Вечерний воздух нёс с собой прохладу с моря, которая пробивалась сквозь влажность, оседавшую на городских стенах, словно рисунки. Эйра наслаждалась свежим бризом. Для такого тесного города, как Квинт, близость к океану была большим преимуществом.
Группа разделилась. Дюко, Ворона и Фен решили пойти на рынок в доках и поискать материалы, которые могли бы понадобиться для корабля. Эйра дала им возможность купить всё, что они посчитают необходимым. Она всё ещё осваивалась в руководстве кораблём и доверяла Вороне гораздо больше, чем себе, в том, что касается следующего этапа их путешествия.
Лаветт и Варрен ушли, чтобы встретиться с другими выжившими после турнира. Эйра ненадолго задумалась о том, чтобы присоединиться к ним в знак солидарности, но в итоге решила, что её присутствие принесёт больше вреда, чем пользы. Эйра знала, насколько нелогичной может быть вина выжившего. Одному из них было бы слишком легко спросить, почему она, случайная девушка из Соляриса, оказалась в Квинте, а их близкие нет.
Это означало, что ей, Каллену, Йонлину, Оливину и Элис придётся исследовать город вместе. Лаветт указала им общее направление, в котором, по её мнению, они должны были двигаться, а остальное зависело от них самих.
Их шаги эхом отдавались на мощеных булыжником улицах, и этот барабанный бой пульсировал под какофонией рынка, на который они вышли. Это была огромная площадь, заполненная всевозможными прилавками. Товары были разложены в деревянных ящиках под широкими навесами, прикрепленными к стенам зданий. В центре были установлены палатки, создававшие туманный лабиринт из ткани и жары. Они двигались среди этого великолепия, обострив чувства и замечая все, что можно было увидеть, почувствовать и услышать.
— Я пойду, поищу новый блокнот, — объявила Элис.
— Ещё один? — спросила Эйра. — Разве ты не купила его в бухте Чёрного Флага?
— Купила, но он уже заполнен. — На губах Элис появилась робкая улыбка. — Кроме того, я думаю, что уже готова начать писать саму историю.
— О? Значит, я могу быть уверенной, что нас больше не будут использовать в исследованиях?
— Ты всегда будешь исследованием. — Улыбка Элис не внушала оптимизма. Эйра сдержала гримасу, не желая расстраивать подругу. Но, похоже, ей это не удалось, потому что та расхохоталась. — Знаешь, некоторым было бы лестно, если бы их увековечили.
— Я уверена, что найдётся кто-нибудь получше, — сухо сказала Эйра. — Я дам тебе знать, если кого-нибудь найду.
Элис фыркнула.
— Только представь, как будет выглядеть вторая книга.
— Я ещё даже не сформулировала свои мысли по поводу первой книги.
— Она скоро будет опубликована.
«Опубликована». Это слово засело в голове Эйры, но она не могла понять почему. Конечно, она хотела этого для своей подруги… хотела, чтобы Элис добилась успеха во всём, за что бралась. Но мысль о том, что Элис опубликуется, казалась… какой-то неправильной.
Пока Эйра пыталась разобраться в себе, вмешался Йонлин:
— Знаете, я думаю, что у нас есть друзья друзей, которые владеют типографиями в Райзене. Правда, они больше специализировались на бумажных брошюрах с новостями. — Он бросил взгляд на Оливина, который кивнул.
— Если предположить, что они еще не загнулись. — Слова Оливина были тихими и мрачными. Их едва было слышно даже Эйре, которая стояла рядом с ним. В его смягчившемся взгляде читалась настоящая боль.
Йонлин либо не услышал, либо проигнорировал их, потому что быстро повернулся к Элис, ещё более воодушевлённый.
— Но я уверен, что у них есть выход к книгопечатникам, если они не могут сделать это сами. И мне кажется, что у нас есть еще выходы на переплётчиков…
Их разговор затих, когда Йонлин и Элис пошли в противоположную сторону. Эйра заметила, что рука Йонлина как-то неловко дёрнулась. Словно он хотел взять Элис под руку, или взять её за руку, или даже положить ладонь ей на бедро, но не мог решить, что именно. И, вероятно, не знал, будет ли этот жест воспринят положительно.
— Мой брат безнадежен. — Оливин с забавным выражением лица остановился рядом с ней. — Он никогда раньше ни к кому не проявлял интереса. Ему не хватает опыта.
— Пока он не причиняет ей вреда. — Эйра была уверена, что её тон развеял все сомнения в том, что, несмотря на какие-либо отношения с Оливином, не помешают ей выбрать сторону Элис, если до этого дойдёт.
— Он никогда этого не сделает, по крайней мере, нарочно.
Она в принципе была согласна. Если не брать в расчёт её подозрительность, Йонлин был хорошим парнем. Честно говоря, он был лучше Оливина или Каллена, что делало его в какой-то мере достойным Элис. Она не смогла сдержать смешок и лёгкую улыбку. Элис заслуживала только самого лучшего.
— О чем думаешь?
— Думаю о том, насколько влиятельна ваша семья, — солгала она, вместо того чтобы признаться в своих истинных мыслях.
— Мы были одной из самых знатных семей… до Ульварта. — Его глаза наполнились тоской. В голосе звучала ненависть. — Если бы моя сестра не предала нас, наша жизнь была бы совсем другой. Возможно, мы выросли бы в ближайшем окружении королевы.
— Возможно, это и к лучшему, что тебя там не было. — Эйра взяла Оливина под руку и увела прочь от этого места и, будем надеяться, от воспоминаний о том, как в конце турнира взорвалась шкатулка королевы Люмерии.
— И почему же это так?
— Не думаю, что члену «ближнего круга королевы» понравится, если он будет близок с пиратом. — Или если он будет заниматься пиратством, если уж на то пошло.
В глазах Оливина заплясали смешинки.
— Вот что хорошо во власти, Эйра. Когда она у тебя есть, ты сам устанавливаешь правила.
— И какие правила ты бы установил?
Он сделал паузу, и на его лице промелькнуло что-то похожее на тоску. Вопрос внезапно стал гораздо серьёзнее, чем она предполагала.
— Когда я был моложе, у меня было много идей о том, как сделать Меру лучше. Возможно, из-за того, что меня предал лидер Мечей Света — людей, поклявшихся защищать Верных Ярген, и я чувствовал себя таким оскорблённым, меня охватило праведное негодование, и я составил список того, что бы я изменил, если бы мог. Именно это в первую очередь привлекло меня во Двор Теней.
— Правда? — Эйра с удивлением осознала, что они никогда особо не говорили о его мотивах присоединения к Теням. Она всегда предполагала, что это было исключительно из-за его потребности отомстить своей сестре, Уинри. И это, вероятно, так и было, но были и другие причины.
Оливин кивнул.
— Денея предположила, что мою ненависть можно использовать во благо. Не думаю, что сейчас это имеет значение, учитывая положение Меру. Сомневаюсь, что в ближайшее время мне придётся общаться с аристократами или членами королевской семьи.
— Поверь мне, ты, скорее всего, ничего не теряешь. Быть рядом с королевской семьёй — это не то, чем кажется, — вмешался Каллен, удивив её вдвойне. Эти двое парней нормально общались, но обычно они не старались утешить или подбодрить друг друга.
— Я поверю тебе на слово. Не могу сказать, что у меня когда-либо была такая возможность. — В тоне Оливина прозвучала окончательная нотка, которая заставила их закончить разговор. Но Эйра не могла не задаться вопросом, пока они осматривали прилавки.
Хотел бы он этого?
Она оставалась лидером по умолчанию, переводя их от одной лавки к другой. Между ними было естественное соперничество. Когда один из них подходил слишком близко, другой почтительно отступал, внезапно увлекаясь чем-то другим. Затем, когда приближался другой, первый отступал. Эйра старалась не оказывать никому из них слишком много внимания. Отношения между ними тремя всё ещё оставались неопределёнными.
В последний раз, когда они говорили о своих чувствах, они оба решили, что «поживем-увидим». Это была возможность для неё исследовать и познать пути своего сердца. Они знали друг о друге и были довольны этим. Затем они отправились в Карсовию, и там случились шахты. С тех пор всё было…
Поставлено на паузу Эйрой.
Именно мысли о Ноэль поначалу заставляли ее молчать. Но теперь взгляд Эйры зацепился за кинжал, лежащий среди нескольких на прилавке в самом дальнем крае рынка. В нем не было ничего особенного, без каких-либо украшений. Но на рукояти была выгравирована маленькая змея, обвившаяся вокруг рубина, такого крошечного, что он выглядел как капля крови. Эйра видела такое оружие вблизи шахт Карсовии. У всех охранников оно было пристегнуто к поясу.
— Вам что-то понравилось? — произнес незнакомый голос, вернув ее к настоящему. Мужчина с бритой головой наклонился в дверном проеме позади прилавка, Эйра была уверена, что его там не было, когда они подошли. Тени казались длиннее, более зловещими, поскольку они облепляли его. Он был одет в том же стиле, что и Каллен — свободные брюки, без рубашки, вязаный шарф был накинут на плечи и грудь. На его бледном теле были вытатуированы тёмно-синие линии. Казалось, что они двигаются, как ленты, в мерцающем свете рынка.
— Возможно, — уклончиво ответила Эйра, возвращая внимание к кинжалу, на который она только что смотрела. Надеясь, что ошиблась, она позволила магии погрузиться в лезвие. Ей едва удалось скрыть содрогание, мгновенно пожалев о принятом решении, когда из прошлого донесся отрывистый приказ и крик. Кончики ее пальцев лежали на краю прилавка, их покрыл иней. — Больше любопытно, откуда у вас кинжал из шахт Карсовии.
В тот момент, когда эти слова сорвались с её губ, Каллен и Оливин напряглись. Перемены в их поведении, несомненно, были заметны только ей.
Мужчина лишь улыбнулся.
— Считайте это трофеем. Напоминанием о личном триумфе.
— Триумфе? — Многое зависело от того, что он скажет дальше.
— Как использование его против моих угнетателей.
— И вы расстанетесь с ним? — Эйра всё ещё не была уверена, что может поверить ему на слово, и держала магию наготове.
— Нет… — Он взял оружие со стола и убрал его в ножны. — Я просто ждал, когда оно привлечёт внимание подходящего покупателя. И, похоже, это вы.
— С чего вы так решили?
— Вы кажетесь мне человеком, которому понравится использовать оружие Карсовии против них. Заходите, — он жестом пригласил внутрь, — мои лучшие товары внутри.
Эйра задумчиво постучала пальцем по столу.
Его светлые глаза забегали по сторонам, словно выискивая кого-то, кто мог оказаться слишком близко. Его голос понизился.
— Уверяю вас, наследница королевы пиратов найдёт мои акции ценными.
Она не знала, что её больше нервировало — страх или любопытство.
— Я понятия не имею, о чём вы говорите.
— Конечно, без сомнений.
Эйра оценивающе посмотрела на него. Он назвал её не дочерью Аделы, а наследницей. Было ли это предположением, основанным на том, что Эйра — дочь Аделы? Разговорная терминология? Или… этот человек был пиратом? Была ли у него какая-то информация, и его уклончивые, но осторожные формулировки были призваны заманить её внутрь, чтобы он мог поделиться информацией?
Или он был одним из тех редких неприятных типов, о которых предупреждала Лаветт? Возможно, он определил их как потенциальных жертв, поскольку они были новичками в городе, и сделал выводы, основываясь на слухах, которые ходили о ней с момента её приезда. Эйра определённо произвела впечатление.
Был только один способ выяснить это.
— Конечно, покажите мне, что у вас есть. — Эйра пожала плечами, будто для неё это не имело особого значения.
— Ты уверена, что это хорошая идея? — прошептал Каллен себе под нос, подходя к ней на шаг ближе.
— Я взвесила все риски. — Она опустила голову, чтобы скрыть свои слова, и последовала за Оливином вдоль прилавка с товарами ко входу. Даже если там кто-то устроил им засаду, Эйра была уверена, что они втроём справятся с ними без особых проблем.
Эйра ожидала худшего… в лучшем случае, что это будет продолжение магазина, но вместо этого она увидела тускло освещённую одну комнату. В очаге тлел костёр под котлом, висевшим на крюке. Один стол, два стула. Кровать. Всё было… просто, приличного изготовления. Но ничего похожего на роскошь, царившую в доме Лаветт.
— Сюда. — Мужчина потянул полку в задней части комнаты. Она сдвинулась в сторону, открывая ещё один дверной проём, в который он протиснулся. Это было немного подозрительнее и больше соответствовало тому, чего она опасалась.
Оливин оглянулся на Эйру, и она одобрительно кивнула ему. Они продолжили путь. Каллен держался рядом с ней, прикрывая тыл. Она чувствовала, как он оглядывается в поисках тех, кто может идти за ними.
— Как вас зовут? — спросила Эйра, заглядывая за широкие плечи Оливина, пока мужчина вёл их вверх по очень крутой лестнице, зажатой между зданиями.
— Дрогол, — ответил он, не оглядываясь. Интуиция подсказала ей, что это настоящее имя. Оно легко слетело с его языка, но не без секундного колебания, словно не был уверен, что хочет им его сказать. Возможно, он был очень хорошим актёром.
— Эйра. — Она проявила ту же вежливость в ответ.
— Я знаю. — Они остановились на площадке между зданиями, где могли поместиться только Дрогол и Оливин. Эйра и Каллен всё ещё поднимались по лестнице. — Ваша репутация опережает вас.
— Замечательно, — пробормотала Эйра себе под нос. Но она понимала, что её это всё меньше и меньше волнует. Если она когда-нибудь унаследует флот Аделы, то ей стоит поближе познакомиться с позором.
Дрогол ввёл их троих в тёмную комнату. Щелкнув пальцами, он зажёг фонарь, отбрасывавший оранжевое сияние на стены, увешанные всевозможным оружием. Там, конечно, были мечи и кинжалы. Особенно впечатляюще выглядел арбалет. Но в глубине комнаты была целая стена с файер-вспышками.
В свете огня она перенеслась за много лиг отсюда. Она снова оказалась на залитом кровью поле, окутанном дымом. К ней приближался всадник, рыцарь Карсовии, держащий в руках факел.
Эйра проследила взглядом за стволом оружия и встретилась взглядом со знакомой парой тёмных глаз.
«Спаси меня», — прошептала призрак Ноэль. Каждое слово было кинжалом, вонзающимся в сердце Эйры. Всё её тело сковал холод, более жестокий, чем самая суровая зима. Более беспощадный, чем обморожение. – «Эйра…»
— Эйра?
Эйра моргнула. В груди Ноэль зияла кровавая рана. По её губам потекла алая струйка, когда она прошептала: — «Почему?»
В этом и заключался вопрос, не так ли? Почему она не была сильнее? Не была умнее? Почему она не смогла защитить тех, кого любила больше всего? Этот вопрос прожег дыру в её груди, такую же широкую, как у Ноэль, но не такую глубокую. Она заплатила за них всех самую высокую цену.
Призрак снова открыла рот. – «Почему…»
— Эйра?
Она снова моргнула, и мир вокруг стал чётким. Оливин стоял перед ней, освещённый тусклым светом фонаря. Она с трудом сглотнула. Кинжал заставил её вспомнить о том, о чём она не позволяла себе думать неделями.
— Простите, — пробормотала Эйра и снова перевела взгляд на стену с оружием.
— Это впечатляющая коллекция, я знаю. — Дрогол либо действительно ничего не заметил, либо был очень вежлив. В любом случае Эйра была ему благодарна. — Но есть кое-что, что, я думаю, покажется вам наиболее интересным.
Дрогол снял с шеи ключ и отпер тонкий, широкий ящик стола, который затем выдвинул. Там, на шелковом ложе цвета крови Ноэль, лежала файер-вспышка, меньшая, чем любая другая, которую видела Эйра. Она подошла на шаг ближе, оценивая оружие по молчаливому приглашению Дрогола, взмахом ладони.
Файер-вспышка была меньше её предплечья. В ней были все составляющие ее более крупной сестры – обычной файер-вспышки, которую, как она видела, держали одной сильной рукой или, в большинстве случаев, двумя руками. На одном конце была деревянная рукоятка, а на другом — руна, которая повторяла ту, что была выгравирована на маленьком серебряном кольце рядом. Там было место для маленькой вспышки. Однако, в отличие от других вспышек, которые она видела, и тех, что были на стене, на этом стальном стволе были выгравированы десятки рун. Каждая из них сияла энергией, оставляя простор для воображения.
— Что это? — Оливин спросил за них.
— Моя наставница называет это «пистолетом», — гордо сказал Дрогол.
Эйра не сразу запомнила название.
— Ваша наставница?
— Да, женщина, которую вы собираетесь спасти для меня.