Монотонное, непрекрещающееся тиканье часиков в моей голове толкало скорее перевести наши с Габриэлем теоретические рассуждения в практическую деятельность. Нет, я могла бы разговаривать с ним так часами. С тех пор, как Тейлор не стало, он ближе всех к званию моего лучшего друга. Проводить с ним время так же легко и естественно, как дышать. Но увы, впереди ещё долгий путь.
– Предлагаю начать этот… процесс сегодня, что скажешь?
Мои щёки порозовели от слишком прямого вопроса. Я не знала, как лучше сформулировать, и в итоге выдала нечто неловкое. Наверное, если быть до конца откровенной хотя бы с самой собой, часть меня – маленькая, совсем крошечная – уже дрожит от предвкушения. Ей не терпится начать «процесс». На свете нет ничего волнительнее и приятнее укуса Воскрешённого, ни одно лекарство не оказывает такого исцеляющего эффекта и не придаёт столько сил, как их кровь. Я совру, если скажу, что в этом нет ничего заманчивого.
Пусть даже и с Габриэлем.
Его взгляд метался между моим лицом и шеей, туда-сюда, снова и снова.
– Я думал, ты захочешь сначала поговорить с Трейсом, – сказал он так, будто очень надеялся на отсрочку.
Вот только мне уже было не до того, чтобы анализировать его тон. Я скривилась от ощущения, как всё внутри меня скукожилось при звуке имени Трейса. Не нужно быть Провидцем, чтобы предсказать его реакцию: он однозначно будет против этого плана. Идея, что я свяжу себя ещё с одним вампиром ради спасения другого мужчины, в которого я влюблена, явно не понравится Трейсу ни под каким соусом.
– Я не знаю, стоит ли ему вообще говорить об этом, – произнесла я, проводя указательным пальцем по линии на деревянной текстуре стола.
Габриэль поморщился.
– Не смотри на меня так, – возмутилась я, резко выпрямляя спину. – Он даже не читает моих сообщений. Не думаю, что вывалить на него эту информацию – лучший способ настроить его на общение. К тому же он и так узнал слишком много, над чем ему нужно подумать.
Я продолжала бормотать одну отмазку за другой. Пускай Трейс уже который день не выходит на связь, я знаю, что с ним происходит. Он пытается справиться с обрушившейся на него информацией, и я его не виню. Живёшь себе, живёшь и вдруг узнаёшь, что ты был сосудом Люцифера и погиб от рук собственной девушки. Да после такого даже людям с самой крепкой психикой нужно взять перерыв.
– Ты пытаешься убедить меня или себя?
– Обоих, – честно призналась я.
– Не давай ему ещё одной причины утратить к тебе доверие, Джемма.
– Да уже поздно, Габриэль! – рявкнула я на него, как будто он в этом виноват. Но нет, конечно же. Вина целиком и полностью лежит на моих плечах.
Сердце заныло при мысли о плачевном состоянии наших с Трейсом отношений. И всё же я сильно сомневалась, что честный рассказ о моих намерениях хоть как-то поможет восстановить растоптанное доверие. Да и какой ценой? Ещё одна тяжкая ноша на его плечи? Ещё один повод для переживаний? Ещё один страх, заполоняющий его сердце и разум? Я не желаю ему этого. Только не Трейсу. Только не после всего, через что ему пришлось пройти.
Он и так уже ходит по грани. Я не стану толкать его.
– Можно задать личный вопрос? – серьёзный голос Габриэля отвлёк меня от мрачных размышлений.
Рой взволнованных бабочек тут же встрепенулся в моём животе.
– Думаю, да.
– Что ты будешь делать, если это сработает?
Я моргнула, сбитая с толку его вопросом.
– В каком смысле?
Он молча смотрел на меня, и от его пристального взгляда у меня зашевелились волосы на затылке.
– Давай представим самый оптимистичный сценарий: всё получилось точно по плану. Мы сформировали кровную связь, разорвали твои узы с Домиником, и тебе каким-то образом удалось включить его эмоции.
Хоть бы, хоть бы!
– Твои слова да Богу в уши.
Он кивнул.
– А потом что?
Я хлопала глазами, всё ещё не понимая, что именно он хочет услышать.
Габриэль откинулся на спинку стула. Хмурясь, он пытался подобрать слова, чтобы донести свою мысль.
– Трейс влюблён в тебя.
– Да, я в курсе.
– И если Доминик включит свои эмоции, он, естественно, снова будет влюблён в тебя.
– Верно.
Тревожное чувство охватило меня, как будто чья-то рука ворвалась в мою грудь и сжала сердце железной хваткой.
– То есть в тебя одновременно будут влюблены двое.
– Ну… д-да, – запнулась я, начиная улавливать его мысль. Стоило догадаться, что он заговорил об этом неспроста. Если уж Габриэль затронут эту тему, значит, на то есть причина. – Полагаю, что так.
Его взгляд смягчился, и я увидела в нём сочувствие.
– Ты ведь понимаешь, что рано или поздно тебе придётся выбрать кого-то одного.
Выбрать одного?!
С тем же успехом он мог бы вылить на меня ведро ледяной воды. Мне на секунду захотелось свернуть ему шею. Ну, то есть, да, конечно, мне придётся сделать выбор. Не могу же я остаться с обоими, да? И уж точно я не собираюсь мучить их до конца жизни. Разумеется, я должна выбрать одного, я это понимаю… в теории.
Но как вообще можно выбирать между одной большой любовью и другой, если я беззаветно люблю их обоих, хоть и совершенно по-разному? Даже мысль о том, чтобы уйти от одного из них, слишком невыносима, чтобы рассматривать её всерьёз.
От всего этого разговора мне стало дурно. Конечно, я так далеко не заглядывала. Теоретически можно рассуждать сколько угодно, но реальность – совершенно другое дело. Я не могу даже думать об этом, не могу представить себе дальнейшее развитие событий. Сейчас имеет значение только одно: спасти их обоих, вернуть ко мне, а дальше уже разберёмся.
– Я не могу сейчас об этом думать, – решительно заявила я, напрочь игнорируя угрызения совести. – На дело это не влияет. Сначала надо им помочь.
– Но в конце концов тебе придётся выбирать. Если всё получится, ты никуда не денешься от этого выбора. Разве ты не хочешь заранее подготовиться?
Мотаю головой. Нет, даже не собираюсь.
– Мы не знаем наверняка, сработает ли план и что будет с чувствами Доминика ко мне. А Трейс… Он сейчас со мной даже не разговаривает. Кто знает, может, эта история с Люцифером стала для него последней каплей. Может, весь этот разговор вообще не имеет смысла. Может, мне даже не придётся выбирать между ними, потому что они всё решат за меня.
– Ни один из них так просто от тебя не откажется, – возразил Габриэль.
– Ты не можешь этого знать… и зачем ты усложняешь?
– Я всего лишь задаю вопросы, которые ты должна задать сама себе.
– Ну, как видишь, у меня к себе нет вопросов! Да, я отрицаю реальность и убегаю от проблем и, так уж вышло, меня это полностью устраивает в данный момент. А теперь можешь заткнуться и просто укусить меня?
– Джемма, – упрекнул он. Его лицо помрачнело от негодования.
Нет, мне не стыдно. Эта дискуссия свернула не туда, зашла на запретную территорию, и я не позволю ей разгуливать здесь дальше.
– Ты просто оттягиваешь неизбежное, – обвинила я, переводя стрелки. – И мы теряем драгоценное время. Всё это будет неважно, если мы сначала не найдём способ помочь им.
Он вздохнул, его пытливый взгляд потяжелел, но в итоге кивнул.
Похоже, что во всей этой сумбурной болтовне я каким-то образом нашла нужное направление и убедила его. Мысленно погладила себя по головке.
– Спасибо. А теперь давай уже, пожалуйста, перейдём к делу? – попросила я, снимая резинку с запястья и собирая волосы в растрёпанный пучок, чтобы не мешались. Я уже сыта по горло этими разговорами и не могу больше ждать. У меня есть план, и пусть хоть небеса разверзнутся, я буду следовать ему. – Где тебе удобнее: на кухне или в гостиной? – спросила я, вставая со стула и не сводя с него настойчивого взгляда. Моя тень возвышалась над ним, словно неприступный страж.
Взгляд Габриэля прошёлся снизу вверх, останавливаясь на моём лице. Габриэль прочистил горло.
– Где хочешь.
Я оглянулась по сторонам и задумалась на секунду. Обмен кровью с Домиником всегда был личным, интимным… я бы даже сказала эротичным процессом. Не желая провоцировать все те ощущения и воспоминания, я решила, что лучше держаться поближе к плошкам и поварёшкам.
– Здесь нормально.
Кивнув, он поднялся со стула. Внезапно оказалось, что теперь он нависает надо мной. Я кое-как сдержала инстинктивное желание боязливо отступить. Это же Габриэль! Мой наставник, мой друг, я ему безоговорочно доверяю. Подумаешь, у него снова расширились зрачки. Подумаешь, он сжимает и разжимает кулаки, как будто у него нервный тик. Он просто готовится к важному, ответственному заданию, только и всего.
– Джемма?
Я шумно сглотнула и посмотрела ему в глаза.
– Что?
– Не передумала?
Его взгляд искал что-то на моём лице.
Я сглотнула бетонный ком в горле и покачала головой.
– Нет, – твёрдо, насколько это вообще возможно, ответила я. Даже будь у меня сомнения, я бы не призналась в этом ему. Он и так в любой момент готов соскочить. Не стоит ему знать, что я тоже нервничаю из-за всего этого. – Хватить тянуть время.
Он кратко кивнул, глядя на меня ещё несколько секунд. В его глазах смешались все уже знакомые эмоции: беспокойство, тревога… и даже голод. Но было в них и ещё что-то. Что-то, очень похожее на грусть. Не такого взгляда ожидаешь от вампира, которому вручили абонемент на большую дозу крови Воина.
Я наклонила голову вбок, изучая его.
– Почему ты смотришь на меня так, будто я только что у тебя на глазах убила щеночка?
– А ты как думаешь? – хрипло ответил он вопросом на вопрос.
Я задумалась об этом на мгновение, и плечи сами собой поникли.
– Ты не хочешь этого делать, – догадалась я. Мне даже не нужно его подтверждение. Это и так читалось по его лицу. – Слушай, я понимаю, что сильно давлю на тебя и особо не оставляю выбора, но мне бы не хотелось, чтобы всё было так, Габриэль. Я как будто принуждаю тебя, а мне не…
– Не в этом дело, – тихо произнёс он, перебивая меня.
– Ох. – Я испытала некоторое облегчение и в то же время озадачилась вновь. – Тогда в чём же?
Он отвёл взгляд, словно ему было стыдно смотреть мне в глаза. Но чего ему стыдиться? Это было моей инициативой, а не его.
И тут меня осенило.
– Это из-за того, что тебе самому… хочется? – тихо, осторожно спросила я. – Ну, выпить моей крови?
Его мышцы челюсти были сильно напряжены. Взгляд скользнул к пульсирующей венке на моей шее и задержался там.
– Больше, чем я мог бы признаться.
– Оу.
Мои щёки вспыхнули, сама не знаю почему.
Он снова посмотрел мне в глаза.
– И я не знаю, как к этому относиться.
До меня не сразу дошло, что он ждёт ответа от меня. Какого-то оправдания.
– Ну, на мой взгляд, это вполне… нормально, – кратко ответила я, пожимая плечами. Не знаю, что ещё тут можно сказать.
В конце концов, он же Воскрешённый. Для него жажда крови вполне… естественна. И не только жажда, но и удовольствие от процесса. Но Габриэль так долго и успешно подавлял эту свою сторону, что перестал испытывать что-либо, кроме чувства стыда и вины. И это довольно грустно, если подумать.
– Тебе не нужно корить себя за это, Габриэль. Только не со мной. К тому же я тоже этого хочу. – Понимая, как ужасно это прозвучало, я поспешила добавить: – В смысле, оно так и задумано, чтобы мы хотели этого, иначе никто бы не согласился.
По крайней мере, добровольно.
Габриэль снова одарил меня долгим взглядом, желваки напряжённо двигались. Время тянулось мучительно. Я прочистила горло и попыталась снова вернуть разговор в нужное русло, пока мы оба не одумались.
– Даже не парься об этом, – сказала я, отмахиваясь, и натужно улыбнулась. – Мы не делаем ничего плохого. Тем более, мы делаем это ради благой цели.
– Точно, – согласился он, хотя не выглядел убеждённым.
Честно говоря, я тоже не была так уж уверена в этом.
Тем не менее, я приподняла подбородок и шагнула к нему.
– Так… что? Шея или запястье?
Габриэль скривился. Взгляд вновь прошёлся по моей шее и ушёл в сторону.
– Запястье, – буркнул он.
– Да, хорошо, согласна.
Будет лучше, если процесс останется максимально платоническим и деловым, насколько это возможно. Стараясь не обращать внимания на внезапно возникшее чувство стыда, я закатала рукав худи до локтя.
– Думаю, мне лучше сначала поесть, перед тем как мы начнём, – внезапно сказал Габриэль. Его голос прозвучал напряжённо, словно он говорил сквозь стиснутые зубы.
– Зачем? – спросила, недоумённо наморщив лоб.
– Чисто на всякий случай. Вдруг я не смогу…
– Остановиться? – договорила за него, когда он замолчал. – Да ты уже выпил целый пакет донорской крови в подвале, – напомнила я. Этого должно хватить ему до завтра. Учитывая, что он уже насытился, риск сорваться с катушек минимален. – Ты зря переживаешь, Габриэль. Всё будет в порядке. К тому же мы уже это делали. Это как катание на велосипеде…
Под конец я начала уже нести всякий бред.
– Не вижу ничего общего с катанием на велосипеде, – резко ответил он.
– Ага, это в тысячу раз лучше.
Он впился в меня взглядом.
О боже…
– Я произнесла это вслух? – спросила я. Мои щёки пылали. Я не дала ему времени на ответ. – Ой, забей. Просто расслабься, ладно? Ты справишься. Ты сейчас полностью себя контролируешь.
Я очень хотела, чтобы это было правдой. Чёрт, мне бы тоже не помешали слова поддержки.
Он сделал глубокий вдох и запустил пальцы в волосы. Я подняла руку с закатанным рукавом. Его взгляд тут же упал на моё запястье и остался там. Габриэль как будто больше не видел и не слышал ничего, кроме завораживающего пульса под моей кожей.
И тут его клыки удлинились. Моё сердце подскочило.
Этот момент настал.
Пути обратно нет. Вампир Габриэля вышел поиграть и уже неважно, готова я или нет. Остаётся лишь молиться, чтобы я не пожалела потом о своей безумной затее.