Джеймин Ив «Вынужденная» Глава 20

Ледяная вода на коже словно пробуждала точки удовольствия, о существовании которых я даже не подозревала. Я не была совсем наивна в вопросах секса и возбуждения. В конце концов, я была оборотнем, а мы очень ценим все свои базовые инстинкты — было бы странно пережить первое превращение, оставаясь девственницей.

Я не была девственницей. У меня был секс с двумя мужчинами и несколько приятных свиданий с женщиной. Но после этого всегда оставалось чувство пустоты, поэтому я решила подождать, чтобы найти настоящего партнера, с которым можно было бы учиться и развиваться в сексуальном плане. Отсюда и все эти первые свидания, но без секса.

Что, конечно же, сделало меня чертовски опытным мастером самоудовлетворения. Но мое тело никогда прежде не испытывало ничего подобного, когда собственные прикосновения вызывали почти чрезмерное возбуждение, усиливая жжение. Оно не проходило; кровь продолжала пульсировать по коже, словно хотела расшириться или взорваться.

Снова проведя руками по коже, я осталась лежать, распластавшись в огромной душевой кабине, тяжело и быстро дыша, поглаживая клитор, прежде чем ввести один палец, а затем два внутрь. Я вскрикнула от ощущения, нервные окончания сжимались и пульсировали в такт крови, и я никак не могла сдержать стоны.

Под пальцами скапливалась влага, когда я бездумно совершала фрикции, отчаянно желая разрядки, но как бы близко я ни подходила к оргазму, я никак не могла довести себя до предела. Ни один из моих обычных способов не срабатывал: ни стимуляция сосков, ни клитора, ни мой любимый метод — стимуляция точки G.

Когда я убрала руку, возбуждение покрыло мои пальцы так, что я поняла, что уже должна была испытывать оргазм. Боже, пожалуйста, помоги мне.

Боль была невыносимой, и, свернувшись калачиком и рыдая, я задавалась вопросом, не умираю ли я. Что, черт возьми, со мной сделал Люсьен?

Не мои руки скользнули по моей чувствительной коже, и я вскрикнула, резко подняв голову и увидев пронзительные зеленые глаза.

— Что со мной происходит? — закричала я, слишком обессиленная, чтобы стесняться.

Его лицо было напряженным, выражение серьезным.

— Мы разожгли кровь внутри тебя. Она слишком долго находилась в спящем состоянии, и тебе нужно удалить эту кровь, а затем заменить ее.

В этот момент я едва понимала, что он говорит; темнота сдавливала меня, хотя я всё ещё пыталась дотянуться рукой, чтобы снять напряжение. Люсьен схватил меня за руку.

— Это не сработает, Би. Ты должна меня послушать.

Мои уши почти не слышали, но слова дошли до меня, поэтому я кивнула.

— Я сейчас тебя укушу, — сказал он мне быстро и резко. — Я сделаю это как можно быстрее, и сначала будет больно, но потом станет приятно. Тебе нужно оставаться неподвижной, чтобы я не потерял контроль.

Я снова кивнула, настолько отчаянно, что мне было все равно, если ему придется меня убить. Я предпочту это огню внутри.

Рычание Люсьена было долгим и низким — настолько глубоким, что почти сотрясало стены душевой кабины. Я не отрывала от него взгляда, ожидая, когда он вытащит меня из душа; вместо этого… он залез в него вместе со мной.

Каким-то образом я вовремя открыла глаза и увидела, как черные радужки глаз смотрят мне в лицо, когда он опустил голову между моих ног.

— Подожди…?

Я успела выдавить из себя только это слово, как его рот коснулся моего ноющего нутра, и хотя он сказал, что собирается укусить, его язык скользнул по всей её влажности. Я хотела оставаться неподвижной, как обещала, но… чёрт. Моё тело дёрнулось и выгнулось навстречу ему, потому что, в отличие от моей руки, его рот был просто восхитительным. Именно то, что мне было нужно.

Его язык снова скользнул по моему возбуждению, и я не поверила своим ушам, когда он застонал.

— Подожди, детка Би, — прорычал он, и тут раздался резкий скрежет, когда он вонзил свои клыки мне в верхнюю часть бедра, прямо возле бедренной артерии.

Укол почти не причинил боли, но первый глоток крови усилил жжение, и я закричала так громко, что услышала, как мой голос срывается. Устроившись между моих ног, наполовину высунув тело из душа, он прижал меня к себе, продолжая всё больше поглощать мою сущность.

С каждым поглощением пламя угасало, и я выгибалась навстречу ему, когда удовольствие вытесняло боль. Не в силах сдержаться, напряженный бутон наслаждения в моем центре вышел из-под контроля, и я кончила так сильно, что ударилась головой об пол, а перед глазами заплясали звезды.

Люсьен на этом не остановился, продолжая ласкать мою ногу, поднял одну руку и провел пальцами по моим складкам и ввел внутрь меня. Он по очереди проникал пальцами в напряженные мышцы, лаская каждую чувствительную точку.

С клыками и пальцами внутри меня, я двигалась на его руке, погружаясь в абсолютное блаженство, которое он мне дарил. Я никогда раньше не чувствовала ничего подобного, и я бы сделала все, чтобы почувствовать это снова. Закончив с моим бедром, он провел языком по ране, и как раз в тот момент, когда меня охватила грусть от осознания того, что все кончено, он снова скользнул ртом по моему клитору, взяв тугой бутон между зубами.

Черт возьми, спасибо, боги-оборотни.

Он ласкал меня языком, пока я кричала и пыталась ухватиться за пол в ванной. Плитка не давала мне покоя, я царапала и царапала ее, и очередной взрыв оргазма поверг меня в приятные судороги, которые Люсьен контролировал своей крепкой хваткой.

В воздухе сильно ощущался запах возбуждения и крови, и, как ни странно, в нем не было металлических ноток, которые я обычно ассоциировала со своей кровью. Запах был скорее цветочным, похожим на лаванду.

— Как горение? — спросил Люсьен, поднимая голову, и я, завороженная темным вихрем его глаз, была поражена тем, как чертовски хорошо он выглядел между моих ног.

Он был полностью одет, волосы зачесаны назад, вода лилась на него, а я была в ужасном состоянии.

— Всё ещё есть, — призналась я задыхаясь, — но в сто раз лучше, чем до того, как ты — я откашлялась — помог. Управляемо.

— Управляемо, это недостаточно, — парировал он, снова показав клыки и опустив голову. На этот раз предвкушение чуть не вызвало у меня очередную волну оргазма.

Наши взгляды не отрывались друг от друга, пока я чувствовала укол в свой клитор, который, должно быть, наполнился кровью, потому что в тот момент, когда клыки Люсьена коснулись его, он издал глубокий, стонущий звук желания.

Животное рычание — это звук, который издавал волк, когда хотел совокупиться или подраться.

Я точно знала, что это было первым поражением Люсьена.

И моим.

Тот факт, что это была плохая идея, и она только усугубит и без того сложную ситуацию, затерялся под накалом момента. Последствия этого стали бы проблемой будущей Симоны, и даже если нервный срыв был бы неизбежен, это не означало, что я не могу наслаждаться настоящим. Потому что настоящее — это умопомрачительные оргазмы, а я — жадная стерва, которой нужно, чтобы всё это продолжалось.

Очень, очень жадная.

Вы пропустили