Мелани Карсак «Воительница: Под Грозовой Луной» Глава 26

Мы с ярлом Мьёрдом вернулись в чертог. Как только я вошла, Хофунд поймал мой взгляд; он изо всех сил старался скрыть промелькнувшее на лице облегчение. Я посмотрела на Ирсу и кивнула ей. Она ответила тем же жестом.

Мы с ярлом присоединились к остальным. Разговор, который до этого крутился вокруг странствий Лейфа, затих, и воцарилась странная тишина. Я быстро взглянула на кузена. По выражению лица Лейфа было видно, что в его душе бушует буря. Он пытался это скрыть, но боль клокотала в нем прямо под кожей.

— Нам следует говорить прямо, — сказала я, поворачиваясь к Эгилю. — Истина в том, что Кальдер и Эйлиф мертвы. Ярл Бьяртмар отверг предложение о мире и ясно дал понять, что не желает слушать ни Лейфа, ни меня, ни Хофунда. Он охотится на вас с Астой. По непонятной причине мы все оказались на одной стороне. Так что назревает вопрос: чего хотите вы?

— Того же, чего и всегда, — ответил Эгиль. — Свою семью, свои земли. Сильфрхейм сгорел, но он не уничтожен. Я хочу вернуться в свой дом и занять там свое место вместе с женой, — он посмотрел на Асту. — И я хочу всё восстановить. Без помех.

— С женой? — переспросил Лейф, глядя на мать.

— Мы с Эгилем поженились, — бросила Аста. Она была занята тем, что ковыряла вышивку на манжете своего платья.

— А как же Хакон и Хальгер? — спросила я её.

Аста лишь безучастно пожала плечами.

Лейф не смог скрыть отвращения, проступившего на лице:

— Они мои братья.

— Они твои единокровные братья, — огрызнулась Аста. — Они и еще половина бастардов в Дальре.

Я впервые видела, чтобы Аста говорила с Лейфом так резко. По его реакции было заметно: грубость её тона поразила даже его. Разговор снова зашел в тупик.

Через мгновение Эрик произнес:

— Ярл Бьяртмар удерживает Сильфрхейм. Он не позволит тебе просто так забрать деревню назад, — сказал он Эгилю.

— Да, — ответил Эгиль. — А ты позволишь?

— Это зависит от обстоятельств, — парировал Эрик.

— От каких же?

— От того, что произойдет в Дальре, — подытожил Эрик.

— Я подталкивала Эйлифа и Эгиля к захвату Дальра, — обратилась Аста к Лейфу. — Но я делала это ради тебя. Всё это было ради тебя. Дед… он никогда бы не позволил тебе занять свое место. А Кальдер, — она скривилась от отвращения, — он был слаб. Он должен был умереть. Мы бы потеряли всё, если бы ему позволили править. Эгиль согласился со мной в том, что должно быть сделано. Лейф, я всё делала для тебя.

Я взглянула на Эгиля. Я долго верила, что Эгиль и Эйлиф намеревались поделить Дальр и Сильфрхейм между собой. Но была ли я права? Кому Эгиль был верен на самом деле: брату или Лейфу? Или Аста в своем стремлении избавиться от Кальдера просто обманула саму себя насчет того, что будет дальше?

— Мне кажется, Эйлиф не был бы в восторге от такого плана, — заметила я, не сводя глаз с Эгиля. Глядя на него, я поняла, что у него и Лейфа глаза абсолютно одинакового цвета.

— Эйлиф хотел Сильфрхейм. А Дальр я бы взял для себя и Лейфа, — сухо ответил Эгиль.

Разумно. В духе наемных убийц. Я откинулась на спинку стула.

Все взгляды обратились к Лейфу. Он долго сидел в тихом раздумье, прежде чем повернуться к Эрику:

— Если Эгиль вернется в Сильфрхейм, значит, мы проливали кровь впустую.

Эрик склонил голову набок, обдумывая услышанное.

— Не впустую, — возразил Эгиль. — Ты мой сын, Лейф. И я хочу видеть тебя на троне в Дальре. Всё пошло не по плану, но у богов свои пути. Мои братья мертвы, это правда. Но я здесь, и мой сын тоже. Чтобы двигаться вперед, ярл Бьяртмар должен быть устранен.

— Гудрун беременна, — напомнила я Асте и Эгилю. — Теперь он никогда не отступит.

— Что скажет сын конунга? — спросил ярл Мьёрд.

— Ярл Дальра пытался убить меня и мою будущую жену, — ответил Хофунд.

Краем глаза я увидела, как Аста напряглась.

Брин рассмеялась:

— Ну, это снимает все вопросы.

— Лейф… — произнес Эгиль, и на этот раз в его голосе послышалась мягкость.

Лейф посмотрел на Эрика:

— Ты не брат мне по крови, но ты мой брат по сердцу. Я не могу сделать этот выбор один. Что скажешь ты?

Эрик уставился на огонь. Поразмыслив, он посмотрел на Эгиля:

— Если между Харклеттом и Сильфрхеймом возможен мир, я не против твоего возвращения в Сильфрхейм.

Эгиль медленно кивнул:

— На руках у каждого из нас кровь. Теперь никому из нас от этого не уйти. Я согласен на этот мир.

— Тогда Эгиль и мать должны вернуться в Сильфрхейм, — заключил Лейф.

Хофунд повернулся к нему:

— Как сказал Эрик, город удерживают люди твоего деда.

Лейф кивнул:

— Да. И как бы странно это ни было, мы должны помочь Эгилю вернуть те земли, из которых сами же его изгнали — по приказу Бьяртмара.

Ирса, заговорив впервые за вечер, произнесла:

— Есть не один способ вернуть город.

Это заставило всех замолчать.

Возможно, нам и не придется проливать кровь. Если жители Сильфрхейма увидят возвращение Эгиля, возможно, они просто сложат оружие. Тогда нам останется иметь дело только с людьми ярла Бьяртмара. Силы ярла и так были рассредоточены между Дальром и Сильфрхеймом. Возможно, люди прислушаются к нам. Насколько сложно будет настроить их против Бьяртмара?

— Ярл Мьёрд, если бы вы согласились присоединиться к нам, нам бы пригодились любые союзники, — добавил Лейф.

Мьёрд склонил голову:

— На то воля богов.

Лейф повернулся к Эгилю:

— Тебе следует подготовить своих людей к возвращению с нами… отец.

При этих словах Эгиль улыбнулся.

Ярл Мьёрд повернулся ко мне:

— Тишина между ударами барабанов.

Я кивнула. — Норны ткут причудливые узоры.

Вы пропустили