Норт
Все, кого Норт любила, превратились в камень. Попрощаться с семьей она могла лишь через Озму и Джека. Ее отец, мать, дедушка, бабушка, Бёрч…
Норт и не знала, что Озма заключила сделку с пиратом. Озма пообещала ему деву из будущего в обмен на помощь в спасении Оз, но не знала, кем окажется эта дева. Не знала, потому что Норт тогда еще даже не родилась. Норт не знала, что и чувствовать — ее жизнь была отдана еще до того, как началась. Но что сделано, то сделано.
Перед уходом Озма сказала ей, что магия Тик-Тока развеется, когда они отойдут на достаточное расстояние, но уверенности в этом не было.
Норт вышла из дворца и миновала его защитный барьер. Много толку от магии, призванной сдерживать коварных фейри, если Тик-Ток нашел способ проскользнуть сквозь нее. Как он это сделал?
Она замерла, и ее глаза расширились: она заметила, что стражники один за другим превращены в статуи. Вот как…
Она судорожно сглотнула и снова прибавила шагу. Уже смеркалось, улицы были пусты. Все фейри Изумрудного города, казалось, либо находились в стенах дворца, либо праздновали рождение ребенка королевы Озмы и короля Джека в своих домах.
Рядом послышалось эхо шагов, но она не смотрела на мужчину. Не позволит ему увидеть свои слезы. Она пыталась удержать гнев, который кипел в ней во дворце, пыталась быть сильной, как ее родные, но стоило покинуть бальный зал, как осознание одиночества обрушилось на нее, и горячие слезы покатились по щекам.
Перед лицом мелькнул красный лоскут ткани — такой же алый, как радужки Тик-Тока. Она выхватила платок из его рук, швырнула на землю и для верности притоптала. Вытерев щеки рукавом, она избавилась от сырости.
— Это было обязательно, звездочка моя? — спросил Тик-Ток таким тоном, будто она оскорбила его, бросив этот проклятый кусок ткани в грязь. Хорошо.
— Оставь меня в покое. — Норт упрямо смотрела вперед, избегая его лица и крепче сжимая чемодан. Ей было интересно, как Озма и Джек вообще терпели его, когда спасали Оз.
— Побудешь в одиночестве, когда окажемся на моем корабле, но не раньше.
Они всё еще были в Изумрудном городе, совсем недалеко от дворцовых стен. Путь к морю был нелегким. Как они вообще пересекут песчаные барьеры, окружающие Страну Оз? Но если Тик-Ток смог превратить в камень кого угодно прямо во дворце, то этот бродяга наверняка найдет способ выбраться. И всё же до моря добираться несколько дней. Дни и дни…
В груди затеплилась надежда.
Дни.
Это займет несколько дней.
Отец придет за ней, кто бы что ему ни говорил и как бы ни просил подождать. А еще дедушка — Кроу легко может пролететь над ними, выследить их сверху и передать весть остальным. Кто-нибудь настигнет их до того, как они достигнут большой воды.
— Выходи, — проворковал Тик-Ток.
С кем он разговаривал? Или с чем? Норт медленно вдохнула, озираясь по сторонам в сгущающихся сумерках.
Над ними, на ветке большого дерева, сидел эльф в темно-зеленой тунике. Он спрыгнул вниз, приземлившись прямо перед ними. Светло-карие глаза встретились с ее глазами, синие волосы рассыпались по плечам.
Норт сглотнула, оглянувшись в сторону дворца.
— А-а, — Тик-Ток склонил голову, — ты думала, твои близкие догонят и спасут тебя, верно? Сегодня этого не случится.
Норт сжала челюсти:
— Я тебя ненавижу.
Он ухмыльнулся, оскалив зубы, и в этот миг стал похож на дикого лесного зверя.
— Хм. А я тебя — нет. — Он щелкнул пальцами в перчатке, обращаясь к эльфу, и тот положил руки им на плечи, крепко впившись пальцами.
— Я Респен, — сказал эльф. — Просто расслабься.
Прежде чем Норт успела вырваться из хватки эльфа, голова пошла кругом, а почва ушла из-под ног. Резкий порыв ветра ударил в лицо, и весь мир превратился в размытое пятно. Крик застрял где-то глубоко внутри, не в силах вырваться наружу. Она зажмурилась, пока вращение не прекратилось и тело перестало качаться.
Норт судорожно вздохнула, сердце колотилось как безумное. Они больше не были в Изумрудном городе — они стояли на твердой поверхности, которая слегка покачивалась. Корабль. Под ее сапогами была длинная и широкая палуба, а края судна обрамляли изогнутые чистые перила. Высокие мачты, сходящиеся в острой точке, держали треугольные паруса и сети канатов — всё темного, угольного оттенка.
— Я пойду к Даксу и Цирксу, — сказал Респен, отпуская их плечи. Она проводила его взглядом: эльф, чьи синие волосы развевались на ветру, направился к противоположному борту, где стояли еще один эльф и гоблин. Второй эльф был высоким и стройным, с темно-коричневой кожей, длинными светлыми волосами и голубыми глазами. Оранжевую плоть гоблина пересекали глубокие шрамы, мышцы бугрились под туникой, а изо рта торчали крупные зубы.
Норт нахмурилась, встретив усмешку Тик-Тока.
— Мог бы хоть предупредить.
— И рискнуть тем, что ты попытаешься сбежать? — Он пожал плечами. — Ну уж нет.
— Я ведь согласилась пойти! — огрызнулась она, пока серебристые пряди хлестали ее по лицу.
— Согласилась, но это не значит, что ты не попробуешь дать деру. Или убить меня. К слову, я бы не советовал пробовать ни то, ни другое, потому что на такой случай у меня есть запасной план.
Норт, пошатываясь от качки, сделала несколько шагов к перилам и посмотрела на последние отблески дня, играющие на серебристых волнах, прежде чем ночь окончательно опустилась на воду. Если не считать нескольких освещенных магическими сферами участков палубы, звезд и луны, их окружала тьма. Она почувствовала, как Тик-Ток пристроился рядом, ближе, чем ей хотелось бы.
— Мы здесь, — наконец сказала она, когда молчание затянулось. — Так что ты от меня хочешь? Потому что у меня нет никакой магии.
Он повернулся к ней, изучая, вглядываясь в черты ее лица; его ноздри слегка раздувались. Она смотрела на него, всё больше раздражаясь от того, что он делает. Но впервые она по-настоящему разглядела его лицо. Она знала цвет его волос и глаз. Но так близко эти красные глаза казались наполненными кровью, а длинные распущенные волосы — чернее самой ночи. Золотые гвоздики украшали его острые уши. На его лице не было ни единого изъяна или шрама. Он был порочно красив. И это она тоже ненавидела.
— Я чую ее. Магию, притаившуюся глубоко-глубоко внутри тебя. Она там, ждет момента, чтобы вырваться наружу. Скоро это случится, и я буду ждать. — Его взгляд переместился. — Ризмаэла, проводи нашу гостью в ее каюту внизу. — Он снова посмотрел на Норт: — Я скоро навещу тебя там. — С этими словами он оттолкнулся от перил и вальяжной походкой направился к баку, где стоял Респен с двумя другими членами команды.
Тик-Ток почуял ее магию? Он ошибается.
К ней ковыляющая подошла дварфийка со спутанными медными волосами, мутными карими глазами и носом-картошкой. На ней была поношенная туника, широкие штаны и стоптанные сапоги; коренастая женщина была ростом примерно по плечо Норт. Должно быть, это и есть Ризмаэла.
— Идем, — проворчала Ризмаэла, забирая багаж Норт. — Капитан не предупреждал, что вернется сегодня с подстилкой.
Глаза Норт расширились, она резко вдохнула:
— Я здесь не для этого!
Ризмаэла хмыкнула:
— Любая другая была бы счастлива, если бы капитан ее взял.
«Любая другая»? Кобылица-переросток?
— И полагаю, именно так ты сюда и попала? — парировала Норт.
— Я здесь, потому что заслужила свое место, — Ризмаэла ударила себя в грудь. — После того как моего мужа убили, я ушла из дома. Выбрала это.
Норт больше ничего не сказала, она и не знала, что на такое ответить. Ей стало интересно, как именно убили мужа дварфийки. Даже если бы Норт и захотела спланировать побег, корабль находился где-то посреди моря, и земли нигде не было видно.
Над палубой висела перекладина, и Норт пригнулась, проходя под ней, затем обогнула несколько бочек, следуя за дварфийкой к одной из дверей. Ризмаэла распахнула ее и жестом велела Норт спускаться по лестнице, которая выглядела довольно надежной.
Ухватившись за поручни, Норт спустилась на дно и стала ждать. Ризмаэла швырнула вниз ее чемодан, едва не задев голову Норт; тот приземлился с глухим стуком. Дварфийка с грохотом захлопнула дверь.
Норт закатила глаза, подняла чемодан и оглядела маленькую каюту с единственной кроватью, застеленной атласными простынями и меховыми одеялами. Сферы на потолке излучали бледно-желтый свет. Больше здесь ничего не было.
Настоящая тюрьма.
Норт вздохнула, но плакать больше не стала: она поставила чемодан у кровати и опустилась на матрас. По крайней мере, Озма, Джек и Бриэль в безопасности. Она искренне надеялась, что все скоро освободятся от заклятия. Тик-Ток так и сказал. Но можно ли верить его слову? Озма, казалось, верила ему в этом вопросе, так что и Норт пришлось поверить, что ее родных отпустит магия.
В случившемся не было вины Озмы, хотя Норт знала, что та будет себя корить. Норт вспомнила историю, которую слышала в детстве: о том, как Озма и Джек спасали Страну Оз, и о роли Тик-Тока в этом. Озма и тогда не доверяла ему до конца, но он честно помог ей. Еще ребенком Норт мечтала о тех многочисленных способностях, которыми он обладал. Хотела отправиться на корабле в плавание по морю. Что ж, вот она и здесь…
Не только семья будет ее искать. Бёрч тоже. Она всё еще хотела бы, чтобы между ними всё было иначе. Но как ее друг и страж, он рискнет собственным счастьем и жизнью, чтобы вернуть ее домой. Норт понимала, что сама из этой ситуации не выберется, но она не хотела, чтобы из-за нее кто-то пострадал.
Поскольку сбежать она не могла, а спасение придет не скоро, возможно, был другой путь… Что бы сделала бабушка на ее месте? Она бы соблазнила, а затем убила пирата. Но Тик-Ток не причинил ей вреда, и Норт сама согласилась пойти с ним, так что убивать его казалось неправильным. К тому же она никогда никого не убивала. Но, может быть, Норт стоит попробовать искусить его, как сделала бы Рева? И когда он что-то к ней почувствует, когда она перестанет быть для него чужой, шансы вернуться домой в этом столетии значительно возрастут.
У Норт было маловато опыта в физической близости, но она в деталях представляла себе всё то, что хотела бы испытать с Бёрчем. А потом была та ночь под деревом… Она, по крайней мере, умела целоваться… и сжимать мужское естество… Норт вздохнула на этой мысли, потому что не знала, что делать дальше, но она могла хотя бы попытаться. Тик-Тока было трудно прочесть, но, возможно, у нее есть шанс. По крайней мере, он не смотрел на нее как на сестру, в отличие от Бёрча.
Дверь распахнулась без стука, и Норт вскинула голову, наблюдая, как Тик-Ток грациозно скользит вниз по лестнице. Он усмехнулся, поворачиваясь к ней.
— Может, в следующий раз будешь стучать? Я могла бы быть голой, — сказала Норт, раздраженная тем, как по-хозяйски он вошел. Хотя, полагала она, он и был здесь хозяином.
— Я бы закрыл глаза, — его ухмылка стала еще шире. — Возможно.
Она сузила глаза.
— Расслабься, я знал, что ты не переодеваешься. — Он провел кончиком пальца в перчатке по пустой стене, медленно приближаясь к ней.
— Какая, по-твоему, у меня сила? — спросила Норт, пытаясь улучить момент, чтобы привести свой план в действие.
— Магия порталов.
Норт уже пыталась открывать порталы, когда сопровождала отца на Юг. У нее никогда не получалось.
— У меня ее нет.
— Не порталы на суше, а морские порталы.
— Здесь никто не может открывать порталы, — отрезала Норт.
Тик-Ток задумчиво оглядел ее.
— В Оз, возможно, никто, кроме тебя. Вот почему я так долго ждал.
И почему его так волновали морские порталы? Она нахмурилась, пытаясь сосредоточиться и почувствовать хоть какое-то движение магии в воде. Если бы почувствовала, то, может, открыла бы этот чертов портал, закончила бы с этим, и он отправил бы ее домой. Но силы не было. Совсем.
— У меня нет магии.
— Отдыхай сегодня, а в другой раз я помогу тебе попробовать снова, — он пожал плечами и развернулся на каблуках, собираясь уйти.
— Постой! — отчаянно крикнула она. — Присядь.
Тик-Ток медленно обернулся, изогнув бровь. Однако он не ушёл, сделал шаг вперед и сел рядом с ней. Слишком близко. Каждый раз, когда он был рядом, он оказывался слишком близко. Словно не понимал, что такое личное пространство.
Впрочем, это было идеально: если бы она попыталась поцеловать его стоя, это выглядело бы неловко, ведь он был выше ее на целую голову.
Ленивым движением Тик-Ток откинулся назад, упершись локтями в меховые одеяла. Ее окутал аромат сандалового дерева.
— Чего же ты хочешь? — Его слова слетали с языка, как ножи, завернутые в шелк.
Она вспомнила тот пьяный поцелуй на днях, то, как инстинктивно двигались ее губы и язык. Взор Норт переместился с его алых глаз на губы — это был далеко не самый худший рот для поцелуя. Пухлый, красивой формы. Привлекательный рот на опасно красивом лице.
— Этого, — наконец выдохнула она, приложив ладонь к его теплой щеке и прижавшись губами к его губам. Он не колебался и не вздрогнул, его губы тут же начали отвечать. Он раздвинул ее губы языком, скользнул по зубам, небу, мягко коснулся ее собственного языка, словно проделывал это миллион раз. Скорее всего, так оно и было. Его губы ласкали, забирали и отдавали. Это было совсем не похоже на поцелуй той ночью — не пьяный танец, а нечто такое, что она не могла описать. И при этом его руки даже не касались ее…
Тик-Ток оторвался от ее губ и прижался ими к ее горлу, глубоко вдыхая.
— В тебе определенно есть магия.
Затем он встал, глядя на нее сверху вниз с усмешкой:
— Я сам соблазняю, звездочка моя, меня не соблазняют. Но на этот раз я готов сделать исключение. Продолжим? Я могу заставить тебя корчиться от удовольствия всю ночь напролет, либо ты можешь перестать играть в игры, в которых ничего не смыслишь.
Мерзавец… Она сжала кулаки, пытаясь стереть след поцелуя с губ.
— Ненавижу тебя.
— Кажется, я произвожу такое впечатление на фейри. Но, Норт, это не мешает мне получать желаемое. Постарайся продвинуться в своей магии.
С этими словами он направился к лестнице.
Дверь мягко закрылась, совсем не так, как когда ее захлопнула Ризмаэла. И хотя щелчка замка не последовало, она всё равно оставалась пленницей.
Норт найдет другую возможность заставить этот план сработать.