Когда Гастер ушел искать ингредиенты для заклинания, я провела время, расхаживая вперед-назад, напрягаясь и сообщая Сэм информацию, которую она пропустила.
— Теневой Зверь? — прошептала она, прежде чем захлопнуть рот. Она покачала головой. — Это слишком безумно, даже чтобы думать об этом. Я не понимаю, как ты жила такой жизнью, и как все это было у тебя отнято.
— Гастер говорил об этом очень расплывчато, — сказала я, думая так напряженно, что голова начинала болеть. — Думаю, это потому, что он не присутствовал при большинстве всего того дерьма, что произошло. Наверное, он не хочет давать мне неверную информацию.
— Неужели возвращение памяти так важно, что даже можно рискнуть здоровьем?
Она казалась неуверенной. Я не могла ее винить, но, как и наш друг гоблин, она не пыталась меня отговорить. Мы все были взрослыми людьми, способными принимать собственные решения, и было приятно, что мне не приходилось объяснять свои доводы. Они поняли. И я чувствовала, что они оба приняли бы одно и то же решение.
— К тому времени, как Гастер вернулся, мы с Сэм успели спасти двадцать книг — в основном целые тома о одной из великих войн фейри — и аккуратно сложили их рядом.
— О, спасибо вам! — воскликнул Гастер, поспешно подбегая с полными руками пергаментов и баночек. — Потери здесь просто катастрофические. Бесценные знания, накопленные десятью мирами за тысячи лет…
— Честно говоря, это чуть не вызвало у меня рвоту. Теневой Зверь много за что ответит, даже если в тот момент он был не совсем в своем уме.
— Ты уверена? — Гастер спросил в последний раз и начал раскладывать свои вещи на полу.
— Я готова, — убежденно сказала я.
В действительности я боялась, потому что альтернативой было уйти из этого мира, не получив ответов на все вопросы, которые я искала, и вернуться к Торину и Торме. Чертовски тяжелый выбор, ребята.
— Мне нужно, чтобы ты легла в этот круг, — сказал Гастер, и я заметила, что за считанные секунды он успел начертить очень сложный круг из изображений и символов белым мелом.
— Это называется магическая сфера, — объяснил он. — Она защитит тебя и нас от того, что… — он прочистил горло — может появиться при разрушении этого связывающего твою память заклятия.
Зловеще, но не удивительно. Гастер не показался мне человеком, склонным к истерике, и в его голосе, когда он рассказывал об этой процедуре, было слышно неподдельное беспокойство. Сфера заклинаний была отличным выбором.
Сэм потянулась и схватила меня за руку, когда я проходила мимо.
— У тебя получится, — прошептала она. — Я знаю, что бы тебе ни бросили, ты поймаешь это и бросишь обратно еще сильнее.
Я сжала ее руку в ответ.
— Спасибо.
Наши взгляды встретились, и, хотя она выглядела обеспокоенной, беспокойства было значительно меньше, чем непоколебимой уверенности в ее взгляде. Она думала, что я смогу это сделать, и я была полна решимости доказать ей это.
Когда я была готова, то вытянулась в круге, его размер был идеален для меня. По моей коже пробежало покалывание силы, быстрое, как электрический разряд. Гастер продолжал рисовать вокруг меня образы, и когда он приблизился к последним участкам магической сферы, энергия окутала меня.
— Сфера завершена, — сказал Гастер приглушенным голосом, будто между нами в буквальном смысле существовал барьер. — Соберись, Мера Каллахан.
Я закрыла глаза стараясь держаться изо всех сил, вцепилась пальцами в пол. Шансы удержаться были слабыми, но я все равно чувствовала, что это якорь, удерживающий меня на месте. Гастер начал напевать, слова становились все громче, пока не разнеслись эхом по всей библиотеке.
Песнопение проникло в мой мозг, вращаясь и набирая силу и громкость. В конце концов, когда мне показалось, что моя голова вот-вот взорвется, и я была на грани крика, последние слова Гастера откликнулись во мне.
Отклик, который становился все глубже, и мое тело вибрировало вместе с ним, будто каждая клеточка моего тела подпрыгивала и набирала скорость. Мое тело оторвалось от земли, и сфера заклинаний была единственным, что мешало мне полностью отключиться.
— Держись, Мера! — закричала Сэм, когда дрожь усилилась. — Ты почти у цели.
Веря, что она знает что-то, чего не знаю я, я крепче закрыла глаза и перестала бояться неизвестного. Я отдалась заклинанию и позволила ему сделать свою работу. Вибрация усиливалась, пока в моем мозгу не воцарился сумбур. Я не могла вспомнить, кто я, где я и почему я вообще здесь оказалась. Но я определенно помнила, как кричать.
Когда боль стала невыносимой, крики вырывались из моей груди и изо рта, продолжаясь часами, днями, неделями. Боль за болью. Ломая разум и тело. Линии света пронзали меня насквозь и окружали, когда щит, скрывавший мои воспоминания, был разорван на куски. Но боль продолжилась.
Рыдания.
Крики.
Потерянная. Одна.
Тень…
Тень…
Тень.
Где Тень?
Моя душа кипела эмоциями — таких я никогда раньше не ощущала. Эти чувства затмевали и уничтожали даже боль в теле. Теневой Зверь. Он не был моим врагом. Не был тем, кто украл у меня воспоминания.
Он был для меня… всем.
Пламя бушевало во мне, когда моя сила вырвалась на свободу из своей клетки, заполняя сферу и покрывая все мое тело. После этого боль утихла, и, в конце концов, мои крики прекратились, и я, наконец, обрела покой.
Нежное прикосновение к плечу вырвало меня из темноты, и, когда Гастер произнес мое имя, я резко вскочила, в голове у меня стучало, отбойным молотком, когда на поверхность всплыло еще больше воспоминаний.
— Ты прошла через это, — сказал Гастер, продолжая тихо говорить, — и твои воспоминания вернутся, как только твой мозг заживет.
Как у оборотня, моя черепно-мозговая травма должна была зажить за считанные секунды, но, по-видимому, то, что со мной сделали, было гораздо глубже, чем обычно. Потребовалось по меньшей мере десять минут, чтобы грохот прекратился, и когда я наконец подняла голову и оглядела, разрушения, которые, поразили меня настолько, что только в этот момент я смогла по-настоящему осознать их.
— Моя библиотека, — ахнула я, а затем разрыдалась, закрывая глаза руками и пытаясь сделать глубокий вдох. Когда я посмотрела на Гастера, выражение его лица было таким же разбитым, как и у меня. — Я скучала по тебе, — прохрипела я. — Я забыла о тебе.
Он наклонился вперед и обнял меня, прижимая к себе раз в десять сильнее, чем можно было ожидать от него.
— Я тоже скучал по тебе, Мера. Мы придумаем, как все исправить.
Воспоминания продолжали возвращаться, в основном неровными образами, и мне приходилось работать с ними медленно, потому что наплыв был ошеломляющим
— Мы были в Царстве Теней, — пробормотала я, — и мы только что победили Иксану, пару Тени, которая положила начало целой серии событий две тысячи лет назад… — Мои слова замерли, когда я нашла последний ключ к своей истории. Последнее предательство.
— Это была Дэнни, — прошептала я. — Дэнни мама Тени и богиня, рожденная Нексусом. Она пыталась спасти нас. Она съела могущественный камень из Волшебной страны, чтобы Иксана не смогла им воспользоваться, но сила испортила ее. Изменила ее. Она превратила ее в гибрид феникса и богини, одержимый поддержанием равновесия. Для нее это означало, что мне нужно вернуться к оборотням и стать альфой.
Чем больше я говорила об этом, тем отчетливее становились воспоминания. Я быстро пересказала все Сэм, чтобы она тоже понимала, что происходит.
— Богиня, — выдохнула она. — Богиня, которая все еще полна решимости сохранить это равновесие? Что мы будем делать?
Я знала, что мне нужно было сделать. Что мне было нужно — время. И моя стая. Моя настоящая стая.
Трепет в груди возобновился, но на этот раз за этим не последовало ни страха, ни замешательства. Доктор Гугл ошибался, это был не сердечный приступ. Я чувствовала свою связь с Ангел. И зуд на моей ладони, в том самом месте, где раньше у меня была багровая отметина, означал Миднайт, связанного со мной тумана. Я чувствовала свою стаю, которая пропала где-то там, в системе миров.
— Где Тень, Ангел, Симона и Миднайт? — спросила я в спешке. Симона была в библиотеке, так что, скорее всего, ее память не пострадала, но остальные были в Царстве Теней вместе со мной. Я вскочила на ноги. — Гастер, пожалуйста, ты должен сказать мне, где они.
Он развел руками, на его лице отразилось отчаяние.
— Единственный, о местонахождении кого я знаю наверняка, это Инки. Очевидно, он все это время охранял коридор, ведущий с Земли в Царство Теней.
Как он и сказал, туман рассеялся, и на этот раз, когда я увидела его, ощущение, что за мной следует зловещее облако страха, исчезло. Это был мой Инки.
Он обвился вокруг меня, и я прижала его к себе так крепко, как только мола. Это было не по-настоящему, но казалось, что мы соприкоснулись.
— Инки, дружище. — Я всхлипнула. — О, боги, как же я могла забыть тебя? Ты все помнишь? Зажгись один раз, если да.
Оторвавшись от меня, он увеличился в размерах и дважды вспыхнул.
— Ладно, черт возьми. — Это затронуло даже туманы. Чертова Дэнни и ее сверхвозможности. — Но ты явно знал, что я не представляю угрозы, поэтому пропустил меня через дверь.
Он мигнул один раз.
Теперь это начинало обретать смысл.
— Инки и Миднайт связаны с Тенью и со мной, поэтому они были подвержены заклятию точно так же, как и мы.
Я испытывала чувство страха с тех пор, как проснулась в постели Торина, и хотя отчасти это было связано с этим скользким ублюдком, но оказалось что больше из-за Дэнни. Из-за того, что она сделала со мной и со всей моей стаей.
— Я должна найти Тень.
Это была потребность, переполнявшая меня до такой степени, что я готова была взорваться от нее.
Гастер покачал головой.
— Это не очень хорошая идея, Мера. Он уничтожил библиотеку и все двери отсюда. Хозяин — настоящий зверь, и… что, если он в гневе уничтожит и тебя?
Это была та части моей истории, о которой Гастер не знал, потому что его там не было.
— Тень не уничтожит меня, — уверенно сказала я. — Во-первых, я сильнее, чем ты думаешь. Я была рождена Нексусом… существом, похожим на Дэнни. Я связана с Тенью.
Во многих отношениях. Каждое прикосновение и поцелуй — наш первый поцелуй — горели в моей памяти ярким светом. Каждое мгновение, которое было у меня украдено.
— А во-вторых, я верю, что он покинул коридор, ведущий на Землю, целым и невредимым по очень конкретной причине, осознавал он это или нет. Я — единственное существо, которое может вернуть его обратно.
Гастер выдержал мой взгляд, но спорить не стал. Он кивнул, будто все это имело смысл.
— Ты — ключ к разгадке, — сказал он. — Слава богам, что ты не вернулась к жизни в Торме.
Вот тогда-то до меня и дошла истинная правда о том, что произошло. Теперь у меня был весь контекст, воспоминания, история.
— Как Дэнни могла так поступить? — прошептала я, пытаясь сдержать слезы. — Она знала, что моя стая сделала со мной. Она, черт возьми, знала. И она отправила меня обратно к ним. Обратно к Торину. Если бы я не доверяла своим инстинктам…
Я замолчала, представив, что могло бы со мной случиться, если бы я послушалась Джексона и всех остальных. Я бы легла в постель с альфой и никогда бы не узнала, что у меня украли.
— Камень солнечных лучей — не обычный волшебный камень, — сказал мне Гастер, беря меня за руку. — Очень немногие смогли бы выжить, находясь рядом с ним, не говоря уже о том, чтобы принять его как свою сущность. Искажение на самом деле было единственным концом истории Дэнни, и я боюсь, что по мере того, как у камня будет время по-настоящему утвердиться в своей власти, ее взгляды на равновесие будут только ухудшаться.
В некотором смысле, Дэнни тоже была жертвой, но пока она не хотела раскаяться в своих поступках, она стала еще и врагом. Чтобы справиться с этим врагом, мне нужна была моя стая.
— Ты поможешь мне выследить Зверя прямо сейчас?
— Да, — сказал Гастер. — Ты абсолютно права, и, думаю, то, что свело его с ума при утрате, — это ты. Именно ты можешь вернуть его к нам.
— Чертовски верно — сказала я.
Я многое потеряла в своей жизни, и то, что Дэнни сделала со мной, превзошло все это, но мне был дан второй шанс. Шанс, который я не хотела упускать.
Для начала, хватит притворяться, что я не влюблена в этого Теневого Зверя.
Отчаянно, безнадежно влюблена.
Зверя, которого я забыла головой, но никак не сердцем. Теперь я понимала, что именно Тень была главной причиной того, что Торин всегда казался избалованным, эгоистичным, слабым, капризным мальчишкой.
Теневой Зверь был каким угодно, но только не слабым.
Он был достоин больше всех остальных, и пришло время мне разыскать его… и заставить этого ублюдка отремонтировать мою библиотеку.
Сразу после того, как он трахнет меня.
Не буду врать, мое сердце и мое нутро затрепетали при одной этой мысли.