Я быстро направлялась к причалу. Когда я заметила красно-белые паруса конунга Гудмунда с изображенным на них Мьёльниром, мое сердце бешено заколотилось. Неужели он здесь? Неужели он искал меня?
У меня было столько вопросов. Представить себе Хофунда, бороздящего моря в поисках меня, было нелепо. Я была не из тех девушек, которые способны вызвать подобную страсть. В лучшем случае боги отвели мне какую-то мелкую роль. Но чего они хотели добиться, я не знала.
Я поспешила на пирс, где мужчины уже полным ходом загружали свои корабли. Судя по всему, они уже готовились к отплытию. Я окинула взглядом команду, и сердце мое заныло, когда я поняла, что Хофунда там нет. Он не приплыл.
Чего я ожидала? Что Один просто приведет Хофунда ко мне?
В конце концов, у меня не было причин полагать, что он хочет иметь со мной что-то общее. Дед сказал ему, что я от него отказалась. А вдруг Хофунд действительно в это поверил?
А если не поверил?
Мама сказала, что пошлет в Грунд весточку. Я знала, что могу ей доверять… если только боги не вмешаются. Я не могла предположить, какую Свафу найду по возвращении. Однажды боги уже забрали у меня мать на долгое время.
— Эй, ты! — позвала я одного из мужчин. — Это корабли из Грунда?
Он распрямился и озадаченно нахмурился.
— Допустим.
— Передашь от меня послание принцу Хофунду?
Мужчина усмехнулся.
— Не уверен, что принц собирает любовные послания дамочек из разных уголков мира.
Я покачала головой.
— Принц меня знает. Если не передашь мое послание, подведешь своего господина.
— Ладно, — кивнул мужчина. — Что передать?
Я задумалась. Что я могу передать? Одного моего слова может оказаться недостаточно. Я нагнулась и достала из сапога нож. Затем отрезала лоскут голубой ткани от нижней части своего платья, подошла к борту корабля и протянула его мужчине.
— Скажи Хофунду, что он найдет меня на Больмсё.
Мужчина перевел взгляд с голубой ткани на меня и обратно. Не говоря ни слова, он взял лоскут и положил его в карман.
— Хорошо. А если спросит, от кого это?
Я усмехнулась.
— Он поймёт.
Мужчина пожал плечами и вернулся к работе.
Хофунд.
Хофунд.
Я тебя не забыла. И скоро я буду тебя достойна.
Покинув причал, я направилась обратно в деревню. Я бродила по ней, внимательно рассматривая все, что можно было увидеть. Моя первоначальная оценка оказалась верной. Ярл Асгер брал ситуацию под контроль. Доказательства этого, в том числе трое мужчин, сидевших в цепях в ожидании казни, были очевидны.
В трактире, где Ирса, Эйдис и я попали в беду, было на удивление тихо. И никаких признаков вмешательства ярла Сольвы тоже не было. Асгер вел умную игру. Логичнее было подождать и посмотреть, что будет после смерти Арнгрима. Без легендарного берсеркера у власти Больмсё окажется слаб. Что они предпримут, когда узнают, что у Арнгрима есть внучка?
Конечно, это означало, что, в конце концов, я расскажу Арнгриму правду. Надеялась, что дед примет меня, надеялась, что Тюрфинг и история с Самсё искупят меня, но я не знала, что скажет Арнгрим. Возможно, когда он поймет, что я Хервёр, а не Херварт, он будет разочарован. Почему старуха на Самсё настояла на том, чтобы я скрыла свою личность? Какое значение имел мой пол?
Раздраженная этой мыслью — всю жизнь меня заставляли жалеть о том, что я девочка, — я оставила эти размышления и отправилась на рынок. На Больмсё меня ждала одна беременная, которая рассчитывала, что я вернусь с чем-нибудь сладеньким.
Вернувшись на центральную площадь, я прошлась по торговцам в поисках чего-нибудь вкусного. Постоянная тяга Эйдис к ягодам и яблокам разбивала мне сердце. Я высматривала все, что могло бы подойти. Но на исходе долгой зимы таких товаров было мало. Наконец, добралась до прилавка одной старушки, которая держала в руках сверток с сушеной черникой.
— Это последняя, моя дорогая. Еще три месяца у нас не будет фруктов и ягод. Здесь хватит, чтобы протянуть хоть немного.
— Моя сестра ждет ребенка, — сообщила я и протянула ей монету. — Спасибо, — поблагодарила я с улыбкой.
Она вернула мне улыбку, но стоило ей перевести взгляд на кого-то за моим плечом, как улыбка потухла.
— Отыскала что-то вкусненькое, Хервёр? — услышала я.
За моей спиной стоял Асгер.
— Хм… Да. Это для моей сестры… она ждет ребенка. Меня послали с четкими указаниями не возвращаться без сладостей.
Он улыбнулся, и на его щеках заиграли ямочки.
— Тогда ты пришла к нужному человеку. Я каждое лето воровал малину с фермы Линхейд.
Линхейд нахмурилась.
— Это точно. А сколько раз тебя за это щипали мои гуси?
— У меня до сих пор шрам на руке от последнего посещения твоей фермы.
— Только в тот раз тебе нужна была не только малина, — нахмурилась старушка.
Асгер нервно хихикнул. Он вежливо поклонился пожилой женщине, взял меня за руку и повел прочь. Я подумывала о том, чтобы выдернуть ладонь, но вместо этого еще раз благодарно посмотрела на старуху и пошла с ярлом.
— Старая ворчливая грымза, — прошептал он, глядя на женщину через плечо, и задрал рукав, открыв небольшую белую полосу на предплечье. Хоть она и сливалась с закручивающимися татуировками, но все же была заметна. — Моему брату досталось еще хуже. У него шрам появился на полщеки.
— У вас есть брат?
— Был. Его убили здесь, в Хальмстаде, несколько лет назад. Какая-то кучка нелюдей сошла на берег, ограбила и убила его. Асмунд в наказание устроил им «кровавого орла». Но этого было мало. Никто не понимает это так, как родной брат.
— Мне очень жаль.
Он кивнул, затем жестом указал на кулёк, который я держала в руках.
— Беременная сестра… Ты хорошо о ней заботишься. Сегодня уезжаешь на свою ферму?
— Да, — кивнула я. — И мне нужно уже выезжать, если я хочу вернуться до темноты.
— Надеюсь ещё не раз увидеть тебя в Хальмстаде, Хервёр.
— Благодарю.
Он слегка поклонился и кивнул на прощание.
Повернувшись, я направилась прочь от рынка к месту, где оставила свою лошадь. По дороге я мысленно упрекала себя за глупую улыбку, расплывшуюся по моему лицу.
Хервёр. Что ты делаешь? Ты настолько глупа, чтобы поддаться его заигрываниям?
Но всё было не так просто.
Вместо этого я наслаждалась ощущением того, что живу. Что я женщина. Что я… личность. В Далре я никогда не ощущала собственной значимости. Никогда не чувствовала себя цельной. А теперь почувствовала. Теперь я знала, кто я на самом деле. И хотя Асгер был достаточно красив, чтобы его флирт вызывал у меня приятные эмоции, на самом деле не он зажег меня изнутри, а осознание того, что встреча с ним мне дала.
Свободу.