– Ты ведь будешь сегодня на ужине в большом доме, да? – Ривер с удивительной силой сжала ладонь Райкера, её покрытые чёрным лаком ногти впились в его кожу.
Прошла уже неделя с того взрыва бомбы. Сегодня сестра Райкера надела чёрный костюм, в котором вырезов было не меньше, чем ткани. Это… интересный выбор, конечно. Райкер не мог сказать, что полностью одобряет его.
– Мы будем там вместе. – Он успокаивающе сжал ладонь сестры. – Неужели ужин с родителями настолько страшное испытание?
Ривер нахмурилась.
– Однозначно. Если тебя там не будет, мама начнёт орать на меня из-за пирсинга. Опять.
У матери и сестры Райкера, мягко говоря, непростые отношения. Он не раз становился свидетелем их ссор, которые обычно растягивались на несколько часов.
Сегодня утром было довольно тихо. Не потому что эти две женщины в кои-то пришли к согласию, а просто канцлер дала им разрешение покинуть «Лилию».
– Ты не пробовала не провоцировать её? Может, тогда всё было бы проще? – Ни для кого не секрет, что Терция бесится из-за того, что её дочь делает со своим телом. И Ривер намеренно злила их мать. – Можно же хоть раз поужинать спокойно?
– Нет. – Ривер качнула головой. – Не в нашем случае. Ты же знаешь, мы ругаемся по любому поводу.
Хуже её непунктуальности только её привычка во всём спорить с матерью. Первым словом малышки Ривер было «нет», и с тех пор мало что изменилось. Раньше их обеих примирял Сайрус, теперь же эта обязанность легла на плечи Райкера.
– Да уж. Обещаю, мы приедем вовремя. – Он обнял сестру. – Я хоть раз тебя подводил?
Ривер покачала головой.
– Нет, ни разу.
– Именно. – Райкер поцеловал её в лоб. – Я отвезу Бринли в квартиру, чтобы познакомить с Марлоу, после чего поедем на ужин.
Райкер был сыт по горло жизнью в отеле. Последние семь дней участники постоянно были под присмотром охранников – ради их же безопасности, по словам канцлера Роуз, – так что они с Бринли даже не могли улучить момент остаться один на один.
Однако охранники уже вернули ей телефон, так что они переписывались каждый день. Сообщения были короткими, но каждое становилось главным событием его дня… если не считать моменты их встреч.
Быть рядом с вампиршей и держать руки при себе – эта необходимость медленно убивала Райкера. Когда он соглашался на участие в Отборе, он был осведомлён, что правила запрещают секс до свадьбы – такой вот пережиток прошлого, основанный на архаичных представлениях о чистоте и прочей чуши, не имеющей ничего общего с современной жизнью, – но и подумать не мог, какой сильный эффект это окажет на него.
Предвкушение удовольствие это одно, но такое ожидание – сущая пытка. Чем скорее Бринли станет его, тем лучше.
– Хорошо, – сурово сказала Ривер. – Не опаздывай.
Райкер не смог сдержать смешок.
– Странно слышать это от тебя.
Все знали про привычку Ривер опаздывать всегда и везде. Ей нужно что-то сделать с этой проблемой, пока она не закончила обучение. Он сомневался, что больница, в которую она устроится работать врачом, будет вечно закрывать глаза на её опоздания.
– Я живу с родителями, – сухо напомнила она. – Нельзя опоздать к себе домой.
– Спорное утверждение.
Если кто-то и может, так это Ривер.
Она благоразумно пропустила этот комментарий мимо ушей.
– Я вчера разговаривала с папой по видеосвязи, предупредила, что ты придёшь. Он будет счастлив увидеть тебя.
Райкер очень надеялся на это. Он откладывал знакомство Бринли с его матерью и сестрой, потому что хотел представить свою невесту сразу всей семье. Для него важно, чтобы они полюбили её, как он сам. Потому что она его идеальная пара во всех отношениях.
– Как он себя чувствует? Новые лекарства помогают?
Боги, об этом он мечтал больше всего на свете. Неподвига так давно уже с ними, что воспринималась как пятый член семьи Уотерборн, хотя она медленно высасывала из отца жизнь. И Райкера трясло от бессильной злобы.
Ривер медленно кивнула.
– Кажется, да. – Её голос стал звучать иначе, более академично, к чему Райкер давно привык. При всём её бунтарстве Ривер в вопросах медицины – настоящий профессионал. – Этот метод пока мало изучен, но может стать научным прорывом. Лечение предполагает применение сразу ряда препаратов.
– Боги, если это сработает…
– Будет просто невероятно, – договорила Ривер. Улыбка растянула её губы. – Согласна.
Райкер взял её за руку и притянул ближе к себе.
– Ты уже выпускала сегодня магию?
Меньше всего ему хотелось бы подвергать Бринли опасности.
Ривер вздохнула.
– Да, Райкер. – Она протянула его имя, прямо как в детстве. – Я выпустила излишки магии, как и каждое утро с тех пор, как… сам знаешь.
Он точно знал, о каком дне она говорит.
– Хорошо. Не дай ей накопиться.
– Не дам. – Вспышка боли промелькнула в её глазах, но Ривер тут же зажмурилась. – Я никогда не забуду, Райкер. Даже если ты перестанешь напоминать, я буду помнить. Я живу с этим каждый день. Все те несчастные…
Она смотрела на него снизу вверх широко распахнутыми карими глазами, несказанные слова повисли в воздухе. Это больше никогда не повторится.
Видеть, каким тяжким бременем стала для сестры её собственная магия, было больно. Он помогал по мере сил, но знал, что Ривер всё равно с трудом справляется с этим «даром богов». Её пирсинг, вызывающая одежда и даже ссоры с матерью – это всё защитная реакция на ту проблему, которую ей приходится решать каждый день.
Телефон Ривер зазвонил – весёлая энергичная попсовая мелодия нарушила тишину. Песня Райкеру была незнакома. Одна из деталей, напоминающих о том, что их с сестрой разделяют почти два десятка лет.
Ривер взглянула на экран и убрала телефон обратно в карман. Напряжённая атмосфера рассеялась, Ривер поднялась на цыпочки и чмокнула Райкера в щёку.
– За мной приехали, мне пора. Увидимся за ужином.
Она наклонилась, чтобы взять чемоданы, но Райкер подхватил их раньше. Какой из него мужчина, если его маленькой сестрёнке придётся самой тащить вещи из отеля?
– Идём, я донесу.
Ривер ухмыльнулась и взяла сумочку (чёрную, как и весь её наряд), перед тем придержать дверь для Райкера. Весь путь до лифта она увлечённо рассказывала о новом препарате, который испытывают на отце.
Капитан помог сестре сесть в такси, закинув вещи в багажник. Она улыбнулась, закрывая дверь, и открыла окно, чтобы ещё раз напомнить, как она ждёт его на сегодняшнем ужине.
Убрав руки в карманы, Райкер вернулся в «Лилию». На душе была непривычная лёгкость. Его сестра в безопасности и счастлива, её магия уже давно не выходила из под контроля, а сам он сегодня познакомит Бринли со своей семьёй.
Что может пойти не так?
Райкер ещё в детстве усвоил, что пялиться на других неприлично, но сейчас он не мог перестать это делать. Бринли сидела рядом с ним в машине, молча глядела в окно, а его взгляд был прикован к ней.
Его будущая жена была прекрасна. Как и он, она выбрала простую повседневную одежду. Но в отличие от него, она выглядела так, будто сошла со страниц модного журнала.
Бордовый оверсайз свитер, доходящий до середины бедра, и чёрные леггинсы, облегающие стройные ноги. На спине было два разреза – судя по всему, для крыльев, хотя сейчас они скрыты. Положив подбородок на кулак, она смотрела в затонированное окно. Её светлые волосы были убраны за плечи, на лице минимум макияжа.
Он до сих пор не мог поверить, что она станет его женой. Она настоящая богиня ночи, а он… просто Райкер. Едва ли достойный находиться рядом с ней. Боги, как же сильно он влюблён в эту женщину. Уже признавшись ей в этом, он не мог больше перестать.
Райкер держал её за руку, поглаживая большим пальцем тыльную сторону её ладони. Она едва ли что-то произнесла с тех пор, как он помог ей сесть в полностью затонированную машину полчаса назад. Но молчание его не напрягало. Он радовался просто её присутствию рядом, и в этой тишине не было неловкости. Это мирная, дружелюбная тишина. Всё, как он и хотел.
Дэвис, водитель, оплаченный матерью Райкера, встретил их на подземной парковке «Лилии», чтобы Бринли не пришлось выходить на солнце. Райкеру понадобится время, чтобы привыкнуть к избеганию солнечных лучей, но он готов на всё, чтобы Бринли была рядом с ним. Если она попросит его перейти на ночной образ жизни, он, не раздумывая, согласится. Он будет далеко не первым в истории, кто поменяет свои привычки, чтобы подстроиться под особенности жизни с вампиром.
Да и сложно ли немного подстроиться, если всё это ради той, кто для тебя целый мир?
А Бринли определённо стала для Райкера целым миром. За последние шесть недель с тех пор, как они познакомились, она стремительно заняла первое место в его жизни. Он не мог представить своё дальнейшее существование без неё. Происшествие на балу, когда она истекала кровью, стало доказательством того, как сильно она важна ему.
Бринли предназначена Райкеру судьбой. Их связь ощущалась абсолютно правильной и естественной, основанной на чём-то более глубоком, чем физическое влечение из-за приятной внешности. За это он был безмерно благодарен Отбору.
Казалось, он знает о Бринли всё. Что ей нравится, что не нравится. По чему она тоскует (внезапно, по солнечному свету), чем любит заниматься в свободное время (играть в шахматы). Он знал, что её семья погибла, хоть Бринли и не рассказывала об обстоятельствах. Сейчас для неё ближе всех её Творец.
Он надеялся, что его семья сможет заменить ей родителей.
Райкер много мечтал о будущем, и все эти мечты крутились вокруг блондинки-вампирши, сидящей рядом с ним.
Машина сбавила скорость. Райкер увидел в окно знакомый район. Он потянул Бринли за руку.
– Мы на месте, милая.
Машина остановилась перед десятиэтажным жилым комплексом, окружённым цветущими садами.
Бринли посмотрела в окно, затем снова на Райкера.
– Это твой дом?
– Наш дом, – мягко поправил он, сжав её ладонь. – Если, конечно, тебе здесь понравится. Если нет, можем поискать какой-нибудь другой вариант. Но здесь… хорошее расположение. Отсюда удобно добираться как до базы, так и до дома моей семьи. Но если ты хочешь переехать, только скажи. После свадьбы мы можем поселиться где угодно.
Что-то тёмное промелькнуло в глазах Бринли. Слишком быстро, чтобы Райкер мог сказать наверняка, но ему показалось, что он заметил сильную тоску и сожаление в её чёрных глазах. Наверно, ошибся. Это было слишком мимолётно, чтобы успеть считать.
– Как давно ты тут живёшь?
Крепче сжав его ладонь, она продолжала смотреть на дом.
– Чуть больше десяти лет.
Он переехал сюда по достижении Зрелости, мечтая жить на своей собственной территории. Терция была против, конечно же. Её не обрадовала новость, что её сын, будущий делегат фейри, будет жить в столь «жалких» условиях. Он настоял на своём. Ему нужно было личное пространство.
К тому же это не какая-то там хибара. Это односпальные апартаменты, вполне чистые и уютные. Он мог позволить их на свою зарплату военнослужащего, не залезая в семейный бюджет. Дом располагается в хорошем районе Золотого города, пусть и не в элитном квартале, как дом его родителей.
Терция родилась с серебряной ложкой во рту и была убеждена, что все члены её семьи должны жить исключительно в особняках с толпой слуг, но Райкер был с ней несогласен. Он не жаловался на своё детство (напротив, оно было замечательным), но своя квартира вызывала у него особый душевный отклик. Квартира и охотничий домик в лесу – два его убежища.
Это его квартира. Возможно, если чуть постараться, она станет их общей.
Эта мысль вызвала у Ракейра улыбку. Подняв кулак, он постучал по крыше. Дэвис понял сигнал. Машина заехала на подземную парковку, где смертоносные лучи солнца не смогут причинить вреда Бринли.
Машина остановилась. По хлопку двери Райкер понял, что Дэвис вышел, и расстегнул ремень безопасности Бринли. Он заранее предупредил водителя, что они проведут здесь несколько часов. Дэвис договорился пообедать с другом неподалёку, после чего он вернётся, чтобы отвезти Райкера и Бринли в дом Уотерборнов.
А пока что они остались одни.
Райкер притянул Бринли к себе. Она не оттолкнула его, когда он обхватил руками её лицо и посмотрел в глаза.
– Я люблю тебя, – тихо произнёс он. – И я безумно рад, что ты согласилась стать моей женой.
Бринли будто бы боролась сама с собой с минуту, прежде чем сжать его пальцы.
– Я тоже, – выдохнула она, облизнув губы. – Я… жду не дождусь нашей свадьбы.
Её голос надломился на последнем слове. Он списал это на то, что она волнуется не меньше него самого. Он хотел уже поскорее сочетаться с ней узами брака, чтобы она стала его во всех отношениях.
– Я тоже, – прошептал он.
Она сжала его пальцы, как будто не хотела его отпускать.
Райкер с радостью остался бы с ней. Он накрыл её ладонь своей и пододвинулся ближе.
– Я хочу поцеловать тебя, Бринли.
Он давно ждал этого момента. Никаких камер. Впервые они по-настоящему одни.
У неё перехватило дыхание, губы раскрылись, за ними показались её клыки. Боги, какой волнующий вид. Он давно обращал внимание на неестественную красоту вампирш, но ни одна из них не вызывала у него таких эмоций, как Бринли.
– Правда?
Щёки Бринли горели румянцем, и оттого она была ещё прекраснее.
Райкеру нравилась мысль, что она смущена из-за него.
– Да, – выдохнул он. Он наклонился ближе, но всё же оставил ей пространство для манёвра. – Ты не против?
Она бесконечно долго смотрела ему в глаза, перед тем как ответить коротким кивком.
Райкер мечтал об этом. Некоторыми ночами он не мог заснуть, потому что желание попробовать её на вкус становилось невыносимым. И вот теперь свершилось. Удерживая её взгляд, он скользнул ладонью к её шее и притянул ближе к себе. Сердцебиение участилось, всё в нём было сосредоточено на одной лишь Бринли.
Он накрыл её рот своим. Движение губ было нежным, но в то же время страстным.
И вместе с тем… односторонним.
Не о таком поцелуе он мечтал. Бринли сидела застывшей статуей перед ним. Она не шевелилась, даже не дышала.
Его сердце замерло в груди. Он сделал что-то не так? Неправильно понял её реакцию?
Эти красивые глаза смотрели прямо на него, не моргая. Было что-то в их глубине, чего он не понимал. Тёмное. Странное. Проблеск… страха? Она боится его? Боги, только не это. Он никогда не причинит ей боль.
Она для него весь мир.
Райкер снова попробовал коснуться её губ своими.
Она по-прежнему не реагировала.
Не так он себе это представлял.
Райкер уже собирался отстраниться, извиниться, спросить, что не так, как вдруг Бринли пробормотала что-то вроде: «К чёрту всё».
Он даже не успел озадачиться, что она имела в виду, потому что в этот момент она перешла к ответным действиям. Бринли преобразилась в мгновение ока. Больше не каменное изваяние, теперь она была живым пламенем, обжигающе горячим и распаляющим его. Она отвечала на поцелуй с такой жадностью, с такой неистовой страстью, которую им двоим ещё только предстоит познать.
Слава Пескам, да. Вот о таком поцелуе о н мечтал. Бринли забралась на колени Райкера, оседлав его, запустила пальцы в его волосы и простонала его имя прямо в губы.
Чёрт, этот звук тут же вызвал реакцию в нижней части его тела. Все вопросы вылетели из голов Райкера, он прижал Бринли ближе к себе. Сейчас она нужна ему сильнее, чем когда-либо.
И Бринли явно чувствовала то же самое. Их губы слились в жарком танце. Она целовала его так, будто не могла без него дышать; будто она умирала и только он мог её спасти; будто он был её запретным плодом, и искушение оказалось слишком велико.
Он уже не понимал, где его губы, а где её. Их поцелуй стал глубже. Она прижималась к нему так, как никто до этого. И видят Обсидиановые Пески, он наслаждался каждым мгновением.
Райкеру всегда будет мало этого… мало её.
Его рука скользнула с шеи Бринли на её бедро. Второй он обнял её, прижимая к себе. Она застонала, потираясь о его напряжённое достоинство.
– Боги, Бринли, – простонал Райкер ей в губы.
Их одежда стала ненужным барьером между ними. Он хотел сорвать каждую мешающую вещь на пути к тому, чтобы уложить Бринли обнажённую перед ним.
– Я хочу тебя, – выдохнула она ему в губы. – Знаю, что нельзя, но…
– Я тоже тебя хочу. – Он с трудом вспомнил, как выговаривать слова; её запах был опьяняющим. – К чёрту отсталые традиции.
Какому идиоту пришла в голову мысль разделять парочки до первой брачной ночи? Полный бред.
А Райкер уважал правила. Сильно. И ему было сложно признавать, насколько нелепы они в данном случае.
И всё же, даже если забыть про правила, Райкер понимал, что их первый раз не должен случиться на заднем сиденье машины. У капитана были куда более грандиозные планы.
– Отвратительные традиции. – Она вновь прижалась к нему, и они оба поддались страсти, пылающей между ними.
Они целовались и целовались. Руки блуждали везде и всюду. Тела тёрлись друг о друга. Всё горело от желания.
Райкер позволил Бринли вести, хотя обычно уступать главенствующую позицию было не в его природе. Со временем он захочет большего. Он провёл языком между её губ и застонал, когда она приоткрыла рот, впуская его дальше.
Пробуя её на вкус, он крепче сжал её бедро. Его переполняло ощущение правильности происходящего. Бринли пахла как ночь, как тени, как лёгкие нотки апельсина.
Как будто она была создана для него одного.
Его язык скользнул в её рот, провёл по клыкам. С её губ сорвался восхитительный звук. Она охотно прижалась к нему сильнее.
В этот момент Райкер понял, что больше никогда не поцелует другую. Зачем?
В Бринли есть всё, что ему нужно.
Остатки самоконтроля, что у него были, лопнули, стоило Бринли прикусить его нижнюю губу. Не до крови, но всё же ощутимо.
Его пальцы скользнули за пояс её леггинсов, желая коснуться горячей влажности между ног. Бринли застонала, запрокинув голову назад и вытянув тонкую шею, когда он провёл костяшками по чувствительной плоти.
– Рай, не дразни меня.
Она заёрзала у него на коленях. Он поцеловал его.
– Чего бы ты хотела?
Он знал, чего хочет сам, но не собирался ничего предпринимать без её согласия.
Она посмотрела на него, её глаза потемнели.
– Коснись меня.
О, эти слова. Прямо как в его фантазиях, возникших с самого их первого свидания. Разве он может ей отказать?
Вновь захватив в плен её губы, Райкер отодвинул её трусики и провёл пальцами по входу. Лёгкие, дразнящие прикосновения. Он трогал её везде, но не проникал в манящее лоно.
Бринли изогнулась.
– Райкер, пожалуйста.
Его не нужно было просить дважды. Одни пальцем он скользнул в неё, чувствуя, как там жарко и влажно. Она застонала ему в губы. Такая узкая, такая мокрая, такая чертовски идеальная.
Боги, как приятно будет погрузить в неё член. С этой мыслью он добавил второй палец. Он согнул их внутри, и Бринли ахнула.
Райкер целовал её губы, подбородок, шею, пока его пальцы продолжали движения в её узком канале. Она извивалась на нём, умоляя о большем.
Каждый раз, когда его имя слетало с её губ, каждый раз, когда она просила о большем, его любовь к ней становилась всё сильнее. Звуки, издаваемые Бринли, навсегда отпечатаются в его памяти.
Большим пальцем он коснулся её клитора и потёр. Бринли закричала.
Он заглушил её крики своим ртом, продолжая подводить её к оргазму. Она вцепилась в его волосы, будто боялась, что он исчезнет в самый неподходящий момент и оставит её неудовлетворённой.
Ни за что. Он никогда её не оставит.
Райкер добавил третий палец, и Бринли застонала. Стенки её лона дрожали от приятных ощущений.
– Я уже близко, – едва слышно выдохнула она.
– Давай, – сказал он. – Я держу тебя.
Его пальцы подводили её всё ближе и ближе к пропасти забвения, пока Бринли не разразилась финальным криком. Райкер не спешил отстраняться, позволяя ей покачиваться на волнах удовольствия.
Бринли сжала его плечи, тяжело дыша. Она постепенно приходила в себя после пережитого кайфа. Только после этого он убрал пальцы и помог натянуть леггинсы обратно.
Бринли своими прекрасными чёрными глазами внимательно смотрела, как он поднимает свою руку, открывает рот и облизывает пальцы.
– Обсидиановые пески, ты такая сладкая на вкус, – простонал он, едва сдерживаясь сам.
Он вылизал всё до последней капли. «Это только закуска», – напомнил себе Райкер. Она теперь с ним, и это лишь первый раз из многих.
Райкеру не терпелось разложить Бринли на кровати, голую и сияющую от счастья. Он готов целую вечность провести между её ног, наслаждаясь её сладостью. Ничего больше ему не нужно.
Единственное, что мешало Райкеру отнести Бринли наверх и заняться этим, наплевав на все правила, так это то, что их ждали Этлас с Марлоу.
Со стоном, пронёсшимся через всё тело, Райкер помог Бринли слезть с него. У обоих вздымались грудные клетки. В воздухе пахло желанием, пока Райкер с Бринли продолжали смотреть друг на друга.
Прошло несколько бесконечно долгих секунд.
– Нам надо идти.
Хотя ему не хотелось.
Она, не отрывая от него взгляда, провела языком по нижней губе и медленно кивнула.
– Хорошо.
Хрипотца в её голосе приятно откликнулась в его сердце. Это он сделал с ней. Не кто-то другой. Это было только между ними двумя.
Словами не передать, сколько сил потребовалось Райкеру, чтобы вылезти из этой машины. Он открыл Бринил дверь и протянул ладонь. Она ещё раз поправила леггинсы и приняла его руку. Её пальцы скользнули по его пальцам, и он помог ей выйти из машины.
– Кто бы мог подумать, что ты такой джентльмен, Рай? – подразнила она, убирая руку, чтобы поправить свитер.
Райкер ухмыльнулся и закрыл дверь машины. Дэвис занесёт чемоданы чуть позже.
– Скажем так, у меня ещё много секретов.
И это правда. С его семьёй и работой Райкеру приходилось хранить немало тайн. Он надеялся в будущем разделить их с Бринли. Он мечтал, чтобы его жена стала его полноценным партнёром во всех отношениях. Той, что разделит его ношу и будет участвовать во всех аспектах его жизни.
– Неужели?
– Именно так.
– Так уж совпало, что я очень люблю секреты. – Она перекинула волосы через плечо и взяла его за руку. – Пойдём домой, капитан Уотерборн.
Боги, как же приятно это слышать.
– С удовольствием, милая.