Джеймин Ив «Вынужденная» Глава 41
Когда я очнулась, то оказалась в большой ванне, окруженной теплой водой с красноватым оттенком, в месте, которое, как я могла предположить, было домом Люсьена. Знакомые руки с золотистой кожей обнимали меня за талию, прижимая к своему телу, и повсюду витал аромат вишни и дуба.
Меня окружало чувство безопасности, и оно было таким же опьяняющим, как его кровь.
— Что случилось? — спросила я хриплым голосом. — Как долго я была без сознания?
Боль прошла, и впервые с тех пор, как я съела эту еду, я снова почувствовала себя сильной и здоровой.
— Ты была без сознания полцикла сна, — сказал он, и было так приятно слышать его голос. — Мне пришлось почти до смерти тебя обескровить, чтобы вывести весь порошок из твоего организма. Извини, что я не мог спросить разрешения, но я подумал, что спасение твоей жизни дает мне право на это.
Мой смех был сухим и слабым.
— Да, тебе все прощаю. — Взмахнув рукой над ванной, я спросила. — Это моя кровь?
— Нет, — он крепче обнял меня, притягивая выше к себе. Мои изгибы снова утонули в его твердой силе. — Это моя кровь. Твоя кожа может впитывать мою энергию, и тебе нужно получить всю дополнительную энергию, чтобы восстановить силы. В дополнение к той крови, которую ты выпила.
Мой рот наполнился слюной, как у чёртова наркомана.
Люсьен поднял меня еще выше, и я наконец поняла, к чему он меня вел — изменить мое положение так, чтобы теперь я сидела на нем верхом.
Я встретила его взгляд черных глаз, когда он оскалил зубы.
— Кормись, — приказал он. — Я чувствую твой голод.
Моя волчица вырвалась наружу, прежде чем я успела ее позвать, на этот раз изменив челюсти и зубы. Люсьен наклонил голову в сторону, и я, не задумываясь, укусила его. Тихий стон вырвался из меня, когда я приняла его жизненную силу в себя, и какая-то часть меня начала паниковать из-за моей нынешней зависимости.
У меня никогда раньше не было такой зависимости — печенье «Орео» и лакрица не в счет. Меня пугала мысль о том, что мне скоро придётся отвыкать от Люсьена, но если этого не произойдёт, я могу потерять всякое желание сопротивляться.
Если бы однажды он исчез из моей жизни, я не могла так сильно желать его и не иметь возможности удовлетворить это желание. Но сегодня вечером я была слишком увлечена, чтобы отступать.
По мере того, как его насыщенный багровый цвет наполнял мои рот и тело, я начала покачиваться на нём, подсознательно двигаясь, чтобы облегчить боль в центре. Люсьен изменил наше положение, опустив меня на свой член. Толстая головка медленно проникала внутрь меня, и это было чертовски приятно, его твёрдая длина, словно шелковистая сталь, полностью заполняла меня.
Я стонала и пила, и закричала, когда Люсьен грубо толкнулся, держа меня за бедра и приподнял для дополнительной опоры. Кровь пузырилась у меня изо рта, когда я кричала, а вода в ванне бурлила вокруг нас, пока Люсьен трахал меня, как вампир, вырвавшийся из-под власти своих демонов.
Вода выплескивалась на кафельный пол ванной в такт нашим движениям. В этом лесу мое тело лишилось жизни и здоровья, и теперь оно поглощало все, что предлагал Люсьен.
Первый оргазм настиг меня быстро, но длился гораздо дольше, чем я ожидала, когда Люсьен замедлил темп, чтобы продлить удовольствие. Эта забота вампира однажды станет моей погибелью. Я всегда гадала, правда ли, что женщины испытывают больше удовольствия во время секса, когда в дело вовлечены эмоции, и должна сказать, что у меня было такое ощущение.
Это было нечто большее, чем просто сексуальное влечение и общая цель.
Мы с Люсьеном связывались.
Он заботился обо мне, хотел он это признавать или нет.
— Би, — прорычал он. — Мне нужно попробовать тебя на вкус.
Когда я подняла голову, след от укуса, который я нанесла, почти мгновенно исчез с его кожи. Наклонившись вперед, я продолжила двигаться на нем, пока он не отпустил мою задницу и не обхватил обеими руками мою грудь.
Его прикосновение было сильным и твердым, я вскрикнула от его ласки. Я была такой чувствительной, и когда он наклонился вперед и взял мой правый сосок в рот, обводя его языком, я едва сдержала крик.
Я кончила в тот момент, когда он пронзил ареол с обеих сторон, ощущение того, как он всасывал в свой рот и мою кровь и твердый сосок, было достаточно сильным, чтобы уничтожить меня прямо здесь и сейчас.
— Багровый, чёрт возьми, — задыхаясь, пробормотала я, благодарная за то, что пережила полосу препятствий. — Что ты делаешь?
Его смех был низким, раскатистым, восхитительным и страстным. Все мои чувства переполняли меня, и я едва сдержала слезы, подступавшие к горящим глазам.
— Я никогда не знала, что секс может быть таким, — выдохнула я, запутывая пальцы в его волосах, чтобы прижать его губы к своей груди.
Люсьен зарычал подо мной, его клыки отступили, когда он лизнул мой сосок.
— Что касается меня, — мрачно сказал он, — то до этого момента в твоей жизни не было секса. Я сотру все другие прикосновения из твоей памяти. Все другие следы с твоего тела. Я завладею каждой твоей частью, пока не останется ничего, кроме меня.
Люсьен был невероятным собственником, и меня это всё ещё очень привлекало.
— Ни один мужчина никогда не доводил меня до оргазма, — тихо сказала я ему, прежде чем запрокинуть голову назад и закричать, когда он стал двигаться сильнее. — Однажды это удалось женщине, но это уже другая история. Я была почти девственницей, когда встретила тебя.
Он, похоже, не был этим удовлетворен, и я ахнула, когда обнаружила, что наши позиции снова поменялись местами, только на этот раз я была снизу, спиной к бортику ванны, а Люсьен врезался в меня, и только его сила удерживала меня от того, чтобы я не нырнула под воду и не утонула.
Нарастающее волнение перед следующим оргазмом заставило меня потерять голову. Я раздвинула ноги как можно шире, одна из них оказалась поверх правой руки Люсьена, а другая обхватила его талию. Его взгляд был прикован к моему, и мне нравилась его мрачность. Именно тогда его эмоции были наиболее сильны, заставляя мое сердце биться так же сильно, как и пульсировать мое нутро.
— Багровый, — прошептала я, отчаянно желая рассказать ему о своих чувствах, но он изменил ракурс, попав в мою точку G, и все сознательные мысли исчезли.
Я закричала, впиваясь когтями в его тело, когда во мне пробудилась волчица, когти впились в его кожу, и в ванной снова раздался вишневый и дубовый аромат. Люсьен прорычал мое имя, его движения становились все медленнее и сильнее, пока я не почувствовала, как набухает его член. Когда он кончил, спирали наслаждения внутри меня взорвались, и я продолжала пульсировать вокруг него.
Когда мне наконец удалось отдышаться, я спросила:
— Почему это ощущалось как… что-то большее?
Как и ожидалось, Люсьен не ответил, предпочтя встать и поднять меня из ванны, после чего мы вместе пошли в душевую кабину, чтобы помыться. Я сонно прижалась к нему, когда он включил почти обжигающе горячую воду, и его руки легко намылили меня и вымыли.
Я знала, что должна сделать то же самое для него, но у меня просто не хватало сил. Он, казалось, не возражал, не торопясь, ласкал каждую мою часть тела. В конце концов, я оказалась в его постели, накрывшись толстым теплым одеялом до подбородка.
— Разве мне не следует спать в своей комнате? — спросила я, зевая и закрывая глаза.
— Ни за что, — парировал он. — Я не спущу с тебя глаз, пока этот отбор не закончится.
От этих слов у меня на мгновение открылись глаза.
— Разве меня не выгнали после полосы препятствий?
Люсьен выглядел мрачным.
— Нет. Картер решил, что ты несправедливо оказалась в невыгодном положении и должна иметь возможность продолжить. Совет согласился.
Конечно, они так и сделали. Они с самого начала следили за всей этой херней Картера.
— Ты убил Хэтти, — сонно пробормотала я.
Он лишь слегка коснулся моей щеки, и мне показалось, что он сказал.
— Убить ее один раз было явно недостаточно, — но я уже начала засыпать.
