Раолкан снова взмыл вверх. В этот раз его пламя обрушилось на восставшего ифрита. Жар от огня дыхнул мне в самое лицо, обжигая кожу и волосы. Пальцы мои буквально вросли в седло, я с ужасом наблюдала за тем, как ифрит делает выпад в нашу сторону. Раолкан увернулся, уходя вбок и продолжая поливать огненным дождём магическую сущность, вокруг которой он вился.
Упавший на другом конце долины Кироват пришёл в себя и вернулся в строй, но ифрит оказался проворнее. Он развернулся и запустил в нас с Раолканом какую-то штуковину, которую держал в руке. Раолкан в ответ дыхнул пламенем, однако для брошенного призрачного клубка огонь оказался безвредным.
Объект достиг своей цели, и нас окутала тьма. Мне чудилось, что я падаю, но было трудно понять, взаправду или нет. Я ничего не видела, ничего не слышала, ничего не чувствовала. Ужас сдавил мне грудь. Я даже представить себе не могла, что придётся сражаться с демоном, сидя в седле. Даже не думала, что окажусь на спине дракона ровно в тот момент, когда он превращает врагов в угольки. Ноги и руки безостановочно тряслись. Сердце билось как умалишённое. Дыхание сбивалось. Я сильно прикусила губу и ощутила во рту привкус крови.
В меня что-то врезалось, и мои пальцы разжались. Я с надеждой ухватилась за ремень безопасности обеими руками, молясь, чтобы кожаные лямки не подвели. Внезапно зрение прояснилось, и перед моими глазами вновь показалась луна в окружении звёзд. Я попыталась успокоить дыхание и огляделась. Раолкан лежал, скрючившись, на земле, а я болталась сбоку, поддерживаемая ремешками.
Мы лежали на ступенях, ведущих к аркам. Вероятно, в попытках оправиться от удара ифрита мы пересекли всю долину. Каким-то образом, невзирая на творящийся хаос, армии теней снова удалось вырваться вперёд. Оставались считанные минуты до нашего поражения. Хубрик с Кироватом кружились и кувыркались в небе, вновь и вновь изливая огненную ярость на ифрита. Кироват держался левой стороны, лишь иногда поворачиваясь вправо. Он разбился?
Да.
– Раолкан? – позвала я, подтягиваясь на руках. – Ты ранен?
Да.
Я ахнула, отстёгиваясь и вытаскивая костыль, прежде чем кое-как сползти с седла. Hасколько серьёзным было его ранение? Я отступила на шаг, тщательно осматривая дракона. Oдно крыло было помято. Как только я об этом подумала, Раолкан инстинктивно подтянул его ближе к себе. Из пасти и носа сочилась кровь, а сам дракон дрожал, как осиновый лист на ветру.
– Раолкан! Нет! – Я подскочила к нему и обхватила руками морду. – Ты можешь лететь?
Нет.
Судя по всему, он страдал от боли. Отсюда и немногословность.
– Ты сможешь пройти через арку? – с тревогой спросила я.
Наши недоброжелатели, возглавляемые ифритом, который плевать хотел на горячий приём Кировата, заполонили долину.
Я попробую.
Раолкан поднялся на передних лапах, помогая себе правым крылом. Его задние ноги безвольно тащились за остальным телом. Мне было знакомо это чувство. Чувство беспомощности. Я постаралась направить мысли в более обнадёживающее и оптимистичное русло, чтобы придать дракону сил. В конце концов, не зря же это место называется вратами исцеления.
Каковы наши дальнейшие действия? Огонь бесполезен против ифритов. Враги наступают. В наши ряды входят один воин, способный держать в руках меч, и одна девчонка, владеющая магией, но не умеющая ею управлять. Я пожевала губы, отгоняя эти мысли. Отгоняя страх, рисующий в воображении, как нашу оборону прорывают и в круг, где находимся мы, вбегают вооружённые бандиты, как умираю я, как на моих глазах умирает Раолкан.
Напрасно. Только об этом я и могла думать, пока Раолкан протискивался через арку. Наконец он улёгся рядом с Энкенеем. Зато мы умрём вместе.
Это стоит того. Ты стоишь дороже целого мира.
Как и мой дракон.