Я очнулась на твердой поверхности.
Резко села, напугав тех, кто был в комнате вместе со мной. Нет, не людей. Фейри. Они были высокими и неестественно худыми, с лунной бледностью кожи и радужными волосами. На них были длинные фиолетовые мантии, а их глаза — огромные, жидкие, совершенно черные, без зрачков и белков — с жутким любопытством уставились на меня.
Я сидела на черном каменном столе в комнате без окон. Единственной другой мебелью здесь была сияющая медная ванна. Нога саднила, мышцы ныли после бега, но новых травм не было. Похоже, эти фейри не сделали со мной ничего ужасного, пока я была без сознания. Меня даже не связали. Что это значит? Я была желанной гостьей?
Мои эмоции превратились в хаотичный вихрь: страх, облегчение, а затем глубокий, пронзительный укол вины и горя, когда я вспомнила, что я здесь одна. Я пошла на болото, чтобы помочь другим женщинам найти выход, но никого из них я не вывела в безопасное место.
Я даже не стала свидетелем смерти моей лучшей подруги.
Горе терзало меня сильнее, чем любые монстры. Слезы текли по моим щекам, и ближайший фейри отшатнулся, увидев это.
— В ванну, — приказал он мелодичным голосом.
Огорченная и испуганная, я подчинилась. Нога пульсировала, пока я хромала к ванне. Я замялась, не желая раздеваться перед этими существами. К счастью, они вышли из комнаты, и я смогла стянуть с себя одежду и ступить в воду.
Я вскрикнула, погрузив ноги, когда раны и грязь коснулась вода. Тепло воды застало меня врасплох. Я погрузилась в огромную ванну, и, хотя это была самая роскошная ванна в моей жизни, я не могла оценить ее.
Я просто сидела там и плакала.
Дверь открылась и снова закрылась. Я обернулась, но на этот раз подошедший человек выглядел как человек: женщина с кривым носом, каштановыми волосами, собранными в пучок, и опущенными глазами. Она несла медный таз и держала полотенце и серую ткань на руке.
Здесь жили и другие люди? Может, она тоже когда-то пересекла болото?
— Здравствуйте, — сказала я, но она не ответила. Женщина опустилась на колени у ванны и вылила содержимое таза в горячую воду. Мои боли начали утихать, воздух наполнился цветочным ароматом. В тазу было что-то целебное? — Где я? Кто вы? — спросила я.
Она жестом предложила окунуть голову в воду.
Я подчинилась, растерянная происходящим, и еще больше удивилась, когда она достала из кармана гребень и принялась распутывать мои волосы. Она была осторожна, но каждый рывок причинял боль — дикая гонка через болото превратила мои волосы в невообразимые узлы. Я закрыла глаза и терпела, пока она не закончила.
Она посмотрела на мою руку, и я вздрогнула, когда осознала: то, что я видела перед обмороком, было не воображением. Серебряная спираль обвивала мою руку от локтя до плеча. Металл имел тот же неестественный блеск, что и клинок, а в самом центре, снаружи предплечья, располагался гладкий красный камень.
Он гудел, касаясь моей кожи, словно приветствуя меня, и я почувствовала легкое покалывание под камнем. Он порезал меня?
Служанка наклонила голову в вопросе, и я поспешно выдумала объяснение.
— Это подарок от моего… отца, — сказала я. Я не собиралась никому говорить, что это оружие — если оно вообще оставалось оружием. — Я не могу снять его.
Мне показалось, что металл жаждет ее крови. Это была магия фейри или игра моего усталого разума? Женщина аккуратно намылила металл, и когда спустилась ниже по руке, я ощутила эхо разочарования, словно исходившее от браслета.
Вопросов было больше, чем ответов. Как кинжал принял такую форму? Были ли это магические импульсы или лишь обман измученного ума? Я расспрашивала про Мистей — мы под землей? Как далеко отсюда выход? Кто еще здесь? Что будет со мной? — но она не ответила ни на один из них. Она просто помогла мне вымыться, оставила полотенце, положила отрез ткани на стол и ушла.
Я вытерлась и поспешила к столу, с облегчением обнаружив новое чистое платье. Пока я переодевалась, меня изумило, что синяки и порезы почти исчезли.
Платье отличалось от того, что носили в Тамблдауне. Человеческие платья были скромными, с высокими воротниками. Это облегало мою фигуру, плавно ниспадая от бедер. Рукава расширялись к концу, а вырез был округлым, открывая легкий намек на декольте. Это была самая красивая вещь, которую я когда-либо носила.
Аня влюбилась бы в него. Она всегда любила платья и косметику, даже когда больше не могла позволить их себе.
Реальность ударила меня, прерывая эту мысль. Аня не могла полюбить это платье… потому что ее больше не было.
Мои глаза загорелись от слез, и я вдавила кулаки в них. Как мне продолжать без моей лучшей подруги? Без моей сестры по духу?
Я подвела ее.
Горе готово было свалить меня с ног, но дверь снова открылась, и фейри вернулись. Они склонили головы, изучая меня своими жидкими черными глазами, словно лужи чернил на пергаментной коже.
Они не должны были видеть, как я плачу. Я даже не знала, что они собираются со мной сделать.
Фейри приказали мне следовать за ними из комнаты. Мое сердце билось все быстрее, пока мы шли по коридору, освещенному факелами, сияющими всеми цветами радуги. Окон нигде не было видно.
Я действительно была в мифическом подземном королевстве Мистей.
Я вспоминала все, что узнала о фейри за эти годы. Старейшина Холман говорил, что высокопоставленные фейри, Благородные Фейри, настолько прекрасны, что излучают сияние, и обладают магией за гранью понимания. Они похожи на людей, но выше, сильнее и столь пленительны, что в них можно влюбиться, лишь взглянув. Им служат Прислужники Фейри, у которых чаще встречаются рога, крылья или другие необычные черты, а магии у них совсем немного. Мои нынешние стражи с жуткими глазами, вероятно, были Прислужники. Худшими же из всех считались Твари — отвратительные монстры, которые жили, чтобы охотиться на людей.
Я содрогнулась, вспомнив зубастых тварей на болотах. Этот страх сменился мгновенной, обжигающей ненавистью.
После, казалось, целой вечности коридор закончился у арочного прохода, ведущего в огромный сверкающий зал. Пол был из полированного черного камня, а серебряные стены украшены драгоценными вставками. По всему залу мерцали разноцветные факелы, а светящиеся шары парили в воздухе, дрейфуя, словно мыльные пузыри на ветру. Я вздрогнула при их виде, но кинжал отозвался мягкой, успокаивающей вибрацией, и я с облегчением поняла, что это всего лишь огни.
По периметру зала стояли сотни самых прекрасных существ, которых я когда-либо видела.
Благородные Фейри были высокими и элегантными, богато одетыми и такими яркими, как бабочки. Их кожа имела различные оттенки, но каждая фейри излучала легкое свечение, словно их посыпали золотой пылью. Эти неземные лорды и леди носили странные и роскошные наряды: бархатные мантии, платья, легкие, как лунный свет, и парчовые туники, доходящие то до бедер, то до щиколоток. Многие были вооружены — мечи или кинжалы покоились в украшенных драгоценностями ножнах. Мое серое платье, самое красивое, что я когда-либо носила, должно было казаться им ужасно простым — одеждой слуги или крестьянки. И действительно, эти прекрасные, надменные лица смотрели на меня с презрением, пока мои стражи вели меня к краю зала.
На возвышении в центре зала высилась вырезанная из обсидиана тронная лестница. Вокруг возвышения стояли ослепительные фейри, но тот, кто сидел на троне, был самым прекрасным из всех.
Он был одет в облегающую фиолетовую тунику, инкрустированную драгоценностями, поверх серебристых брюк, заправленных в сияющие черные сапоги. Его белоснежные, прямые волосы ниспадали на плечи, а скулы были настолько острыми, что казались вырезанными из камня. Жестокие шипы его черной короны резко контрастировали с изяществом одежды. Радужный туман клубился вокруг его бледных рук, а его сила, казалось, витала в воздухе, прилипая к моей коже, как влажный туман.
Он холодно смотрел на фейри, стоявшего перед ним на коленях.
— Твое дерзкое поведение недопустимо.
Музыкальный, но ледяной тенор его голоса пробирал до костей.
— Простите меня, король Осрик. Это была всего лишь шутка, — дрожа, ответил лорд, склонив голову и сжав руки на груди.
— Шутка, направленная против меня и произнесенная в моем присутствии.
— Я не хотел—
— Молчать. Ты не забавляешь меня. — Король посмотрел налево, где стоял другой фейри с угольно-черными волосами. — Разберись с ним.
Фейри поклонился. Его лицо было строгим, кожа бледной. В отличие от большинства Благородных Фейри в зале, его волосы были острижены до плеч, а одежда отличалась простотой — черная туника с опаловой брошей. На поясе у него висел меч.
Когда он подошел к коленопреклоненному лорду, тот задрожал еще сильнее, слезы текли из его глаз.
Фейри в черном вытащил меч и вонзил его прямо в сердце лорда, затем резко дернул клинок вниз.
Я с трудом удержалась от крика, наблюдая, как лорд рухнул на пол, захлебываясь кровью, которая пузырилась у его губ. Палач вытер лезвие о тунику жертвы и вернулся к трону короля с видом, который можно было назвать скучающим.
Согласно легенде, убить Благородного Фейри можно только, причинив настолько серьезный урон, что его ускоренное исцеление не успеет справиться. Раненый лорд сжимал грудь, пока кровь горячими потоками стекала сквозь пальцы. Вскоре поток замедлился, а его попытки сопротивляться превратились в слабые судороги.
Все время, пока он умирал, ни один фейри не подошел, чтобы помочь или утешить его. Большинство даже не смотрели на его последние мгновения.
Я выбралась из болота, но была окружена монстрами.
Когда умирающий фейри выдохнул свой последний, булькающий вдох, король Осрик вздохнул:
— Что дальше, управляющий?
— Человек, ваше величество, — раздался блеющий голос, и я моргнула, замечая козла, стоящего на задних ногах рядом с троном. Это был тот самый козел, которого я, как думала, видела раньше? Он был одет в бархатные брюки лилового цвета, такой же пиджак и золотые очки. Его передние лапы выглядели как пушистые человеческие руки, и он держал табличку и перо, словно это было совершенно естественно.
Король махнул рукой, и мои стражи подтолкнули меня вперед. Я пошатнулась, подходя к центру зала, остановившись у самого тела лорда. Глядя на обсидиановый пол, я пыталась сдержать дрожь.
— Поклонись, — проблеял козел.
Я наклонилась в пояс, затем, запоздало пытаясь сделать реверанс, чуть не упала. По залу пробежал легкий смех.
— Как она смогла сюда попасть? — спросил король.
— Она последовала по древнему пути, ваше величество. Неясно, как ей это удалось.
Я рискнула поднять взгляд. Черноволосый палач смотрел на меня с таким пронзительным вниманием, что мое сердце забилось, как у кролика, заметившего тень ястреба. Я сосредоточилась на короле Осрике, пытаясь игнорировать тяжелый взгляд убийцы. Убьет ли он меня тоже? Воображал ли он уже, как моя кровь растекается по этому черному полу?
Король Осрик постучал пальцами по подлокотнику трона, и цветной туман завихрился вокруг него.
— Человек, — сказал он в моем направлении, словно решив, что у него нет выбора, кроме как заговорить со мной, — как ты нашла путь через болото?
— Я не знаю, ваше величество. Я просто знала, куда идти, — мой голос дрожал. Я не хотела рассказывать ему о кинжале. Он отберет его у меня, оставив меня совершенно беззащитной.
Он прищурил свои фиалковые глаза.
— Ты просто знала?
— Я видела тропу, ваше величество. Она выглядела как светящаяся линия на земле.
По залу поднялся ропот. Король обратил взгляд на фейри у своего бока.
— Кровь фейри?
Взгляд убийцы окинул меня с головы до ног.
— Наверняка. Но, очевидно, это было очень давно в ее роду.
Я залилась краской от намека, что выгляжу настолько плохо, что никто бы никогда не принял меня за полукровку фейри. Это было так невероятно? Я была невысокой, но Аня говорила, что я симпатичная — особенно когда удосужусь умыться.
Я безжалостно подавила воспоминание о ее улыбке, когда она дразнила меня. Я не позволю себе сломаться перед этим жестоким двором.
Король указал на мускулистого лорда, стоявшего среди нескольких придворных, допущенных к трону.
— Что нам сделать с этим человеком, принц Роланд?
Принц Роланд был одет в безупречно белый наряд, а его длинные каштановые волосы были стянуты в гладкий хвост. Его осанка и манеры говорили о строгой дисциплине, но в его ухмылке читалась садистская нотка, намекавшая на нечто гнилое под этим идеальным фасадом. Под его пристальным взглядом я чувствовала себя насекомым.
— Поступите с ней так же, как с остальными людьми. Пусть служит.
Меня передернуло. Служить? Как именно?
— Только самые счастливые и достойные избранники могут присоединиться к ним, — снова и снова твердила моя мать. Как милосердно ее вера рисовала Мистей. Сколько еще людей жили здесь, и что они терпели от рук этих тиранов? Очевидно, что брак с принцем фейри и жизнь в роскоши никогда не были реальной возможностью.
Король Осрик вздохнул:
— Скучно.
— Если тебе нужны развлечения, можешь убить ее, — предложил принц Роланд.
Король рассмеялся:
— Ты просто зол, что проиграл пари. Ты ставил на то, что рыжая пройдет дальше всех.
Рыжая. Фиона. Они как-то наблюдали за нами? Делали ставки на то, сколько времени потребуется монстрам, чтобы убить нас? К страху примешалась душащая ярость. Они поставили на мою смерть и смерть самого близкого мне человека в этом мире. Аня должна была стоять здесь рядом со мной. Мы должны были вместе добежать, рухнуть на траву и рыдать от облегчения.
— Тем не менее, — продолжил король Осрик, — это интересное предложение. Кто-нибудь согласен с принцем?
Большинство Благородных Фейри у трона выглядели равнодушными, но один из них смотрел на меня скорее с любопытством, чем с презрением. Это был невероятно красивый фейри с длинными медными волосами и туникой цвета красно-золотого пламени. Он выступил вперед, бросив королю кривоватую, обаятельную улыбку:
— Что ж, я выиграл пари и думаю, нам стоит придумать что-то новенькое для нее. Никто из жертв не заходил так далеко уже веками. Может быть, это будет весело.
Он улыбнулся мне и подмигнул, но его непринужденные слова — придумать что-то новенькое для нее — холодили до костей.
Король Осрик хихикнул, и в этом звуке было что-то жуткое:
— Я знаю как ты любишь игры, принц Друстан.
Друстан поклонился:
— Огонь любит играть.
Каждый из них внушал мне страх — смеющийся король Осрик, жаждущий крови принц Роланд и коварно обаятельный принц Друстан, — но больше всего меня пугал палач с глазами, темными, как ночь, который все еще не отводил от меня взгляда. Я задрожала, встретившись с его пронзительным взглядом, и подумала, не почувствую ли я сейчас, как его меч вонзается в мое сердце.
— Ваше величество, — наконец сказал убийца в черном, — я думаю, вы должны оставить эту в живых.
— Почему? — Король поднял брови, и фейри наклонился, чтобы прошептать что-то ему на ухо. Предложил ли он вместо этого пытать меня?
Король рассмеялся и посмотрел на меня с большим интересом.
— Я принял решение, — сказал он, вставая. Свет факелов мерцал на драгоценностях, украшавших его тунику. Он указал на единственную женщину-фейри возле трона — красивую блондинку с пышной фигурой и сложной короной из кос. — Принцесса Ориана, я преподношу этого человека в дар дому Земли. Точнее, вашей дочери Ларе, чтобы она служила ей горничной во время прохождения испытаний.
Придворные, выстроившиеся вдоль стен, разразились смехом, в то время как губы принцессы Орианы сжались в узкую линию. Очевидно, король нанес ей серьезное оскорбление, назначив меня служанкой в ее доме.
Что за дом Земли? Согласно легендам, магия фей была связана со стихиями. Возможно, название указывало на источник ее силы. Наряд Друстана, без сомнений, ассоциировался с огнем, а платье Орианы цвета красного дерева было вышито зелеными лианами, обвивающими атлас, как плющ.
Король сел обратно на трон и махнул рукой, отпуская меня.
Я не знала, куда идти. Несколько панических мгновений я колебалась, не понимая, будет ли большим оскорблением уйти сразу или остаться на месте, но тут теплая, пушистая рука легла мне на плечо.
Козел — как выяснилось королевский управляющий, — подвел меня к краю зала.
— Я отведу тебя к Элоди. Она главная служанка в доме Земли. Она покажет, куда тебе идти.
И действительно, бледная, словно привидение, водная нимфа с длинными тонкими пальцами направлялась к нам.
— Идем, — голос Элоди был мелодичным и легким, как ветерок, скользящий по тростникам. — Мы устроим тебя.
Я выдохнула с облегчением, покидая тронный зал, мертвого фейри и все эти насмешливые, жестокие лица.
Я как-то пережила свою первую встречу с Благородными Фейри.
Передо мной растянулся каменный коридор, освещенный только мерцающими факелами. Элоди повела меня поэтому бесконечно длинному коридору, уводя глубже под землю, к дому Земли и моей новой роли — служанки у фейри.