Финиан
Нам потребовалось еще девять тренировочных заездов и… еще девять смертей,… но мы, наконец, нашли надежный способ проникнуть на станцию. На самом деле у нас неплохо получилось. С минуты на минуту мы начнем перебрасываться шутками с лейтенантом Нари Ким. Шучу. Лейтенант Ким не поняла бы шутки, даже если б та упала ей на голову с неба, пока все вокруг кричали бы:
— Великий Творец, да это же дождь из шуток!
Но, возвращаясь к нашему проникновению внутрь, уже пора бы. Я цепляюсь за внешнюю сторону станции, словно это любовь всей моей жизни, я ожидаю своей очереди проникнуть в систему выброса отходов. Зила исчезла две минуты назад, что означает, осталось четырнадцать секунд до начала моего забега. Девять трачу на воспоминания о том, как Скарлет подмигнула мне, прежде чем залезть в желоб, а оставшиеся пять думаю о лейтенанте Ким, потому что если это сработает, у нас будет время на первый настоящий разговор с ней, и мне стоит перестать ее злить.
Теперь, когда мы освоили первую часть цикла, она работает как часы. Ким замечает наш корабль, и пока она связывается по рации с командованием, сообщая о том, что она хочет осмотреть корабль, мы в скафандрах забираемся в крошечный грузовой отсек ее истребителя. Затем наша новая подруга Нари разносит наш шаттл в клочья, ее связь со станцией выходит из строя, и на одиннадцатой минуте нашего цикла, она высаживает нас у вентиляционного отверстия для удаления отходов. Мы суетимся, поскольку все обеспокоены тем, что квантовый импульс, который мы видели из посадочного отсека, может повредить что-нибудь, и мы не сможем вернуться домой. Несмотря на то, что я довольно хорошо отношусь к системе выброса отходов. На станции после аварии полный хаос, из-за нее все и началось, и всему виной лишь случайный патруль, который пристрелил нас в прошлый раз.
Срабатывает таймер, и я приступаю к действию, наслаждаясь последними минутами невесомости. Раскрывается круглое отверстие сброса, я хватаю сумку и жду, по ноге бьет облако газа и пепла. Теперь у меня есть пять секунд до того, как оно закроется, и давление внутри выровняется. Я протискиваюсь внутрь, подтягивая ботинки с сумку в тот самый момент, когда люк с жужжанием закрывается. И я остаюсь во мраке, который прорезает лишь луч фонарика с моего шлема. Желоб едва ли шире моего тела, мне даже не вытянуть руки перед собой. Несмотря на то, что я парень долговязый, мне все равно тесно. Скар, должно быть, пришлось нелегко, из-за округлых частей тела. Стараюсь не думать об этом. А то здесь итак тесно.
Используя руки, ноги, колени и локти я ползу по желобу как можно быстрее. У меня чуть больше двух минут до следующей партии горячего пепла, и это не та смерть, которую мне хочется испытать, в первый раз было достаточно больно.
Тело протестует, но мой костюм усиливает его. Любимый мультиинструмент впивается в ребра. Таймер на запястье жужжит, сигнализируя, что у меня осталась всего одна минута, и я поднажимаю. Еще жужжание.
Тридцать секунд.
Чакк.
Наконец-то свет моего шлема выхватывает край люка.
— Я здесь, — тихо зову я, тут же появляются Скарлет и Зила.
Они сняли шлемы и их руки тянутся ко мне в туннель. Они стоят в выемке в стене, едва ли равной по ширине человеческого тела. Сюда никто не спускается, только автоматические дроны, которые собирают отходы и доставляют их к выводным люкам. Один из них появится здесь примерно через двадцать секунд. Девочки хватают меня за протянутые руки и тянут вниз. Я проскальзываю по еще теплому кольцу сжигания отходом и вот я уже на свободе, они опускают меня, поддерживая мой вес, прежде чем я встаю на ноги. Мы все замираем, ботинок Зилы прижат к моему костюму, и я слышу сдавленные ругательства Скарлет.
— Что в рюкзаке?
— Всего лишь кое-какие припасы. Инструменты. Закуски. Ну, знаешь, самое необходимое.
— Что ж, путь к сердце девушки лежит через ее..
— Тише! — шипит Зила.
Скар успокаивается, сжимая мою лодыжку в знак благодарности, в то время как над головой пролетает дрон, сбрасывает груз в желоб, затем снова уносится прочь. Вокруг нас содрогается станция, раздается вой сирен.
— Внимание, персонал Хрустального Башмачка: требуется инженерная команда на 19 палубе, Приоритет Первый. Повторяю: Инженеры на 19 палубу, Альфа — сектор.
Как только дрон пропадает из виду, мы поднимаемся на ноги, суставы скрипят. Я снимаю шлем, когда Скар отдает мне мою сумку. В воздухе пахнет дымом и загорается подсветка, огни мерцают белым и красным.
— Девяносто секунд до нашего окна, — бормочет Зила.
Мы тихо следуем за ней к панели доступа. Вокруг нас раздаются сигналы тревоги, крики, сообщения о причиненном ущербе. На этот раз ( в отличие от прошлого) мы ждем, прижавшись к панели, в ожидании когда патруль безопасности пройдет мимо. Затем я вынимаю мультиинструмент и открываю люк. Теперь уже проще. Мы спешим по коридору, сворачиваем налево и попадаем в пункт назначение — разветвление рядом с гидратацией, производственное и складское помещение. На табличке написано: «Г.И.П.С.А.Ф.»
— Разве это не животное? — спрашиваю я, изучая аббревиатуру. — Родом с Терры?
Скарлет сбита с толку.
— Гипсаф?
— Аспид — разновидность змей, — неуверенно говорит Зила.
— Нет, нет, это гигантский монстр, — говорю я, щурясь и пытаясь извлечь больше из глубин моей памяти. — Огромные зубы. Живет в воде.
— Акула? — пытается Скар.
— А, — произносит Зила. — Бегемот.
Я почти уверен, что ошибся, но ради Скарлет стоит прикинутся дурачком. У нее вырывается смех, теплый горловой звук, от которого по спине пробегают мурашки.
— Точно. Гипсаф. Изучи как следует земных животных, Скар. Они явно опасны.
— Самое опасное наземное млекопитающее из существующих, — торжественно соглашается Зила. — Они способны челюстями раздавить человека до смерти.
Лейтенант Нари Ким с порога произносит.
— Погодите, кто может раздавить челюстями человека?
— По-видимому, бегемоты, — обеспокоенно отвечает Скарлет.
— Не стоит слишком волноваться по этому поводу, рыжая, — отвечает ей Нари. — В космосе они не живут. В любом случае их всего пять осталось.
— Это не так, — отвечает Зила. Наши программы по реабилитации были весьма успешными. Они обитают в водной среде на планете Троя III.
— Погодите минуту, — говорю я. — Вы, люди, вернули из-за грани вымирания ужасного монстра, а собственно на кой?
Зила пожимает плечами.
— Наука.
Нари на мгновение почти развеселилась, но после она вспоминает, что она крутая девчонка, которая технически воюет с моим народом. Ее хмурый взгляд темнеет еще сильнее. Тем не менее, я клянусь, мы к ней постепенно привязываемся. Когда охранники обнаружили нас в воздушном шлюзе при первой высадке, я подумал, что это она нас заложила. Но наши последующие девять попыток окончательно убедили меня, что, по-крайней мере, на данный момент, эта земная девчонка на нашей стороне.
Мы понимаем, насколько это безумно. Путешествие во времени. Временные петли. Умирать снова и снова, чтобы начать все с начала. Но сложно не верить доказательствам, которые бьют нас по лицу каждый раз, когда мы погибаем. И, по словам Зилы, несмотря на то, что я враг этой девушки, наши интересы совпадают. Мы все хотим вырваться из этого цикла.
— Хорошо, — Нари оглядывает заполненный дымом коридор. — Похоже, мы все же нашли способ, как провести вас и сохранить вам головы.
— Или не задохнуться при этом, — добавляет Зила.
— И нас не сожгли, — содрогается Скарлет.
— Ага, — киваю я. — Было больно.
— Охрана приведена в боевую готовность, — продолжает Нари. — Из того, что я могу сказать, повреждение ядра довольно серьезное.
И вся станция содрогается вокруг нас, словно соглашаясь с этим.
— Возможно, то, что осталось от командования, требует эвакуации каждого. Итак, что мы ищем?
— ТРЕВОГА, МЕДИЦИНСКИЙ ПЕРСОНАЛ ОЖИДАЕТСЯ В СЕКТОРЕ БЕТА, ПАЛУБА 14.
— Информацию, — отвечаю я. — Нам понадобится терминал с высоким уровнем секретности, раз уж мы собрались просматривать ваши записи. Вашим техническим книгам лет двести, я, конечно, люблю винтаж, но вряд ли смогу что-то разобрать. Я имею в виду, их даже к розеткам не подключишь.
— Технические лаборатории будут кишеть людьми, — нахмурившись, отвечает Нари. — Тридцать шесть членов научного отдела погибли во время испытания, и раз уж командование подозревается в саботаже, охраны на этих уровнях будет как сыпи.
— НЕМЕДЛЕННО, МЕДИЦИНСКИЙ ПЕРСОНАЛ ТРЕБУЕТСЯ НА ПАЛУБЕ 12. ПОВТОРЯЮ, МЕДИЦИНСКИЙ ПЕРСОНАЛ НА 12 ПАЛУБУ.
— Думай, — подбадривает Скар. — Кого не будет на месте?
Все вокруг нас сотрясается, металлические стены скрипят, когда лейтенант медленно поднимает голову.
— Доктора Пинкертона. Руководителя проекта. Он был убит во время взрыва. В его офисе точно будет персональный терминал.
— Блестяще, — Скарлет дарит одну из тех улыбок, которые всегда заставляют меня улыбаться в ответ. Ощущение такое, словно я стою на солнце. — Здесь сплошной хаос, но нам, вероятно, понадобится форма, раз уж мы собрались бегать в открытую. И какой-нибудь способ замаскировать Фина.
— Нет, мы не сможем попасть на административную палубу по аварийным лестницам, — отвечает Летчица. — Мне нравится наши шансы оставаться незамеченными.
Я полагаю, что она единственная кто так считает, но мы продолжаем двигаться парами. Бесшумно поднимаемся по металлической лестнице. Это отнимает у нас куда больше времени, чем хотелось бы.., чуть ли не год, ну или четверть часа, по моим предположениям, но нам удается избежать сильного стрессе, поскольку повсюду шныряют патрули безопасности. Станция снова грохочет, и я слышу глухо гул за стенами. Скар протягивает руку, чтобы поддержать меня, пока мой экзо шипит, и я сжимаю ее ладонь в ответ, благодарно улыбаясь. Кажется, это место вот-вот развалится на части, стоит лишь чихнуть.
— ВНИМАНИЕ, ПЕРСОНАЛУ «ХРУСТАЛЬНОГО БАШМАЧКА». ПРОБОИНА В КОРПУСЕ НА ПАЛУБАХ С 13 ПО 17.
— Я, должно быть, сошла с ума…, — бормочет Нари.
— Возможно, — соглашается Зила, поднимаясь следом за ней. — Но сомневаться в собственном здравомыслии — это разумное доказательство того, что на самом деле ты в своем уме.
— Да, но может быть, это именно то, о чем я сейчас должна думать, — говорит Нари, оглядываясь на Зилу. — Быть может, все это нереально. Быть может, я сейчас в плену, заперта в какой-нибудь психолаборатории, и все это вызвано наркотиками. И весь этот кошмар вызван для того, чтобы я выдала секретную информацию.
— Информацию о чем? — интересуюсь я. — Учитывая, что ты вечно ворчишь и сама ничерта не знаешь о происходящем.
— Откуда мне знать, Перегидрольный? — сердито отвечает Нари. — Зато я знаю наверняка, что, если меня поймают и поймут, что я помогала вам троим, меня явно поставят с вами в один ряд и расстреляют, как предательницу.
— Внимание, персоналу Хрустального Башмачка. Весь инженерный отдел собирается перед Гамма-секцией, на палубе 12, немедленно.
— Позволь мне заверить тебя, — говорит Скар, — после того, как мы умерли 20 раз, это точно на самом деле. Умирать больно.
— Трудно понять, что здесь происходит, — соглашается Зила, перекрикивая сообщения по громкой связи. — Надеюсь, все наши ответы находятся в системе главного компьютера станции. Но я не верю, что вы сумасшедшая, лейтенант Ким. Или предатель. На самом деле, я верю, что вы очень храбрая.
Землянка вскидывает бровь, услышав эти слова, а Зила пристально смотрит на нее несколько секунд, прежде чем опустить голову и продолжить подъем наверх. Наверху наша сообщница исчезает, чтобы осмотреть зал, затем следует за ней.
БУМ.
Все содрогается, где-то что-то взрывается.
— ВНИМАНИЕ: НАРУШЕНА ГЕРМЕТИЧНОСТЬ. ЭВАКУИРОВАТЬ ПАЛУБЫ С 5 ПО 6. НЕМЕДЛЕННО! ПОВТОРЯЮ: НАРУШЕНИЕ РЕЖИМА СДЕРЖИВАНИЯ.
— Вот здесь мы сможем перейти к бета-версии, — бормочет Землянка.
— Тогда нужно еще два этажа вверх до офиса Пинкертона. Бета-секция находится на периферии станции, вдоль обзорных экранов в космическое пространство.
Когда мы проходим мимо, я вижу полову тьмы там, где должна быть оболочка станции. Толстый кабель уходит в шторм из темной материи, сотни тысяч километров, связанные с квантовым полем в запредельном хаосе. Бурю освещает крошечная вспышка энергии, делая видимыми все эти клубящиеся облака, миллионы километров в поперечнике, их отголоски прорываются сквозь ткань пространства. Честно говоря, у меня от этого мурашки по коже.
— Это прекрасно.., — тихо произносит Скарлет, доказывая, что…как и ее решение поцеловать меня.., ее суждение весьма сомнительно.
БАБАХ.
Там, в шторме, тот мощный импульс квантовой энергии, который мы видели в ангарном отсеке, снова поднимает парус. Он настолько яркий, что на мгновение, я теряюсь из-за остаточных вспыхивающих перед глазами кругов.
Зила бросает взгляд на дисплей на своем запястье.
— Сорок четыре минуты…
— Смотрите, — выдыхает Скар. — Это происходит снова..
Я яростно моргаю, когда импульс поднимается по кабелю к станции.. дугой темной энергии, яростно сверкающий на фоне более глубокой тьмы. Кристалл на ожерелье Скарлет тоже сверкает, от его темного сияния болят глаза.
— Зачем оно это делает? — допытывается Нари.
— Отличный вопрос, — отвечает Зила.
Глядя на мерцающие волны, я бормочу себе под нос.
— Знаете, я очень надеюсь, что гравитонное экранирование в этом секторе еще не повреждено.
— Почему? — Скар поднимает взгляд от своего сияющего декольте. — Что произойдет, если гравитонное экранирование неисправно?
Затем происходят сразу две вещи. Во-первых, квантовый импульс достигает станции, описывая дугу над корпусом, через незащищенный участок, в которым мы все стоим, и проходит прямо сквозь наши тела. А, во-вторых, Нари Ким узнает, что Скар не шутила, когда сказала, что умирать больно.
ХЛОП.
Любительские переводы книг всего мира