Там, где лучшая защита — это колючий зад и острые зубы
Лес из ядовитых деревьев был одновременно и прекрасным, и ужасным знаком. У Тео сжалось в животе, когда она посмотрела вниз на эти вечнозеленые орудия убийства. Лесного пожара не наблюдалось, но даже малейшая заноза могла нанести серьезный вред, если кто-то из фей случайно зацепит дерево боком.
Однако, хотя Тео и не приводил в восторг тот факт, что этот хвойный батальон наставил свои пушки на фей, в данном конкретном случае человеческая природа делала её пуленепробиваемой. К тому же, учитывая, как мало они узнали в пещере, сейчас это была их единственная зацепка.
— Нам нужно уходить, — прорычал Арлис, обращаясь сразу и к группе, и к лесу.
— Напротив, — возразила Тео. — Думаю, мне стоит спуститься туда.
— Исключено, — огрызнулся он. — Это же тис.
Тео скрестила руки на груди и посмотрела на него: — Я в курсе, спасибо. И я не припоминаю, чтобы выносила этот вопрос на голосование.
— Тебе слишком опасно идти одной, — все еще протестовал Арлис, сжимая кулаки.
— Я и не прошу тебя идти со мной. Но кто сказал, что я иду одна? Финеас и Алби могут меня сопроводить. Мы проверим, нет ли там каких-нибудь улик, и вернемся целыми, невредимыми и не отравленными.
Финеас нахмурился, но всё же согласился, а Алби, в восторге от того, что его взяли в дело, подбежал и вытянулся по стойке «смирно» рядом с ней.
— Великолепно, — подытожила Сесили. — Раз уж мы все согласны…
— Мы не согласны, — проворчал Арлис.
— Тогда можешь оставаться здесь и развлекать себя сам, пока нас не будет. Я видела там симпатичные камушки; можешь начать собирать коллекцию. Что до остальных — спускаемся. Пока мы не трогаем деревья и не видим лесных пожаров, всё будет в порядке, — сказала Сесили. С этими словами она перенесла всех, кроме Арлиса, вниз к подножию горы, к самой опушке леса. Арлис появился следом через мгновение; его свирепый вид красноречиво говорил о том, что он не оценил ни попытки оставить его позади, ни предложения заняться любительской геологией.
— Поскольку у меня нет ни малейшего желания заболеть и сдохнуть — и я полагаю, мои коллеги-феи со мной солидарны — мы подождем здесь, пока вы, отважные исследователи, не вернетесь, — заявила Сесили, материализовав бокал вина и отыскав валун покрупнее, чтобы присесть. Лок присоединился к ней.
Тео, Алби и Финеас направились к лесу, но обернулись, услышав лишнюю пару шагов. Арлис шел следом, явно намереваясь идти до конца. Тео замерла, но первой снова подала голос Сесили.
— Знаешь, Арлис, сделка аннулируется, если ты умрешь от тиса. Ни одна другая фея за ней туда не пойдет. Так что сядь. Расслабься. Я налью тебе вина. Еще немного злости — и от тебя искры полетят. Не хотелось бы устроить здесь пожар. Арлис переводил взгляд с Тео на Сесили, но, к счастью, когда Тео вошла под сень деревьев, он не последовал за ней.
Кроны деревьев смыкались над ними, словно распахнутая пасть огромного зверя, а тьма внутри была готова проглотить их целиком. Растения на лесной подстилке встречались редко — вечнозеленая хвоя гарантировала, что свет никогда не достигнет тех, кто рискнет здесь вырасти. Но земля под ногами была мягкой и пружинистой. Троица лавировала между стволами, пробираясь вглубь, и вскоре оставшиеся позади феи полностью скрылись из виду. Тео понятия не имела, что именно ищет, да и не находила ничего необычного. С виду — стандартный, пусть и монотонный лес. Однако чем дальше они шли, тем сильнее она крепла в мысли, что они ничего не найдут. Спустя почти час она начала готовить себя к тому, что это очередной тупик.
— Наверное, пора поворачивать, — сказала она Алби и Финеасу. — Я не вижу ничего, что указывало бы на того, кто на самом деле вырубил тис.
Финеас кивнул в знак согласия, и все трое двинулись в обратный путь, уже без особого энтузиазма.
На обратном пути Финеас снова принялся её разглядывать.
— Почему ты всё время так на меня смотришь? — спросила Тео.
— Должен заметить, Тео, ты поразительно спокойна по поводу своего грядущего вечного сна через четыре дня. Будь я на твоем месте, я бы превратился в хнычущую размазню, которую пришлось бы соскребать с пола. А ты тут расследованием убийства руководишь.
— Может, я просто уверена, что выполню условия сделки, — легкомысленно бросила Тео.
Он одарил её взглядом, в котором читалось явное недоверие. — И когда выполнишь, станешь принцессой?
Тео вздохнула. — У меня нет ни малейшего желания быть принцессой.
Финеас не ответил, а Тео не стала ничего объяснять — да и с какой стати? Она не обязана оправдываться за то, что не горит желанием взваливать на себя ответственность и дворянский титул, когда она только-только избавилась от подобной жизни.
Дальше они шли в тишине. Но не успели они сделать и пары шагов, как Алби замер.
Его уши напряглись и развернулись, как у дикого зверя, почуявшего опасность; он во все глаза уставился куда-то вдаль. — В лесу кто-то есть.
Тео и Финеас проследили за его взглядом и увидели фигуру, выходящую из-за деревьев с той стороны, откуда они только что пришли. Это была фея; с каждым шагом его характерные черты становились всё отчетливее.
Но прежде чем группа успела хоть что-то предпринять, незнакомец поднял голову и мгновенно их заметил. Выражение шока на его лице сменилось пугающей сосредоточенностью, и Тео успела лишь крикнуть Финеасу и Алби: «Прячьтесь!».
Фея бросился к ним со всех ног.
Алби нырнул к ближайшему дереву, почти мгновенно слившись с корой. Финеас быстро обернулся многоголосым пересмешником и взлетел высоко в кроны, а Тео превратилась в ежа и запетляла между корнями, пока не нашла нору, в которую можно было забиться.
Преследователь приближался. И когда он достиг места, где она пряталась, только ежиное чутье подсказало ей, что он перешел с бега на шаг.
Что фея забыл в этом лесу-смертнике?
— Принцесса Амабель, — произнес незнакомец где-то совсем рядом. Голос его был вкрадчивым и медленным. — Выходите. Я здесь, чтобы помочь вам.
«Тео», — раздался в её голове голос Финеаса. — «Я, конечно, верю в твое благоразумие, но рискну предположить, что ты не собираешься обнаруживать себя?»
«Ни за что», — ответила она. — «Ты где?»
«Хорошо. Я на дереве рядом с тобой. Сиди тихо, я присмотрю за ним».
«Он меня видел?»
«Думаю, нет».
Она высунулась из своей норы настолько, насколько позволяла осторожность, и сумела мельком разглядеть того, кто на неё охотился.
Если бы кто-то сказал ей, что эту фею вытесали из глыбы льда, она бы поверила. Он выглядел как Джек Фрост — казалось, под его ногами при каждом шаге должны застывать льдинки, а растения — съеживаться и вянуть. Его мертвенно-белые волосы были коротко острижены, а торчащие в разные стороны пряди напоминали хаотично разросшиеся кристаллы гипса. Бледная, желтоватая кожа была натянута на черепе туго, как на барабане. Глаза ледниково-голубого цвета сканировали лес с такой интенсивностью, что Тео была уверена: он видит деревья насквозь. В нем чувствовалась какая-то пустота, и дело было не только во впалых щеках — он казался призрачным.
Вот только двигался он вовсе не плавно, как призрак или фея. Его движения были рваными, как у кошки: резкий рывок — и замирание, чтобы наблюдатель не смог угадать следующий шаг. И, подобно кошке, этот незнакомец мастерски перемещался по чаще, будто знал наперечет каждый камень, корень и ствол.
Но с чем Тео никак не могла примириться — то ли из-за лесного полумрака, то ли из-за ракурса от самой земли — так это со странным ощущением, что с ним что-то не так. Что-то жуткое.
— Я знаю, что вы здесь, принцесса Амабель. — Его голос был таким же леденящим, как и внешность; казалось, с каждым словом температура вокруг падает. — Пойдемте со мной, и мы доставим вас во дворец в целости и сохранности.
Он повернулся к дереву, у которого пряталась Тео, и она поспешно отползла назад. Теперь она его не видела, но зато и он не мог её заметить. Она всё еще слышала его шаги поблизости, но они, кажется, удалялись.
«Тео, БЕГИ!» — пронзительно закричал голос Финеаса у неё в голове.
Она просто не успела. Рука метнулась в нору и схватила её. Тео издала тонкий, пронзительный писк, когда её бесцеремонно выдернули из убежища.
Она колебалась, не стоит ли превратиться обратно в человека, но это бы всё равно не помогло. Напротив, так она стала бы более удобной мишенью. Сейчас размер был на её стороне. Размер, колючий зад и очень, очень острые зубы.
Она выгнула спину, вонзая иглы в его ладонь. Одновременно с этим её резцы вошли в его палец, словно крошечные боевые копья, и во рту мгновенно вскипел металлический привкус крови. Он вскрикнул и тряхнул рукой, но продолжал крепко сжимать её тельце.
Пока пересмешник не вцепился ему в лицо.
Подражая ежиному писку, который теперь звучал как боевой клич, Финеас камнем рухнул на фею: крылья хлопали, когти впивались в любую плоть, до которой он мог дотянуться. Атака достигла цели. Фея инстинктивно отмахнулся от птицы обеими руками. И в тот момент, когда Финеас полоснул его по глазам, он резко вскинул руку вверх. Тео вылетела из его хватки, словно пушечное ядро; в полете она успела лишь мельком увидеть мелькание перьев, а затем кубарем покатилась по земле.
Это был далеко не самый изящный выход из ситуации в её жизни, но он сработал. По инерции она продолжала перекатываться через кочки и корни, но, к счастью для всех частей её тела, она не только быстро исцелялась, но и лесная подстилка в месте приземления оказалась мягкой.
Впрочем, на её вестибулярный аппарат это никак не повлияло. Ей удалось подняться на лапы, но, словно маленький пьяный ёжик в штормовом море, она напрочь утратила способность бежать по прямой. Что, как выяснилось, тоже пошло на пользу. Фея наконец отогнал Финеаса и рванул к ней. Но поскольку его добыча теперь была не только крошечной, но и металась во всех направлениях сразу, ни он, ни сам ёжик не имели ни малейшего представления, куда её занесет в следующую секунду.
Финеас снова пошел в атаку, и фея опять был вынужден разрывать внимание между двумя агрессивными и непредсказуемыми лесными тварями. Но прежде чем он успел схватить Финеаса и взять верх, он рухнул на колени — Алби точным броском камня угодил ему под коленную чашечку. Фея не просто замедлился: ему понадобились обе руки, чтобы просто оттолкнуться от земли и встать. Это был тот самый шанс, которого они ждали. Одолеть его они бы не смогли, но вот сбежать — вполне. Алби бросился к деревьям, снова бесследно слившись с окружением. Финеас взмыл к верхним ветвям, а Тео припустила вглубь леса так быстро, как только могла.
Учитывая, с каким рвением фея за ними гнался, неудивительно, что он проявил настойчивость. Он выпрямился и последовал за ней по пятам. Тео не знала, надолго ли её хватит на этих коротких лапках, совершенно не приученных к физическим нагрузкам ни в одной из её ипостасей. Пытаясь запутать след, она пропетляла между деревьями и, обнаружив еще одну небольшую нору, нырнула внутрь. Там было теснее, чем в первой, и он наверняка видел, куда она делась, но выбора не оставалось.
И хотя он уже испытал на себе (и преодолел) две её естественные защиты, у Тео была еще одна идея. Когтями она принялась скрести внутреннюю часть ствола, пока перед ней на землю не посыпались щепки тиса. Она выбрала самый крупный осколок — размером не больше зубочистки — и зажала его в передней лапе. Если он снова её схватит, у нее наготове будет отравленный кинжал.
Она затаилась; крошечное оружие дрожало в лапке, а стук собственного сердца гулким эхом отдавался в ушах.
Шаги феи снова замедлились. Вот оно. Но он не приближался.
Прошла, казалось, вечность, прежде чем она рискнула выглянуть. Фея всё еще медленно бродил неподалеку, но от его недавней сосредоточенности не осталось и следа. Он озирался по сторонам с видом крайнего недоумения — с тем самым мягким выражением лица, которое бывает у человека, зашедшего в комнату и забывшего, зачем он здесь.
Тео разделяла его замешательство, особенно когда он развернулся и побрел обратно тем же путем, каким пришел. Вскоре он полностью скрылся из виду.
Возможно, за Тео не каждый день охотились в лесах загадочные феи, но она была достаточно сообразительна, чтобы не считать погоню оконченной и не складывать оружие. Всё еще сжимая в лапе тисовую щепку, она воспользовалась возможностью покинуть вторую нору. Она не знала точно, куда идет, понимая лишь одно: нужно оказаться как можно дальше от этого странного призрачного типа. Поскольку она видела, что Финеасу и Алби удалось скрыться, лучшим вариантом было продолжать путь и воссоединиться с ними, когда горизонт станет чист.
Но хлопанье крыльев над головой заставило её чуть не расплакаться от облегчения.
«Финеас! Ты в порядке?»
«Цел и невредим! Никто не ожидает получить порцию перьев в лицо».
«Ты видел, куда он делся?»
«Сбежал обратно. Видимо, сдался».
«Алби видел?»
«Он где-то тут бегает. Я видел, как он ускользнул. Найдем его».
Тео не хотела рисковать и превращаться в человека прямо сейчас. Если он каким-то чудом всё еще околачивается поблизости, он её заметит, а она не сможет мгновенно переместиться отсюда. Поэтому она продолжала бежать.
Впереди сквозь кроны пробился луч света, осветив небольшой участок леса. Сперва она намеревалась проскочить мимо — рассудив, что приметное светлое пятно не самое подходящее место для превращения и телепортации. Но увидев, что там находится, она замерла.
Это был крошечный фрагмент поляны — если это вообще можно было так назвать; казалось, деревья здесь просто забыли, что могут растить листья в эту сторону, и разошлись, оставив ровно столько места, чтобы солнечный свет осветил один-единственный пятачок.
Забор, простенько сработанный из палок и веток высотой по пояс, образовывал прямоугольник. Очевидно, тот, кто его строил, не собирался никого удерживать — Тео могла бы свалить его мизинцем. Целью было обозначить то, что внутри. Могилу.
Надгробие на этом одиноком захоронении не было похоже ни на одно из тех, что она видела на кладбищах. Вместо обтесанного камня, отполированного до зеркального блеска, здесь лежал просто большой валун. Никакого сияния. В отличие от камней на вершине горы, блестевших от тумана и сырости, этот был мягким на ощупь из-за лишайника, покрывавшего поверхность, словно брызги краски. А мох сделал заднюю часть камня пушистой и зеленой. Но валун лежал слишком ровно по центру, слишком точно, чтобы быть случайностью.
Было ли дело в странности места или в простом человеческом любопытстве, Тео не знала. Но какой бы ни был мотив, она пролезла под забором, чтобы рассмотреть всё поближе. Только оказавшись у самого камня, она увидела вырезанные на нем руны — такие же, как на обороте портрета.
Шагов не было слышно уже давно, лес вокруг затих. Чтобы получше всё изучить, она решила вернуть себе человеческий облик. Гораздо удобнее рассматривать надпись, когда не приходится задирать шею, которая почти не гнется вверх. Она всё еще сжимала тисовую «зубочистку» и, поскольку это было её единственное доступное оружие, спрятала её в карман на всякий случай.
Финеас спустился к ней, тоже приняв человеческий облик. А когда он подошел, из-за дерева вынырнул Алби.
— Алби! Слава богу, ты цел! — Тео опустилась перед ним на колени. — Спасибо за ту находчивость с камнем. Он буквально не понял, что его приложило.
— Всегда пожалуйста! — ответил тот, приосанившись. Затем он огляделся, присоединяясь к остальным в осмотре могилы.
— Интересно, что это значит, — сказал Финеас, указывая на руны.
— Здесь написано «Скелла», — произнесла Тео, узнавая знаки. — Такие же надписи были в пещере. Арлис сказал мне, что они значат.
Но в отличие от портрета, рун «Ходд» здесь не было. И не имело смысла искать в округе нишу со второй могилой. Эта полянка была слишком мала для двоих. Так где же тогда Ходд?
Троица бегло осмотрела окрестности в поисках недостающей могилы, но ничего не нашла.
Не зная, куда делся тот хваткий фея, они опасались перемещаться прямиком к месту сбора. Но поскольку Алби не нужно было призывать ветер, он вызвался проверить, на месте ли Сесили, Лок и Арлис. Он исчез в мгновение ока и вернулся через пару секунд, подав сигнал, что всё чисто.
И действительно, когда Тео, Финеас и Алби вернулись, феи были ровно там же, где их оставили. Разница была лишь в том, что Арлис теперь не просто стоял и ворчал, а мерил землю шагами и ворчал.
— А вот и вы, — отозвалась Сесили, салютуя бокалом вина. — Я уже собиралась списать вас в без вести пропавшие и устроить поминки. Еще немного — и нам пришлось бы ловить голову Арлиса, когда она неминуемо отскочила бы от его тела, как горошина из стручка.
Арлис закатил глаза, но промолчал.
— Тео чуть не похитил какой-то фея, — вставил Алби. На что Сесили ответила недоуменным взглядом, Лок пришел в ужас, а Тео начала всерьез опасаться за голову Арлиса — настолько тот закипал.
— Вы не видели, как он пробегал мимо? — спросила Тео.
— Хочется верить, что я бы заметила проносящуюся мимо фею, но на всякий случай: как он выглядел? — Сесили отхлебнула вина.
Тео, Финеас и Алби описали незнакомца.
Сесили кивнула: — Это Перран. Правая рука моей не в меру тщеславной тетушки Урсулы.
— Тот самый, который, по её словам, должен был расследовать дело огров? — уточнила Тео.
— Именно он, да.
Подал голос Лок: — Но что он тогда делал в лесу? И откуда он узнал, что вы там?
Тео покачала головой: — Не думаю, что он знал с самого начала. Кажется, мы застали его врасплох, но когда он увидел меня, то сразу понял, кто я такая. Должно быть, он развязал ограм языки, и те рассказали ему про лес. — Затем она пересказала им случившееся, вызвав разную степень шока и ярости. — И мы кое-что нашли, — добавила она, перейдя к части о кладбище и странной одинокой могиле.
Когда отчет был закончен и в лесу больше делать было нечего, Сесили перенесла всех обратно в дом на дереве.