Лео пришел на Весенний фестиваль поздно, и он ему уже осточертел. Табита никогда бы не сунулась в такую толпу, и что бы кот ни делал, чтобы помочь Арчи, парень не переставал дуться. Даже когда принцесса усадила сына мельника рядом с собой на пиру и весело попросила научить её одному из крестьянских танцев — танцу у майского шеста, который должен был подражать Дикой Охоте, когда открываются ведьмины кольца. Юноши и девушки гонялись друг за другом в бесконечном круговороте разноцветных лент.
То и дело вспыхивали крики и радостный хаос, когда кого-то «случайно» ловили.
Мужчины преследовали женщин, как охотники преследуют фейри. Или наоборот?
И снова Лео увидел темный лес. Изумрудные глаза.
«Охоться на крыс, мой маленький принц. Убивай их, иначе твоё проклятие никогда не кончится».
Лео тряхнул головой. Кошачьи глаза не так хороши, как человеческие, они фокусируются только на движении. Красочные образы смешивались с крупицами ускользающих воспоминаний, и Лео принял это как знак, что пора отдохнуть от фестиваля и этого неблагодарного сына мельника.
Лео уворачивался от ног в толпе, пробираясь к замковым воротам, которые всё еще стояли открытыми, хотя уже начали сгущаться сумерки. Что-то защекотало его ноздри — нечто сладко-кислое, как гнилой плод. Или как чумная крыса. Он взглянул на столы, заставленные подношениями и едой, предназначенной для Карабуса.
Могло ли такое изобилие привлечь вредителей?
Он повернул обратно, чтобы разведать обстановку. Хорошая охота ему не помешает. И, словно призванная этой мыслью, вдалеке завыла гончая.
Именно тогда начались крики.
***
Псы совершенно обезумели. Это была единственная мысль, промелькнувшая в голове Арчи прежде, чем он бросился в драку. Он снова схватил шест, чтобы оглушить одну гончую, затем другую, каким-то образом оказавшись плечом к плечу с Декланом. Как ни странно, он был даже благодарен за возможность сразиться с настоящим врагом. Он даже оценил мастерство, с которым молодой лорд орудовал своим поясным топором. Один пес пал перед ними, затем другой. Они делали всё, чтобы сохранить мир в королевстве и Замковом городе.
Эйнсли была в безопасности — её быстро окружило кольцо стражников. А Лео… Лео спутывал пару бешеных псов яркими лентами от майского шеста.
Ну, разумеется, как же иначе.
Вскоре осталась только одна гончая. Когда Деклан топором отрубил ей ухо, она, поджав хвост, заковыляла прочь — туда, откуда пришла.
Деклан рассмеялся, глядя на Арчи, будто это было всего лишь очередное охотничье состязание.
— Похоже, в этот раз я тебя обошел, Огр.
Но даже после того, как псы были обращены в бегство, ветерок доносил крики и приглушенный плач. Деклан замолчал. И хотя принцессе не позволили участвовать в бою, Арчи не удивился, увидев, как она помогает собирать раненых.
— Кто-нибудь из вас пострадал? Арчи? Деклан?
Арчи покачал головой, но Деклан тут же отступил на шаг, хватаясь за руку и протестуя еще до того, как принцесса успела к нему подойти. Впервые молодой лорд не выглядел ни капли заносчивым.
— Не суетись. Всё со мной будет в порядке.
Арчи моргнул. Деклана укусили. Когда это произошло?
И разве от обычного собачьего укуса взрослый мужчина начинает мямлить и пошатываться?
Эйнсли перехватила его руку и обнаружила след от зубов на левом предплечье.
— Деклан, рана зеленеет. Она выглядит как… — Она не договорила, на что это похоже, но Арчи уже почувствовал запах гнилых фруктов и обо всём догадался. Лицо Эйнсли окаменело. — Нужно найти лекаря, а потом показать это отцу. Арчи, ты можешь…?
Арчи немедленно подставил плечо Деклану, чтобы тот не упал, но он уже знал: лекарь не поможет. Они отразили сиюминутную угрозу, но если гончие были заражены той же чумой, что и крысы, то любая оставленная ими рана окажется смертельной.