– Хубрик! Что с вами? – отпрянула я, оценивая состояние наставника. Липкая красная лужица присохла по краям. Остановилось ли кровотечение?
– Рёбра. Не могу встать, – просипели в ответ.
– Саветт! – позвала я, принимая удобную стойку и не давая учителю упасть.
По коридору заторопились шаги, и вскоре мы вдвоём подхватили Хубрика, чья голова безвольно опустилась на плечо подруги, и волоком подтащили его к скамейке.
– Я мельком видела кровати за той дверью, – кивнула она на кольцо многочисленных створок, окружавших помещение.
Неужели все старики такие тяжёлые? Мы буквально сгибались под весом Хубрика (я вообще едва справлялась со своей частью работы, грузно опираясь на костыль). И, наверное, битый час преодолевали втроём десять ступенек. Саветт оказалась права. В тёмном закутке со сточным желобом с одной стороны и водосборником для дождя с другой обнаружились также четыре койки. Тоненький ручеёк поил огромную каменную раковину. Ну хоть о жажде не придётся тревожиться.
– Тут можно пересидеть осаду, – прокомментировала подруга, когда наша троица завалилась на ближайшую кровать. – Недалеко от прихожей, где расположились драконы, я нашла кладовую. Битком набитую бочками с вином, сушёными продуктами. Одеждой, одеялами. Бинтами, травами.
Я заметила, что она успела обзавестись красным плащом, подбитым мехом. В нём куда теплее, чем в тонюсеньком платьице. Кто может помочь Хубрику?
Кироват, но ему нужна вся моя энергия. Иамдор сторожит вход.
Лучше не придумаешь, однако пот градом струился по мне от волнения и страха. Врачевать никто из нас двоих не умел.
– Посмотрим, – Саветт расстегнула кожный доспех учителя, раздевая его до пояса. Хубрик застонал, но глаз не открыл и не проронил ни слова. Она указала на скопление синяков на боку. – Рёбра сломаны.
Это я и сама видела. Гораздо страшнее выглядела кое-как запёкшаяся рана, гноившаяся в центре.
– Интересно, остались ли щепки?
Её руки шустро прощупали спину наставника, и подруга побледнела.
– Кажется, я что-то чувствую.
– Хубрик? – позвала я. – Стрела не ломалась?
Ответа не последовало. Я аккуратно проверила состояние учителя, однако дыхание никуда не пропало.
– Потерял сознание, – констатировала Саветт. – Скорее всего, отпустил ситуацию, убедившись, что о Кировате есть кому позаботиться.
Резонно.
– Надо его перевернуть и осмотреть.
Саветт кивнула, и мы мягко, как младенца, уложили раненого на живот и воззрились на спину. Стрела явно вошла, только у неё отсутствовал наконечник. Из плоти торчали обломки древка. На моём лбу выступил пот, пока я соображала, как их оттуда выковырять. Я заскрежетала зубами.
– Пожалуй, обождём. Вдруг найдём помощь. До Кастела Лидрисов лишь день пути.
– Попробуешь воспользоваться магией? – попросила я.
– Нет, и ты это знаешь. Иначе попытка окончится смертью. Вот если бы нам повстречались исцеляющие врата…
Но подобной встречи не предвиделось, а ближайшее святилище, по всей видимости, вобрало в себя какую-то дрянь. Я уверена: разбушевавшиеся ветра направляла злая воля.
– Выходит, мы либо оперируем самостоятельно, либо отправляемся за врачом, правда, непогода сбила нас с пути. Не думаю, что ветер спокойно донесёт тебя прямиком до кастела, – вынесла я вердикт.
– Я тоже так считаю, – прикусила губу Саветт.
– Пойду похозяйничаю.
Чем обычно подцепляют застрявший в теле наконечник? Ножом, естественно. Я смутно чувствовала, что в убежище имелись горячая вода, перевязочные материалы и какая-нибудь целебная мазь. А может, и швейный набор.
Нужное мне добро обнаружилось в ещё одной кладовке, соседствовавшей с главным холлом. Её тоже освещали естественные прорези в высоком скалистом потолке, длинные полки были богато обставлены провиантом. Кто-то соорудил это гнёздышко, чтобы пережидать шторма или пресловутые осады. Я не успевала как следует оглядеться, поэтому прихватила необходимое и удалилась обратно. Саветт развела костёр в небольшом очаге неподалёку (тут же в коробчонке лежали дрова) и теперь набирала в чайник воду, стекавшую в каменную раковину.
– Просто не верится, как хорошо тут всё обставлено. Словно это место специально создавалось в качестве укрытия. Кому же принадлежит сей оазис?
– Должно быть, ещё одна точка Светоносных, – откликнулась я. – Именно о ней и толковал учитель в прошлый раз, когда мы спасали Ленга.
– И то верно, – Саветт повесила чайник на крючок, пока я раскладывала принесённые вещи.
Я вымыла руки в той же раковине и занялась обломком. Фу. Жуть какая! Я тщетно пыталась поддеть его пальцами, но он сделался скользким из-за крови, которая обагрила белые простыни и шерстяное одеяло. Хорошо, что чистых было навалом. Где там мои щипчики?
Я ополоснула инструмент в пиале, которую поспешила протянуть мне Саветт, и тщательно вытерла его о кусок ткани.
– Эти справятся лучше, – пробормотала я, приноравливаясь, чтобы ухватить железку, а не плоть. Я вцепилась в щипцы, заставляя себя собраться с духом и довести дело до конца, скрежеща при этом зубами и игнорируя струйку пота, бегущую по позвоночнику.
Я потянула изо всех сил, и из груди Хубрика вырвался полустон-полукрик. Но моих усилий оказалось недостаточно. Я почувствовала, что наконечник поддался, однако куда-то упёрся. В кость? Упасите боги.
У нас гости. Незваные. Жду переговорщика.
Я перевела взгляд на Саветт, распахнувшую губы. Очевидно, голос Раолкана отозвался и в её сознании. Она вскочила на ноги и бросилась вон из комнаты, а я вернулась к злополучному огрызку, торчавшему из спины наставника.