прим. пер.: название главы «Bad blood» дословно переводится как «плохая кровь» (в контексте возможна игра слов)
Холодный ветер свистел в ушах, когда мы телепортировались в лесную зону за Храмом. Раздор окинул взглядом окрестности, как будто пытался обвыкнуться в мире, в котором прежде лично не бывал. Трейс же, не выпустивший мою ладонь после телепортации, мягко сжал её, привлекая моё внимание.
– Спасибо, что подбросил. – Я подняла глаза на него и натянуто улыбнулась.
В его голубых глазах на крошечную долю секунду блеснула тревога, смешанная с грустью. Мне было больно в них смотреть.
– Позвони мне, как только выйдешь из Храма. Я серьёзно, Джемма.
Мне понадобилась вся моя сила воли, чтобы не протянуть руку к его лицу. Чтобы не зацеловать его так, чтобы все эти переживания и боль покинули его взгляд.
– Хорошо. Перестань за меня волноваться, не то поседеешь.
Трейс криво улыбнулся, и моё тело завибрировало с новой силой. Я даже слегка пошатнулась от внезапного прилива. Эти вибрации между нами, возникавшие при каждой встрече, всегда были физически ощутимы, но в последнее время они как будто бы становятся ярче, сильнее. Их уже невозможно игнорировать. Я, мягко говоря, в замешательстве.
Он сжал мою ладонь ещё раз и отпустил. Подмигнув, он молча растворился в воздухе. Я же осталась стоять с внезапным чувством потери.
Сделала глубокий вдох, как будто мне нужно было время, чтобы приспособиться дышать без него, после чего развернулась к Раздору и скривилась при виде его обнажённой груди и доспехов как из Средневековья.
– Постой тут, я пригоню машину.
– Я же уже сказал тебе. Куда ты, туда и я.
– Только не в таком виде, – отрезала я, указав пальцем на его нелепое обмундирование. – На случай если ты не заметил, люди здесь так не одеваются.
Да и вообще где-либо в наше время.
Он окинул себя беглым взглядом. И затем, не успела я и глазом моргнуть, как его доспехи пошли рябью, вспыхнули светом, и на их месте материализовалась совсем другая одежда. Вещи сильно напоминали те, в которые был одет Трейс, – пара джинсов и облегающая чёрная футболка, – хотя на Раздоре они выглядели так, будто вот-вот порвутся на этой огромной мышечной массе при одном неверном движении.
Я сложила руки на груди и ухмыльнулась.
– Да ты полон сюрпризов! А ещё фокусы покажешь?
– Это не фокус, это чары…
– Да я просто шучу. Знаешь, что такое «шутка»?
– Шутка. – Он задумался. – Проявление юмора. Фраза или действие, вызывающие веселье и смех.
Я уставилась на него так, будто он отрастил вторую голову.
– Да, точно.
Довольный собой, он кратко кивнул.
– Принято.
– Ага, отлично. – Встряхнув головой, я развернулась к Храму и пошла вперёд. – Нам сюда.
Выйдя из леса, я подошла к машине, разблокировала замок и жестом указала Раздору, чтобы садился со стороны пассажира. Он резко остановился.
– Разве мы не собирались поговорить с вашим Советом? – спросил он растерянно, поскольку мы стояли на парковке непосредственно у Храма, но не заходили внутрь.
– Мы непременно поговорим. Но сначала заедем к Никки.
– К сосуду? – Ему эта идея не пришлась по душе. – Зачем?
– Я же сказала, мне нужно убедиться во всём самой. Или ты думал, что я просто поверю на слово?
В прошлом это всегда выходило мне боком.
Задумавшись, он скользнул взглядом по моей машине и снова по мне.
– Вообще да, – честно признался он.
– Боже ж ты мой, – ответила я, открывая ему дверь с пассажирской стороны. – Тебе ещё многое предстоит узнать о человечестве. Садись.
Не прошло и пятнадцати минут, как я свернула в район Никки и припарковалась перед её домом с огромными панорамными стёклами. Я была здесь на вечеринке прошлой весной, хотя с тех пор ни разу больше сюда не приезжала, потому что… ну, мы с Никки как бы ненавидим друг друга. Раздора не интересовали размеры домов в этом районе, он был занят тем, что пытался расстегнуть ремень безопасности. И это всё после того, как полпоездки разъясняла ему, что движет этим железным конём, на котором мы едем. То есть моей машиной. Как выяснилось, прежде он ещё ни разу не ездил на авто и не использовал ничего такого сложного и ломающего мозг, как ремень безопасности.
Сжалившись над бедным древним существом, я подавила улыбку и выпустила защёлку из замка. Серьёзно, как он собирается остановить конец света, если не может справиться с ремнём безопасности?
– Я всё слышу, – проскрежетал он, наклоняя голову, чтобы слезть с моего коня… то есть выйти из машины. Мне пришлось полностью отодвинуть сиденье назад, чтобы его ноги влезли. – Пускай я мало знаю о современном мире, но это не значит, что мне не по силам справиться с задачей, для которой я был создан.
– Так ты будешь подслушивать мои мысли всё время, пока мы вместе? – как бы невзначай спросила я, уже шагая к дому Никки. – Потому что я могу сделать весь этот процесс крайне неприятным для тебя.
– Даже не сомневаюсь.
– Не говоря уже о том, что подслушивать в принципе нехорошо, – добавила я, нажимая на дверной звонок, и отступила на шаг назад.
– Я не подслушиваю. Я просто так устроен, – возразил он с нескрываемым раздражением в голосе.
Я недоверчиво взглянула на него.
– Если ты можешь что-то, то это ещё не значит, что должен. Жизненный урок номер два, – сказала я, подняв два пальца. – Этот даю бесплатно, но за следующий придётся платить.
Не успел он сформулировать вопрос, явно написанный на его лице, как дверь распахнулась, и мы оба уставились на крайне недовольную Никки.
– Какого чёрта ты тут забыла?
Она стояла на пороге, сложив руки на груди, и смотрела на меня как на паразита, захватившего её крыльцо.
– Я тоже рада тебя видеть, – пробормотала я, а мой взгляд уже опустился к её животу. Но, разумеется, на ней оказался безвкусный свитер на три размера больше. Если задуматься, она в последнее время часто стала носить вещи свободного кроя. Даже её школьная рубашка торчала навыпуск, насколько я помню (не то чтобы я обращала внимание).
Если это не выдаёт её с головой, то я даже не знаю что. Потому что Никки, будем откровенны, никогда не была скромницей.
– Хватит на меня пялиться, извращенка! – Она перевела взгляд на Раздора. – И что это за бодибилдер с тобой?
Я проигнорировала оба её вопроса, решив, что разговор буду вести я. Надо же вытащить правду из её рта.
– Ради всего святого, скажи мне, что ты не беременна!
Что ж, это вышло несколько более истерично и прямолинейно, чем мне бы хотелось. И Раздор, судя по его ошеломлённому взгляду, считал так же.
– Чего?
Она вскинула подбородок на добрых пять дюймов.
Поздно давать заднюю.
– Ты беременна? – медленно повторила я, будто она была глухой. – Ну, ждёшь ребёнка? На сносях? В интересном положении? Завела пузожителя? Мне продолжать?
– Нет, просто пошла вон от моего дома! – рявкнула она и попыталась захлопнуть дверь перед моим носом, но я успела подставить ногу.
Я никуда не уйду, пока не выясню правду.
– Давай ты не будешь всё усложнять, Никки. Просто ответь на чёртов вопрос.
Её аквамариновые глаза сверкнули злостью, словно она была готова вышвырнуть меня со своего крыльца с помощью своих ведьминских чар. Мне хотелось отпрянуть, но я устояла.
– Это вообще-то не твоё дело, но нет, я не беременна.
Я перевела вопросительный взгляд на Раздора: «Кажется, она не до конца откровенна».
– Она лжёт, – сказал Раздор низким, глубоким голосом, похожим на густой соус. – Я чувствую дитя.
Глаза Никки едва не вылезли из орбит. Её руки инстинктивно обхватили живот.
– Кто ты, чёрт побери, такой? – спросила она. Свет в фойе позади неё замерцал.
Это не очень хороший знак.
– Просто старый друг, – соврала я, сделав акцент на слове «старый». Мой взгляд был прикован к округлившемуся животу, ставшему заметным, когда она случайно натянула руками ткань.
Она проследила мой взгляд и тут же убрала руки. Но уже было слишком поздно.
– Ты беременна. – Я провела рукой по лицу, словно пыталась стереть этот образ из памяти. – Ты хоть понимаешь, что натворила?
– Что такое, Джемма? Боишься, что потеряешь Трейса навсегда, как только он узнает, что я ношу его ребёнка? – Если взглядом можно было убить, я бы уже дважды была мертва за последнюю минуту. – Мы обе знаем, какой он. Он останется со мной, и мы будем растить нашего малыша вместе.
Я сжала руки в кулаки.
– Это не его ребёнок, ты чёртова безмозглая ведьма-психопатка. Это ребёнок Люцифера!
Никки запрокинула голову и засмеялась, как будто из нас бред несу я.
– Это было тело Трейса. Разумеется, это его ребёнок.
Ярость закипала во мне. Я шагнула к ней.
– Ты с ума сошла? Это не так работает, Никки, и ты это знаешь. Люцифер управлял телом. Это не ребёнок Трейса!
– Его! – заорала она, отказываясь принимать реальность.
– Знаешь, кто это? – спросила я, схватив Раздора за футболку и подтянув ближе к нам. – Это Раздор, один из Всадников Апокалипсиса.
Она перевела взгляд с меня на него и обратно.
– И что?
– Тебе не кажется это интересным совпадением? Твоя беременность, его появление… И то, что он узнал о твоём интересном положении раньше всех остальных? Включи голову, Никки! Ты, чёрт побери, носишь ребёнка Люцифера! – воскликнула я. Паника нарастала во мне, а Никки смотрела на меня ничего не понимающими глазами. – Ладно, забудь. Просто идём со мной, – сказала я и схватила её за запястье. – Надо рассказать всё Совету. Они решат, что с этим делать…
– Никуда я с тобой не пойду!
Она высвободила руку. Её глаза превратились в два полыхающих омута с лавой.
Не успела я осознать, что значит это жидкое пламя в её радужках, как Никки столкнула меня с крыльца с такой силой, какой я от неё не ожидала.
– Только посмей заявиться сюда снова, и это станет последним, что ты сделаешь в своей жизни, – предупредила она и хлопнула дверью за собой.
Всё ещё сидя на пятой точке, я застонала от боли и взглянула на Раздора.
– Что, чёрт побери, только что произошло?
Ничуть не впечатлённый, он спокойно подошёл ко мне и протянул руку. Я приняла помощь, и он поднял меня на ноги.
– Она пользуется силой плода, – пояснил он. Его глаза настолько потемнели, что потеряли всякие краски. – И будет защищать его любой ценой.