9. НА ЧЬЕЙ ТЫ СТОРОНЕ
Кора и Ингрид уже ждали в особняке, когда я приехала на занятие. Они сидели на полу перед низкими столиками. У каждой был пояс с ножнами с аккуратно разложенными артаво. Некоторые артаво предназначались для высечения рун на коже, другие – на разных поверхностях и в воздухе. И, конечно же, у каждой была книга с руническими записями. Все руны, что мы высекали на своей коже, появлялись в книге. Так проще вести учёт, какие руны мы добавляем и как часто.
– Ты опоздала, – сказала Лавания.
– Прости. Я помогаю одному парню из школы с учёбой. Нужно было предупредить всех, чтобы не открывали порталы, пока он рядом. Больше не повторится.
На самом деле я гуглила скандинавских мифических существ, монстров и оскорбления (а всё из-за Оникс!) и потеряла счёт времени. Этот недооборотень постоянно обзывает меня то толстой коровой, то жуком-навозником.
– Зачем ты помогаешь ему с учёбой? – поинтересовалась Лавания.
Я не рассказывала ей про Бо, когда мы обсуждали мою новую способность мимикрировать.
– Ему плохо даётся английская литература. Его могут выгнать из команды.
Её лицо выражало недоумение.
– По-твоему, приглашать его к тебе – благоразумно? У нас достаточно комнат здесь и у Торина. Этому парню-то наверняка без разницы.
– Да, но… эм, я не говорила пока об этом Торину. Ну, то есть собиралась, но как-то вылетело из головы. – Наши с Корой взгляды встретились. Ей было любопытно. Ингрид ухмыльнулась. – Что?
– Ему это не понравится, – пробормотала Кора.
Я это понимала, но что ж… это его проблема.
– Ладно, давайте начнём занятие, – сказала Лавания голосом, не терпящим возражения.
Мы тренировались создавать порталы в воздухе и запоминали, когда и как часто нужно добавлять руны на теле. Лавания, несмотря на свою любовь к цветочным платьям и травяным чаям, а также странные привычки (например, сидеть на полу во время занятий), всё же очень серьёзно относится к нашим урокам. Ей очень подходит роль учительницы.
– И что это за парень? – спросила Кора сразу после того, как урок закончился и Лавания ушла.
– Точно какой-нибудь качок, – предположила Ингрид.
Я направилась к лестнице, но они тут же догнали меня.
– Я не могу вам рассказать. Я обещала.
Кора уронила челюсть, и я поняла, о чём она подумала. Прежде мы никогда не хранили друг от друга секреты.
– И когда же у вас с ним занятия? – спросила она.
– Об этом я тоже не могу говорить. И даже не пытайся подглядеть, любопытная хитрюшка. Его очень смущают эти дополнительные занятия. Ему нужно поддерживать имидж парня, которому плевать на оценки.
Кора хмыкнула.
– Что ж, ты первая начала. Не обижайся потом, когда у меня появятся секреты от тебя.
– Серьёзно?
Она кивнула.
– Угу. То, что ты Провидица, ещё не означает, что ты видишь всё. Напоминаю, я против того, чтобы ты читала моё будущее, – сказала она и многозначительно переглянулась с Ингрид, которая наблюдала за нами с порога, когда мы вышли из особняка.
Кора продолжала выражать своё недовольство моей скрытностью всю дорогу до машины. Поймёт ли она, если я всё ей расскажу? Помогая Бо, я чувствую, что сохраняю свою человечность, её лучшие стороны. Мотивацию, амбиции, благодаря которым смертные добиваются своих целей вместо того, чтобы просто плыть по течению. Я каждый день вижу, как папа борется с раком – и это в какой-то мере подтверждение его смертности.
Как только Кора уехала, я возвратилась обратно в особняк. Ингрид всё это время ждала меня.
– Прошу, только ты не начинай, – предупредила я.
– Если ты завела интрижку за спиной Торина, то кто я такая, чтобы мешать.
Мои щёки вспыхнули.
– Нет никакой интрижки!
– Парень твоего возраста. Смертный. Ему нужна твоя помощь. Уверена, он ещё и красавчик.
Да, но с Торином ему не сравниться.
– Торину я тоже нужна.
– Ох, милая. Он непобедим, ему никогда не нужна помощь. Или ты имеешь в виду «нужна как женщина»? Тогда да. – Она окинула меня взглядом, в котором было много эротического подтекста. Моё лицо зарделось. – Но это румянец говорит о том, что этот мальчик из школы много значит для тебя.
Это правда, но я не собираюсь объяснять это ей. Надо поменять тему.
– Ты что, недавно нашла у себя морщинки? – огрызнулась я.
Она моргнула, и на несколько секунд я подумала, что обидела её. Мы с ней только-только начали узнавать друг друга. Её губы изогнулись в ухмылке. Она указала на уголок глаза.
– Одну, но я уже работаю над этим.
– Ты ведь понимаешь, что у тебя нет никаких морщин?
– Да, знаю, но так я, по крайней мере, не буду слишком подавлена, когда они всё же появятся. Расскажи мне о прошлой ночи. Что там произошло?
– Нападение драугов. Встречала когда-нибудь?
– О, да, но Эндрис, Торин и Малиина с ними разобрались.
Я уловила нотки раздражения в её голосе.
– Ты бы хотела отправиться на охоту с ними?
– Да. – Она пожала плечами. – Нет. Я лучше справляюсь с людьми, чем с монстрами. Нападение случилось в деревне неподалёку от моего родного городка, и я осталась, чтобы успокоить местных. Хотелось бы только, чтобы ко мне относились без предубеждения.
– Возможно, они начнут, как только ты перестанешь выглядеть как топ-модель.
Она засмеялась, а затем резко замолчала.
– По-твоему, я выгляжу как топ-модель?
Я схватила её за руку и подвела к зеркалу в коридоре. Её стрижка под мальчика-пажа подходила её изящным чертам лица, а сочетание светлых волос и голубых глаз завораживало.
– А что ты видишь в отражении? Тролля?
Она снова пожала плечами.
– Не шути про троллей.
– Ты с ними сталкивалась?
– Да, – ответила она. – Они очень злые и быстрые.
– Так, хорошо. Официально заявляю: в следующий раз, когда мы встретимся с драугами или ещё какими-нибудь монстрами, то позовём тебя.
Она скривилась, а затем покачала головой. Её светлые волосы касались щёк.
– Нет.
– Да. – Я активировала руны и те, что были начертаны на поверхности зеркала, откликнулись. – Мне было страшно, но я справилась. Мы можем составить друг другу компанию. К тому же, всегда приятно смотреть, как наши парни надирают кому-то задницы.
Ингрид засмеялась, но через пару секунд снова стала серьёзной.
– Эндрис странно себя ведёт последнее время.
У меня была своя теория на этот счёт, и этот разговор может стать отличным фундаментом нашей зарождающейся дружбы.
– Это всё из-за Торина. Слышала последние новости?
Ингрид замотала головой.
– Нет.
– Не хочешь заглянуть ко мне домой на несколько минут? Вместе придумаем, как им помочь. Если ты, конечно, не планировала убежать на свидание.
– С кем? Парни здесь совсем юные и скучные. Мне нужен кто-то моего возраста. Подожди минутку, предупрежу Лаванию, куда я ухожу.
Она активировала руны и переместилась на второй этаж.
Пока я ждала её возвращения, мой взгляд скользил по фойе. Несмотря на то, что здесь у меня были стычки с Малииной и гримнирами, это место всё ещё оставалось моим любимым во всём особняке. Мраморный пол, винтовая лестница из железа и дерева, тёмная ковровая дорожка, высокий потолок (фойе охватывало сразу два этажа) и огромная хрустальная люстра. Глядя на стены, и не скажешь, что они были сломаны. Сейчас уже не осталось ни трещинки. Миссис Уиллоу – домработница, нанятая Торином, – потрясающе справлялась со своей задачей поддерживать чистоту в доме. Пол выглядел безупречно, все поверхности сверкали.
Я открыла портал в свою комнату. Как только Ингрид вернулась, я провела её. Оникс всё ещё спала, когда вошла я, но стоило шагнуть из портала Ингрид, кошка открыла глаза, посмотрела на гостью, встала и потянулась.
– Ооо, какая красивая кошечка! – воскликнула Ингрид, подходя к окну, и погладила по шёрстке. – Как её зовут?
– Оникс.
«Дурацкое имя», – буркнула кошка.
– Хотя сама она считает его дурацким. Тебе принести чаю? Что-нибудь перекусить?
– О, давай я спущусь с тобой. Поздороваюсь с Феми. – Она взяла Оникс и подняла так, чтобы мордочка была на уровне её глаз. – Я много слышала о тебе, но никто не говорил мне, какого потрясающего цвета у тебя глаза. Я бы назвала тебя Изумруд, потому что они очень красивые.
«Мне нравится Изумруд», – сказала Оникс.
«Я предлагала Изумруд, но тебе не понравилось».
«Нет, не предлагала».
«Предлагала, но ты вела себя как ПИТА».
– Рейн?
Я подняла глаза на Ингрид.
– Что?
– Я сказала, что имя Оникс идеально ей подходит. Уверена, она шикарно выглядит с сияющими рунами, прям как чёрный оникс.
«Она мне нравится. Она великолепна».
Зависть впустила в меня свои когти. Мы с Оникс начали не с той ноги. Реально. Я погуглила все те оскорбления, которыми она в меня бросалась. Большинство из них были связаны с ногами. Неуклюжая нога. Коровья нога. Ещё несколько означали насекомых и грызунов – что-то, что она могла бы раздавить. И теперь я ревновала. Да, это жалко и по-детски, но, чёрт побери, Оникс – мой фамильяр. Мы должны быть верными товарищами, а не ругаться каждую минуту. Я так и не поблагодарила её за то, что она спасла меня от того неуёмного драуга. Может, это станет первым шагом к примирению?
– Да, она потрясающая, – сказала я, и мы пошли вниз, на первый этаж. Феми уже приступила к ужину. Время от времени я задавалась вопросом, как долго она намерена оставаться с нами. Пока болезнь не унесёт папину жизнь? Она живёт с нами и помогает ухаживать за ним, но вряд ли ей за это платят. Скорее всего, её, как и Хоука, просто отправили на задание, и это лишь малый промежуток её долгой насыщенной жизни.
– И почему же ты сразу не рассказала мне о нападении мумий? – спросила Феми.
Я ухмыльнулась. Видимо, неважно, откуда Бессмертные родом, они все так или иначе сталкивались с одними и теми же монстрами, только называли их по-разному. Феми и Ингрид поделились своими историями после того, как я пересказала события прошлой ночи.
– Ещё недавно я учила её вызывать видения, а теперь уже она использует стихийную магию, чтобы уничтожать монстров. Как быстро растут чужие дети.
– Осторожнее, – предупредила Ингрид. – Рейн терпеть не может, когда к ней относятся как к ребёнку.
– Или когда её обсуждают так, будто её здесь нет, – добавила я.
– Но ты и есть дитя, куколка, – сказала Феми. – По сравнению с Бессмертными. Я напомню тебе об этом разговоре лет через пятьсот. Когда ты уже успеешь спасти мир несколько раз, пережить несколько бурных романов и… Ой, это я зря. Ты же занята. Но однажды ты поймёшь, о чём я говорю. Помню, как встретила этого юного римлянина, когда работала в…
Феми и Ингрид продолжили обсуждать свои прошлые миссии. С её светло-голубыми глазами и золотыми локонами Ингрид легко могла бы стать моделью, но за свою жизнь она побывала кем угодно, но только не моделью. Чаще всего она выбирала работу, связанную с людьми: учительница, сиделка, социальный работник, продавщица, адвокат, терапевт. Феми тоже отлично ладила с людьми, но терпеть не могла работу в организациях. Вот почему она ухаживала за папой на дому, а не работала в больнице. Она отличалась нетипичной красотой, что привлекает многих мужчин. Голубые глаза, бронзовая кожа, чёрные короткие волосы, миниатюрная фигура и неординарный характер. Я легко могла представить, как она крутит и вертит каким-нибудь бедолагой.
– Примерно раз в пятьдесят лет я открываю магазинчик и продаю всякие магические штучки, – продолжала Феми. – Где бы я ни жила. Ещё я часто работала с артистами, которым требовалось духовное наставничество до или после выступлений. За нескольких из них я вышла замуж.
После долгого разговора мы оставили Оникс внизу с Феми, а сами вернулись наверх. Ингрид отодвинула одеяло Оникс, покрытое чёрно-серой шерстью, и забралась на подоконник. Я плюхнулась в кресло. Бо придёт не раньше семи.
– Насыщенная у тебя была жизнь, – отметила я.
Ингрид улыбнулась.
– И у тебя такая будет. Ты только начинаешь.
Она терпеливо ждала, когда я начну рассказывать. Это мне в ней нравится. Она совсем не давит. Когда сообщила ей о повышении Торина, она побледнела. К тому моменту, как я договорила, она уже нервно расхаживала по комнате.
– Это объясняет, почему Эндрис так странно себя вёл с тех пор, как мы вернулись из Флориды. Я-то думала, что это из-за…
– Из-за чего?
– Во Флориде я познакомилась с классным парнем, но Эндрис отнёсся к нему с подозрением и устроил неприятную сцену. – Ингрид покачала головой. – Стараясь меня защитить, он порой перегибает палку, и это сводит меня с ума.
– Как думаешь, отношения между вами двумя могут вылиться в нечто большее?
Она хмыкнула.
– Ты уже спрашивала меня об этом.
– Возможно. Наверно, я просто надеюсь, что однажды вы оба проснётесь и осознаете, как много вы друг для друга значите.
– Я так не думаю. Когда-нибудь, через много лет – может быть, но я перестала на это надеяться, когда поняла, что он никогда не остепенится. Вот почему я хотела перебраться в Нью-Йорк. – Она вернулась к окну, откуда было видно дом Торина. Свет всё ещё был выключен. Она снова развернулась ко мне. – Можешь узнать у Торина, планирует ли он подобрать Эндрису нового напарника?
– Он упоминал об этом. У тебя есть какая-то конкретная кандидатура на уме? – Ингрид вздёрнула идеальную бровь. – Например, ты. Ну, то есть, ты никогда не задумывалась о том, чтобы стать Валькирией?
Она скривилась.
– Не особо. Не люблю иметь дело с душами. Но я не против помогать Торину готовить новых Бессмертных. Мне нравится обучать других.
И так она сможет остаться рядом с Эндрисом. Что бы она ни говорила, а он ей нравится. Вот только он продолжает менять мужчин и женщин как перчатки.
Прощаясь с Ингрид, я была уверена в одном: наша небольшая компания постепенно распадается.
Я доделала домашку и спустилась поужинать. Оникс сидела на столешнице и наблюдала за нами. Я отдала ей несколько кусочков своего стейка.
Когда мы ужинали, пришла мама.
– Слезь со столешницы, Оникс! – согнала она кошку. Оникс этому не обрадовалась и очень быстро убежала по лестнице. Мама пошла ужинать с папой, но снова вернулась, когда я мыла посуду. Было без десяти семь.
– Так что это за мальчик, с которым ты собираешься заниматься репетиторством?
– Смертный, которому нужна моя помощь, – кратко ответила я. Феми всё ещё сидела в зоне слышимости.
– Зачем тебе это? Разве у тебя недостаточно своих дел?
– Ему нужна помощь, мам. Я не хочу, чтобы у него были проблемы.
Она внимательно посмотрела на меня и затем вздохнула.
– Сколько раз в неделю?
– Сегодня, завтра, в воскресенье. На следующей неделе так же. Если он всё сдаст в пятницу, на этом закончим. Если ему понадобится моя помощь до конца семестра, я готова.
Мама снова вздохнула.
– Хорошо. Ладно. Помоги ему. Но лучше поговори с Торином, чтобы занятия можно было проводить у него. Здесь слишком много всего происходит, чтобы переживать из-за присутствия смертного.
Я поднялась наверх, чтобы взять свой экземпляр «Алой буквы». У Торина всё ещё было темно, но я не переживала. Теперь, когда Граф – не помеха, мне стало намного легче дышать. Наверняка он уже успел размечтаться, как Торин обращает его в Валькирию и помогает ему собрать армию Бессмертных. Он похож на типа, страдающего манией величия и замышляющего захватить мир.
Что касается Эндриса… Я сочувствовала ему. Уверена, Торин может сделать что-нибудь, чтобы он остался. Мы через многое прошли вместе, он часть нашей компании. Компании, частью которой перестану быть я, если Норны или боги добьются своего.
Время семь часов, а к дому никто так и не подъехал. Я металась между проверкой часов и окном.
Семь-десять. Я начинала злиться. Специально ведь освободила вечер для него. Отказала своему парню.
Семь-пятнадцать. Оникс запрыгнула на подоконник и села на задние лапы. Несколько минут она пристально смотрела на меня. Я скосила глаз вниз.
– Что?
«Что-то не так?»
Я не хотела вступать с ней в конфронтацию.
– Спасибо, что спасла меня от того драуга, – произнесла я.
«Тебе твой дружок сказал?»
– Его зовут Торин. А меня Рейн. Не коровья нога. Не рыбье брюхо. Не мышь. – Туманы Хель, я срываю свою злость на кошке! – Прости. Я просто расстроена из-за одного человека, а срываюсь на тебе. – Я села рядом с Оникс. – Да, Торин сказал мне, что ты приняла облик кошки покрупнее.
Оникс кивнула.
«Приходится, когда добыча крупного размера».
– Покажешь как-нибудь?
– Если пообещаешь практиковаться со мной. Ты ни разу не мимикрировала с тех пор, как богиня оставила меня здесь.
– Вообще-то мимикрировала. Я тренируюсь в ванной. Но я принимаю твоё условие.
Я протянула руку ладонь вверх, и она положила свою лапу. Очень по-человечески. Она свернулась клубочком рядом со мной. Не у меня на коленях, но это тоже прогресс. Я снова выглянула в окно.
Ничего не изменилось.
Поверить не могу, что Бо продинамил меня. Я ведь даже дала ему свой мобильный!
«Я слышу, как ты скрипишь зубами. Что случилось?»
– Я должна была помочь с учёбой одному парню из школы, а он не пришёл. Ненавижу ветреных парней. Да и есть ещё проблема с Эндрисом.
«С тем красавчиком?»
– Его зовут Эндрис.
«Что случилось с Эндрисом?»
Могу ли я доверять ей? Что она говорила мне раньше? Боги ничего не делают без причины. Она с самого начала была честна со мной. Даже намекнула, что богиня Фрейя и жена Одина, возможно, что-то замышляют.
– Да. У него, возможно, неприятности.
Оникс вскинула голову, развернула ко мне уши.
«Что ещё за неприятности?»
– Он сказал кое-что, чего не следовало, и теперь всё меня слишком быстро, он не успевает адаптироваться.
«Но ты ведь ему поможешь?»
– Да.
Эндрис бы то же самое сделал для меня.
«А я могу чем-то помочь?»
Разве что если она сможет убедить богиню Фрейю назначить Эндриса тоже идуннским Валькирией.
– Ты знаешь, кто принимает решение о назначении Валькирии индуннским Валькирией?
«Совет. В него входят Один, Фрейя и ещё несколько богов. А что? Что ты задумала?»
Она поднялась. Я погладила её по голове.
– Скажу, как только у меня будет план, Комок Шерсти.
Она не стала убегать, и её голос не был полон яда, когда она произнесла: «Ты же знаешь, что я ненавижу это имя так же, как и Оникс».
– Тебе больше нравится Изумруд?
«Нет. Я знаю одну Изумруд, и она жадная до внимания выскочка, мейнфрет, уводящая чужих парней!»
Я засмеялась.
– Надо же. Я думала, ты так называешь только меня. Когда же она успела увести у тебя парня? И где она сейчас? Я её за хвост оттаскаю!
«Твой дружок здесь».
Я едва ли услышала её, когда открылся портал, и вошёл босой Торин. Его волосы были влажными, а пижамные штаны сидели так низко, что проглядывала кожа между ними и белой футболкой.
– Где ты успел принять душ?
Он ухмыльнулся.
– Немного поплавал в бассейне в особняке. А что? Ты хотела присоединиться?
– Я даже не знала, что ты вернулся. Оникс предсказала твоё появление ещё до того, как портал открылся. Как тебе такое?
Я внезапно осознала, что держу в руках «Алую букву». Вернула книгу на полку, стараясь не задеть ни один из стеклянных сувениров, что он подарил мне, и поспешила его обнять.
Он чуть отстранился, чтобы посмотреть на меня.
– Что-то случилось?
– Ничего.
– Нет, определённо что-то случилось. – Он взял меня на руки и лёг вместе со мной на кровать. Он обнимал меня, а я лежала у него на груди. – Ммм, от тебя приятно пахнет. В общем, расскажешь, как только будешь готова. Кстати, Оникс не может предчувствовать моё появление. Она связана с твоей энергией, а не моей.
Я попыталась вспомнить, что кошка говорила мне про энергию Торина.
– Оникс, что ты там говорила про наши энергии?
«Не помню. Я много чего говорю. А теперь не могли бы вы заткнуться? Я пытаюсь поспать».
– Она снова не в настроении. – Торин лежал с закрытыми глазами, и его невозможно длинные ресницы нависали над щеками. Я убрала его волосы со лба. В следующую пятницу у него день рождения. Прямо в день выпускного. – Мы не обсудили твой день рождения.
– Это неважно. Можешь выключить свет? Я очень устал.
Я не стала выключать свет.
– Ещё всего лишь семь… – Взгляд на часы. – Семь-тридцать. – Я выглянула в окно. – Сколько тебе исполняется?
– Восемьсот с чем-то, – пробубнил он. – Я перестал считать после пятого века…
Я подняла его голову, но его веки всё ещё были опущены.
– Я не дам тебе поспать, пока мы не поговорим. Нужно придумать что-нибудь весёлое. И я хочу понять, что ты собираешься делать с Эндрисом. Он один из нас.
Торин открыл один глаз, затем второй.
– Последние несколько часов я только и делал, что пытался с ним поговорить. Но каждый раз заканчивался тем, что один из нас оказывался со сломанной шеей. Я вымотан. Он невыносим. Теперь можешь отпустить мою голову?
Отпустила.
– Из-за чего вы дрались?
– Понятия не имею. Я пытался выяснить, что не так, а он продолжал вести себя как придурок.
Мужчины!
– И ты не догадываешься почему?
– Не-а. – Он начинал злиться. – Я не умею читать мысли.
Я вздохнула.
– Вы были вместе на протяжении… сколько?
– Почти семь веков.
– И ты собираешься уйти. Поскольку он собирает души во имя богини Фрейи, им придётся найти тебе замену – напарника, который будет отправлять души в Вальгаллу вместе с ним. Ему трудно с этим смириться. Ваши отношения меняются, и он по-своему справляется с этим.
– Ведя себя как козёл?
– Нет, создавая дистанцию между вами. Потому что тогда ему будет не так больно, когда ваши пути разойдутся.
Торин резко сел.
– Идиот. Почему он прямо не сказал?
– А сам ты не понимал, что твоё повышение изменит ваши отношения?
– Я как-то не задумывался об этом. Ну, мы ведь всё равно будем рядом и… Ох. – Он выругался. – Ладно, я разберусь.
– Как?
– Не знаю. – Он чмокнул меня в губы и скатился с кровати. – Спасибо, любимая. Пойду попробую ещё раз с ним поговорить. Идиот, – снова пробормотал он, перед тем как за ним закрылась дверь.
Покачав головой, я переоделась в пижаму и пошла чистить зубы. Я смотрела на своё отражение, как вдруг меня накрыло осознание. Какая же я дура! Возможно, Бо реально меня кинул. А может быть, он просто не смог прийти. Либо у него сломалась машина, либо…
Чёрт! Что, если его отчим всё-таки не воспринял всерьёз моё предупреждения три дня назад?
– Оникс. – Я подошла к подоконнику и крикнула: – Оникс!
Она подпрыгнула, шерсть встала дыбом, глаза круглые.
«Что? Что происходит?»
– Ты идёшь со мной. Нам нужно проверить нашего первого подопечного.
«Джейса?»
– Нет. Бо. Активируй руны, чтобы он нас не увидел.
Я представила комнату Бо в своей голове, после чего активировала руны. Через пару секунд я увидела пустую спальню.
Сверху доносился шум. Приглушённые голоса. Жуткий стук и грохот.