигилов, что сработают как сигнализация, ловушка — или хуже.
— По коврам не ступать, — велела я. — Под ними могут быть сигилы.
— И что это всё? — спросила Олвен, подняв огонёк выше. Ряды столов и стульев тянулись вдоль проёмов.
— Их настоящая библиотека, — ответила я. — И склад находок. Большинство гильдий держатся легендарных, «волшебных» реликвий, не распыляясь на бесценный антик и человеческие «сокровища». Лондонцы, похоже, распахнули сетку шире.
— Эй?
Голосок был тихий и сладкий, как у певчей птицы. На миг я подумала, что он сверху — из зала вина, — но Кайтриона вскинула ладонь, останавливая нас.
— Эй? Здесь кто-то есть?
— Да, — отозвалась Олвен раньше, чем я успела остановить. — Где ты?
— З-здесь.
Голос тут же стал таять, будто его засасывала мгла. Мы двинулись на звук: мимо решётчатых витрин, мимо стеллажей с Имморталиями в тёмный конец зала, где высокий предмет скрывала толстая ткань. Кайтриона ухватила её и одним рывком сорвала.
Зеркало пред нами разверзлось во всей высоте: серебряная рама, увитая зверями всех видов — драконами, единорогами, львами, соколами, оленями. Но мы не увидели ничего этого. По крайней мере, сразу.
Когда по ту сторону стекла на нас глядела бледнолицая девочка, дрожащая от страха.