Ровно в час ночи Зои сняла браслет на десять секунд и снова надела его. Она включила свет на кухне, задержав взгляд на плите. Однажды Дэклан готовил ей омлет, и это воспоминание было необычайно горьким.
Всё в его квартире волновало её так, что ей хотелось вылезти из кожи и где-нибудь выплакаться. Она заставила себя пройти мимо и остановилась у огромных, от пола до потолка, окон пентхауса, выходящих на город. Его квартира была безупречно чистой, гудение кондиционера почти неслышно, обстановка простая и современная.
В воздухе витал его аромат тёмной ванили, который заставил её тело ожить. Он был слабым, как будто его не было здесь долгое время, но стал сильнее, когда она приблизилась к закрытой двери его спальни.
Ладони Зои вспотели при мысли о том, что она войдет в эту тихую комнату, место, где она стала его родственной душой, только чтобы потерять его из-за другой женщины. Её эмоции становились всё сильнее, чем дольше она стояла так близко к кровати, символизирующей место, где они должны были находиться.
Взволнованная, возбуждённая, печальная, она отошла от кровати и вместо этого подошла к дивану, закинула ноги на спинку и села, положив ступни на подушки. По дороге к нему она пыталась отрепетировать то, что хотела сказать ему, слишком хорошо понимая, что её сила — в действии, а не в планировании.
«Дэклан, я здесь только для того, чтобы задать один вопрос. Вот и всё,» — прошептала она со всей убедительностью, на которую была способна. Стена, которую она пыталась воздвигнуть вокруг своих эмоций, рушилась.
Это была необычная миссия, и ей казалось, что это самое трудное, что она делала в своей жизни.
Хотя она и не слышала, как он вошёл, она почувствовала его в тот момент, когда он переступил порог своей квартиры, его присутствие было подобно тёплому ветерку осенним днём. Зои вдохнула его запах и поймала себя на том, что перефокусируется.
— Тебе нельзя здесь находиться, — низкий, хрипловатый голос Дэклана донесся до неё через всю комнату и проник сквозь неё.
Слова, которые она хотела сказать, застряли у неё в горле. Вместо этого она смотрела, как он идёт от входа к дверному проему между прихожей и гостиной. В свете кухни его глаза были цвета виски, его худощавая, расслабленная фигура и пристальный взгляд не выдавали того дискомфорта, который она испытывала.
Она всегда была очарованной, если не сказать завидующей, его присутствием и естественной властностью, которую он всегда проявлял по отношению ко всему, что его окружало. Казалось, что ему не нужно прилагать усилий для руководства, дипломатии и контроля. Они были в выражении его лица, в его глазах, в том, как он двигался. На нём были хорошо сшитый костюм и пиджак в сочетании с галстуком.
Он остановился в дверном проёме, как будто ожидая, когда она начнёт говорить.
Зои постучала по браслету на своём запястье, чтобы убедиться, что он все ещё на ней. Он был достаточно силён, что браслет не мог полностью ослабить его влияние.
— Мне кое-что нужно, — начала она.
— Тех денег недостаточно? — в его тоне слышалось раздражение.
Она посмотрела на него.
— Ты сам предложил незаполненный чек. Никто не заставлял тебя делать то, что ты сделал.
Он расстегнул свой костюм и снял пиджак — мужчина, которого она так хорошо знала, оставался скрытым за профессиональной, холодной маской Главного Силовика. Он бросил пиджак на спинку дизайнерского стула рядом с диваном, за ним последовал галстук.
Взгляд Зои задержался на треугольнике золотистой кожи, который она увидела над верхней пуговицей его накрахмаленной белой рубашки.
— Что тебе нужно? — спросил он, его голос был мягким и холодным.
— Да пошёл ты, Дэклан, — все её надежды на то, что Викки окажется права, испарились. Невинные мужчины не были мудаками. Её волнение перешло в гнев, и Зои встала с дивана, проходя мимо него к двери.
Уж лучше отрубить голову инкубу.
— Зачем тебе нужна голова инкуба? — спросил он.
— Осторожнее, Дэклан, или я сделаю это с твоей!
— Ты приходишь в мою квартиру с оружием в руках и удивляешься, почему я тобой недоволен.
Правило номер один. Она никогда не забывала, но напоминание о правилах инкубов для их родственных душ возымело обратный эффект. Вместо того, чтобы отложить оружие в сторону, как он всегда настаивал, Зои выхватила одно из них и, развернувшись, метнула в него нож.
Она задела его белую рубашку и вонзилась в стену рядом с ним.
Дэклан даже не вздрогнул, что привело её в ещё большую ярость.
— Как насчёт правил со второго по четвёртое? — огрызнулась она. — Никакой лжи. Никакого обмана. Не позволять ничему встать между нами? К чёрту правило номер один, Дэклан. Не нравится? Иди трахни другого суккуба.
— Ты следуешь правилу номер один, или мы не разговариваем, — Дэклан вытащил нож из стены. — Я тебя сюда не приглашал, и я сомневаюсь, что ты стала бы искать меня, если бы у тебя была альтернатива. Так что, положи своё дерьмо на место.
— Или что? — в миллиардный раз Зои почувствовала, что бьётся головой о стену. Это было знакомое, хотя и нежелательное чувство, которое она испытывала с той минуты, как поняла, что она не человек и не обычная Полукровка. — Потому что здесь написано, что ты ни хрена не можешь мне сделать, — она подняла предплечье и закатала рукав, чтобы показать ему браслет.
Дэклан опробовал нож. Он перевернул его, чтобы взять в руки лезвие, как будто знал, как им пользоваться.
Ощетинившись, Зои развернулась и потянулась к дверной ручке, её гнев вышел из-под контроля. Она была близка к тому, чтобы учащенно дышать при мысли о противостоянии с ним, и взбешённая его холодным, снисходительным приёмом.
Что-то ущипнуло её за руку за долю секунды до того, как браслет с мягким стуком упал к её ногам. Она дёрнулась, посмотрев вниз. Нож торчал из серой резины браслета, и его расположение было слишком идеальным, чтобы быть случайностью. Кончик лезвия прошёл сквозь маленький замок, который удерживал его на её запястье.
— Подожди-ка минутку, — сказала она, опускаясь на колени рядом с ним. — Я думала, вы, инкубы, не умеете обращаться с оружием.
— То, что мы ими не пользуемся, ещё не значит, что мы не знаем, как это делается, — ответил он.
Зои подняла свой нож, но не взяла браслет. Лезвие перерезало замок; он был бесполезен, если она не могла обмотать его вокруг себя. В глубине её сознания прозвучал тревожный звоночек.
— Правило номер один, Зои.
Она встала, немного успокоенная тем, что стоит спиной к двери, хотя и знала, что у неё никогда не будет времени уйти, если он этого не захочет. Этот Дэклан — могущественный силовик — всегда пугал её.
Он наблюдал за ней, но прочесть его было невозможно, и отблески огня отражались в его глазах цвета виски.
— Да к чёрту всё. Ладно, — Зои сняла свое оружие и сложила его на декоративный столик у двери. Она повернулась, чтобы показать, что при ней больше ничего нет. — Доволен?
— Заходи, — он повернулся и направился в гостиную.
— Мне и тут нормально, — возразила она, оставаясь у двери.
— Боишься?
Он знал, как её раззадорить и что сказать, чтобы спровоцировать. Хуже всего то, что он знал, что ей нужна помощь, раз уж она стояла здесь.
— Я не боюсь, — процедила она сквозь стиснутые зубы. С некоторой неохотой, ещё раз взглянув на своё оружие, она последовала за ним и задержалась в дверях фойе.
Дэклан сел на диван, каким-то образом умудряясь оставаться таким же властным, как и стоя. Он сцепил пальцы за головой и откинулся на спинку дивана, ожидая.
— Когда я здесь закончу, за твоей дверью не будет армии Камбионов, не так ли? — неловко спросила она, слишком хорошо понимая, что это он вызывает у неё дрожь по телу, а не мысль об убийстве стада Камбионов.
— Я и сам могу прекрасно справиться с тобой.
Тепло разлилось по её шее.
— Мне нужна голова инкуба.
— Только голова?
— Да.
— У меня в холодильнике нет ни одной. Не уверен, что могу тебе помочь.
Потребовались усилия, но Зои не позволила сухой, неожиданной шутке вызвать у неё улыбку. Чувство юмора Дэклана всегда заставало её врасплох. Оно было резким, но в то же время спокойным и непредсказуемым, как и он сам.
— Если тебе нужен чистокровный инкуб, мы могли бы договориться.
— Думаю, что предпочла бы рискнуть, найти инкуба и отрубить ему голову, — ответила она.
— И для чего тебе голова?
Она выглянула в окно.
— Мы выяснили, как и что Оливия делает с Полукровками. Нам нужны чистые образцы этого дерьма с железами инкуба.
— Дерьма с железами, — повторил он, и лёгкая улыбка тронула уголок его губ. Всё, что делал Дэклан, было сделано с врожденной способностью соблазнять.
Зои поймала себя на том, что слишком долго смотрит на него, наклоняясь, чтобы вдохнуть его запах и испытать его магию.
— Вам нужна лаборатория, что сделать нейротоксин.
Часы на стене над ним показывали половину второго.
— У нас есть одна, — ответила Зои.
— Интересно, — мимолетный юмор исчез, сменившись выражением лица силовика, который ищет истину в своем расследовании. Он опустил руки и встал. — Это не одна из моих лабораторий. Что означает, что вы четверо, внезапно появляющиеся в случайных местах Вашингтонского метро, должны были отвлечь моё внимание от чего-то, — говоря это, он подошёл ближе, остановившись на расстоянии вытянутой руки, но не приближаясь.
Зои потянулась за ножом, но тут же вспомнила, что была обезоружена. Сочетание его запаха, близости и ее воспоминаний начало сводить на нет её желание сопротивляться.
— Не твоя забота, Дэклан, — предупредила она его. Она отступила на шаг, понимая, что он может сделать, если прикоснётся к ней. У него была способность читать некоторые её мысли на расстоянии, но при прямом контакте весь её разум оставался незащищенным.
— Бывшая секретная лаборатория Оливии. Четверо из вас отвлекают мои силы. Остальные займутся лабораторией. Всё получится, за исключением того, что вам нужен образец.
Она не ожидала такой вспышки гнева в его голосе, особенно после всего, через что он заставил её пройти.
— Не надо, Дэклан. Я вижу это по твоему лицу. Если ты даже раздумываешь о том, чтобы предупредить Оливию…
— Тогда что Зои? – с вызовом спросил он, сокращая расстояние между ними. — Что ты сделаешь?
Затаив дыхание, она уставилась на него, на мгновение захваченная магией супер-инкуба, который был её родственной душой. Его точёные черты были суровыми. Низ её живота начал гореть, кровь забурлила быстрее, а пульс напоминал стук сильного дождя.
— Ты не знаешь, с каким огнем играешь, — сказал он, успокаивая и сдерживая магию, которая приковывала её к месту.
Зои моргнула и отстранилась.
— У меня нет выбора, Дэклан. Мне нужны токсин и антитоксин. Токсин стабилизирует Полукровок, чтобы они не самоуничтожились, — она замолчала, поняв, что сказала ему больше, чем собиралась.
— Как он работает? — давил он.
— Оливия использовала его как наркотик, накачивая Полукровок. Когда она заканчивала с ними, она перестала давать им наркотик, и они сходили с ума, как Камбионы, и их приходилось усыплять, что она и делала, скармливая их Камбионам, которые в первую очередь поставляют ей токсин.
Дэклан слушал, не отрывая взгляда от её губ. Его длинные ресницы всегда интриговали её, как и зелёные искорки в ореховых глазах.
— Не останавливайся, — сказал он страстным шёпотом, от которого внутри неё быстро разлилось тепло. — Ты сказала, что тебе тоже нужен антитоксин. Почему?
Зои стиснула зубы, чтобы не ответить. Его магия и запах будоражили её чувства, заставляя желать раствориться в нём.
— Скажи мне, зачем, — попросил он, поднимая на неё глаза.
Потому что без него у меня есть три недели.
— Чёрт!
— Три недели, — повторил он вслух. — О чём ты говоришь?
— Не твоё дело, — она огрызнулась и отстранилась от его влияния.
— Нет, моё, — сказал он ледяным тоном и взял её за руку, останавливая.
Если его запах и опьянял, то его прикосновения калечили её. Зои впитала в себя как можно больше его магии, чтобы не дать ей возобладать над здравым смыслом. Она никогда не выигрывала у Дэклана в этой игре. Жар его тела проникал под её одежду и коснулся кожи так, как касалось бы его тело, если бы она не поторопилась.
— Может, мне он нужен, чтобы снова похитить твоего отца! — выпалила она, сдерживая гнев.
— Или, может быть, мне это нужно, чтобы снова изменить тебе.
Зои отпрянула и повернулась к нему лицом. Эмоции бушевали в ней. Она разрывалась между отчаянием и рыданиями, как тогда, когда впервые узнала о его предательстве.
— Это правда? — выдавила она. Тебя накачали наркотиками?
— Накачали.
— Почему ты мне не сказал? — в вопросе прозвучало больше эмоций, чем она хотела.
Дэклан выдержал её взгляд.
— Зои, зачем ты на самом деле пришла? — спросил он, и впервые с тех пор, как он вошёл, на его лице появилось тепло. Он снова приблизился, на этот раз обхватив её лицо одной рукой.
Ни одна частичка её души не хотела двигаться, но она была не в состоянии контролировать эмоции внутри себя.
— Не надо! — отрезала она, отталкивая его.
Он опустил руку, продолжая преследование.
— Я хочу ненавидеть тебя, Дэклан. Я хочу вырезать твоё сердце самым тупым оружием, какое только смогу найти, чтобы ты почувствовал то же, что и я. Я хочу вернуться в прошлое и убедиться, что не встречу тебя или… чёрт, я даже не знаю! — её глаза наполнились слезами. Смутившись, она смахнула их. — Какого чёрта ты мне не сказал?
— Что я мог сказать, что бы ты стала слушать? — ответил он. — Думаешь, я не почувствовал всего, через что тебе пришлось пройти? Думаешь, мне всё равно, что мне было легко отпустить тебя?
— Откуда, чёрт возьми, мне знать, что ты чувствовал? Не похоже, что ты способен что-либо выразить! Вся твоя жизнь была ложью, пока ты ждал подходящего момента для осуществления какого-то грандиозного плана, призванного изменить мир. С чего бы мне вести себя иначе?
— Я делаю всё, что в моих силах, чтобы помочь тебе, Зои. Я буду продолжать это делать.
— Я не хочу ни твоих денег, ни твоей помощи, Дэклан. Я хочу… — она замолчала, не собираясь признаваться в глубокой, сокровенной мысли, которую она почти выбросила из головы.
— Ты хочешь того же, чего и я, — закончил он за неё. — Просыпаться каждый день рядом с человеком, который тебе дорог.
— Даже если и так, это невозможно. Мы враги. Вы выписали чёртовы ордера на арест всех нас.
— Потому что вы похитили моего отца.
— А ты изменил мне.
Они уставились друг на друга. Зои вдруг захотелось рассмеяться, но она сдержалась, не в силах понять, что смешного в её ситуации.
— Я достану вам образцы, которые вам нужны, — сказал Дэклан. — За определенную цену.
— Какую…
— Как всегда, — слова повисли в повисшей между ними тишине.
У Зои перехватило дыхание.
— Если я не ошибаюсь, ты всё равно мне должна.
Она закатила глаза.
— Думала, ты не хотел, чтобы я была здесь.
— Это опасно для нас обоих.
— А. Ты не хочешь так рисковать.
— Но я получу оплату, — в его взгляде зажёгся огонь желания. — Враги днём, любовники ночью? — Дэклан снова придвинулся ближе, методично расстёгивая рубашку длинными тонкими пальцами, чтобы показать золотистую кожу, обтягивающую рельефные мышцы груди и пресса.
— Это никогда не сработает, Дэклан, — возразила Зои. Горячая боль желания расцвела в её сердце и пронеслась сквозь неё, лишая способности здраво мыслить. Её чувствительную кожу покалывало в ожидании его прикосновений, и она нервно облизнула губы, не в силах контролировать свою реакцию. — Что произойдет, если я попадусь вам на пути днём?
— Мы разберёмся с этим, — он остановился достаточно близко, чтобы их тела соприкоснулись, его магия и запах окутали их, одновременно опьяняя и возбуждая.
— У меня хренова туча дел, и я должна убивать плохих парней, — твёрдо сказала она. — Я не буду обещать каждую ночь.
— Пропусти одну ночь и узнаешь, что произойдет, — от его хриплого рычания по её телу пробежала дрожь чисто плотского желания.
— Ты предполагаешь, что я прощаю тебя, Дэклан, — Зои попыталась найти хоть какую-то часть своей прежней ярости, чтобы не скатиться ещё ниже по скользкой дорожке, ведущей прямо к его постели.
— Ты пришла сюда не за извинениями, моя маленькая Зои, — ответил он, понимая, что её имя, произнесенное с его сильным южным акцентом, подействовало на её сопротивление. — Ты пришла сюда ради меня.
Утопая в его тёмном ванильном аромате и тепле его тела, она не могла вспомнить, что именно заставило её подумать, что личная встреча с ним была хорошей идеей.
— Ладно, возможно, я действительно могу тебя ненавидеть.
— Возненавидь меня утром, — прошептал он. Наклонившись, теплые губы Дэклана коснулись её губ. В ней вспыхнул всепоглощающий огонь инкуба, готового заявить права на свою родственную душу. — Я хочу показать тебе, почему ты вернёшься завтра вечером.
— Дэклан, — она прошептала его имя с болью, желая его с нечеловеческой силой и в то же время… боясь. — Ты уничтожил меня.
Как только эти слова слетели с её губ, он застыл. Его сексуальная магия отступила достаточно внезапно, чтобы воздух вокруг неё стал на несколько градусов холоднее. Зои посмотрела на него снизу вверх, понимая, что, если он захочет секса, она слишком близка к тому, чтобы умолять его трахнуть её, чтобы она сопротивлялась ему.
Впервые с тех пор, как они встретились, Дэклан отступил. Он отступил на шаг, затем на два, на его лице была смесь холодной отстранённости и эмоций, как будто он изо всех сил старался не чувствовать.
Она слишком хорошо понимала, что значит быть на этом этапе. Зои выдохнула, хотя и не осознавала, что задерживала дыхание, и вытерла слёзы, катившиеся по щекам. Напряжение, возникшее между ними, притягивало её, заставляя отбросить все мысли, страхи и сомнения на его счёт и броситься в его объятия. Человеческая часть её души, её сердце, не могло вынести мысли о том, чтобы вернуться в его постель, когда оно все ещё было разбито вдребезги.
— Ты не готова, — наконец произнёс он, не сводя с неё пристального взгляда своих ореховых глаз.
— Прости, Дэклан, но нет, — хриплые слова требовали усилий, когда её тело кричало о нём.
— Не извиняйся.
Она безуспешно пыталась прочесть выражение его лица. Собирался ли он уйти от неё? Как она хотела, чтобы дверь между ними оставалась открытой, когда она явно отвергала его?
— Я должна идти, — сказала она и направилась к двери.
Он ничего не сказал, пока она не дошла до двери.
— Зои, подожди.
Она замерла, снова взявшись за дверную ручку. Её сердце подпрыгнуло, в то время как всё новые эмоции выплескивались наружу. Она разрывалась между яростью и печалью, беспомощностью и желанием убить всех Камбионов в мире. Она не могла придумать ничего такого, что он мог бы сказать ей в этот момент, чтобы облегчить её боль, и всё же ей хотелось, чтобы он сказал что-нибудь, показал ей, что у них есть возможности помимо секса.
Она ощутила жар его худощавого тела, стоявшего у неё за спиной. Его рука накрыла её руку.
Она закрыла глаза, дрожа. Их души всегда были связаны, даже когда их сердца были так далеко друг от друга.
— Пожалуйста, — мягко добавил он. — Просто подожди.
Зои ждала. Его дыхание участилось, в тоне появилась настойчивость, которой она от него не слышала. Если бы она обернулась, то, как она подозревала, обнаружила бы, что он борется с теми же эмоциями, которые чуть не поглотили её.
— Инкуб трахается. Силовик имеет дело с фактами и правдой, — начал он всё тем же хриплым шепотом. — Зои, я не знаю, что делать, но я не могу потерять тебя.
Она крепко зажмурилась, чувствуя, как непрошеные слезы грозят захлестнуть её.
— Пожалуйста, не уходи, — добавил он. — Я не буду прикасаться к тебе и разговаривать с тобой, если ты этого не захочешь.
— Прошли целые… недели, когда я не понимала тебя, — сказала она сдавленным шёпотом. — Кто ты, чёрт возьми, такой, Дэклан? Как ты можешь внести меня в свой банковский счёт в один прекрасный день, а на следующий выдать ордер на мой арест?
— Наши отношения всегда были сложными, — сказал он с горьким юмором. — Я сделаю вс возможное, чтобы защитить тебя, даже если при этом оттолкну тебя. С долгом всё понятно, но то, что я чувствую… — он замолчал и глубоко вздохнул. — Я понятия не имею, как любить тебя, защищать и быть с тобой.
Она слушала, поражённая его объяснением на примитивном уровне.
— Ты должен разобраться в этом, Дэклан. Я убиваю всякое дерьмо. Я не планирую и уж точно не занимаюсь политикой.
— Разберусь. А пока мне нужно… … Я умоляю тебя остаться со мной на ночь и поделиться тем немногим, что ты готова мне дать. На рассвете ты можешь снова объявить мне войну.
Зои вытерла щеки. У неё не было возможности отказать в просьбе, не тогда, когда её сердце так сильно болело за-за него.
— Я хочу, чтобы ты рассказал мне всё о том, как был накачан наркотиками и спал со всеми подряд.
Он колебался.
— Очень хорошо.
Зои опустила руку с дверной ручки, понимая, что она была слишком близка к краю, чтобы эта ночь закончилась без её рыданий. Она повернулась к нему лицом, и неуверенность и эмоции на его лице сильно поразили её. Она не хотела думать о том, через что он проходит, не в силах смириться с мыслью, что им двоим может быть больно. Его собственная боль была очевидна.
Дэклан снова отступил на шаг, чтобы дать ей пространство. Он протянул руку.
— Ты не против пообниматься? — он спросил.
Она взяла его за руку. Они вместе направились в его спальню. Дэклан оставил ёе у двери и переоделся в гардеробной, оставшись в футболке и пижамных штанах.
Зои села на кровать, сняла туфли, но больше ничего не сделала. Её взгляд инстинктивно упал на его внушительную эрекцию, и она отвела взгляд, слишком хорошо помня, каким невероятным было ощущать его внутри себя.
— Ничего не могу с этим поделать, — сухо сказал он, поймав её взгляд. — Я обещаю держать его под контролем.
— Не знала, что инкубы умеют контролировать себя.
— Время от времени случается что-то более важное, чем секс, — Дэклан зажег свечу в окне над кроватью, выключил свет и лег на бок. — Иди сюда, — он протянул руку.
Он колебалась.
— Обещаю, моя маленькая Зои. Ты здесь главная, — он удержал её взгляд, черты его лица были тёплыми, а очертания его скульптурной фигуры в мерцающем свете свечи казались слишком привлекательными, чтобы она могла оставаться на месте.
Она подползла к нему по кровати и улеглась на бок, спиной к его груди. Он обнял её и притянул к себе, прижавшись своей твердой эрекцией к её ягодицам. Просунув одну руку ей под шею, он поджал колени, пока их бедра не соприкоснулись, а затем вздохнул.
Напряжение в её теле ослабло, когда она поняла, что там ему и место. Окутанная теплом и силой Дэклана, она закрыла глаза, чувствуя, как его бицепс прижимается к её щеке, а сильная рука обнимает её за талию. Она всегда чувствовала себя с ним в безопасности и до сих пор чувствовала, несмотря на бурлящие эмоции, бушевавшие в её голове.
— Оливия подсыпала наркотики в мою бутылку с водой, — начал Дэклан. — С помощью Пола, — его низкий, хрипловатый голос отдавался в его груди, прижатой к её спине.
Зои с опаской слушала, как он объяснял всё, что произошло, начиная с того, как изменилась внешность женщин, и заканчивая странным ощущением, что что-то не так с духовной связью, которую он разделял только с ней. Он говорил тихо и без особых эмоций, если не считать дрожи в его голосе, когда он рассказывал ей о том дне, когда понял, чем занимался.
А затем у неё полились слёзы.