Когда волки были надежно заперты, мы с Харпер отправились в штаб — отметиться и, разумеется, заняться бумажной волокитой. Не то чтобы я была против. Я знала, что Эдвин будет там. Однако я удивилась, обнаружив его у моего стола, когда мы прибыли.
Он улыбнулся, увидев меня, той самой мягкой, робкой улыбкой, которую приберегал только для меня одной.
Все мое тело словно согрелось в этом сиянии. По правде говоря, после дела Элоди наши отношения стали немного натянутыми. Эдвин был проницателен и заметил «нечто», промелькнувшее между мной и Львиным Сердцем. Но он ни о чем меня не спрашивал. Это был кредит доверия, в котором я не была до конца уверена, что заслуживаю его.
С отъездом Ричарда я смогла отложить тот странный момент в сторону. Я почти не вспоминала о нем, по крайней мере, именно эту мантру я себе повторяла. Всё вернулось на круги своя. Мы с Эдвином двигались дальше. Ничего не изменилось, кроме моего переезда в «Грот Весты» — бабушка настояла, чтобы мы называли наш новый дом именно так. На эту тему я, возможно, слегка приукрасила правду перед Эдвином. «Подарок от тамплиеров» — так я ему сказала. От какого именно тамплиера, я не уточняла. Он не спрашивал. Я не докладывала. Но я чувствовала изрядную долю вины по этому поводу. И всё же, что мне оставалось делать? Безопасность бабушки перевешивала всё остальное, а Львиное Сердце в буквальном смысле вручил мне ключ к её обеспечению. Несмотря на мои чувства к Эдвину или странность между мной и Ричардом, был один человек, перед которым я была в долгу: бабушка. Таковы были факты. То, что я чувствовала по поводу случившегося с Львиным Сердцем, было куда более запутанным. Но он уехал, так что мне пришлось в одиночку разбираться, что это был за поцелуй. В его отсутствии было гораздо проще притворяться, что ничего не произошло. Гораздо проще забыть. Вроде как.
Когда мы с Харпер подошли, я заметила, что Эдвин держит кожаную папку.
— Новая сводка, — констатировала Харпер.
Я кивнула. Я не удивилась тому, что снова что-то пошло не так, но и восторга не испытала. Джессика должна была родить в ближайшие пару недель, и я предвкушала роль неофициальной тетушки малыша Брайарвуда. Я надеялась, что всё будет достаточно тихо, чтобы у меня нашлось время понянчиться с ребенком, когда придет срок. Ни единого шанса на такую удачу.
— Вижу, ты намерен не давать нам скучать, — сказала я Эдвину, глядя на папку.
— Я хотел убедиться, что агент Харпер как следует освоится на своем новом посту.
— «Как следует освоится»? — в притворном протесте воскликнула Харпер. — Ты ведь читал мой отчет из доков, не так ли?
— Читал, — ответил агент Хантер и усмехнулся. — Ты забыла подать форму 1101.
Харпер рассмеялась:
— Что ж, вычти из моего жалованья.
Эдвин добродушно ухмыльнулся ей, затем повернулся ко мне:
— У меня был запрос от Её Величества.
Я достала бархатную коробочку из сумки.
— Безделушки Её Величества в безопасности. — Я протянула коробку Эдвину, подавив вздох. Мне бы хотелось примерить её, хотя бы разок, просто смеха ради.
Эдвин тихо хмыкнул и взял коробку из моих рук.
— Пойдем? — спросил он, указывая на свой кабинет.
Мы пересекли общий зал. Было почти утро, но многие агенты уже сидели за столами. Это время года всегда было горячей порой для Общества Красных Плащей. Ничто так не будоражит сверхъестественных существ, как преддверие Дня Всех Святых. Я помахала Хэнку и Крессиде, которые были заняты тем, что препирались о чем-то. Они прервали спор ровно на столько, чтобы поприветствовать нас с Харпер, и тут же вернулись к перепалке. Я поискала глазами агента Роуз, но её нигде не было. Также я присмотрелась, нет ли агента Юэна Гудвина — Пеллинора, чьим делом я занималась летом, — но его тоже не оказалось. Несомненно, он был в Уиллоубрук-парке. Эдвин предоставил свой семейный дом обществу для нужд Пеллиноров. Я еще не сообщила бабушке, что её мечта о прекрасном загородном поместье больше не рассматривается.
Мы с Харпер последовали за Эдвином в кабинет и сели напротив него. Он передал папку Харпер.
— Когда я учился в Итоне, я познакомился с лордом Эдисоном Кэбеллом, — начал Эдвин. — Он мой хороший друг, и его семья ежегодно проводит Бал Всех Святых в своем поместье в Фенленде. Его посещают многие знатные пэры, это яркое событие осеннего сезона. Однако на его семье лежит проклятие. Обстановка и само проклятие создают восхитительно жуткую атмосферу для людей, которые были бы крайне скандализированы, узнай они, что их игры в макабр [прим. пер.: пляски смерти] очень близки к истине нашего мира. Как бы то ни было, Эдисон написал мне о некоторых странных событиях в поместье. Он осведомлен, что я работаю со «странностями», и попросил о помощи, — объяснил Эдвин, пока Харпер перелистывала материалы дела.
— Ты посылаешь нас? — спросила я.
Эдвин кивнул:
— Я хотел отправить своих лучших агентов.
Я игриво вскинула бровь.
Эдвин улыбнулся.
— Ты сказал, что Кэбеллы прокляты. Чем именно? — спросила Харпер.
Она вытащила из папки набросок усадьбы и передала его мне. Особняк в готическом стиле так и кричал о старых деньгах и дурных предчувствиях.
— Или кем они прокляты? — добавила я.
Харпер кивнула мне.
— На землях, которыми владеют Кэбеллы, когда-то было небольшое поселение, где, по легенде, обитал ковен. Еще в шестнадцатом веке лорд Бран Кэбелл собрал местных ведьм и сжег их на костре. Умирая, ведьмы прокляли его род. Любой наследник, ступивший на святую землю — место ковена, — умрет в течение двух недель. Самого лорда Брана нашли мертвым на месте сожжения вскоре после казни.
— Похоже, он это заслужил, — вставила я.
— Нашли мертвым. Мертвым как? — уточнила Харпер.
— Лорду Брану разорвали горло, — ответил Эдвин.
— Что ж, этого достаточно, — заметила я.
Харпер закатила глаза.
— Потомки лорда Брана Кэбелла всегда старались избегать того места. Но Эдисон всегда интересовался семейным проклятием, желая узнать, есть ли за ним хоть капля правды. Однажды он даже выразил интерес к тому, чтобы как-то загладить вину предка. Недавно Эдисон посетил руины. Три ночи спустя у поместья Кэбелл-Мэнор раздался вой.
Теперь я поняла, почему Эдвин попросил нас с Харпер взяться за это дело.
— Оборотни? — спросила Харпер. — Проклятие оборотней? Но какая связь с ведьмами? Я не улавливаю.
— Оборотни, адские гончие, банши… одному Богу известно, что это может быть. Но если сложить вой и разорванное горло… — сказал Эдвин.
Я кивнула:
— Оборотень мог жить веками, поддерживая проклятие. И волк мог выжить после сожжения на костре.
— Скверное дельце, — подытожила Харпер. — Значит, Фенские болота? — она повернулась ко мне.
— Работа в провинции. Приобщимся к сельской жизни? — спросила я агента Харпер.
— К сельской — да. К «дикой» — нет, — возразил Эдвин, указывая на рисунок особняка, который я держала. — Кэбеллы очень богаты и занимают видное место в высшем обществе.
— Кэбеллы. Лорд Кэбелл женат? — спросила Харпер.
Эдвин слегка заерзал, то сцепляя, то расцепляя пальцы. Его нервное движение не ускользнуло от моего внимания.
— Нет. Лорд Кэбелл и его сестра, леди Шарлотта, живут в Кэбелл-Мэнор.
— Леди Шарлотта, — прошептала Харпер, делая пометку в сводке.
Я попыталась поймать взгляд Эдвина, но он смотрел на Харпер.
Всё странее и странее.
— Боюсь, всё это затеяно крайне несвоевременно. Поскольку Бал Всех Святых на этой неделе, Эдисон очень хотел бы уладить вопрос до его начала, — сказал Эдвин.
— А, так они надеются, что мы разберемся с этим бардаком до начала вечеринки. Как пафосно, — сказала я, закатив глаза.
— Наличие настоящих монстров на Балу Всех Святых расстроило бы тщательно организованное мероприятие леди Шарлотты, — сказал Эдвин и тихо усмехнулся.
Я постаралась не хмуриться. Кем бы ни была эта леди Шарлотта, она мне уже не нравилась.
— Как только я закончу здесь кое-какие дела, я присоединюсь к вам в Кэбелл-Мэнор, — добавил Эдвин.
— Проклятие, — покачала головой Харпер, пролистывая папку. — Здесь чего-то не хватает. Я проверю наши архивы. Хочу поискать любую информацию о том ковене.
Чувствуя раздражение на Эдвина, на пафосного лорда Кэбелла и на эту вертихвостку леди Шарлотту, я встала.
— Хорошая идея. Почему бы мне не пойти с тобой? В наших архивах была информация о бродячих волках, которые покинули город несколько столетий назад. Настоящие бродяги. С ними никогда не было проблем, поэтому никто ими не занимался. Посмотрю, куда они делись.
— Клем… Агент Лувель, можно тебя на минуту? — попросил Эдвин.
Агент Харпер встала и направилась к двери.
— Я пойду начну. Присоединишься ко мне, когда закончишь?
Я кивнула.
Помахав рукой, Харпер оставила нас с Эдвином наедине.
Подавив свою мелкую ревность, я повернулась к нему. К кому мне ревновать…
Да я даже не знала, к чему именно. К улыбке? К отведенному взгляду? Кто я такая, чтобы беспокоиться о прошлом Эдвина, особенно когда сама не переставала думать о Львиное Сердце ни на миг с тех пор, как он уехал?
— Мне жаль отсылать тебя из города, — сказал Эдвин. Он встал и обошел стол, чтобы подойти ко мне.
— А мне жаль уезжать.
— Я уверен, тамплиеры проследят за порядком, пока тебя нет.
Я кивнула:
— Я пошлю весточку сэру Блэквуду.
Эдвин сцепил пальцы за спиной и слегка кашлянул.
— Есть новости от сэра Ричарда?
Я почувствовала, как в животе словно осел тяжелый камень.
— Нет.
— Клемени, я… я хотел кое о чем спросить.
О нет. Это не к добру.
— Конечно.
— Обычно я посещаю Бал Всех Святых как гость. В этом году меня тоже пригласили. Я надеялся, если дело не выйдет из-под контроля и не испортит праздник, что ты останешься и пойдешь со мной как моя спутница.
— Твоя спутница? На бал?
— Да, — ответил он.
— Я… Конечно. — О Боже, слава Богу.
Эдвин счастливо улыбнулся, его руки снова расслабленно опустились по бокам.
— Прости, что вынуждаю тебя «облачаться в доспехи» и добывать бальное платье.
Я усмехнулась:
— Всё в порядке. Истинная леди должна быть готова и к сражению, и к вальсу.
— Существовала ли когда-нибудь более идеальная женщина?
Я улыбнулась, польщенная комплиментом, но снова ощутила тот странный укол вины. Идеальные женщины не целуются с оборотнями, когда у них уже кто-то есть. Я была далека от идеала.
— Спасибо, Эдвин. Для меня честь, что ты спросил.
Эдвин улыбнулся и мягко коснулся пальцами моего подбородка.
— Для меня честь, что ты ответила «да».
Эдвин наклонился и нежно поцеловал меня в губы. Я уловила его чудесный аромат корицы. Мое сердце забилось чаще, жаждая большего. Эдвин всё еще был таким сдержанным, таким осторожным. Может, он и прав. Возможно, это мои инстинкты сбились с ритма. Было бы неподобающе просто схватить кого-то и впиться в губы страстным поцелуем. Верно?
Когда Эдвин отстранился, он нежно улыбнулся мне, встретившись со мной взглядом своих голубых глаз.
— Я не знаю, что вы там найдете. Эдисон чем-то всерьез напуган. Будь осторожна.
Я шумно выдохнула сквозь губы.
— Не о чем беспокоиться. Теперь у меня есть Харпер.
Эдвин тихо рассмеялся.
— Можешь передать королеве Виктории, что я иду на бал. То ожерелье отлично подошло бы к моему платью, — сказала я.
Эдвин постучал по коробочке, лежащей на его столе.
— Я упомяну об этом. Подмигнув Эдвину, я развернулась и пошла к Харпер.