Вейлу не потребовалось много времени, чтобы убедить начальника.
Перед отбоем он вывел нас с Августом на охотничьи угодья, пока остальных заключённых загоняли обратно в блоки.
Солнце давно скрылось за горизонтом, оставив землю укрытой темнотой и звёздным светом. Я оглядывалась на каждый звук, хотя и знала, что никто нас не преследует — прошли недели с тех пор, как я была на улице без непосредственной угрозы быть убитой.
Я впервые осознала, что лес прекрасен.
Сколько я себя помнила, моим ежедневным пейзажем в Дивидиуме были бетон, стекло и металл. Теперь же я жадно вдыхала прохладный воздух и дивилась тому, как лунный свет играет на иглах высоких сосен.
Мы быстро добрались до разрыва между могилами и последовали по импровизированной тропе вглубь деревьев.
— Мы хотим уйти как можно дальше от Эндлока, прежде чем начнём копать, — прошептал Вейл. — Так меньше риска, что кто-то наткнётся на вход.
Крематорий был сломан всего неделю, а за это время на территории похоронили почти сотню заключённых.
Желудок сжался от этой цифры. Столько жизней оборвалось.
Чем дальше мы углублялись в лес, тем хаотичнее становились захоронения, и тем труднее было отслеживать, где, по нашему мнению, проходил туннель.
В конце концов, мы остановились у подножия древнего дуба; Август хватал ртом воздух, измотанный долгим переходом и своей травмой.
— Гас, всё в порядке. Просто стой на страже, — сказал Вейл, подняв руки в примирительном жесте. Луна тускло освещала место, где мы стояли, а прохладный ветерок шелестел листьями. Осень подкрадывалась с каждым днём.
Август выгнул бровь. — Ты считаешь меня бесполезным.
— Нет, дело не в этом, — ответил Вейл. — Но, если мы не дадим этой лодыжке отдыха, ты не сможешь далеко уйти, когда мы выберемся отсюда. Ты знаешь, сейчас мы с Рейвен можем копать быстрее. Нам нужен кто-то, кто прикроет спину.
Август сверлил его взглядом, прежде чем наконец согласно кивнуть. Он доковылял до ближайшей сосны и прислонился к ней; ветви зашуршали, когда он сполз по стволу, чтобы сесть на землю.
— А как же функции? Инженеры разве не узнают, если мы их не протестируем? — спросила я.
— После, — сказал Вейл. — Если мы протестируем их сначала, у тебя не останется сил, чтобы помочь копать.
Я сглотнула, ноги приросли к месту.
— Ну, иди сюда, — позвал меня Вейл. — Нам нужно исследовать туннель.
Лёгкая улыбка тронула мои губы при его словах.
Мы собирались сбежать, и боль от браслета будет лишь временной.
Я подняла лопату, когда Вейл включил фонарик, и мой взгляд зацепился за красное пятно.
— Постой, — прошипела я, роняя лопату.
Вейл мгновенно оказался рядом, положив руку мне на плечо, в то время как взгляд Августа метнулся к моему лицу.
— Что там? — спросил Вейл.
Я мотнула головой, уставившись на кроваво-красные ягоды, привлёкшие моё внимание. Гроздья ягод свисали с колючего куста — разновидности, которую я видела на охотничьих угодьях только в двух других местах.
Август проследил за моим взглядом. — Это похоже на те заросли у входов в туннель возле Кровавого дерева, — прошептал он. — Ты же не думаешь?..
— Нет, — прошептала я. — Не может быть всё так просто.
Но вдруг? Охрана прежней тюрьмы наверняка хотела иметь какой-то ориентир рядом со входами в туннели, что-то, что легко опознать в экстренной ситуации.
Вейл шагнул в заросли и присел на корточки, проводя рукой по земле и сметая опавшие листья и старые, засохшие ягоды. Он ощупывал землю несколько мгновений безрезультатно, и моё лицо вытянулось.
Я попыталась выдавить слабую улыбку. — Всё в порядке. Стоило поп…
Фонарик выскользнул из руки Вейла, ударившись о землю, но вместо глухого стука, который я ожидала от удара предмета о твёрдую утрамбованную почву, раздался лязг металла о металл.
Я бросилась в кусты, наклоняясь рядом с Вейлом.
Август доковылял до нас. — Это то, о чём я думаю? — озвучил он вопрос, который я не осмелилась задать.
Вейл не ответил. Вместо этого он ощупывал пространство вокруг фонарика, пока не нашёл края большого квадрата шириной около двух футов. Он потянул за него, напрягаясь, пока наконец не раздался хлопок, и квадрат не поддался, заставив Вейла отшатнуться назад.
Облако пыли поднялось с земли, танцуя в свете фонаря, и когда оно рассеялось, я прижала ладонь ко рту.
Август и Вейл переглянулись и рассмеялись.
Вход в туннели.
— Его не открывали десятилетиями, — пробормотала я, глядя в дыру. Там была непроглядная тьма.
Вейл шагнул вперёд с фонариком и посветил внутрь. — Там старая лестница, — подтвердил он, передавая мне фонарь. Он схватился за лестницу, наваливаясь на неё всем весом и тряся. — Думаю, выдержит.
Я ухмыльнулась. — Ну и чего ты ждёшь?
Август откашлялся, кивнув на свою лодыжку. — Думаю, я подожду здесь наверху. Долгая была прогулка.
— Только без геройского дерьма, ладно? — сказал ему Вейл. — Если услышишь, что кто-то идёт, верни крышку на место и спрячься.
— Без геройского дерьма, — повторил Август, поднимая ладони.
Мы вернулись ко входу и начали спускаться. Вейл шёл первым, с фонариком в руке. Когда я последовала за ним, нога зацепилась, и я споткнулась. Рука Вейла нашла моё бедро, чтобы поддержать меня; пальцы вдавились в кожу. У меня перехватило дыхание.
— Ты в порядке? — спросил он; голос звучал близко и обеспокоенно. Лунный свет из отверстия ямы освещал его глаза достаточно, чтобы я могла увидеть своё дрожащее отражение в них.
Я сглотнула; голос застрял в горле. Мне нужно взять себя в руки.
— В порядке, — сумела ответить я, сглотнув.
Моя нога коснулась пола, и я повернулась, осматривая пространство в свете фонаря Вейла.
Пещера была почти точной копией помещения под первым входом в туннель, который я видела, укомплектованная аварийными припасами, но я заметила более толстый слой пыли и паутины.
Воздух был тяжёлым, пахло сырой землей.
Вейл повернулся лицом на север, в сторону забора. И поселения. На той стороне пещеры стена уступала место ещё более глубокой тьме.
Туннель.
— Ты готова? — спросил он, скользя ладонью по моей руке, чтобы переплести наши пальцы. Он сжал мою ладонь.
Я кивнула, не доверяя голосу.
Мы шагнули в туннель; Вейл тянул меня за собой, а его фонарик едва пробивал тьму больше чем на несколько футов перед нами.
Туннель был практически идентичен тому, в котором я уже была — земляные стены и пол из утрамбованной грязи. Изредка мы проходили мимо брошенной винтовки или скомканной обёртки от пищевого брикета — реликвий давно ушедших времён.
Ком земли упал сверху, и я вздрогнула, представив, как туннель обрушивается на нас.
— Могу я тебя кое о чём спросить? — начала я, стремясь переключить внимание с мрачных мыслей.
— О чём угодно.
Я смотрела на его профиль, пока мы продолжали идти. — Я слышала, что Северное поселение не жалует чужаков. Они ждут только Джеда, Кит и меня. С чего ты взял, что они пустят остальную часть нашей группы?
Вейл грустно улыбнулся. — Сперва ты должна узнать, что нас всю жизнь кормили ложью о Северном поселении. Совет возводит Дивидиум на пьедестал. Они хотят, чтобы мы думали, будто они извлекли уроки из ошибок прошлого и выработали наилучший способ жить. Но они не хотят, чтобы мы знали: люди в поселениях живут мирно. Они не хотят, чтобы мы знали, что успешное общество может существовать без чего-то вроде Эндлока.
— Откуда ты знаешь, что это правда? — спросила я, прищурившись. Уж Эгги бы точно сказала мне, если бы Северное поселение было каким-то утопическим обществом.
— Некоторые из моих… источников поддерживают связь с Северным поселением, — сказал Вейл.
У меня отвисла челюсть. — Зачем? О чём они говорят?
— Совет хочет, чтобы Северное поселение разрешило им визит. Я не знаю подробностей зачем, но могу представить, что у них есть интерес только к тому, на чём они думают заработать кредиты, — ответил Вейл.
Я ему верила. Если Северное поселение согласится на визит Совета, у меня было чувство, что они пожалеют об этом.
— И я не могу гарантировать, что Северное поселение впустит нас, — продолжил Вейл. — Но других вариантов нет. Если они будут колебаться, мы предложим помощь, где только возможно. Мы можем помочь с физическим трудом или профессиональными навыками. Август — врач. Кит — инженер. Яра была агрономом. Ты уже часть сделки, но даже если бы не была, твои боевые навыки — ценный актив. Нам есть что предложить, если они не захотят принять нас по доброте душевной.
Он был прав. Не то чтобы мы могли вернуться в город. А попытка жить самостоятельно, в Пустошах, стала бы смертным приговором. Северное поселение было единственным вариантом.
Судя по тому, что говорила Эгги перед моим отъездом из Дивидиума, в Северном поселении действительно не хватало определённых ресурсов, и наличие людей с опытом Августа и Кит могло быть достаточным аргументом, чтобы принять и остальных.
Вейл внезапно остановился, передавая мне фонарик и размыкая руки, чтобы достать из кармана планшет. Он коснулся экрана, и тот загорелся. Вейл пробежал глазами по данным.
— Тебе придётся остаться здесь, — прошептал он, наконец снова взглянув на меня.
— Что? — Я поёжилась при мысли о том, чтобы остаться одной в гнетущей тьме.
Вейл потянулся ко мне, заправляя прядь волос за ухо. — Мы всего в нескольких шагах от того, чтобы оказаться прямо под забором. Если твой браслет пересечёт периметр, внутри тюрьмы сработает тревога. Тебя поймают. У моего браслета нет этой функции, и мне нужно убедиться, что туннель действительно выведет нас на другую сторону забора. Убедиться, что на том конце есть выход.
Он был прав. Другого выбора не было.
Я сглотнула, расправляя плечи и натягивая на губы вымученную улыбку. — Конечно.
Он протянул руку, и я смотрела на неё мгновение, прежде чем поняла, что он хочет забрать фонарик, который я всё ещё держала. Единственный источник света в туннеле, не считая слабого свечения от его планшета.
Я подавила стон. Вот же черт.
Я вложила фонарик ему в руку.
— Я скоро вернусь, — пообещал он, пятясь на несколько шагов и не сводя с меня глаз, прежде чем развернуться.
Несколько мгновений я стояла, прислонившись спиной к стене, пока он уходил всё дальше по туннелю, и пространство вокруг меня становилось темнее.
Пока он не завернул за угол, и я не осталась без света вовсе.
Я сползла по стене, пока не села, щурясь и пытаясь хоть что-то разглядеть.
Я никогда не боялась темноты, но темнота никогда не была такой абсолютной.
И тишина.
Так, должно быть, чувствуешь себя, когда тебя хоронят заживо? Я резко вдохнула от этой мысли, сжавшись в комок и обхватив руками согнутые колени. В груди стало тесно, и казалось, что в горле застряло что-то, мешающее делать полные вдохи.
Я услышала голос мамы в голове. Дыши, Рейвен.
Вдох, два, три, четыре.
Выдох, два, три, четыре.
Кажется, я не делала полного вдоха с тех пор, как забрали родителей. В ту ночь что-то застряло в моей груди, и лёгким пришлось приспособиться.
Вдох, два, три, четыре.
Выдох, два, три, четыре.
Стало хуже, когда арестовали Джеда.
Вдох, два, три, четыре.
Выдох, два, три, четыре.
И ещё хуже, когда меня впервые выгнали на охотничьи угодья.
Вдох, два, три, четыре.
Выдох, два, три, четыре.
Я представила наших друзей, сидящих за нашим обычным столом в столовой, смеющихся вопреки тому, где они находились, и что-то дрогнуло в груди.
Вдох, два, три, четыре.
Я представила Вейла, затаскивающего нас с Джедом в туннель.
Выдох, два, три, четыре.
И я поняла: где-то по пути эти люди сделали так, что мне стало легче дышать.
Заставили почувствовать себя почти целой снова.
Я представила нас всех, идущих через Пустоши.
Я сделала глубокий вдох; ритм выровнялся.
К тому моменту, как мы вернулись ко входу в туннель и выбрались обратно в мир живых, прошло полчаса.
— Туннель чист. — Вейл ввёл Августа в курс дела. — Выход по ту сторону забора заклинило, полагаю, потому что им так долго не пользовались. Но мы не можем рискнуть взломать его, пока не будем уходить — другой охранник может заметить зияющую дыру в земле по ту сторону периметра.
Широкая ухмылка расплылась по лицу Августа. — Мы реально это делаем.
Мы направились обратно к тюрьме, но я замерла, вспомнив кое-что. Я повернулась к Вейлу. — Раз уж мы здесь, я должна показать, где спрятала винтовку, которую стащила у охотника. Так ты сможешь передать её Кит. Она сказала, что сможет модифицировать её для нас.
Вейл ухмыльнулся. — Показывай дорогу, Птичка.
Я нахмурилась. — Проблема в том, что я не знаю, как туда добраться.
Все деревья выглядели одинаково, и, хотя я привыкала к охотничьим угодьям, я не возвращалась на то конкретное место с момента моей первой охоты.
— Помнишь хоть что-нибудь? — спросил Август.
— Это было на какой-то поляне, — пробормотала я, вспоминая. — Вообще-то, я видела, как вы двое встретились прямо там, где всё случилось. Вы шептались, а потом услышали крик и сорвались с места.
Вейл усмехнулся. — Складывала кусочки пазла даже тогда.
— Кажется, я знаю, где это, — вмешался Август.
Мы шли за ним несколько минут, пока не добрались до поляны. Я не была уверена, та ли это поляна, пока не заметила окровавленный камень.
Август поймал мой взгляд и поднял бровь. — Чёрт. Момо говорил, ты знатно проломила голову тому охотнику. Пожалуй, мне стоило ему поверить.
Август и Вейл следовали за мной, пока я восстанавливала свой маршрут того дня, наконец приблизившись к дуплистому дереву, где спрятала оружие. Я сунула руку внутрь, опасаясь укуса какой-нибудь твари, устроившей в дереве гнездо, но пальцы коснулись прохладного металла.
— Всё ещё здесь, — прошептала я.
— Я вернусь за ней позже, — пообещал Вейл, вбивая координаты в планшет.
Я не могла стереть улыбку с лица, пока Вейл вёл нас почти до самого Эндлока, остановившись на краю поля. Огни подмигивали нам со смотровых вышек по периметру, но по большей части тюрьма была погружена во тьму; все уже спали.
— Почему ты хочешь тестировать новые функции так близко к тюрьме? — спросил Август, прислонившись к ближайшему дереву. Пот стекал по его виску, и он перенёс весь вес на здоровую ногу.
— Потому что я не знаю, в каком состоянии вы будете после эксперимента, — признался Вейл, возясь с портативным прямоугольным устройством со светящимся экраном. — Я, может, и смогу протащить вас через поле, если вы будете без сознания, но не смогу пронести через всю территорию угодий.
Я сглотнула, пытаясь увлажнить пересохшее горло.
— Как это работает? — спросил я, хотя на самом деле не хотела знать ответ.
Вейл откашлялся, наконец встретившись со мной взглядом. — Я просканирую ваши браслеты и добавлю функции. Охотники, которые платят за них, скорее всего, будут добавлять по одной или две за раз, но Ларч настоял, чтобы мы протестировали все сегодня.
— Он эффективен, этого не отнять, — проворчал Август.
Я выдохнула смешок, сжимая руки в кулаки, чтобы унять дрожь.
— По одному или…? — Я замолчала.
— Вместе, — ответил Август прежде, чем успел Вейл, шагнув ко мне и поморщившись. Я протянула руку, предлагая опору, но он отмахнулся. — Лучше покончить с этим разом.
Вейл кивнул, стиснув челюсти. Он просканировал браслет Августа, нажал пару раз на экран своего устройства, а затем потянулся к моей руке. Его пальцы сомкнулись вокруг моего запястья, и его золотые глаза заглянули в мои, согревая что-то внизу живота.
Он просканировал мой браслет и затем, довольно неохотно, отпустил руку.
— Мне жаль, — сказал он, снова нажимая на экран.
Слова слетели с его губ так тихо, что я могла бы убедить себя, что мне показалось.
Вейл достал из кармана брюк очки с тёмными линзами и, заметив мои нахмуренные брови, пояснил: — Это для тепловизора. Когда функция активируется на ваших браслетах, эти очки позволят мне видеть, где вы находитесь — в темноте или сквозь листву деревьев.
Смертный приговор для любого заключённого, на ком это применят.
Но не для нас. Не для Джеда. Не теперь, когда мы нашли способ уйти.
— Вы готовы? — спросил Вейл, надевая очки.
Я кивнула и краем глаза увидела, что Август сделал то же самое.
— Всё закончится быстро, — пообещал Вейл. — Я отойду ярдов на сто в том направлении, — он указал в сторону от нас, — чтобы убедиться, что функции работают на расстоянии. Я буду медленно возвращаться к вам, отслеживая показатели и точность тепловидения. Как только я буду достаточно близко, мы сможем проверить, сработают ли сигналы о приближении. Причинение боли оставим напоследок.
Вейл поморщился, словно последние слова отдавали горечью. Но больше ничего не сказал, повернулся спиной и пошёл прочь от нас.
Я была рада.
Я больше не могла скрывать страх, бегущий по венам, пока смотрела на удаляющуюся фигуру Вейла.
Мы с Августом ждали в молчании.
— Показатели и тепловидение в норме, — крикнул Вейл, помахав устройством в воздухе. — Сигналы о приближении должны быть…
Но пронзительная сирена взвыла одновременно из моего браслета и браслета Августа, оборвав его. Я прижала ладони к ушам, когда звук тревоги загремел в черепе, пронзительный до боли.
Я видела, как Август прислонился к дереву, закрывая уши.
Сирена смолкла, и Вейл пробежал оставшееся расстояние до нас.
— Слишком громко, — прокряхтел Август сквозь зубы. — Охотникам тоже достанется.
— Пусть достанется, — прошипела я, мотая головой из стороны в сторону, чтобы избавиться от звона в ушах.
— Август прав, — сказал Вейл, касаясь моей щеки. — Придётся поработать над уровнем децибел. Ларч поймёт, что я его саботирую, если мы выпустим это на охотников в таком виде.
Август кашлянул. — Давайте покончим с последней частью, пока вы двое не начали обжиматься в десяти футах от меня.
Я подавила смешок.
Вейл опустил руку, собираясь с мыслями. — Для функции причинения боли я нажму маленькую кнопку на планшете, и браслеты ударят вас током. Не знаю, насколько это будет больно, но разряд должен быть достаточно сильным, чтобы вывести вас из строя.
— Короче, будет пиздец как больно, — подытожил Август. — Принято.
Я стиснула зубы. У меня было полно травм, и это лишь временно. И оно того стоит, раз уж мы нашли выход.
— Давай уже, — сказала я Вейлу, встречаясь с ним взглядом. — Мы готовы.
Он прикусил губу, пристально глядя на меня мгновение, затем кивнул. Поднял руку и коснулся экрана — всего один раз.
Я почувствовала что-то похожее на укол булавкой в запястье.
— Ладно, — выдохнула я, уставившись на руку. Ожидая. Лоб наморщился. — Больно, конечно, но не…
Я закричала.
И кричала.
Мою руку отрывали. Укол распространился, как болезнь, прожигая плоть и жилы, разрезая кости.
— Останови это! — заорала я, отказываясь смотреть на свою руку. Слёзы лились из глаз, стекая в рот. Душили меня.
Боль взметнулась вверх к плечу. Она пожирала меня. Я не переживу этого.
Чьи-то руки были на моей спине, на голове, касались меня, но и это причиняло боль. Я попыталась отступить, сбежать от рук и боли, но не смогла пошевелиться — попытка закончилась тем, что я рухнула плашмя лицом вниз, и я захотела умереть.
— Убей меня, — прошептала я. — Пожалуйста.
Я повторяла эти слова, пока мир вокруг не померк во тьме, и я не сбежала в блаженное небытие.