Фиона Баттеркап «Тыквенная невеста» Глава 35
Пульс Брэма стучал в ушах. Тень, упавшая на задернутые занавески у окна ближе всего к двери коттеджа, безошибочно принадлежала Коби. Прошлые встречи позволяли им сохранять видимость независимости друг от друга и отсутствие какого-либо союза. Для всех он был просто орком, купающимся в озере. А Коби — патрульным рыцарем.
Они просто перекинулись пара слов — не более того.
Но явиться прямо на порог — совсем другой разговор. Рыцари Урожайной Лощины редко стучались в двери фермеров ради дружеской беседы. Коби не знал наверняка, что Мэриголд здесь, и Брэм предпочел бы сохранить это в тайне. Он сомневался, что Коби пришел в сопровождении других стражников, но если вдруг…
— Это один из рыцарей Криспина, — бросил он Мэриголд и Ровану. — Сидите здесь и не выходите. Я разберусь.
Он выскользнул из коттеджа. Закрыв за собой дверь, он сбежал по ступенькам крыльца и качнул пальцем в воздухе:
— Иди за мной.
— Ты обзавелся лошадью? — Коби с сомнением покосился на скакуна Рована. — Кажется, она маловата для тебя.
Брэм пропустил вопрос мимо ушей, ведя Коби к конюшне. Куин приветливо замычала. Остановившись у последнего стойла, где хранились инструменты, он повернулся к молодому рыцарю:
— Зачем ты здесь? Ради твоей и моей безопасности наша связь должна оставаться в тайне.
Коби выглядел озадаченным:
— Но я же получил твою записку.
— Идея была в том, чтобы ты ответил письменно. Стража наверняка заметила твое отсутствие, верно? Могут заинтересоваться, куда тебя носила нелегкая.
— Они думают, что я болен… я изобразил рвоту.
Брэм поморщился от этого слова.
— Я планировал передать ответ через Альфреда, как ты и просил. — Коби залез под кольчугу и извлек сложенный квадратик. — Но подумал, что лучше зашифровать послание на случай, если кто-то сунет нос в чужую переписку. Только зашифровать не вышло, потому что сам ответ уже представляет собой загадку. В голове всё казалось таким сложным, что я плюнул и привез его тебе лично. Держи.
Брэм выхватил записку из рук Коби.
Дрожащими пальцами он развернул письмо, в котором таилось спасение от проклятия. Его глаза скользнули по аккуратному почерку Коби.
Раз, второй, третий.
— Этого не может быть. — Он поднял взгляд на Коби. — Ты уверен?
Коби кивнул:
— Именно так сказал дух. Я повторял это всю долгую дорогу обратно от Фонарного Дуба. Как только вернулся в казарму, сразу же записал. Но не могу сказать, что понял хоть слово.
— Что, черт побери, это значит?
Коби пожал плечами:
— Хотелось бы мне знать, сэр.
Надежда увяла и съежилась. Ему так хотелось, чтобы свобода от проклятия добывалась парой сахарных угощений для духа. Но если написанное Коби соответствовало действительности, Мэриголд придется отправляться к Фонарному Дубу за него. Он оставался при своем мнении: иметь дело с духом смертельно опасно, и рисковать ее жизнью он не позволит.
Нет, этот путь они выбирать не станут.
Брэм сломал бесполезную записку пополам и сунул в карман бриджей.
Увы, простого решения не нашлось. Мэриголд утверждала, что будет счастлива жить здесь, на ферме Мрачнокорень, но Рован был прав — мир не позволит им быть вместе, пока он остается орком. Безвыходная ситуация.
— И всё же спасибо. — Теперь стоило собрать сведения у молодого рыцаря. — Как продвигаются поиски принцессы?
— Безуспешно. Они прочесали Урожайную Лощину от Гильллфолльских гор до самих Маршей и ничего не нашли. Корона продолжает утверждать, что принцесса Мэриголд слегла в постель. На каждой службе в соборе возносят молитвы, а ворота замка Брамблтон завалены пожеланиями скорейшего выздоровления и ее любимыми подсолнухами.
Его сердце сжалось от жалости к простым жителям Урожайной Лощины.
Они заслуживали лучшей участи, чем принц Криспин. Этот надутый индюк, должно быть, бесился от ревности, видя, как народ осыпает вниманием неизвестную принцессу. Нет, принц не годился на роль лидера этих сострадательных людей — его заговоры, ложь, мелочность и опустошенная ради личной выгоды казнь служили тому исчерпывающим доказательством.
Брэм переносицу потер пальцами, уставившись на крышу конюшни.
Пусть он всего лишь фермер, на чью долю выпало куда больше личных проблем, чем полагается по справедливости, и пусть ему хотелось бы не заботиться ни о чем за пределами собственной фермы, но он оставался обученным рыцарем, верным рыцарскому кодексу, а королевство бедствовало. Часть заговора, подслушанного Мэриголд, включала отправку ее в Алые Шпили для захвата трона Торнвика.
А что, если Криспин уже проворачивал нечто подобное прежде — со собственной сестрой?
— Сэр Коби, у меня есть мысль. Принцесса Розамунда — она не возвращалась домой к королевской свадьбе? Или до сих пор томится в Алых Шпилях, наслаждаясь морским бризом?
— Никаких вестей о ее поездках не было. Полагаю, она всё еще там.
Это укладывалось в подозрения Брэма.
— Тогда… думаю, тебе предстоит отправиться в поход.
Коби приподнял бровь:
— Благородный?
— Самый благородный. — Брэм хлопнул его по плечу. — Отправляйся в Алые Шпили и расскажи принцессе Розамунде о том, что творится в Урожайной Лощине. Писать об этом на бумаге небезопасно, но вот список: король впадает в маразм, а принц транжирит казну. Его налоги доводят народ до безумия. Чтобы подавить инакомыслие, он использует магию духа. Он не слушает советников и принимает решения единолично. Невеста принца сбежала, и он до сих пор не нашел ее. По всем этим причинам принцессе Розамунде жизненно необходимо вернуться и занять подобающее ей место во главе дома Баттен-Фордж. Предложи ей сопроводить ее обратно — ее народ нуждается в ней.
План об убийстве и захвате трона Торнвика он опустил. Остального списка вполне хватило бы, чтобы вырвать любого монарха из летаргического сна.
Коби широко распахнул глаза:
— Я должен сказать ей всё это? Монархи не любят правду.
Брэм хмыкнул:
— Поверь, я в курсе. Ты сможешь это сделать?
— Да? — Взгляд Коби смягчился, пока он мысленно проигрывал сценарий. Затем уже увереннее он повторил: — Да. До Алых Шпилей два дня пути. Если она не велит снести мне голову за такую прямоту, к концу недели мы можем вернуться.
— Если она в брата, решение примет быстро. — Брэм скрестил руки на груди. — Но будем надеяться, что характером она всё-таки не в него. Я верю в тебя, Коби.
Парень расправил плечи:
— Спасибо за доверие.
— Если всё пройдет удачно, ты успеешь как раз к Золотолунному фестивалю, и этот день будет наполнен исключительно весельем.
— А что если явится принц Криспин? Он ужасно зол, что праздник вообще состоится, и…
— Прошу прощения за вторжение. — В дверях появился Рован. — Невольно подслушал ваш разговор.
Брэм сжал кулаки. Дому Ашфордов стоило сменить единорога на семейном гербе на мышь или мула, потому что их скрытность и упрямство простирались так же широко, как его поля. А уж это внезапное появление было крайне некстати. Объяснять присутствие принца на ферме — всё равно что пытаться протолкнуть тыкву в игольное ушко.
— Уходи, — оборвал его Брэм. — Это тебя не касается.
— Пожалуй, касается, старый друг. — Рован шагнул вперед, широко раскинув руки. — Я предлагаю лишь помощь. Другой королевской особе будет куда проще проникнуть в Алые Шпили к принцессе Розамунде, чем простому рыцарю. — Он кивнул Коби. — Без обид.
Коби коротко согнул колено и склонил голову:
— Никаких обид. Это факты. Принц Рован из Торнвика, если не ошибаюсь?
Как бы ни раздражало присутствие Рована, Брэм был впечатлен проницательностью молодого рыцаря. Портреты членов королевской семьи Торнвика печатали в листовках вместе с объявлением о помолвке.
— Совершенно верно, — подтвердил Рован, пожимая протянутую руку Коби.
— Значит, принцесса здесь? — Коби перевел взгляд с Рована на Брэма. — Я рад. Я уж боялся, что она затерялась где-нибудь в Маршах или, того хуже, в Дрожащих Долах.
— Она в безопасности, — отрезал Брэм.
— Что оставляет мне полную свободу составить вам компанию, — обратился Рован к Коби. — Мы должны избавить Криспина от трона, а вдвоем у нас больше шансов на успех, чем в одиночку.
Брэм мысленно повертел предложение, выискивая подвох.
— Твое участие лишь усилит напряжение между королевствами, возможно, даже на всем Лунарском полуострове.
— Да будет так. — Рован положил руку на эфес меча. — Угроза Торнвику и моей семье слишком велика, чтобы сидеть сложа руки.
Брэм взглянул на Рована по-новому. Тот был не просто другом — он стал союзником. Слишком долго Брэм нес свой крест в одиночку, ожидая очередного удара судьбы. С момента возвращения Мэриголд она показала ему, что вдвоем ноша становится легче. Что он может довериться другим.
Он сжал плечо Рована.
— Для будущего короля у тебя чертовски крепкий хребет.
Рован ухмыльнулся:
— Я в курсе.
Смахивая с глаз непрошеную слезу, Брэм хлопнул по плечу и Коби.
— Рован, мой старейший и самый дорогой друг, позволь представить тебе сэра Коби Гудвина, который, пожалуй, является самым честным рыцарем во всем королевстве. Вместе мы еще сумеем спасти мое будущее и заодно — попутно — спасти Урожайную Лощину.
